You're my babyboy

Следующие два года Пит очень скучал по Вегасу. Не проходило и ночи, чтобы перед сном он не думал о том, как поживает мальчик. Пропускает ли по-прежнему приёмы пищи и литрами пьёт кофе, гробя желудок и терпя возникающую из-за этого боль? Устраивает ли истерики, когда простужается и из-за плохого самочувствия не может целый день встать с постели? А что насчет его внезапных вспышек гнева, переходящих в буйство, а затем в неконтролируемый плач? В таких случаях его колено, запястье или плечо нужно крепко сжать, чтобы он почувствовал себя немного лучше, но не приближаться излишне близко. От контакта кожа-к-коже Вегас весь напрягается, и нужно дать ему немного времени, пока он сам не придвинется для объятий и снова не разрыдается. Вегас тот еще плакса, хоть об этом мало кому известно. Пит печально улыбнулся, вспоминая, как часто Вегас угрожал ему мучительной расправой, если он кому-либо расскажет об этом. Пит продолжал ворочаться в постели, понимая, что слишком привык заботиться о Вегасе, и без этого его жизнь словно опустела. Пит потянулся к тумбочке и нащупал свой телефон, где находилась 37-секундная запись вызова, сделанного Вегасом прямо перед отъездом. За это время мальчик не проронил ни слова, но по тихому сопению было ясно, что он плачет. Пит тяжело вздохнул, положил телефон обратно, а затем уставился в тускло освещенный потолок, мысленно переносясь в ту ночь: берег реки, прохладный ветерок, измученная улыбка Вегаса, его мягкие губы, их поцелуй... Пит не заметил, как непроизвольно коснулся пальцами собственных губ. Нет, нет и ещё раз нет! Это запрещено, грешно и... вообще неправильно во всех смыслах. Пит до сих пор корил себя за то, что сразу не разорвал поцелуй, а стоял истуканом. Он уже переступил и растоптал свои моральные принципы, став тем, кто ведёт невинного котёнка на съедение волкам. Не хватало только самому уподобиться этим хищникам, пусть даже в одних лишь помыслах. Пит знал, что служил кандалами, надетыми подростку на шею, чтобы держать его в узде. Всё, что было в его силах, это как можно меньше сковывать мальчика. Дать ему небольшую передышку в удушливой темной пещере, которой являлась его жизнь. Ему и в голову не приходило, что из-за этого Вегас начнет испытывать к нему романтические чувства. Слова, сказанные перед колесом обозрения в его день рождения, были такими искренними и невинными, что Пит не имел ни малейшего понятия, что с этим делать. Как они дошли до этой точки? И почему? Пит ведь был всего лишь одним из бесполезных взрослых, выступающими в жизни мальчика либо безмолвными зрителями, либо подающими голос виновниками. Тем не менее он спрашивал Макао каждый раз, когда они встречались на собраниях двух семей, о том, как дела у его брата. Ответы не всегда ему нравились, но Пит отчетливо понимал, что Вегасу лучше быть вдалеке от дома. Пит отогнал эти мысли прочь, говоря себе, что Вегас к своему возвращению, скорее всего, забудет обо всём и, может, даже найдет себе кого-то. И они смогут вместе посмеяться над тем, что когда-то произошло. Звон будильника напомнил, что пора начинать новый день, и он встал с постели, чтобы выполнить свою рутинную тренировку. Пит и так был широк в плечах, вполне крепким и мускулистым из-за того, что его работа в основном заключалась в участии в смертельных операциях, но в его голове сформировалась цель: укрепить себя по максимуму, чтобы не оплошать в защите одного конкретного человека. За последние два года он, определённо, нарастил ещё больше мышц, тренируя новых телохранителей, занимаясь боксом для концентрации (старое хобби) и параллельно участвую в миссиях. Поскольку его текущая форменная рубашка растягивалась в груди и на бицепсах, а когда он пытался надеть прошлогоднюю, после того как забыл положить форму в стирку, третья пуговица сверху почти сразу оторвалась. Пит вздохнув, решив на этот раз попросить у портного форму на размер больше.

