Эвелин Рейнхарт

      По возвращению в поместье Уильям попросил всех собраться в гостиной для обсуждения дальнейших действий. Сам он удалился в свой кабинет. Все сидели в неприятном напряжении, ожидая прихода Мориарти. Когда пришел Уильям он отдал каждому по экземпляру плана. Слово за словом сердце Эвелин лишь болезненно сжималось. А к горлу подкатил ком. Но она держалась. Кинув взгляд на Льюиса, она увидела как он побледнел.       Альберт дочитав план, произнёс: — О? Уильям, этот план… Если я правильно помню, он немного отличается от первоначального замысла?       Уильям сидел сцепив руки в замок, а взгляд его казалось был безжизненным.       Льюис не выдержал, он как никто другой знал изначальный план: — Да… Это так!!! Действительно отличается! Мы планировали покинуть поместье и скрыться во тьме после того, как объявят имя Уильяма!..       Льюис выглядел очень взволнованным, он был явно недоволен изменениями плана. Он продолжал: — Но почему мы остаёмся здесь и только брат вынужден скрываться?! Получается весь мир теперь считает, что преступным лордом был один лишь брат!!! Если идёт он, то и я тоже…       Эвелин закусила губу, она прекрасно понимает чувства Льюиса. Уильям его любимый брат и осознание, что тот хочет в одиночку все это претворить в жизнь было ужасно больно и обидно. Льюис хотел разделить эту ношу со своим братом.       Твёрдый голос Морана прервал Льюиса: — Льюис. Планы и приказы Уильяма беспрекословны. Больше говорить не о чем.       Взгляд Льюиса устремился на брата, тот лишь прикрыл глаза, собираясь с мыслями.       Альберт подтвердил: — Это так… Уильям, насчет тебя… у тебя ведь есть идея? Мы будем следить за поместьем.       Уильям ответил, голос его был привычно мягкий, но в нем что-то все же изменилось: — Да… Прости, брат. Вам придется столкнуться с осуждением…       Альберт откинулся на спинку кресла, произнёс: — Не важно. Это ничто по сравнению с тем, что предстоит пережить тебе.       Джек пробегая взглядом по плану выразил своё мнение: — Но… Убить представителей палаты общин и дворян из этого списка… — после чего он вытянулся по струнке и завел руки за спину, как бы докладывая. — Если все эти люди умрут, многие потеряют работу… Нетрудно представить, что эти рабочие и те, кто недоволен семьей Мориарти, обернуться против нас. Но мы уже привыкли к такому отношению… поручите поместье нам, господин Уильям.       Уильям с еле заметным вздохом произнес: — Да… Надеюсь на вас, Джек.       Льюис не унимался. На этот раз он был более сдержан, а голос был вкрадчивым: — Не обязательно так поступать… Мы можем бросить поместье и скрыться все вместе…       Моран раздраженно бросил: — Ты!       Но звонкий голос Бонда его перебил: — Льюис! Даже если Уилл уйдёт в подполье, это не значит, что мы не сможем его поддерживать, верно? Если переживаешь, что Уилл останется один, ты можешь стать «мертвецом», как мы. Тогда принесешь ему больше пользы. Фред же тоже так считает?       Фред был погружен в свои мысли. Вероятно ему тоже было трудно принять тот факт, что все ложится на плечи Уильяма. — Фред? — снова позвал его Бонд.       Юноша будто очнулся растерянно захлопал глазами. — Э.? А извините, задумался… Я в порядке, мистер Уильям.       Эвелин посмотрела на юношу, сложно было понять о чем он думает, но ему явно не нравился измененный план. Льюис тоже обратил внимание на Фреда, а затем посмотрел на Эвелин. Девушка замялась, но попыталась улыбнуться, но наверняка это вышло криво.       Уильям опершись на колено рукой, поднялся с кресла: — Это конец истории… Ну а теперь… Начинается наше последнее дело.       Взгляд Уильяма был холодным, он был твёрд в том что собирался сделать. Мориарти не намерен отступать. Слова о последнем деле, словно набат раздались по комнате. Сердце Эвелин забилось в тревожном ритме.       Вскоре все разбрелись по своим делам. Эвелин направилась прямиком в кабинет Уильяма пока тот не ушел, ведь когда ещё она сможет с ним поговорить. Может это последний их разговор?       Стараясь подавить в себе приступ слез, она тихонько постучала в дверь. Она оказалась не заперта, отчего немного открылась. Эвелин вошла в кабинет. Уильям что-то убирал со стола. Он уже был в своём чёрном плаще, а его трость-клинок, стояла прислоненная к столу. — Уильям… — позвала его Эвелин.       Блондин замер, а затем медленно обернулся.       Слёзы все же предательски застилали глаза Эвелин. — Уильям… Я… — только и могла выдавить из себя она. Не выдержав, и поток слез все же хлынул из глаз.       Она старалась стирать их, но они снова и снова скатывались по щекам. Уильям в два шага преодолел расстояние между ними. — Я. я не хочу чтобы все так закачивалось, Уильям. — Эвелин схватилась руками за его плащ в районе груди. — Я ведь понимаю, чем это закончится для тебя… я не хочу твоей смерти. Неужели… неужели нет другого выхода?       