я куплю тебе сигарет.

саша глаза распахивает, когда слышит звуки громкие из комнаты соседней. звон стекла вперемешку с громкими и отрывистыми словами, что больше на ругань похожи, разлетелись по всей квартире эхом. ясюкевич с кровати поднимается резко и шагом быстрым отправляется в комнату соседнюю, распахивая дверь тёмную. около окна, открытого настежь, стоял викторов, руками упираясь в подоконник. на полу были разбросаны пустые бутылки стеклянные, какие - то даже разбились, но глеб ногами осколки не задел, что успокоило александра слегка. викторов поворачивается и через плечо смотрит на сашу, что даже не мог придумать, что сейчас сказать, но потом через силу заставил себя выпалить неуверенно :: – ты больной совсем ? – голос ясюкевича дрогнул, когда глеб повернулся к нему лицом, еле держась на своих ногах, худых и кривых, что выглядели как нарисованные. руки викторова разошлись в треморе пьяном, а происходящее вокруг для старшего казалось просто сном или чем - то таким, о чём не нужно беспокоиться. александр же сократил расстояние между ними, хватая викторова за плечи и заглядывая в тёмные стеклянные глаза, что выглядели бездушными и мутными. – ты почему не спишь ещё ? что ты тут устроил ?! – в конце саша на крик срывается, не в силах сдерживать своё волнение вязкое, что варьируется между страхом и агрессией в сторону глеба, но тот лишь падает лицом в шею чужую, руками слабо обхватывая ясюкевича, пальцами обхватив его футболку. – я уснуть.. не мог... – еле выговаривая слова произнёс глухо викторов, чувствуя на своей спине руки александра, что сейчас служили в качестве опоры для старшего. – и решил.. ещё немного.. выпить... – ты совсем.. – ясюкевич проглотил буквально свою ругань, что сейчас очень хотелось вылить на не соображающего и пьяного глеба, но вместо этого, руками обхватив его за талию, поднял над полом и понёс в комнату, где сейчас не было бардака и осколков от бутылок. викторов буквально повис на младшем, чувствуя себя просто отвратительно, что ясно, после такого то употребления спиртных напитков, но ясюкевич лишь со вздохом глубоким положил мужчину на кровать и сам рядом прилёг. глеб тут же полез на сашу, пытаясь как - либо его приобнять или что - то похожее, александр же лежал ровно, даже не стараясь сделать что - то в ответ. ясюкевич был зол на викторова, едкая обида буквально съедала его и заставляла вести себя отталкивающее, но александр даже не чувствовал вину за свои действия, ведь глеб сам виноват. саша с каждым днём видел, как ему становится всё хуже, как он курит по несколько сигарет за раз на балконе, выпивает водку как воду минеральную и как тот изводит себя голоданием и прочей дрянью, что убивает глеба и организм его и без того шаткий. александр чувствовал себя мальчиком, которого вниманием обделили, и он на взрослых злится теперь, но он сам с собой факт принял, что понять его и поступки его же можно. он много с кем хотел обсудить проблему его отношений с викторовым, да вот никогда не находил на это времени и сил. ясюкевичу было страшно выносить тему их любви в разговоры с чужими людьми, однако глеб никогда не стеснялся и со всеми разговаривал об отношениях с сашей и о всём том, что ему не нравится. саша узнал об этом от монро, когда те случайным образом встретились в магазине в центре города большого. александру новость не понравилась, но он даже не разговаривал об этом с глебом по приходу домой, он осознавал что это бесполезно. в ответ он получит лишь бубнёж в перемешку с " ну, если ты доверять не научился, это не мои проблемы ". через некоторое время викторов уснул, и ясюкевич кинул на спящего парня своего взгляд недовольный и даже грустный. хотелось курить, и хотелось много, чтобы наконец забыть его и его выходки, но саша не мог даже бросить глеба, ведь понимал, что его одного оставлять – игра с его же жизнью, да и александр слишком привязан. викторов мог в маниакальной фазе от саши не отлипать, бегать за ним и лезть целоваться, фотки делать и постоянно стараться коснуться, будто он просто фанатка бешеная. в депрессивной же фазе всё не так, старший мог днями пропадать и не появляться дома, а о каких - то разговорах с ясюкевичем и речи нет. викторов просто выбирает игнорировать сашу и его существование, что тяжело принять александру. ясюкевич научился принимать его депрессивную фазу как факт, но не может избавится от ощущения, что глеб просто играется, использует его как игрушку и скоро выкинет за ненадобностью. спустя время викторов просыпается и мычит от головной боли, смотря на не сомкнувшего глаз ясюкевича. александр вздыхает тяжко и смотрит на старшего в ответ. – саш.. – протягивает глеб, прижимаясь к младшему. – я курить хочу... – блять, ты серьёзно ? время почти пять утра, а ты, бухой и вообще никакой, курить захотел ? – у меня сигареты закончились... – да мне плевать. – перебивает его александр, отворачиваясь от старшего. сейчас в его голове очень много противоречивых мыслей, ему всё это надоело и он хочет действительно высказать всё викторову, но какие - то оставшиеся тёплые чувства к нему, его улыбке, волосам, смеху и их времяпрепровождению общему не давали это сделать. глеб бубнит невнятное что - то, но саша отчётливо слышит " прости ", и отворачивается от ясюкевича, переставая прижиматься к нему и обнимать. викторов ноги к груди поджимает и закрывает глаза, пытаясь уснуть, в то время как сашу теперь мучает совесть и вина едкая, что в грудь забралась, как дым сигаретный, и теперь бьёт по младшему и его чувствам. – как я мог так сказать ему ? – размышляет про себя александр, поглядывая на лежащего к нему спиной викторова. всё резко потеряло смысл, кажется, саша готов обиды старые забыть, лишь бы снова ощутить объятия глеба и тепло его, которое уже давно не получал. ясюкевич был готов принять старшего любым, пьяным или под мефедроном, главное обнимать его и чувствовать присутствие. неожиданно резкая нужда в тепле добила сашу и он аккуратно повернул глеба к себе лицом, прижимая к своей груди. викторов, издавая невнятные звуки, жмётся к ясюкевичу как котёнок, брошенный на улице, к новому хозяину, с опаской но при этом с такой теплотой и нежностью, что александр даже забыл, из - за чего обижался на парня своего. – я.. куплю тебе днём сигарет. – кинул в воздух александр, а глеб лишь угукнул в ответ, обнимая сашу так крепко, как мог.