~ ~ ~ ~ ~

— ..... Сомсак и его люди явно препятствуют нашим поставкам в Чиангмае. Разговор напрямую не поможет, они слишком многого требуют. Отец, думаю, мы должны применить силу, чтобы устранить.... Шея Пита побаливала от перенапряжения, когда он стоял у бассейна после доставки добытых им документов с необходимой информацией о проблеме снабжения Чиангмая. Кхун Корн обсуждал рабочие вопросы со своим наследником или, точнее, манипулировал им, заставляя поступать так, как он того хочет, используя предательство бывшего возлюбленного Кинна. Прошло всего четыре месяца с тех пор, как стало известно о предательстве Тавана. Кинн как следует оплакал это и преодолел. Однако Кхун Корн расцарапывал едва зажившую рану каждый раз, когда они с сыном расходились во мнениях. Он не упускал ни единой возможности, чтобы не вставить язвительное замечание на этот счёт. Подумать только, а ведь когда-то Пит поклялся служить главе семьи верой и правдой в оплату за то, что тот спас ему жизнь, погасив долги отца и оплатив операцию бабушки. Но подобная история здесь у каждого второго сотрудника. За все эти годы Пит видел достаточно, чтобы понять, как Кхун Корн заманивает людей в ловушку. И старый змей не щадил даже собственных детей. Но, опять же, у Пита не было никакого права голоса. Всё это оставалось на уровне надежно спрятанных мыслей, предназначенных только для него одного. Уффф! Пит перевёл взгляд на сверкающую на солнце водную поверхность, гадая, что сегодня будет на обед. И тут же врезался в отражение приближающейся сзади худощавой фигуры в коричневой приталенной бархатной рубашке. Время будто застыло, стоило их взглядам встретиться сквозь воду. Пит бы узнал его где-угодно. Эти безупречные ангельские черты лица; мягкие, как только что раскрывшийся бутон, высеченные насилием и жестокостью, выточенные кинжалами, криками боли и обманом. Наверное, это длилось всего каких-то две секунды, но, казалось, они обменялись тысячей слов. Как только Пит развернулся, Вегас отвёл глаза и направился к своему дяде, проходя мимо Пита, не удостоив его более взглядом. Пит всё еще находился в оцепенении, смотря на бывшего подопечного, который уже не выглядел таким юным, излучая элегантность и уверенность прекрасного молодого человека, когда тот спокойно сел перед своим дядей. Вероятно, они обменялись приветствиями, сопровождающимися улыбками (фальшивыми) и начали обсуждать дела, поскольку Кинн вскоре ушел, и Пит должен был следовать за ним, но ему было крайне тяжело оторваться от Вегаса. Что он здесь делает? Кхун Кан попросил сына вернуться раньше? Но ведь он ещё не закончил учебу. Что они хотят от него на этот раз? — ...Ты вернулся насовсем? — ...Нет, только на каникулы. Подумал, что могу пока помочь в делах... Долетела до Пита часть разговора перед тем, как его тело на автомате последовало за Кхуном Кинном, и он уже ничего не мог услышать.