Уголок губ Уильяма дернулся в подобии улыбки. Он мягко взял лицо Эвелин в свою ладонь, стирая большим пальцем дорожку из слез. — Эвелин… милая… ты не должна плакать из-за такого как я… — грустно произнёс он. Уильям говорил вкрадчиво. — Какого? Доброго? Отзывчивого? Человека, который настолько любит свою страну, что готов умереть ради всеобщего блага…. — Ты слишком хорошего обо мне мнения, Эвелин. Мои руки уже запятнаны кровью. Я не хороший человек. — голос его был ровный спокойный. Это даже пугало. — Но ты не заслуживаешь смерти… — всхлипнув, отчаянно произнесла она. — Убийство есть убийство… я не в праве решать кто должен жить, а кто нет. За свои грехи я должен понести наказание. — Но все заслуживают второй шанс. У меня появился второй шанс… А на моих руках не меньше крови.       Уильям горько хмыкнул. — Знаешь, раньше я думал, что ты хороший элемент для плана. Но чем больше я узнавал тебя, тем больше осознавал кое-что. В погоне за каким-то азартом, я буквально втянул тебя в то, отчего ты бежала. Я стал тем монстром, что мог по команде заставить тебя убивать вновь. Лучше бы я просто выкрал те документы из поместья у тебя, чем втянул тебя в это. — Не говори так, Уильям. Ты никакой не монстр и никогда им не был. У меня был выбор. И я его сделала. Ты не в ответе за мои решения. И если уж кому сожалеть, то это мне. Но я ничуть не сожалею, что согласилась присоединиться к тебе.       Эвелин вздохнула и прижалась к нему в объятиях. Она обнимала его так крепко как могла. Ее тело содрогалось от рыданий. Больше всего она не хотела его терять. Но понимала — его не переубедить. Он уже решил умереть. Он уже давно решил умереть.       Уильям не ответил на объятия, позволяя девушке вот так повиснуть на нем, пока та не успокоится. Когда же он заметил, что она перестала дрожать, Уильям позвал ее: — Эвелин… выполнишь одну мою просьбу?       Отстраняясь от Уильяма, она посмотрела в ожидании. Удостоверившись, что девушка его слушает, он продолжил: — Прошу, присмотри за Льюисом, когда меня не станет. Ты будешь нужна ему в это время. — Да. — еле слышно произнесла Эвелин, утирая слезы.       Вскоре они разошлись. Эвелин не знала куда себя девать, поэтому пошла в свою комнату. Сейчас Уильям самолично пойдёт вершить суд над людьми. Сердце раненой птицей трепыхалось в грудной клетке. Казалось было больно даже дышать. Чувство беспомощности и бессилия охватило девушку. Осознание что неизбежное неумолимо приближается отдавалось пульсирующей болью в висках.       Казалось стены комнаты давили, а воздуха не хватало. Эвелин вышла из комнаты и просто шла по особняку, наслаждаясь последними часами спокойствия, ведь скоро сюда нагрянут разъяренные люди.       Она и не заметила как пришла снова к кабинету Уильяма. Не хотелось снова бередить душу, но что-то все же сподвигло ее открыть дверь.       Там она увидела как в лунном свете стоял Льюис, он всматривался в темноту ночи в окне. Младший Мориарти обернулся, когда кто-то вошёл. Завидев Эвелин, уголки губ приподнялись в грустной улыбке. — А… Льюис… Не знала, что ты здесь… мне уйти? Кажется ты хотел побыть один? — произнесла Эвелин, голос ее звучал неуверенно, подрагивал.       Льюис покачал головой. — Останься…       Присутствие Эвелин ему ничуть не помешало, он наоборот хотел, чтобы она была рядом.       Эвелин подошла к нему и прижалась к его боку, Льюис обнял ее рукой, прижимал ближе. Им не требовалось говорить о причине их такого состояния. Кроме того Льюис заметил красные и опухшие от слез глаза девушки. Он мягко поглаживал ее спину, в надежде успокоить, хотя сам не меньше нуждался в поддержке.       Так в тишине они простояли некоторое время, слушая дыхание друг друга. Льюис прервал тишину: — Я… Я всегда отказывался признавать, что в конце нашего плана нас ждёт «смерть брата». Я делал вид, что не испытываю страха. Я закрыл своё сердце и жил так день за днём. Даже пытался заглушить этот страх новыми и такими приятными чувствами к тебе. Не пойми неправильно, это не значит, что они не настоящие… просто я выбрал откинуть все и просто плыть по течению наслаждаясь этими чувствами. Но никто не в силах остановить ход часов. Убегай не убегай оно все равно тебя настигнет. «Это время» неумолимо приближается.       Льюис крепче прижал девушку к себе, ощущение тепла ее тела, несколько успокаивало. Он продолжал: — Мне до боли понятны чувства брата… Именно поэтому я до сих пор не нашёл решения почему… почему именно он должен пожертвовать жизнью ради этого мира… Для этого мира Уильям — Чудовище. Но для меня он — мой старший брат.       Пряча лицо в груди Льюиса, Эвелин не нашлась что ответить ему, лишь слушала как бьется его сердце. Льюис чувствуя дрожь в теле девушки, мягко поцеловал ее макушку. Он знал, что Эвелин разделяет его чувства. И то что она рядом для него достаточно.

