Глава 21. Олеандр
16 октября 2023 г., 17:55
На следующее утро после бала Эвелин проснулась и почувствовала себя обессиленной и разбитой. В ее голове крутились мутные фрагменты воспоминаний о прошлой ночи, которая, казалось, находилась где-то в далеком прошлом, хотя прошло всего несколько часов.
Посмотрев на часы, Эвелин поняла ещё одну причину своего плохого самочувствия — слишком много спала. По обыкновению Эвелин вставала рано, но не с восходом солнца, конечно. Ей нравилось, когда день был длиннее из-за того, что она рано встала. А сейчас, смотря на часы, Эвелин поняла, что вероятно пропустила завтрак. Чтобы привести себя в порядок, она выполнила необходимые ванные процедуры и прохладной водой еще раз умыла лицо, надеясь таким образом ощутить большую свежесть. К счастью, это немного помогло. Девушка поспешно оделась в одно из неброских платьев. И собрала волосы в аккуратную прическу.
Эвелин потуже затянула ленту в волосах, направлялась в гостиную, где уже все собрались. Сильно зевнув, она распахнула двери в комнату.
— Доброе утро… — проговорила она и прошла к дивану.
— Похоже кто-то не выспался, — отпив из чашки, сказал Альберт с мягкой улыбкой.
Уильям отвлёкся от изучения газеты и посмотрел на девушку. Все присутствующие постепенно прекратили свои разговоры и затаили дыхание в ожидании того, что скажет Эвелин. Им было любопытно узнать о событиях вчерашнего бала. Эвелин осмотрела каждого кто находился в этой комнате и села на диван. В этот момент ей подал чашку с чаем Льюис. Благодарно улыбнувшись, Эвелин приняла чашку, чувствуя приятное тепло.
— Кстати… почему меня никто не разбудил… Я не люблю спасть много. Чувствую себя ужасно. — отпив чай, с наигранной обидой проговорила Эвелин. Зелёный чай с жасмином приятно взбодрил девушку.
— На время задания я освободил тебя от любых обязанностей по дому. Бонд сказал, что вчера ты была… уставшей, поэтому не хотели тебя тревожить. — с мягкостью произнёс Льюис. Говоря «уставшей» Льюис подразумевал другое слово, но тактично решил его заменить.
— Мне приснился кошмар, что я была на балу, встретила майора… — задумчиво произнесла Эвелин, грея руки о чашку, — А, подождите, это был не сон. — съязвила она.
— Раз ты шутишь, Эвелин, значит тебе лучше, — подметил Бонд, широко улыбнувшись.
Наблюдая за всем происходящим, Моран не выдержал.
— Боже! Неужели мы не можем всадить ему пулю в лоб. История Эвелин уже повод для его устранения, разве нет?! — раздраженно произнёс Моран.
Обратив взор на Себастьяна, Эвелин поставила чашку на стол и сцепила руки в замок.
— Я понимаю ваше недовольство, мистер Моран. Вы правы, что моя история уже повод для его убийства. Но для преступного лорда. — посмотрев на Уильяма, сказала она. — Однако это задание и для MI6. — Эвелин перевела взгляд на Альберта, — Мы должны убедиться действительно ли он является предателем. Я, конечно, могу подделать его почерк и сфальсифицировать документы это подтверждающее. Но я не хочу, чтобы на него вешали клеймо предателя, если он не виновен. — Слова Эвелин звучали холодно и сухо, словно она говорила не о человеке, что когда-то значил для неё все. — Поэтому как бы не хотелось побыстрее покончить с ним, нужно немного подождать. — безразлично опустив взгляд на чашку с чаем, Эвелин рассматривалась в своё еле заметное отражение.
Льюис заинтересовано наблюдал за Эвелин. Он понял, что такой холодностью и безразличием она хочет оградиться от чувств, что связывали ее и Милгрэма. Однако он был согласен с Мораном — быстрее покончить с их очередной целью.
— Ты незаслуженно великодушна к нему, Эвелин. — скрестив руки на груди, хмуро проговорил Моран.
— Вчера ты с Лордом Милгрэмом довольно много общалась… — начал Уильям, намекая рассказать об этом.
— Ах да. Он пригласил меня к себе в Хэмптон хаус на ужин. Это один из его особняков. Думаю там мало что можно узнать, в отличие от Эшберн холла. По его разговорам он все ещё не оставляет идею использовать детей как оружие.
— Эшберн холл говоришь… Хм… Я о нем ничего не знаю — свёл брови к переносице Уильям, задумавшись.
— Не удивительно, он не является как таковой резиденцией Милгрэма. Название Эшберн холл не является настоящим названием. А вот как оно числится официально я не знаю. И раз уж ты, Уильям, не смог найти хотя бы крупицы информации значит Милгрэм хорошо за собой подчистил. Я была маленькая когда там жила, вскоре он отвёз меня в другое место. Я не знаю где находится Эшберн холл, к сожалению. Но мне почему-то кажется что не далеко от Лондона.
Дверь в гостиную распахнулась и в неё вошёл Фред. В его руках была небольшая плетёная корзинка с нежно-розовым бантиком атласной ленты, содержимое корзинки было прикрыто тканью. Юноша выглядел напряжённым и встревоженным, он поставил корзинку на стол и подошёл к Уильяму.
— Мистер Уильям, как вы и просили я следил за домом, где «живет» мисс Эвелин. Слежки ни за мной, после бала, когда мисс Эвелин ушла, ни после не было, однако сегодня утром пришло это. — тихо проговорил Фред и указал на корзинку с, по всей видимости, цветами. С боку торчал конверт. Фред аккуратно снял ткань с цветов.
— Он не следил за мной? Очень странно… — задумчиво проговорила Эвелин, аккуратно взяв конверт из корзинки.