~ ~ ~ ~ ~

Пит не должен был этого делать, это больше не входило в его обязанности, но после пятнадцатиминутной борьбы с самим собой, пока они добирались до комнат Кхуна Кинна в другом здании, он попросил разрешения на небольшой перерыв, чтобы отлучиться в ванную, но на самом деле чтобы вернуться. Он просто не мог сдержаться и должен был поговорить с Вегасом. Но когда снова оказался у бассейна, там уже никого не было. Мек, другой телохранитель, сказал, что Кхун Вегас только что ушёл. И со скоростью света, используя все короткие пути, он побежал на поиски юноши, вызывая переполох среди подчиненных, думающих, что что-то случилось. Воспользовавшись своим положением, Пит позвонил Арму и спросил, уехал ли уже Вегас. Он успел как раз впритык, когда машина уже отъезжала, вынудив водителя резко затормозить. Когда Пит приблизился, Вегас открыл окно. Но при виде этого лица его снова захлестнули эмоции, распознать которые он был даже не в состоянии, и слова отказывались вырываться наружу. — Что-то случилось? — спросил Вегас, не выказывая эмоций и не смотря ему в глаза. Как ты? Я так рад тебя видеть. Я очень скучал по тебе. Ты в порядке? Это отец приказал тебя вернуться? — Почему ты здесь? — спросил он с беспокойством вместо проносящихся в голове вариантов. — ...?? — На мгновение Вегас нахмурился, прежде чем ответить. — Чтобы поприветствовать дядю... Пит с опозданием понял, как можно истолковать его вопрос, и, прежде чем ему удалось объяснить, что он имел в виду, Вегас прервал его. — ...Я спешу. Так что, прощу прощения, у меня совсем нет времени, — небрежно бросил он и жестом приказал водителю ехать. — Но я... Пит разочарованно вздохнул, проклиная себя. Следующая их встреча с Вегасом состоялась в тот же день вечером, после того как ему каким-то образом удалось уговорить Кена сымитировать плохое самочувствие, подтолкнуть Бига к дисциплинарной мере (ненужной) и провернуть несколько скромных манипуляций с Кхуном Кинном, чтобы заставить того наконец-то позволить Питу доставить не особо срочные документы в особняк побочной семьи. В какой-то момент Пит даже проклял свою высокую должность, не делающую его первым человеком для таких заданий. Пит не слишком задумывался, почему так рвётся встретиться с Вегасом и прояснить недоразумение. Всунув Сену в руки документы, в следующую секунду он уже шёл в направлении комнаты Вегаса. И только оказавшись прямо перед его дверью, Пит спросил себя, какого черта творит. Он всего лишь телохранитель, а самовольно искал встреч с наследником побочной семьи. Когда он постучал в знакомую дверь, нахлынула резкая ностальгия. После отъезда Вегаса у него не было возможности посетить это место после, а теперь.... Услышав «Войдите», он так и поступил. В спальне никого не оказалось, однако звук льющейся воды подсказывал, что Вегас в ванной. — Мэй, я же говорил, ты можешь… — Вегас вышел из ванной в пижаме, вытирая влажные волосы полотенцем и оторопел, увидев его. — Пит!? — Я... это... пришёл, чтобы извиниться. Утром я... — И Пит принялся объяснять, что не имел в виду ничего плохого и на самом деле рад видеть Вегаса, и ещё много всего. Вегас слушал все его излияния, уткнувшись в телефон, а затем подошёл к комоду и в ответ бросил простое: — Окей. Пит ждал, что он скажет дальше, но Вегас так ничего и не добавил. — Тогда я пойду, — в конце концов тихо произнес Пит, и владелец комнаты просто кивнул. Так они и распрощались.

~ ~ ~ ~ ~

При следующих их случайных встречах Пит чувствовал, что Вегас для него теперь именно «Кхун Вегас». Юноша вёл себя безразлично по отношению к нему, или, скорее, относился, как к остальным сотрудникам, не обращая на него особого внимания и излучая авторитет. В любом случае Пит был рядовым телохранителем (если не напоминать о его персональной службе мальчику), а Вегас теперь стал настоящим наследником побочной семьи. Они могли быть близки и откровенны друг с другом два года назад, но это большой промежуток времени, чтобы забыть и повзрослеть. Вегас, естественно, вырос, чтобы водрузить на себя свои обязанности и в довесок кучу нереалистичных ожиданий. Кхун Кан был всё таким же токсичным ублюдком, заставляющим сына страдать. Вегас должен был позаботиться о множестве важных вещей, Пит всё понимал. Однако это не мешало ему грустить. Он по-прежнему изо всех сил пытался вести себя профессионально и желал Вегасу исключительно добра. Да и такое поведение показывало, что мальчик преодолел свои чувства к нему. Это хорошо.