***

      В эту ночь Эвелин не смогла сомкнуть и глазом. Нужно было сделать приготовления. Следовало убрать все улики и перенести их в надежное место, ведь наверняка к ним нагрянет Скотленд-ярд с обыском.       На рассвете все в поместье Мориарти суетились, что-то делая. Утренняя газета уже вышла. Статья об Уильяме была помещена на первую страницу. Альберта вызвали на срочное заседание в палате лордов, чтобы тот дал объяснения. Но из-за обыска в поместье Мориарти ему пришлось задержаться. Полицейских было много, человек по шесть семь на каждом этаже. Они осматривали каждую комнату, каждый угол, но так ничего и не нашли. Вскоре часть полицейских были вынуждены закончить обыск, однако поместье осталось отцепленным, другими полицейскими.       Вскоре к особняку стали подходить народ. Собралась толпа. Они яростно выкрикивали разные слова. Кто-то требовал отдать Уильяма. Кто-то вопрошал почему он так поступает, кто-то просто кричал оскорбления. К ним вышел Джек пытаясь утихомирить толпу, несмотря на то, что по периметру поместья были полицейские.       Эвелин украдкой следила за всем происходящим из окна второго этажа. Ей было страшно. Однако она почувствовала мягкое прикосновение Льюиса к руке. — Не волнуйся… они сюда не пройдут. — заверил ее Льюис, будто бы зная о ее волнении.       Эвелин отпустила занавеску, закрывая себе окно. Но несмотря на это, тонкая ткань занавеси, не могла заглушить гневные возгласы людей. Эвелин прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. После чего ещё раз посмотрела в окно, заметила как к особняку прибыл экипаж. — Похоже Альберт вернулся… — произнесла Эвелин. — Пойдешь встречать?       Льюис кивнул. Эвелин вновь отвернулась к окну, однако она не ожидала, что блондин потянет ее за собой. — Не хочу оставлять тебя одну. Кроме того, нечего слушать эти вопли. — объяснил Льюис, понимая, что так она себя только изводит, слушая все эти грубые слова в сторону них и Уильяма.       Скоро начнется последний этап их плана!