— Это олеандр. — серьезно сказал Фред.
— Олеандр…? — рассматривая цветы, что-то вспоминая, задумчиво произнёс Бонд. — Хм… Эвелин он тебе угрожает. — Голос Бонда звучал твёрдо, а выражение лица выражало беспокойство.
Все с изумлением посмотрели на Бонда.
— Олеандр, а точнее его сок очень ядовит. Смертельно ядовит. — добавил Фред.
— А на языке цветов это означает, что твое предательство не простительно. — мрачно произнёс Бонд.
— То что они ядовиты я знаю. Они растут как раз в Эшберн холле. — вглядываясь в цветы, произнесла Эвелин, и вернула взгляд на записку. — Какой «милый» подарок.
— А что в записке? — поинтересовался Моран.
— А ничего особенного, говорит что ждёт с нетерпением встречи. — отмахнулась девушка, так как записка не представляла ничего полезного.
— Следует избавится от таких опасных цветов, — сказал Уильям. — Фред.
— Да, сэр. — юноша забрал корзинку и собирался уходить.
Когда Фред ушёл, все погрузились в тяжёлое молчание. Лишь Эвелин была немного расслабленна. Для неё самое страшное уже случилось, оставалось только ждать продолжения. Она откинулась на спинку дивана, подняв взгляд к потолку.
Вскоре все разбрелись по своим делам.
Бесцельно слоняясь по поместью, Эвелин хотела себя чем-то занять, чтобы и время прошло быстрее и отвлечься от мыслей, что роились в голове. Проходя по коридору, Эвелин заметила в окне, что в оранжерее кто-то есть и она поспешила туда. Оказавшись рядом с оранжерей, она тихо открыла дверь. Внутри Эвелин обнаружила Фреда, который с большой заботой занимался розами. Девушка поняла, что юноша любил две вещи: выращивать цветы и котов. Видя, с какой тщательностью он ухаживает как за животными, так и за растениями, Эвелин поняла, что для Фреда это было не просто хобби, а настоящая страсть. Эвелин рассматривала прекрасный цветущий сад, который окружал их оранжерею, и вдыхала ароматы цветов, окутывающие их обоих. Во время своего неторопливого прогулочного шага, девушка наконец подошла к Фреду, который неожиданно обернулся на звук ее приближения.
— Мисс Эвелин? — поднялся с колен темноволосый.
— Нет ли с чем бы я могла помочь? — сцепив руки за спиной, простодушно произнесла Эвелин.
Фред посмотрел на цветы, а затем на девушку.
— М… Нет, мисс Эвелин. Кроме того, мистер Льюис будет не доволен тем, что я пренебрегаю своими обязанностями, перекладывая их на тебя. — спокойно произнёс Фред.
— И ты туда же. Морана что ли найти? Наверняка будет рад отдать свою работу. — Эвелин сложила руки на груди, осматривая розы.
— Последний раз когда я видел Морана, он был… раздражённым. — вернувшись к цветам, сказал юноша.
— А что с Мораном? — нахмурив брови, поинтересовалась Эвелин.
— Он может и не показывает, но очень переживает за тебя. Как и все мы. Милгрэм скользкий человек. Он осторожен и о нем почти нет какой-либо точной информации. С ним всегда его охрана поэтому близко к нему не подобраться. — пояснил Порлок.
— Да… Но вам не стоит так сильно волноваться. Вот знаешь, что моя тетя Мадлен говорила на такое «Не страшен так черт, как его малюют»
Фред ничего не ответил на слова Эвелин, но уголки губ приподнялись в улыбке. Прекрасно зная, что у Эвелин не было никаких родственников с именем Мадлен.
— Что ж пойду дальше слоняться по поместью и медленно умирать со скуки. — ухмыльнулась Эвелин.
Вернувшись в поместье, Эвелин поднялась на второй этаж к Уильяму, кто знает, может ему она сможет чем-то помочь. Подходя к двери, из комнаты вылетел Моран. Он не заметил девушку и стремительно ушёл в направлении лестницы. Эвелин легонько постучалась в дверь и, не дожидаясь ответа, вошла. Уильям сидел за столом и был напряжённым. Видимо разговор с Мораном был не из приятных.
— Уильям? Я наткнулась на мистера Морана. Он был мягко говоря не в духе. Что случилось? — медленно подошла к столу Эвелин.
Девушка уловила ещё не выветрившийся запах сигарет. Она уже давно заметила, что Уильям курит, так как едва заметный запах табака ощущался от него.
— Моран слишком остро реагирует. — протерев переносицу в усталом жесте, произнёс Уильям.
— В смысле?
— Он попросил рассказать план.
— И что же ему не понравилось?
— Тебе предстоит переехать во временные апартаменты уже завтра. И с этого момента ты будешь действовать одна. Но конечно Фред по возможности будет наблюдать на расстоянии.
— Так и что здесь ему не понравилось. В этом же и суть: мне нужно сблизиться с Милгрэмом, чтобы вызнать всю нужную информацию. В любом случае для Милгрэма исход один.
— Он боится, что что-то может пойти не так и ты пострадаешь.
— Это очень мило с его стороны так беспокоиться, — Эвелин даже засмущалась узнав, что Моран действительно переживает за нее.
Эвелин обратила внимание на лицо Уильяма, он выглядел крайне задумчив и обеспокоен.
— Но что-то все же ещё скрывается за Милгрэмом?
— Как всегда проницательна. Но вот с Милгрэмом это связано или нет сказать не могу. На самом деле мне не даёт покоя загадочные две буквы GM. Они фигурировали в деле Блица и Баскервиля. Мы их устранили, однако их дела пускай и не в таком масштабе, но продолжаются. По своим источникам я узнал, что этот загадочный GM занимается продажей оружия, наркотиков и девушек. — сложив руки в замок, мрачно произнёс Уильям.