~ ~ ~ ~ ~

В тот вечер в особняке Тирапаньякунов проводилась вечеринка по случаю дня основания компании, когда Пит снова имел возможность увидеть принца побочной семьи, элегантно прогуливающегося по залу в белом костюме. Пит понял, что не может оторвать от него глаз, когда Арм что-то сказал в наушник, а он ничего не услышал. Ладно! Да, Вегасом нельзя было не любоваться: таким неземным и прекрасным — что снаружи, что внутри — с этой его очаровательной улыбкой. Ладно! Да, может и странно было так выражаться о мафиозном принце, который режет людей на кусочки в качестве хобби, играет с чувствами других ради личной выгоды, но никто не знал Вегаса так, как Пит. Ладно! Если бы не дерьмовые, совершенно ебанутые и жестокие обстоятельствах, Вегас хотел бы стать поваром, жить с ежиками и ухаживать за растениями. Этот ребёнок был таким ранимым, чувствовал слишком много, обращал внимание даже на мельчайшие детали и готов был сделать всё ради тех, кого любит — будь то Макао, домашний ежик или даже отец-тиран. Когда через какое-то время после речи Кхуна Корна Пит потерял Вегаса среди гостей, он тотчас перешел в режим боевой готовности. Он осматривался вокруг, обыскивал комнату за комнатой и дал Полу указание следить за парковкой. Похитить отсюда наследника побочной семьи будет не так и просто, но лучше перебдеть. Пит был по-настоящему встревожен и немного напуган, пока до него не донесся низкий стон из одной из дверей, которую он тут же распахнул. — Кхун Вегас, вы… Он не договорил из-за открывшейся его глазам откровенной картины: Вегас распластался на диване, голова откинула назад, алые губы приоткрыты, четыре пуговицы рубашки расстегнуты, обнажая его соски, между бедер расположилась голова другого мужчины, чей рот обхватывал его член. — Что, блять, ты… — Прежде чем Вегас сумел закончить предложение, Пит поспешно выдавил «Простите» и с грохотом захлопнул дверь. Сделав несколько шагов назад, он прислонился к стене и попытался усмирить дыхание. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди, а лицо обдало жаром. Он и раньше видел Вегаса обнаженным (в крайне нездоровых ситуациях), но никогда его тело не реагировало так, как сейчас. У него не получалось изгнать этот порочный образ из головы, как бы он ни старался... Так что Пит злился на себя, испытывал замешательство и угрызения совести. В конце концов он даже отправился в храм, чтобы вымолить прощение. И усиленно избегал любой случайной встречи и зрительного контакта с Кхуном Вегасом. Однако долго этому продлиться было не суждено.