***

      Наступила глубокая ночь. В этот раз Эвелин снова не могла уснуть. Да и как тут уснёшь. Сейчас даже сон кажется непозволительной роскошью. Эвелин беспокоилась о том, как же сейчас наверное переживает Амелия. Вероятно она очень шокирована этим известием. Эвелин успела написать небольшую депешу, обещая потом все объяснить, а пока ей не стоит сильно волноваться.       Проходя по коридорам особняка, Эвелин только сейчас отметила как поскрипывают половицы. Луна сегодня была такой же яркой, как и вчера. Удивительно как на небе не было ни облачка. Но что это?       В оранжерее Эвелин заметила какой-то проблеск света. Там кто-то есть? Единственный кто мог там быть это Фред. Будучи занят своей частью плана, он почти не бывал в поместье с момента как Уильям ушёл. Ловко минуя лестничные пролёты, Эвелин направилась точно к оранжерее. По пути они столкнулись с Льюисом. — Ты тоже увидел свет в розарии?       Льюис кивнул. — Проведаем вместе? — протягивая ей руку произнес он.       Переплетая пальцы с его, она первая шагнула в оранжерею. Шли они тихо, стараясь не привлекать внимания. Они заметили, как Фред, склонившись над столом под свет свечи, что-то пишет.       Эвелин решила обозначишь их присутствие. — Фред?       Юноша резко дернулся и испуганными глазами уставился на них. — М-мисс Эвелин! — заметив за ней Льюиса, Фред чуть ли не побледнел, — Го-господин Льюис! Почему вы здесь?!       Юноша выглядел взволнованным, будто его поймали за руку за чем-то плохим. Льюис, отпуская руку Эвелин, чуть прошёл вперёд, осматривая стол. Он застыл, когда увидел письмо. — Это… письмо адресованное Холмсу… Ты хочешь передать брата?       Фред стал белее снега, а на лбу выступила испарина. Выглядело это мягко говоря и правда как предательство. Он что решил выдать весь план Холмсу?!       Фред замялся: — Это… Я не…       Он склонил голову. — Про-простите меня!!!. Если вы отстраните меня от операции, я не против!.. Я приму любое наказание! Это… это некрасивый по отношению к нему поступок, но… Я всегда буду предан господину Уильяму! Но… Но я ни за что не могу позволить Господину Уильяму умереть…       Льюис бесстрастно выслушивал слова Фреда, после спокойно заключил: — Понятно. Я тебя понимаю.       Глаза Фреда расширились от удивления. Он не ожидал таких слов от Льюиса. — Как и я, Фред. Я тоже никак не могу смириться с тем, что Уильям должен умереть. — произнесла Эвелин. — Я рад, что и ты, Фред, разделяешь мои чувства. Тебе не нужно меня убеждать. — голос Льюиса снова стал привычным мягким. — Господин Льюис… — все ещё пребывая в неком ступоре произнёс Фред.       Льюис продолжил: — Вернёмся к теме беседы… Сейчас нам уже невозможно изменить план. Это тяжело, но… обратиться к Холмсу — это последний способ повлиять на ситуацию. — блондин склонил голову, принимая тот факт, что Холмс их последняя надежда.       Затем он устремил взор на розы, что цвели пышным цветом неподалеку. Он нежно провёл по лепесткам, кончиками пальцев. — Если есть хоть малейший шанс спасти брата… Я не буду раскаиваться в том, что предал его… я       Он резко схватил бутон розы и сорвал его в порыве эмоций. — Я не могу признать, что Уильяму суждено умереть!!!       Фред рассказал, что тайно пробрался в дом к одному из аристократов, к которому должен наведаться Уильям. Он вырубил всю прислугу в доме, дабы было меньше жертв, ведь Уильям убивал и тех, кто оказывал сопротивление. Он также рассказал о том, что Уильям все это время очень переживал из-за каждой смерти. — Вот как… — отозвался Льюис. — Брат так ответил… — Я удивился, — ответил Фред. — Все это время из-за нашего плана Господина Уильяма терзало чувство вины… А ещё он сказал… — голос Фреда стал ниже, он не решался произнести эти слова, но все же продолжил, — «Я уже хочу умереть»       Взгляд Льюиса похолодел, он стиснул зубы. Эвелин коснулась его ладони, переплетая пальцы, дабы поддержать. Льюис расслабился, но напряжение на скулах было ощутимо. — Мне кажется, только он запятнал себя… Выглядит так, будто он идет навстречу смерти… мне так жалко господина Уильяма! Если никто не протянет ему руку!..       На лице Льюиса появилась улыбка, горячее желание Фреда спасти Уильяма отозвалось в душе Льюиса. — Ты и правда уважаешь Уильяма… Фред… почему не я? Я всегда думал, почему ноша выпала именно брату… если бы только этот невероятный ум достался мне, а не ему… ему бы не пришлось так страдать. Мой брат — слишком добрый человек. Хоть его жертвы и были убийцами, у него болела душа за них. Я не собираюсь ему противиться. Потому что именно эта доброта делает его моим братом. Но я эгоистично хочу, чтобы он продолжал жить и дальше. Мы попытается спасти брата против его воли и нашего плана. Поэтому нужно, чтобы никто нас не заподозрил.       Фред внимал каждому слову… однако кое с чем он не мог согласится. — Мистер Льюис, я все-таки хочу знать, что думают остальные! Согласно плану завтра ночью господин Уильям воздаст по заслугам герцогу Гловеру. Герцог — один из главных претендентов на трон, и, вероятно, у него серьёзная охрана, поэтому Моран и мистер Бонд будут сопровождать господина Уильяма. Так что перед этим… прошу вас!       Льюис понимал как для Фреда важно знать мнение других. Он выдохнул, а затем произнес: — Я понимаю…       Теперь когда их трое, кто разделяет похожие чувства насчёт Уильяма, появился слабый луч надежды, за него хотелось хвататься всеми силами.       Фред казалось только сейчас обратил внимание на сцепленные руки Льюиса и Эвелин. Переведя взгляд с рук на них, он, ничего не говоря, просто улыбнулся. После чего они разошлись. Проходя по особняку, Эвелин нарушила молчание. — Льюис… можно я буду с тобой… не думаю, что смогу уснуть.       Блондин мягко улыбнулся, погладил большим пальцем ее руку, оказывая поддержку. — Конечно. — Знаешь… я думала над твоим вопросом: почему эта ноша упала на плечи Уильяма, а не тебя.       Блондин навострил слух. Эвелин продолжила: — На самом деле ты отчасти сам же и ответил на него. Ведь Уильям бы не хотел, чтобы страдал ты. Он хочет, чтобы ты жил в лучшем мире, который он создаст. Хочет, чтобы ты был счастлив. Он заботливый старший брат.       Льюис хмыкнул. — Вот как…       Только и ответил он, погружаясь в свои мысли.