— Ужас какой. Но в любом случае присмотрись-ка к Милгрэму. Кто знает, может он не последнюю роль играет в этом всем.
— Я уже. И он никак не связан с этим. Либо он и правда не замешан в этом и это лишь мои догадки, либо Милгрэм умеет хорошо за собой подчищать.
— Ну кто знает. Ты же математик, может пойти… как там было… а, метод от противного использовать. Задача может иметь несколько решений и ты пока не нашёл именно тот способ, который применим именно с Милгрэмом, — вскинув бровь, проговорила Эвелин.
Уильям заметно расслабился и заулыбался на такие сравнения.
— У тебя хорошие примеры. Ты бы могла быть хорошей учительницей.
— А я была ей, но не долго. В одной сельской школе. Но я там не прижилась, видите ли как это так женщина да ещё и учитель. Пришлось уйти не проработав там и двух месяцев.
— Увы общество все ещё отторгает умных женщин. — поджав губы, произнёс Уильям.
— Это не общество, это мужчины, их хрупкое эго не может позволить, чтобы женщина могла иметь равный им ум.
— Да… Многие попадали в ловушку когда недооценивали женщин. Однако я уверен, что настанет день когда женщины будут иметь такие же права, как и мужчины. — приободряющей произнёс Уильям.
— Надеюсь. Но думаю не раньше осуществления твоего плана, Уильям.
Блондин опустил взгляд, понимая что Эвелин в чём-то права. Никто не решался продолжить разговор. Молчание затянулось и Рейнхарт решила его прервать на более позитивной ноте.
— Что ж пойду тогда заниматься любимым делом… — с задором в голосе произнесла Эвелин.
Уильям нахмурил брови и с любопытством посмотрел на Эвелин.
— Каким?
— Дразнить Льюиса конечно же. Раз он освободил меня от работы, — ухмыльнулся Эвелин.
— Будь с ним мягче…
— Я же шучу, Уильям, хах. — усмехнувшись Эвелин направилась к двери.
Подходя к кухне, девушка почувствовала приятный аромат, который доносился изнутри. Не могла удержаться от интереса, она распахнула дверь и взглянула внутрь. Эвелин увидела как Льюис определено готовил ужин. Он аккуратно помешивал что-то в кастрюле, а затем профессионально нарезал овощи, совершенно утонченно и с легкостью. Эвелин была зачарована этой картиной и некоторое время просто не могла отвести глаз от блондина. Льюис заметил ее присутствие и обернулся.
— Эвелин?
Девушка услышала своё имя и осознала, что некоторое время откровенно пялилась на него. В смущении Эвелин отвела взгляд. Но быстро придя в себя, прочистила горло и заговорила.
— А, Льюис, пришла тебе мешать. Больше мне делать нечего в доме. — на одном дыхании проговорила она.
— Ты могла бы почитать. — предложил блондин, открывая одну из баночек со специями.
— Сюжет реальности пока более захватывающий, чем сюжет книги. — ухмыльнулась Эвелин, подойдя ближе к Льюису.
— Вот как… Кстати насчёт бала, уроки Бонда не прошли даром. — скинув с доски нарезанные овощи в кастрюлю, а также добавив специи, произнёс Льюис.
— Ах это. Честно у меня жуть как ноги болели. Туфли оказались не такими удобными, а жаль ведь красивые. — невольно посмотрев на пол, вспоминала Эвелин.
— Да? А сейчас как ты себя чувствуешь?
— Жить буду… может мне помочь? — перевернув голову к блондину, поинтересовалась Эвелин.
— Я вроде говорил, что ты освобождена от обязанностей по поместью. Ты что не можешь воспользоваться этим временем и отдохнуть? — обойдя девушку, сказал Льюис и убрал на верхнюю полку баночку со специями.
— Как говорила моя тетя Мадлен «с кем поведёшься…». Разве ты не знаешь, что если проводить с одним человеком много времени, то можно перенять некоторые привычки. Вот из-за тебя я теперь не могу нормально отдыхать. — скрестив руки на груди, сказала в шуточном обвиняющем тоне.
— Значит это я ещё виноват? — вскинул бровь Льюис, посмотрев на Эвелин.
— Да, ты. — выдержав взгляд на нем, Эвелин продолжила, — Ладно, шутки в сторону. На самом деле я просто хочу занять себя чем-нибудь. Уильям сказал, что завтра мне стоит переехать во временное жилье. Буду ждать субботы уже там. — несколько грустно произнесла Эвелин. Она только сейчас поняла, что на неопределённый срок будет где-то вдали от всех.
— Волнуешься? — всматриваясь в лицо девушки, пытался понять ее настроение Льюис.
— Не то чтобы я прям волнуюсь, просто хочется побыстрее покончить с этим. Да и как ты тут без меня будешь? — хитро улыбнувшись сказал Эвелин, но при этом не могла не смотреть нежным взглядом на него.
Они проговорили ещё некоторые время обсуждая совершенно разные темы. Раз Льюис не давал ей никакой работы, Эвелин потихоньку таскала разные ингредиенты, которые можно было съесть. Льюис, когда заметил это, уже не так отвлекался на разговоры с ней. Между ними царила тёплая атмосфера. Льюис поймал себя на мысли, что хотел бы чтобы такие моменты между ними были всегда. Сейчас он ощущал себя самым счастливым. Ее дерзкий тон, как она мило смеётся и как она улыбается. Ему хотелось запомнить каждую минуту, проведённую с Эвелин.