~ ~ ~ ~ ~

Полторы недели спустя, в Чиангмае, Вегас инструктировал нескольких телохранителей главной и побочной семей для решения проблемы здешних поставок. Пит молча слушал, прислонившись к стене в дальнем углу со скрещёнными на груди руками. Он был здесь лишь для того, чтобы наблюдать — аварийный вариант на случай чрезвычайной ситуации, поскольку эта миссия служила своего рода проверкой лидерских качеств Вегаса. Хотя убийство местного главы могущественной конкурирующей группировки и её членов — не то, что Пит назвал бы подходящей проверкой для девятнадцатилетнего. Но что есть, то есть... Эх! Естественно, это была очень сложная миссия или, можно сказать, почти невыполнимая. Уничтожить подчистую всю группировку трудная задача, даже если бы миссию возглавил более опытный Тирапаньякун. Были возможны три исхода: 1) Вегас терпит полное поражение, 2) Вегас справляется, 3) Вегас терпит поражение, но достаточно ослабляет группировку (наиболее вероятный вариант), а затем Кинн сможет сбить требования конкурентов путем переговоров, и всё — проблема решена. Кхун Корн просто хотел взвесить потенциал Вегаса в качестве будущей угрозы. А Кхун Кан, клюнув на приманку, хотел, чтобы сын не потерпел неудачу и превзошел Кинна. Пит получил четкие инструкции не вмешиваться до тех пор, пока Вегас лично не попросит, или пока у наследника побочной семьи не возникнет серьезная проблема, угрожающая жизни. Насчёт первого Пит наверняка знал: Вегас не попросит о помощи. Он никогда этого не делал. Возможно, когда-то мальчик и просил, но ещё до их встречи, но в в полном смысле слова сдался после того, как не получил в ответ ничего, кроме жестокости и стыда за слабость, особенно в тех гостиничных номерах. Сейчас Вегас вёл себя хладнокровно, собранно, уверенно, принимая во внимание сомнения и идеи телохранителей, прорабатывая план Б, В, Г, не выказывая ни намека на высокомерие, но всё же давая почувствовать авторитет своей напористостью. Пит с удивлением наблюдал за мальчиком, который так сильно вырос всего за два года. Как это возможно? Или это только ему так казалось, потому что они давно не виделись. Куда делся мой Вегас? Мой? Ну, то есть... Раньше он был взрывоопасным, надменным стервецом. Морщил нос всякий раз, когда выходил из себя и злился. Между тем оставаясь в глубине души ребёнком. Может, потому что он стал более ответственным. Взрослым. Он больше не нуждается ни в твоей заботе, ни в чей-то ещё. Пит не понимал, почему при этом осознании его пронзила странная боль, будто его ужалили. Это то, чего он всегда хотел: чтобы Вегас был способен позаботиться о себе сам, оставляя ужасы подростковых годов позади. Но при всём этом проскальзывал намек на осторожность, нервозность, контроль над эмоциями, что можно было разглядеть, лишь проведя с Вегасом бок о бок не один год и видя его в самых худших состояниях. — Тебе есть что сказать? — спросил Вегас, собирая со стола бумаги, повернувшись к нему спиной. Пит только сейчас понял, что они остались в комнате вдвоём. Пит многое хотел сказать. Как твои дела? Ты действительно в порядке? Тебя что-то беспокоит? Ты, наверное, злишься на меня? Удачи с миссией. Ты отлично справляешься. Я так горжусь тобой. Но, возможно, Вегасу не понравится получать оценку о своих действиях от стороннего человека. — Кхун Вегас, могу я на сегодня отлучиться, чтобы сделать кое-какие личные дела? — Окей. Мне без разницы, — безразлично ответил Вегас, выходя их комнаты. Прежде чем Пит успел подумать о том, чтобы сказать: «Я болею за тебя. Удачи», Вегас уже исчез.

~ ~ ~ ~ ~

К тому времени, как Пит закончил бродить по черному рынку в поисках информации и новостей, Вегас достиг этапа, где Сомсак и члены его группировки вызвали его на старый металлургический завод для прямого разговора. Это было неожиданным ходом, но приглашение явно поступило не из-за страха или уважения, а ради издевки над «тирапаньякунким молокососом». Идти туда, конечно, было не лучшей идеей, но Вегас так легко не отступал, верный своему характеру. Во второй половине дня шёл мелкий дождь, когда они отправились к месту назначения. Поскольку встреча не входила в их миссию, Питу приказали сопровождать Вегаса в целях защиты. Между стулом Вегаса и стульями семи членов группировки, включая Сомсака, было достаточно большое расстояние. Все они пытались загнать Вегаса в угол и одолеть, смотря на него свысока. Их требования звучали как полная ахинея; они говорили так, будто занимаются благотворительностью. Один особо мерзкий тип по имени Джемини каким-то образом прознал, как наследник побочной семьи раньше заключал сделки, и с наслаждением издевался, намекая, что открыт для этого своеобразного способа. И что, если Вегас согласен оказать свои давние услуги и хочет обсудить детали наедине, большое упущение, что пять натуралов здесь не интересуются мальчиками-шлюхами, после чего разразился смехом. Вегас, облаченный в черную шелковую рубашку, умудрился сохранить позу и не дрогнуть, даже когда около пятидесяти человек направило на него пистолеты после того, как он бросил в ответ язвительное замечание. У Пита скрутило желудок, когда юный наследник приказал своим людям опустить оружие и, находясь под прицелом, направился прямиком к Сомсаку. Пит знал, что Вегас не боится смерти. Но дело было вовсе не в храбрости, а в том, что он практически приветствовал её и ждал с нетерпением, чтобы таким образом положить конец своим страданиям. Как ни странно, Вегас достаточно рано узнал, за какие ниточки нужно дергать в общении со старшим поколением. Дело всегда в их эго и чести. Вегасу удалось выйти из этого живым, пусть оружие всё еще и было направлено на него, а Сомсак и его люди закипали от гнева. Данная встреча лишь ухудшила их отношения ещё больше. Пит открыл зонт, прикрывая им Вегаса, когда тот вышел за пределы здания. Он явно пытался скрыть напряжение и настороженность, слегка сжимая кулаки. По вискам стекал пот, так как они все еще находились на прицеле, но Сомсак не отдавал никаких приказов. Пит положил ладонь на чужую поясницу, приблизился и решительно произнес: — Держи спину прямо. Они только и ждут, когда ты покажешь слабину. Вегас сглотнул, делая следующие шаги, почти как механическая кукла, держа голову высоко, пока его люди не открыли ему дверь машины.