***

      Как и планировали, на следующий день во время подготовки Морана и Бонда к операции, Они выцепили Морана на разговор, пока Бонд доставал им фальшивые удостоверения, чтобы пробраться в особняк к герцогу. Они стояли в тупиковом узком проулке. Идеальное укромное место. Льюис и Фред попеременно объясняли суть того, что они намерены сделать. Моран облокотился о стену позади себя, скрестив руки на груди. — Что? Спасти жизнь Уильяма, не меняя план?.. так?       Льюис, Фред и Эвелин выжидающе смотрели на него.       Моран усмехнулся. — Вы…       После чего помрачнел. — Вы что, серьезно?       Тон его голоса был угрожающий. Эвелин рефлекторно дёрнулась встать в боевую готовность, но вовремя себя остановила. Фред побледнел от такого грубого тона. Льюис нахмурился.       Моран продолжал: — Ладно Льюис с Эвелин… Но ты, Фред, правда так настроен?       Фред уверенно воскликнул: — Конечно, я серьезно! Как может быть иначе! Поэтому я и спрашиваю! Моран, почему ты ничего не говоришь по поводу последней части операции?! Ребята ведь все понимают? Господин Уильям мог придумать тысячи способов… мы могли инсценировать его смерть, как делали раньше! Поэтому ему не нужно умирать!!! Но его все равно никто не остановил!!! Моран, ты правда считаешь, что смерть Господина Уильяма — лучший вариант?!       Фреда переполняли эмоции. Он очень хотел спасти Уильяма. Даже иногда он переходил на крик, пытаясь достучаться до Морана.       Себастьян же бесстрастно смотрел на Фреда с высоты своего роста, возвышаясь над ним. Затем он достал сигарету и закурил. Прежде чем Моран сделал первую затяжку, бросил с лёгкостью: — Да.       Эвелин стала вглядываться в Морана, пытаясь разглядеть истинность этих слов. Выдохнув дым, Себастьян продолжил: — Я, в отличие от вас, не собираюсь отговаривать Уильяма. Он возьмет всю вину на себя и умрет. Эта роль будет его последней. Было бы лучше… Если бы я мог взять этот груз на себя, но он этого не хочет. Поэтому, Фред, если своей смертью он искупит свои грехи, то я просто хочу исполнить его желание.       Фред заметно поник. Эвелин решила вмешался. — Моран, ты это говоришь как подчиненный Уильяма, но что ты думаешь, как его друг?       Скулы Морана заметно напряглись, он не знал как ответить. Себастьян застыл в оцепенении. После чего разразился: — Аристократы и жители города возьмутся за руки как равные друг другу! Не смейте рушить план, ради которого Уильям жертвует своей жизнью! Это должно случиться! Но если вы видите способ его спасти, то можете попытаться… вы и Уильям… Увидим чья сила воли победит.       После чего раздался голос Бонда: — Я согласен с вами, мистер Моран.       Все обратили внимание на него. Джеймс продолжал: — Я верю в план Уилла и посвятил этому свою жизнь. Поэтому хочу чтобы его план осуществился. Но обратится к Шерлоку — хорошая мысль! Он спас мою жизнь. Жизнь Уилла спасти труднее, но… Возможно Шерлоку удастся. Я тоже помогу чем смогу.       Фред так и просиял: — Отлично!       Моран устало протянул, намекая о их цели: — Бонд…       Юноша, доставая из нагрудного кармана пиджака два удостоверения, произнёс: — Все в порядке, у меня все есть. Два удостоверения личности для охраны поместья герцога Гловера.       После чего Бонд и Моран развернулись, чтобы выйти из проулка. — Ладно мы пошли! — кинул им Бонд.       Моран добавил: — Этот разговор останется между нами.       После того как Бонд и Морна скрылись из виду, Фред, Льюис и Эвелин переглянулись, улыбаясь друг другу. Все же их товарищи разделяют с ними те же чувства. Это вселяло уверенность.

***

      Жертвы появлялись столь часто, что в газетах не успевали выходить о них статьи. Его назвали неуловимым. Все больше людей потеряло работу, а правительство не принимало мер. Все это предзнаменовало начало конца. С каждым разом все сильнее и сильнее нагнеталась обстановка в Лондоне. Это так же влияло на экономику — многие позакрывали свои магазины. А полки магазинов пустели.       Лондон умирал.       Грядет закат Британской империи.       Настал день, когда они в последний раз собрались обсуждать план в той самой гостиной. Альберт, сложив руки за спиной, смотрел в непроглядную темноту ночи, где лишь серп Луны да звезды были невольными свидетелями происходящего.       Фред сообщил: — Господин Альберт, все уже собрались.       Не поворачиваясь, Альберт произнес: — Доложи пожалуйста. — Хорошо. Холмса пригласили в Букингемский дворец. У него была аудиенция с королевой. — Вот как. Как мы и планировали, — отозвался Альберт, наконец, поворачиваясь к остальным. — После многочисленных убийств Уильяма страна будет ждать помощи от Холмса. Королева обратилась к нему с просьбой. На сцене все идет гладко.       Фред Льюис и Эвелин украдкой переглянулись друг с другом.