Утром Эвелин уже стояла у выхода, поправляя у зеркала свою прическу. Она взяла с собой не большой чемодан с вещами, так как не знала сколько ей придётся прожить во временном месте жительства. Девушка была одета в темно-синее платье, поверх которого такого же цвета надета пелерина. По подолу платья вышиты цветы в тон платья. Последний раз посмотрев на себя в зеркале, Эвелин направилась к выходу.
Фред уже стоял около кареты ожидал ее. Он помог ей забраться в карету и после чего закрыл дверцу. Экипаж тронулся. Эвелин смотрела как медленно исчезает из виду особняк, что успел стать ей домом.
Льюис наблюдал, как экипаж, в котором сидела Эвелин, медленно отдалялся. Ужасное липкое чувство тревоги нарастало в его груди, словно тьма окутывала его сердце. Чтобы как-то успокоиться, Льюис решил вернуться к своей обычной работе. Он выполнял обычную свою рутину: убрать все поместье приготовить еду, заняться стиркой, убрать придомовую территорию, уход за лошадьми.
Он впервые ощутил какая же это работа нудная. Конечно, и раньше они с Эвелин работали по отдельности. Но у них сложился такой распорядок дня: Утром Льюис вставал рано, готовил одежду для своих братьев и забирал почту, включая свежую газету. К этому времени уже подходила Эвелин и они готовили завтрак на всех. После завтрака и небольшого собрания, где Уильям раздавал какие-либо поручения, все разбегались по своим делам. Обед в большинстве случаев пропускался. Эвелин заканчивала свою часть работы обычно как раз тогда когда Льюис начинал готовить ужин. За весь день они не могли провести много времени вместе, но Льюис каждый день менял свой список дел, чтобы лишний час или два провести с ней, в чем он, конечно, никогда не признается. Как и Эвелин никогда не расскажет, что решила разнообразить порядок выполнения своих обязанностей, чтобы «скучно не было» и тем самым больше времени проводила с Льюисом.
Затихшие голоса, запахи домашней еды и смех — все было как обычно на семейном ужине у Льюиса. Однако в этот вечер он почувствовал себя необычно, словно что-то внутри его изменилось. Будучи окруженным братьями и друзьями, ему не хватало одной единственной личности. Той, с которой Льюис смог бы поделиться своими глубокими чувствами, у которой было особенное место в его сердце. Эвелин. Она была блестящим сиянием в его жизни, хрупкой, но сильной женщиной, умеющей вдохновить. Рядом с ней он чувствовал себя увереннее. Льюис осознал, что его чувства к ней не являются обычной дружбой. Что-то гораздо большее, чем просто привязанность, пробудилось в его душе. Льюис не мог скрыть свою надежду на то, что она тоже испытывает что-то подобное к нему. Он задавал себе вопросы: чувствует ли Эвелин тоже самое? Ощущает ли, как его сердце трепетно бьется при ее приближении? И даже если ее ответ отрицательный, Льюис готов был довольствоваться хотя бы дружбой. Он умел ценить каждую минуту, проведенную в ее обществе, и не жадничал на ее внимание.
Осознание, что они всего лишь друзья, но больше никогда не станут чем-то большим, вызывало боль в его сердце. Это была боль, которая кольнула его самые глубины и напомнила, что он не может сменить свои чувства и переходить эту границу. Однако Льюис был готов потерпеть эту боль, если только она была рядом в его жизни.
Льюис пытался находить утешение в других людях, погружаясь в дружеские разговоры, но глубокая пустота осталась внутри его души. Он был благодарен за то, что имел возможность проводить время с братьями и друзьями, но чувство одиночества никак не хотело покидать его.
Когда настала суббота, Льюис мог только гадать, что делает сейчас Эвелин и как пройдёт их ужин с Милгрэмом. Он старался отогнать все тревожные мысли по этому поводу усерднее погружаясь в домашние дела.
Спокойную атмосферу особняка прервал неожиданный гость. Дверь открыл Джек и проводил его наверх. Этим гостем был Чарльз Эллингтон. Льюис проводил его взглядом, пока он не скрылся на втором этаже. Блондин предположил, что вероятно он пришёл к Уильяму. Льюису не нравилась мысль, что он теперь знает о них. И как сказал брат теперь Чарльз Эллингтон часть их команды. Ещё больше его раздражало, что ради Эвелин Эллингтон был готов пожертвовать своей жизнью.