~ ~ ~ ~ ~

Следующей ночью Пит вышел из душа в одной лишь майке, вытирая волосы полотенцем, когда почувствовал чужое присутствие. Он немедля попытался прикрыться, таращась на нежданного гостя. Наследник побочной семьи непринужденно жевал виноград, прислонившись к столу. Пит не мог разглядеть выражение его лица, так как усердно заматывал полотенце вокруг талии. — ...Кхун Вегас! — Он встал на почтительном расстоянии от юноши и поклонился. Вегас не сразу ответил, все ещё наслаждаясь фруктами, и, кажется, о чём-то размышлял. — Сомсак жестоко убил одного из своих людей. — Он наклонил голову, смотря на Пита. — Похоже, некий темный рыцарь разоблачил давнюю коррупцию внутри их группировки. Пит опустил глаза, стараясь не дрогнуть. Вегас же сделал шаг навстречу, положив в рот еще одну виноградину. — Так совпало, что это оказался тот ублюдок Джемини, которого я планировал убить. — Ещё шаг. — Следующее совпадение заключается в том, что ты сегодня отлучился по личным делам. — Еще шаг, и юноша оказался на расстоянии ладони от Пита, скрестив руки на груди, и авторитетным тоном продолжил: — Разве тебе не приказывали не вмешиваться? Не припомню, чтобы отдавал тебе приказ убить его! — Я… — начал тихо Пит. Благодаря тому, что он всё это время шнырял по черному рынку, он собрал достаточно информации обо всех членам группировки, в том числе о тайных сделках Джемини, и после его вчерашних слов не смог сдержаться. — Вы разрешили мне заняться личными делами, и в процессе на местном рынке я случайно узнал кое-какую информацию от своего старого знакомого, который также работает на Сомсака. Возможно, эти сплетни дошли и до него. Я никого не убивал. Вегас иронично хмыкнул. — Так вот как ты нарушаешь правила, Пит? Пит осмелился посмотреть Вегасу в глаза. И обнаружил, что в них что-то сверкает. Под этим взглядом его охватила неловкость. Это первый раз, если он правильно помнил, когда Вегас с момента своего возращения смотрел ему прямо в глаза. — Вегас… — Пит не знал, почему опустил «Кхун». Но сейчас аура вокруг юноши казалась безумно знакомой... — Я хотел сделать это, ещё когда ты убил Джая, — словно лаская, произнес низкий завораживающий голос. Пит моргнул, ничего не понимая, но возможности подумать не было, потому что к нему прижались мягкие губы. Его собственные приоткрылись, когда чужой язык лизнул их и очень нежно, трепетно засосал. Прежде чем Пит успел прийти в себя, Вегас оторвался от него, и не оборачиваясь, вышел из комнаты. Что это было? Опять? Грудь сдавило от непонятных ощущений, возможно, его сердце колотилось как бешенное или же, наоборот, пропустило удар. Что это за чувство? Странное. Нежное. Теплое. Сладкое. Как глоток старого вина, вкус которого невозможно забыть и не желать испить еще. В общем, он был поражен. Он отходил назад, пока не упёрся спиной в стену, и лишь тогда выдохнул, пытаясь вернуть над собой контроль. Мальчишка играет с ним? Вегас всё тот же. Пит так и не смог заснуть ночью, всё думая и думая. В конце концов его затопили чувство вины и неправильности. Вегас едва вышел из подросткового возраста, а Питу чуть за тридцать. Он взрослый мужчина и должен вести себя соответствующе. На следующий день Вегас был всё таким же безразличным, непринужденным и властным. Пит не имел ни малейшего понятия, как с таким отношением ему спрашивать о поцелуе, а тем более отчитывать или жаловаться. Так эта тема и закрылась. Или Пит лишь убедил себя в этом.