***

      Трое, кто отчаянно хочет уберечь Уильяма от смерти, отправили Шерлоку Холмсу телеграмму с зашифрованным посланием. Наверняка он откликнется на нее. Они остановились на углу улиц, недалеко от Бейкер-стрит и ожидали их последнюю надежду.       Через несколько минут, после того как Фред доставил телеграмму и вернулся в экипаж, послышались шаги, а затем голос: — Это Шерлок Холмс.       Трое в экипаже переглянулись и с замиранием сердца открыли ему дверь. Шерлок стоял с засунутыми руками в карманы брюк. После чего он перевёл взгляд внутрь кареты и выглядел удивленным, кажется не их он ожидал увидеть. —!.. — Вы…       Льюис позвал его: — Прошу присаживайтесь, Мистер Холмс.       Шерлок забрался в карету, закрыв за собой дверь. Он поочередно посмотрел на каждого: — Третий сын семьи Мориарти, Льюис… А ты тот кто переоделся старухой в деле с Хоупом. Тебя зовут…       Фред несколько потемнел, произнес тихо: — Фред Порлок.       Шерлок остановился на девушке. — И ты… Эвелин Рейнхарт. Давно не виделись.       Атмосфера была немного натянутая, Льюис решил не тянуть и перейти к сути: — Никто не знает, что мы вас сюда позвали. На самом деле…       Холмс его перебил: — Я догадываюсь о чем пойдет речь.       Фред, сидящий рядом с детективом, встрепенулся. — Эм…       Шерлок продолжал: — Вы решили встретится со мной без Лиама и именно сейчас… вы можете просить только об одном. «Спасите Лиама». —!!!       Льюис и Фред удивлённо уставились на него, от чего подтвердили умозаключения Шерлока. Эвелин лишь улыбнулась: Холмс как всегда очень проницателен. — Бинго! Условием плана Лиама был арест или убийство преступного лорда. Очевидно, что он посчитал более эффективным вариантом «смерть». И, в таком случае, может быть только два варианта «смерти». Первый — фальшивая смерть. А второй — настоящая смерть. Если бы план заключался в том, чтобы обмануть весь мир и сфальсифицировать его гибель, вы бы не искали тайной встречи со мной. Получается Лиам действительно собирается умереть. Поэтому вы и пришли ко мне.       В конце своих объяснений Шерлок скрестил руки на груди и облокотился на спинку сиденья. Он выглядел крайне расслабленным, хотя внутри он напряжен.       Льюис возмутился: — Вы?! Как вы смеете так дерзить?!       Эвелин мягко положила свою руку поверх его, в надежде немного того успокоить. Льюис был на взводе и уже не в силах оставаться сдержанным. Так ещё и снисходительный тон голоса Шерлока не улучшал ситуацию. Однако это прикосновение немного поумерило пыл блондина.       Шерлок твёрдо и решительно произнес: — Я собираюсь спасти Лиама.       Льюис удивлённо на него воззрился. Холмс продолжал: — Как его друг. Ну… не знаю считает ли он меня своим другом… Могу сказать только это. Это вас устроит?       Эвелин еле заметно выдохнула. Она была рада знать, что у Уильяма есть кто-то такой как Шерлок. Единственное нужно, чтобы Холмс сумел достучаться до сердца Уильяма.       Голос Льюиса звучал тише: — Да… Этого достаточно.       Шерлок мягко улыбнулся. После чего быстро вернул себе привычный невозмутимый вид. Он собирался выходить. — Тогда разговор закончен. — продолжил Льюис. — Ну теперь я тоже спокоен. Вы правда заботитесь друг о друге.       Прежде чем Холмс вышел из экипажа, Льюис его окликнул. — Мистер Холмс… Мы готовы понести любое наказание, поэтому… спасите, пожалуйста, моего брата любой ценой.       Голос Льюиса звучал уверенно, он был твёрдо настроен: чтобы ни случилось главное, чтобы брат был спасён. Он готов понести ответственность за это.       Холмс легко выпрыгнул из кареты, потом обернувшись через плечо дерзко бросил: — Можете поручить это мне.       Вскоре он ушёл. Трое заметно расслабились. Теперь все зависело от Шерлока и Уильяма. Они сделали то что намеревались. Не вмешиваясь в план Уильяма, но при этом идя ему наперекор.

***

— Мы подошли к последнему этапу плана.       Взгляд Альберта стал суровым: — Мы в прямом смысле сожжем Лондон!