***
Таинственное письмо, у которого не было подписи, говорило о встречи рано утром в заброшенной части парка. Дороги блестели от дождя, что пролился ночью. Туман ещё не успел рассеяться. Эллингтон шёл торопливо, озираясь по сторонам. Вдалеке он увидел две мужские фигуры. Когда он подошёл ближе, смог различить их очертания лиц. Один был высокий с каштановыми волосами в темно-зелёном костюме, поверх которого был чёрное пальто. На голове у него был цилиндр. Его глаза были слегка прищурены, а взгляд смотрел хищно. Рядом с ним был мужчина в чёрном плаще и цилиндре из-под которого виднелись блондинистые волосы. Взгляд алых глаз был холоден. В его правой руке была трость, на которую он опирался. — Какая неожиданная встреча, сэр Эллингтон. — ухмыльнулся Альберт. — Утро сегодня весьма прохладное. — Граф Мориарти? — растеряно произнёс Чарльз, так как подсознательно он понимал, кто перед ним. — Вы тоже решили прогуляться с утра пораньше, — нервный смешок вылетел из уст темноволосого. — Да, утренняя прохлада весьма бодрит. Вы ещё не знакомы с моим младшим братом. Позвольте представить вам Уильям Джеймс Мориарти. — рукой указывая на Уильяма, произнёс Альберт. — Я-я слышал о вас. Вы самый молодой профессор математики. Я — Чарльз Эллингтон. Рад знакомству. — учтиво поклонился Чарльз. Глаза Уильяма потемнели и Чарльз увидел его улыбку, никак как дьявольской ее не назовёшь. — Я правда профессор, но у меня есть и другая специализация. Я консультирую людей. — Уильям вздернул подбородок, изучая мужчину. Чарльз опустил взгляд собирать с мыслями. — Хм… консультант значит…. — Чарльз все не решался. Быстро обдумав что-то в голове, мужчина продолжил. — Есть одна девушка. И она в большой опасности. Когда-то давно она была «спасена» Аланом Милгрэмом. Из неё он сделал своё оружие. Для него она выполняла любой его приказ. Я тогда был обычным рядовым солдатом в его подчинении и видел ее лично. Она была несчастна. Позже я узнал что мой отец и один его друг вели тайное расследование на Милгрэма, и в ходе которого узнали об этой девочке. Думаю вы знаете историю как «ангел смерти», но уверяю вас это чистая правда! — с мольбой в глазах смотрел на них Чарльз. — И что вы намерены делать? — спокойно произнёс Уильям, испытывающее смотря на того. — Мне все равно, что будет со мной, зная что Милгрэм снова взялся за своё. Он снова хочет отобрать ее свободу. Я пообещал себе, что буду всегда ее защищать. Уголки губ Уильяма приподнялись в улыбке. — Говорите, что и жизни не жалко. Как насчёт отдать свою жизнь в мои руки? — протянул руку Уильям с серьезным выражением лица. Эллингтон застыл в оцепенении. Взгляд Уильяма потемнел и сверкал хищным блеском, улыбка была по-дьявольски опасной и теперь Чарльз осознал кто перед ним стоял. Никто иной как — преступный лорд. Единственная надежда для него. Темноволосый низко поклонился и смиренно сказал. — Моя жизнь в ваших руках. Наблюдавшие из далека Моран, Бонд и Льюис подошли ближе так как поняли, что переговоры прошли гладко. Услышав за спиной шаги Чарльз, обернулся и увидел ещё троих человек.***
Льюиса пугала мысль, что есть ещё кто-то кто так трепетно относится к Эвелин. Он был уверен, что Эллингтон во всем лучше его. Он мог предложить Эвелин многое. Чарльз — аристократ и обладает хорошим финансовым состоянием. С таким человеком как он у Эвелин может быть хорошее будущее. Кроме того он узнал, что тот коллекционер произведений искусства. Часто помогает простым художникам с выставками. Льюис помнил, что девушке нравится посещать галереи. У них бы точно нашлось что-то ещё общее. Чарльз смог бы предложить Эвелин стабильное будущее. А что мог предложить Льюис? Он лишь приемный сын семьи Мориарти без права наследования титула. И очень неопределённое будущее для них. Это неприятное жгучее чувство поселилось в его груди. Вскоре когда Эллингтон покинул особняк, Льюис решил наведаться к брату, чтобы узнать причину его визита. Тихий ритмичный стук, оповестил Уильяма о посетителе. По характеру стука Мориарти понял, что это Льюис и незамедлительной разрешил ему войти. Когда двери распахнулись, Уильям отложил изучение документов. — Что такое, Льюис? Выглядишь тревожным. — лицо Уильяма приобрело обеспокоенный вид. — К тебе заходил мистер Эллингтон. Для чего? — пытаясь скрыть свою нервозность, сказал Льюис. — Эллингтон рассказал о тайном расследовании, что проводилось как раз 10 лет назад. В нем фигурирует Эвелин. Конечно, не под своим именем, но как «оружие» и я попросил принести эти документы, чтобы изучить. — Вот как. И ты ему доверяешь? — Льюис сложил руки на груди, пытаясь сдерживать свои эмоции, не выдавая истинных чувств. Поведение брата обеспокоило Уильяма. Он вёл себя неестественно и был хмурым. — Вполне. Как минимум он не солгал об этих документах, — кивнув в направлении одной из папок на столе, сказал Уильям. — Я их ещё не до конца изучил, но в них содержится ценная информация. Кроме того Мистер Эллингтон является агентом MI5, и было бы хорошо получить его себе. А ещё он известен в кругах коллекционеров искусств. Неплохо иметь своего человека и в этой сфере. — Агент? — удивлённо спросил Льюис. — Да. Он поставил жизнь на кон ради этого дела. Конечно, я бы сказал ради девушки. Он даже выдвинул условия: эти документы и любые другие какие я попрошу из секретного архива в дальнейшем сотрудничестве, в обмен на полную свободу Эвелин не зависимо от результата миссии. Удивительно, на какие поступки может толкать любовь. Льюису было нечего сказать. Он чувствовал себя беспомощным в данной ситуации, он