~ ~ ~ ~ ~

Следующий день для Вегаса выдался адски сложным. Во-первых, их склад снабжения взорвали, затем человек, которого они захватили в плен, не сказал ни слова, а разговор с лидером конкурирующей группировки Сомсаком и вовсе не состоялся. Затем следовала запланированная видеоконференция с дядей и отцом для отчета о прогрессе текущего задания (которого не было). Вегас получил полные фальши сочувствующие комментарии от дяди, который не забыл напомнить, что Вегас всё еще ребёнок; недовольство отца, а в придачу еще гору советов от Кинна, который какого-то хрена тоже присутствовал. После этого отец перезвонил лично и полчаса изливал на него своё разочарование, сыпал угрозами и оскорблениями, и советовал использовать своё тело — единственное, на что он, неспособная шлюха, годен. Позже ночью Пит вошёл в номер Вегаса с новой порцией важных документов, присланной главной семьей. Вокруг стояла тишина, нарушаемая только звуком бегущей воды из бассейна с термальным эффектом. Пит отыскал наследника побочной семьи именно там: он отдыхал в тускло освещенной воде, которая достигала уровня его сосков, локтями упираясь о бортик и потягивая красное вино (несмотря на то, по закону ему ещё не разрешалось пить), глубоко погруженный в свои мысли. Когда Пит, опустив глаза, объяснил причину своего визита, Вегас окинул его нечитаемым взглядом, а после жестом указал показать ему планшет. — Подойди. Пит не сразу сообразил, что его просят войти непосредственно в воду, а не добраться по другой стороне бассейна. Но получив взгляд, означающий «я жду», он снял пиджак, туфли и вытащил телефон, оставшись только в штанах, рубашке и носках, прежде чем шагнуть в бассейн. Белая рубашка натянулась на его широкой, хорошо сложенной груди, рукава плотно облепили бицепсы. Он намок до бедёр, пока приближался к Вегасу, и, добравшись, протянул планшет. Однако Вегас смотрел на него с оттенком волнения, не делая никаких попыток взять гаджет. Как бы неловко это ни было, Пит не мог продолжать смотреть сверху вниз на того, кто находился намного выше него по положению. Поэтому присел на колени, отчего рубашка намокла, когда он поднес планшет к чужим глазам, проводя пальцем по экрану. С такого близкого расстояния Пит заметил красноту чужих щек. Видимо, Вегас был немного пьян. Телохранитель чувствовал, что юноша смотрит на него, а не на экран, и старался не поддаться влиянию этого обжигающего взгляда. Неожиданно Вегас прислонился к его плечу, беззвучно выдохнув. Его влажные шелковистые волосы намочили последнюю сухую часть рубашки, щекоча шею, и Пит сглотнул, замерев от близости, чувствуя, как у него краснеют уши. — Мне прийти позже, Кхун Вегас? — тихо спросил Пит. Юноша выглядел измученным. Однако Вегас вцепился в него, обхватив одной рукой плечо, а носом утыкаясь в шею. — Останься. Всего на пять минут. — Вероятно, это был приказ, но прозвучало скорее как просьба. Пит подчинился. Последние три дня определённо выдались особо сложными для Вегаса, привыкшему справляться с вещами и похуже, но всё же он был не железным. А всего лишь девятнадцатилетним парнем, который в идеале должен беспокоиться о таких вещах, как экзамены, ссоры с друзьями, планы на вечер пятницы, мода, подписчики в