***

      У всех была своя роль в последней части плана. Эвелин уже давно собрала свои вещи и отнесла в тайное место. Осталось только по мелочи. На самом деле было грустно вот так расставаться с этим местом. Наверное, она могла назвать это своим домом. Именно здесь у неё появились надежные товарищи, хорошие друзья, а также человек, что так дорог сердцу девушки.       Она медленно спускалась по лестнице, прощаясь навсегда с этим местом. Когда-то давно реализация плана казалась такой далекой и даже недостижимой, но теперь они здесь, приступают к последнему его этапу.       Внезапно из комнаты на первом этаже вышел Альберт. Он удивился, увидев Эвелин, она почему-то была ещё здесь. — Эвелин? Ты не ушла?       Девушка скорее спустилась вниз. — Я слишком сентиментальна. Грустно покидать это место.       Альберт мягко улыбнулся, но взгляд был грустным. — Могу понять. — Кроме того… я не знаю когда мы ещё увидимся, Альберт. Не могла уйти, вот так, не сказав ничего.       Старший Мориарти застыл в ожидании. Но вместо того, чтобы что-то сказать, Эвелин подошла и обняла Альберта. Брюнет же не ожидал такого, но вскоре тоже приобнял девушку. — Я долго думала, какие слова здесь нужны. Но все кажется не тем. — глаза снова защипало от подступающих слез. — Иногда слова и вовсе не нужны. — мягко отстраняясь произнёс Альберт. — Мне нужно закончить с особняком, поэтому покинь его как можно скорее. — Может я помогу?       Альберт покачал головой. — Не стоит. Я вполне справлюсь сам…. Хотя можешь сделать кое-что?       Эвелин склонила голову набок в ожидании. — Льюис… пригляди за ним. Ему нужен будет кто-то в это непростое время. Ему будешь нужна ты.       Легкая улыбка тронула губы девушки. — Конечно! — Тогда я спокоен. — До встречи, Альберт!       Попрощавшись, Эвелин вскоре покинула особняк.       Вскоре весь Лондон погрузился в огонь, что разжег преступный лорд. Лондонский Тауэр был объят огнем.       Было удивительным и невероятным зрелищем как каждый человек: аристократ ли, простолюдин ли, объединились. Поначалу конечно они все ещё притирались к друг другу, но сейчас было не время для каких-то препирательств их жизни и будущее в опасности.       Во всей этой суматохе, которая превратилась в организационную работу из двух извечно враждующих классов. Теперь они сообща и слаженно работали вместе.       Эвелин также помогала с координацией работы, а еще тех кто был ранен сопровождала в пункты первой помощи, которые тоже разбились недалеко. После чего искала потерявшихся, чтобы помочь им эвакуироваться. Осматривая улицы, она услышала: кто-то кричал о помощи. Пробираясь на зов, Эвелин увидела юношу на вид лет пятнадцати. Часть дома обвалилась и его ногу придавило. — Прошу! Кто-нибудь! Помогите!!!       Эвелин подскочила как можно скорее. — Я уже здесь.       Парнишка явно был не из богатой семьи, что говорила его кое-где порванная и поношенная одежда. Но сейчас не это было главное.       Эвелин осмотрела то как зажало его ногу, казалось, она была не сильно повреждена. — Не волнуйся. Я тебе помогу.       Юноша со слезами на глазах следил как незнакомая девушка, что-то ищет. Она осматривает обломки, а потом присела на корточки, протянув руку. Он нашла что-то вроде длинной палки.       Эвелин подошла обратно к юноше. — Я сейчас подниму эти развалины, ты же постарайся как можно быстрее вытянуть ногу, хорошо?       Парень кивнул.       Эвелин поддела часть опавших досок и, используя принцип рычага, подняла их. Юноша выскользнул из-под завала. Эвелин опустила палку и бросилась осматривать юношу.       Кажется кроме ноги ничего не пострадало. — Я… Я… — со слезами на глазах он бросился в объятия девушки. Эвелин похлопала того по плечу, мягко отстраняясь — Пора уходить.       Юноша заметно хромал и из уст вырвались стоны боли. — Подожди. — остановила его Эвелин.       Она вытащила платок из кармана брюк, а затем стянула алую ленту с волос. После чего она перевязала ему ногу, так чтобы она была крепко зафиксирована. Затем перебросила его руку себе через плечо, так чтобы он мог на неё опираться при ходьбе. — А теперь я отведу тебя в пункт первой помощи. Там тебе окажут должную помощь.       Постепенно шаг за шагом они пускай и медленно, но шли из зоны поражения. Едкий запах дыма наполнял все вокруг.       После того как они дошли до пункта где оказывают помощь, парнишу обступили пару женщин явно знатного происхождения. Они тут же засуетились, отводя его на одну из сделанных кушеток из подручных средств. Они то и дело сочувствовали ему, другие приносили ему попить. Глядя на эту картину, где в прошлом эти женщины бы со всей брезгливостью бросили ему взгляд, сейчас же суетились как курицы-наседки над ним. Это было поистине трогательное зрелище.       Внезапно небо озарила яркая вспышка, привлекая внимание к строящемуся мосту. Все смогли разглядеть силуэты двух мужчин: гениальный детектив — Шерлок Холмс и гениальный преступник — Уильям Джеймс Мориарти.       