ничем не мог помочь в этом деле. Уильям заметил еще более понурый вид своего младшего брата. Он предполагал, что это вызвано делом, которым занимается непосредственно Эвелин. Он и сам переживал за неё. Все же самым тяжелыми были дела, где аристократы имели при себе личную охрану или те кто вообще не появляется на людях. Из-за чего не редко приходилось искать пути сближения. Милгрэм как человек был весьма скользкий. Учитывая как хорошо он заметает следы, действовать стоило аккуратнее. Вся надежда была на Эвелин. Уильям подошёл к Льюису и в приободряющем жесте сжал его плечо. Младший брат поднял глаза на брата и криво ему улыбнулся. — Я понимаю, что ты чувствуешь. Я несколько раз пытался намекнуть Эвелин, что ей необязательно участвовать в этом задании. Но думаю, ты и сам знаешь, что она не отступится. — Почему тогда не запретил ей? Ты ведь мог. Ты мог приказать, — слова звучали более резко, чем этого хотел Льюис. — Мог. Но у неё должен быть выбор. Она не оружие и не инструмент, которым можно пользоваться. Она живой человек. Поэтому я хочу, чтобы она знала, как я к ней отношусь. — Уильяму всегда казалось, что девушка невольно сравнивала его и ещё кого-то, тогда он ещё не знал с кем. — Но ты мог сделать так, чтобы она сделала тот или иной выбор. Брат, я знаю, что ты так можешь. Ты часто так делал. — не унимался Льюис. — Эвелин девушка проницательная не думаю, что такие уловки бы на ней сработали. — Уильям понимал, его брат очень переживал за девушку. Мориарти грустно улыбнулся, все ещё продолжая поглаживать плечо брата. Некоторое время младший Мориарти ничего не отвечал и Уильям уже подумал, что разговор окончен. — Она бы ещё отчитала тебя за это, — голос Льюиса стал более спокойным даже с нотками веселья. Льюис невольно представил, чтобы было если его брат попробовал провернуть какую-то уловку над ней. Младший Мориарти знал, что все идёт согласно плану Уильяма, а его планы всегда имели успех. Ему даже стало стыдно, что в какой-то степени стал сомневаться в своём брате. Да и Эвелин была не из робкого десятка, она могла действовать по ситуации. Внезапно их прервал ворвавшийся в кабинет Бонд. Он передал, что пришёл отчёт от Фреда.***
Комната, в которой теперь жила Эвелин, была светлой. В ней было все что нужно для жизни: кровать, шкаф и письменный стол. В доме была приятная женщина экономка. Весь день до субботы прошёл чрезвычайно скучно для Эвелин. Утром она получила телеграмму, что в полдень за ней заедет экипаж Милгрэма. Эвелин оделась в голубое платье с красной бархатной лентой на поясе. А воротник-стойку украшала камея. В назначенное время за ней приехал экипаж. Когда Эвелин вышла из дома, она увидела двух молодых мужчин, внешность которых была невзрачной. Они были в чёрных костюмах. Экипаж был без каких либо опознавательных знаков, запряженный двумя лошадьми. Один из мужчин лишь спросил ее имя и удостоверившись, что она та кто им нужна сопроводили в карету. Дорога до особняка Милгрэма заняла примерно полтора часа. Огромное трёхэтажное здание было воплощением элегантности и роскоши. Величественные колонны и узорчатые окна сияли на фоне облаков, словно небесные огни. Экипаж остановился перед входом, где две отполированные львиные статуи охраняли величественные двери особняка. На ступеньках стоял в ожидании хозяин поместья, рядом с ним были ещё несколько слуг. Милгрэм поспешил открыть дверь кареты и помог выйти Эвелин. Взяв руку девушки, он прикоснулся губами к тыльной стороне ладони. — Рад тебя видеть, Эвелин, — хищно улыбнулся он. — Да, Я-я тоже… — изобразила смущение она. — Ты выглядишь очаровательно, — все еще держа ее за руку, произнёс Милгрэм. — Вы мне льстите… — Я говорю только правду, моя дорогая. Ты наверняка устала с дороги… Как насчёт выпить чаю? — Да было бы неплохо. Алан повернулся к одному и слуг и сказал: — Дженкинс, приготовь чай, пока я провожу экскурсию для моей гостьи. — Да, сэр, — откланявшись, лакей ушёл. Милгрэм повернулся к девушке и мягко улыбнулся. Он вытянул руку, приглашая Эвелин пройти ко входу в его обитель. — Что ж, добро пожаловать в Хэмптон хаус! — открыв дверь перед ней, сказал Алан. Милгрэм водил девушку по самым лучшим местам своего имения. Он показывал ей свою коллекцию картин разных художников, рассказывал интересные вещи о них. Алан показал свою большую библиотеку, который так гордился. Они прогулялись по саду. Милгрэм отвёл ее в одну из теплиц, в которой он выращивал орхидеи. Как он говорил, что чем-то ему так полюбились эти цветы, что решил лично их выращивать. Общение было для Эвелин скучным, но она старалась делать вид сильной заинтересованности. В основном говорил Алан. Он рассказывал свои истории. Ещё часто рассказывал что-то из прошлого, явно пытаясь вызвать приятные эмоции о том времени. Рейнхарт заметила каким добродушными он был. Эвелин стало казаться, что у него раздвоение личности, так как Милгрэм, что был на балу и тот что сейчас с ней словно два разных человека. Резкая смена поведения из подавляющего и холодного в добродушного друга ошеломило ее. Однако по всей видимости такая тактика Алана сработала, так как Эвелин заметно расслабилась в его присутствии. — Как тебе чай? — внимательно наблюдая за реакцией девушки произнёс Алан, держа в руке красивую фарфоровую чашку. — Очень вкусно, мистер Милгрэм… — сделав пару глотков, Эвелин удивилась приятному вкусу напитка. — Судя по твоей реакции я угадал с чаем… И еще, Эвелин, зови меня не так формально. — с приторной ухмылкой произнёс Милгрэм. — Хорошо. — отпив еще чая, Эвелин отвела взгляд. — Я