Эвелин настояла на том, чтобы, когда они увидят этот сигнал, встретиться и быть вместе в этот момент. Поэтому она отправилась на крышу одного из домов, где Моран должен сделать завершающий ход.       Когда она поднялась на крышу, где присев на корточки сидел Моран, а Льюис стоял выпрямившись, точно ожидая конец.       Двое обернулись на звук шагов. Эвелин хотела как-то улыбнулся, но казалось мышцы щёк онемели. Она немного оступилась, на миг теряя равновесие. Льюис тут же поймал ее за руку, притягивая к себе.       Молчание нарушил Моран: — Мы точно поступаем правильно?       На выдохе Льюис ответил: — Да… отсюда мы собственными глазами увидим какой их ждет конец. Я посвятил жизнь брату и его идеалам. Хоть я и понимал, что в отдаленном будущем брата ждет смерть. Мне было все равно если мы умрем вместе. Я всегда так считал. Но… брат решил умереть в одиночестве…       Они наблюдали издалека за противостоянием Холмса и Мориарти. Между ними шла борьба. — Мне было страшно, что в этом мире я останусь совсем один… Брат никогда и не собирался умирать вместе со мной. Он этого не планировал с самого начала.       Голос Льюиса дрогнул. Эвелин мягко прикоснулась к его руке, заверяя, что он не один. Моран, что все время смотрел на схватку Шерлока и Уильяма, теперь обернулся на младшего Мориарти.       Льюис продолжал: — Да… Брату не нужна была моя жизнь… когда я был прикован к постели. Когда я был эгоистичен во время операции Баскервилль. И когда мне сообщили о изменении финального плана. — Льюис крепче сжал руку Эвелин, а другую приложил к груди, сжимая в руках свой костюм. — Брат всегда хотел, чтобы я жил дальше. Я всегда игнорировал это желание брата. Я думал даже если я выживу — смысла в этом не будет. Я никогда не считал, что моя жизнь чего-то стоит…       От этих слов у Эвелин больно сжалось сердце, а на глазах выступили слезы. — Но брат думал иначе. Он всегда считал, что моя жизнь очень важна. Он говорил, что я заслуживаю жить в этом мире… только Уильям всегда… всегда!       Моран слушал, что говорит Льюис. Он прекрасно понимал его. — Для меня гораздо страшнее жить одному чем умереть. Но жизнь, которую мне дарит брат… моя жизнь — я не хочу так легко ее отдавать.       Ветер нежно трепал волосы троих людей, что стояли на крыше. — Поэтому, чем бы все ни окончилось… Я решил, что продолжу жить и буду наблюдать за этим миром.       Моран достал из кармана часы. Это были именно те, что когда-то отдал ему Уильям. Стрелки часов неумолимо совершали свой бег по циферблату. Время пришло.       Мужчина отозвался: — Да.       После чего Моран достал свою винтовку, привел ее в готовность и прицелился.       Пуля попала точно в цель, отвлекая внимание Шерлока, чтобы Уильям лёгким движением оттолкнулся от ещё недостроенного моста и полетел вниз. Однако Шерлок успел его схватить. Уильям взмахнул своей клинком-тростью, чем ранил руку Шерлока, тот от неожиданности его отпустил. Уильям стал падать. Шерлок не мог с этим смириться и прыгнул за ним следом. И он поймал его. Теперь они вдвоем летели в вниз.       Раздался всплеск воды. Они упали в Темзу. В тот же миг город озарили первые лучи восходящего солнца, словно предвещая рассвет нового мира.       Эвелин старалась держаться и не заплакать, ее тело пробило дрожью. Видеть как человек, который стал так дорог, прямо на твоих глазах умирает. Это было нестерпимо больно.       Моран молча собрал свою винтовку, убрал ее обратно в футляр и стал уходить. Напоследок он кинул: — Льюис… ты не один… у тебя есть кому ты можешь посвятить жизнь. — после этого он перевёл взгляд на Эвелин.       Затем Моран ушёл, оставив двоих на крыше. Эвелин не в силах больше сдерживать себя, уткнулась в грудь Льюиса, разразившись в горьких рыданиях. Младший Мориарти понимал ее чувства, потому мягко обнял ее. Он чувствовал как она дрожит, как горько плачет, но не мог никак успокоить. Отчего у самого выступило несколько слезинок на глазах.       Затем Льюис мягко отстранился и положил ладони на щеки Эвелин, большими пальцами стирая дорожки слез. Он неотрывно смотрел в ее заплаканные глаза, после чего произнес: — Я когда-то говорил брату, что в мире, где его не будет моя жизнь ничего не стоит. Однако… Он все равно ушёл… один… оставил меня… он хотел, чтобы я жил в новом мире, который он создал. Он подарил мне жизнь. Он сделал мою жизнь ценной. Эвелин, хочешь ли ты быть рядом со мной в этой жизни, что подарил нам брат? Потому что я очень хочу быть с тобой…       Эвелин посмотрела блестящими от слез глазами. Льюис нежно стёр большим пальцем слезинки с щёк девушки, которые вновь подступили. Эвелин льнула щекой к его ладони, а затем накрыла своими руками его.       Она закивала и еле слышно вымолвила: — …Да…       Льюис улыбнулся, прислонившись своим лбом к ее. Он смотрел в ее глаза с нежностью и любовью. Льюис не будет одинок. У него есть она, та кого он полюбил всем сердцем.       Быть может, Эвелин стала частью их команды не случайно? Быть может, Уильям все заранее знал, и потому эта девушка присоединилась к ним? Ответ на этот вопрос они никогда не узнают.