думала мы будем в Эшберн холле. — невзначай начала она. — А это… Думаю в скором времени я отвезу тебя и туда. Надеюсь, тебе понравился мой подарок. Если ты помнишь олеандр как раз от туда. — Да, но он же ядовит… — поставив чашку на блюдце, выжидающе смотрела на него Эвелин. — Вы часто ругали меня, когда я была маленькая и подходила слишком близко к олеандру. — А не беспокойся, мой садовник смог вывести яд из цветов и сейчас они не опаснее крапивы. — загадочно улыбнулся Алан. — Ты же не думала, что я отправлю тебе ядовитые растения. «Без доказательств не поверю, что он волшебным образом стал не опасным.» — Вот как, тогда это прекрасная новость. Эти цветы очень красивы. — Вы похожи. Прекрасны снаружи и таите в себе опасность. — глаза Алана потемнели, приобретая холодный блеск. — Да? — девушка опустила взгляд на чай. — А когда мы посетим Эшберн холл? — Не терпится увидеть? Столько воспоминаний с ним связано. — задумчиво произнёс Милгрэм. — Что ж, — звонко поставил чашку на блюдце, продолжил, — как насчёт конной прогулки по парку? Девушка удивилась такой резкой смене темы разговора. — Это хорошая идея. Но у меня нет одежды для этого. — Тебе не стоит беспокоиться об этом. Одна из горничных проводила ее в одну из комнат. Эвелин заметила, что других горничных почему-то не было видно, да и слуг было мало. Либо они так хорошо и незаметно ходили либо их было тут мало. Та горничная, что проводила ее для переодевания в одежду для верховой езды, выглядела очень нервной. Это была невысокого роста девушка со светлыми волосами и серыми глазами. Одета она была обычную форму горничных. Она помогла Эвелин переодеться в платье для конных прогулок. Оно было изумрудного цвета из бархата. На голове у неё была шляпа с жесткими полями типа цилиндра. Когда горничная поправляла прическу девушке, Эвелин заметила какие-то странные следы на ее запястьях. Следы от верёвок, когда человек долго и туго связан. Рейнхарт хотела спросить об этом, но горничная в испуге уставилась на неё и ответила что-то вроде все в порядке и что Эвелин показалось. Это было подозрительно. И одно она поняла точно, это не горничная ее держат здесь насильно. Когда Эвелин была готова, эта же горничная сопроводила ее к Милгрэму. Быстро поклонившись, та поспешно ушла. Алан стоял возле двух гнедых лошадей, пригнанных к входу особняка. Они были великолепны: шерсть поблескивала на солнце, а их грациозные движения явно свидетельствовали о прекрасном обучении. — Знал, что зеленый цвет подойдет к твоим глазам, — сказал Алан с улыбкой, предлагая Эвелин попробовать сесть на одну из лошадей. — Мне даже интересно вы специально планировали эту прогулку на лошадях? И это платье по моему размеру. — Я хочу знать о тебе все. — загадочно проговорил Алан, держа обе лошади за поводья. — Ты еще не забыла все навыки? В любом случае я буду рядом. Милгрэм подошел и помог Эвелин забраться в седло. Эвелин чувствовала себя немного не уверена на лошади. Когда Алан тоже сел на свою лошадь, они медленно начали движение. Эвелин чувствовала, как каждый взмах лошадиных ног перекладывается на ее тело, и это всколыхнуло ее воспоминания о верховой езде. Пока они шли по дороге, он поделился с Эвелин некоторыми советами как вести себя на лошади, так как заметил неуверенность в глазах девушки. Эвелин прислушивалась к ним, и с каждым мгновением все больше уверяясь в своих навыках. Они проехали через поля. Свежий воздух проникал их легкие. Через некоторое время они остановились у озера. Милгрэм предложил сделать небольшой перерыв, и они спешились, чтобы насладиться прекрасным видом. Только сейчас Эвелин заметила, что все это время за ними на некотором расстоянии шли двое людей, тоже на лошадях. Милгрэм проследил за направлением взгляда Эвелин. — Они тебя напрягают? — поинтересовался он. Эвелин отрицательно покачала головой. — А нет. Просто только сейчас заметила, что они шли за нами. — У меня довольно много тех, кто бы желал моей смерти. Не обращай внимание, это лишь меры предосторожности. Ничего не ответив, Эвелин устремила взгляд на озеро. Водная гладь искрилась под лучами солнца. — А ты не растеряла свои навыки. Помню раньше ты боялась лошадей. — У меня был хороший учитель, — повернулась к нему Эвелин. — И тем более я выросла и больше не боюсь их. Помню, когда вы меня учили, я чуть не упала с лошади. — К счастью все обошлось. Но я горжусь как ты сама выкрутилась из той ситуации. — горделиво расправил плечи Милгрэм. Эвелин вспомнила тот случай, тогда лошадь испугалась чего-то и рванула прочь. Несясь со всей скоростью, животное пыталось сбросить маленькую Эвелин. В тот момент она не поддалась панике и взялась покрепче за поводья и усмирила лошадь. Когда Милгрэм ее настиг, в его глазах был страх и сильный испуг. Милгрэм одарил ее тёплой улыбкой. Однако она была не искренней, взгляд был холодный и сосредоточенный. Алана которого она помнила и тот что был перед ней сильно отличался, пускай и старался быть дружелюбным. — Наверняка ужин уже готов, вернёмся? — предложил Алан. — Да. Мужчина помог забраться на лошадь Эвелин, и они шли неспешно обратно. Милгрэм выглядел расслабленным и спокойным. А Эвелин ощущала давящую тишину, даже не было слышно пения птиц. Вдали виднелся особняк — старинное здание, окруженное цветущими садами. Дабы разбавить гнетущую тишину, Эвелин предложила небольшое соревнование: кто быстрее прибудет к особняку. Милгрэм с энтузиазмом принял приглашение. Путь по лугам и полям заставил Эвелин и Милгрэма проявить свои мастерство верховой езды. Оба они держались равномерного темпа, но их глаза сияли соревновательным огнем. Минуты, показавшиеся часами, смешались в ее восприятии, и на заре осознания она обнаружила себя первой, прибывшей к особняку. Это было ошеломляюще. — Ты невероятна! — сказал он, слезая с лошади. Алан прибыл буквально следом за ней. — Ой да ладно вам. Вы ведь поддавались, — все ещё прибывая в адреналиновом возбуждении, проговорила она, не заметив как неформально обратилась к нему. — Ни в коем случае. Я знаю, как ты бываешь азартна. А расстраивать мне тебя не хотелось бы. — подошёл к ней он, чтобы помочь спешится. Вскоре они вернулись в особняк и все та же светловолосая горничная помогла ей переодеться. На этот раз Эвелин заметила, что та была в перчатках. У Эвелин была ещё идея осмотреть особняк лично, однако учитывая что все время она была либо с Милгрэмом, либо как сейчас с горничной, это не представлялось возможным. Было понятно, что он не хотел оставлять ее одну. Когда горничная проводила девушку к столовой в голове Эвелин возникла мысль как-то отвлечь горничную и пробродить по особняку, но она отогнала эту мысль. Нужно проявлять терпение, кроме того она предполагала, что с горничной ничего хорошего не произойдёт после такой выходки Эвелин. Во время ужина между ними завязался интересный разговор. — Все в Лондоне так и гудят про какого-то преступного лорда. Видите ли «Робин гуд» нашего времени. Эвелин замерла и крепче сжала в руках столовые приборы и внимательно смотрела на Алана. — Но благодаря ему раскрылись многие преступления аристократов. — тихо произнесла Эвелин. — Этот человек из зависти, что не родился в благородной семье, стал мстить всем аристократам, — тяжёлым взглядом смотрел на неё Милгрэм. — «Богач нежится в замке, бедняк у его врат. Бог создал их такими, никто не виноват» Эвелин положила столовые приборы и нахмурилась. — Не думаю, что Бог причастен к этому. Больше тема преступного лорда не поднимаясь, мужчина пытался заводить разговоры на другие отвлеченные темы. Милгрэм проводил Эвелин до экипажа, который доставит ее до дома. Во время поездки она анализировала время проведённое с Милгрэмом. Особняк был почти пустым, хотя даже для одного хозяина поместья слуг бывает больше. Ещё горничная, что помогла Эвелин переодеваться, была словно напугана и эти отметены на ее запястьях. Сама атмосфера дома была гнетущая. А вот Алан был наоборот очень весёлым и дружелюбным. Но от него чувствовалась скрытая опасность. Всю неделю он приглашал ее в различные места — прогулки по прекрасному парку, посещение театра и ужины в дорогих ресторанах. Как-то они зашли на выставку картин. Алан делал все чтобы казалось, будто он хочет проводить время с Эвелин. Он медлил с раскрытием истинной причины. В один из дней Алан пригласил Эвелин на прогулку в парк. Погода была облачная даже были намеки на солнце. Эвелин шла рядом с Милгрэмом и держала его под руку. Они направились в живописную часть парка. Эвелин предчувствовала, что вероятно он не спроста ведёт ее именно туда. Они были окружены зеленью и цветами. Алан проводил девушку к арке всю обвитую розами, а в арке была красивая кованая лавочка. Милгрэм остановился и взял Эвелин за обе руки чуть сжимая в своих ладонях. Он заглянул ей в глаза. — Эвелин, возможно для тебя это будет слишком поспешно. Что же не буду тянуть. Я хочу чтобы ты целиком и полностью стала моей. — крепче сжимая в руках ладони Эвелин, проговорил Алан. Эвелин опешила от таких слов. Она ожидала чего угодно, но не этого. Алан сделал ей предложение. Но интуиция подсказала Эвелин, что это лишь пыль в глаза. — Я даже не знаю, что сказать… — Ты согласна? — настойчиво смотрел на неё Милгрэм. Эвелин опустила взгляд и кивнула. Милгрэм расплылся в торжествующей улыбке. Эвелин все ещё пребывала в шоке, она никак не могла предугадать такой исход событий. Милгрэм уже было потянулся к лицу девушки для поцелуя. Эвелин как ошпаренная отодвинулась от него. Осознав что она сделала, неловко улыбнулась. Милгрэм сдержано улыбнулся. Вскоре внезапно хлынул дождь. Алан подозвал одно из своих телохранителей, чтобы те нашли для них кэб. К счастью, они не промокли сильно и уже находились в транспорте. — Прости, не думал, что будет дождь сегодня, — доставая небольшую флягу из нагрудного кармана пиджака, сказал Алан. — Ничего. Дожди часто бывают в Лондоне. — Эвелин поёжилась от холода. — Как насчёт чая в моей теплице. В дождь там особенно прекрасно. Лучше рассмотришь орхидеи… А пока вот, держи. — он открыл крышку фляжки и протянул ей. В нос ударил запах алкоголя. Эвелин не хотелось пить, но и отказаться было бы не очень. В конце концов девушка явно знала, что он следит за каждым ее движением. Она, чуть помедлив, все же взяла в руки фляжку. Эвелин медленно поднесла ее ко рту и сделала один глоток. Горло сразу обожгло от алкоголя. Эвелин аккуратно прикрыла рот рукой и отдала фляжку ее владельцу. Его глаза заблестели предательским блеском, а мягкая и дружелюбная улыбка уже казалась злобным оскалом. В это мгновение она поняла, что клетка захлопнулась и она осталась одна с грозным Львом. Он сделал свой ход. — Кстати почему орхидеи? — спросила она как можно более непринуждённо, — Насколько я знаю они привередливы. — Они красивые, думаю этого от них достаточно… — убрав во внутренний карман фляжку, произнёс Алан. Дождь за окном кэба усиливался, а у Эвелин появилось непреодолимое желание уснуть. Фигура Милгрэма становилась все мутнее. Она погрузилась в сон. Мужчина наблюдал как та медленно засыпала. На его губах расползлась ухмылка. — Приятных снов, моя дорогая Элин.