соцсетях, компьютерные игры, тренды, а уж никак о свержении мафиозной группировки. Пит поднял руку, чтобы погладить чужие волосы, но в последний момент отдернул её. И всё было нормально, пока его шею не обдало теплом. Губы коснулись его кожи, а ладонь крепко сжала его плечо. По телу побежали мурашки, когда Пит почувствовал, как Вегас пытается расстегнуть его рубашку. — Что ты делаешь? — Он взял его за руку, останавливая. Время словно замерло, когда Вегас поднял голову. Бездонные черные омуты, обрамленные густыми влажными ресницами, посмотрели на него, и в них читалось страстное желание, которое каким-то неведомым образом отражалось в самом Пите. Их лица находились всего в паре сантиментов друг от друга, чужие глаза опустились на его приоткрытые губы. Вегас наклонился, чтобы попробовать их на вкус, но Пит отвернулся. — Кхун Вегас, я вернусь позже. Думаю, вы пьяны. Вам нужно отдохнуть. Должно быть, вы устали. — Пит попытался подняться, но его дернули обратно, да так, что они оба с головой погрузились в воду. Планшет упал на дно, и Пит вынырнул, проводя руками по мокрым волосам. — Вегас... Тот загнал его в угол, глядя прямо в глаза и приблизившись вплотную. — Ты не имеешь права решать, что я чувствую, а что нет, — сказал Вегас твердым тоном, держа Пита за подбородок. Пит пытался считать эмоции в глазах напротив, но его снова атаковали губы. Через мгновение он закрыл глаза, растворяясь в ласкающих движениях языка у себя во рту. Руки запутались в чужих волосах, и, видимо, Вегас сделал то же самое, склонив голову набок и целуя его с ещё большим пылом. С губ Пита сорвался порочный звук, а тело запылало от трения с обнаженной кожей под водой. Он опустил руку, чтобы ощутить крепкие мышцы спины, вонзая в них ногти. Когда они разорвали поцелуй, чтобы перевести дух, голова Вегаса покоилась на его лбу, а теплые капли воды стекали между их почти соприкасающимися телами. Они словно попали под действие черной магии, распаляющую в них похоть. Пит выпрямился, осторожно отодвигая юношу от себя и цепляясь за последние крупицы здравого смысла. — Вегас, не надо. Но тот не обращал на него внимания, самозабвенно ощупывая его грудные мышцы и пресс сквозь мокрую рубашку, а, заработав стон, расплылся в улыбке. Затем положил его руки на свой голый зад и укусил синяк на горле. Питу требовалась вся сила воли, чтобы противостоять греховному сладострастию и не упиваться райскими прикосновениями, а вместо этого схватить Вегаса за запястья и оторвать от себя. После чего твердо объявить: — Вегас, хватит! Тот наклонил голову, в милой манере надувая губы. — Что не так? Хочешь переместиться в кровать… — Я… — Пит выдохнул, опустив взгляд. — я не хочу этого делать … — не хочу так с тобой поступать. И отпустил запястья, отодвигаясь. Вегас моргнул, затем кокетливо улыбнулся. — Но этот дружок с тобой не согласен. — И схватил за промежность, где теснился стояк, выбив этим из Пита вздох. — Уверен, что не хочешь попробовать… — В глазах плескалось желание. Горячее дыхание накрыло губы, когда Вегас приглушенно добавил: — ...папочка. — Он понимающе улыбнулся при виде расширенных зрачков телохранителя, чувствуя сквозь упирающуюся в грудь ладонь учащенно колотящееся сердце. Наклонился еще ближе, чтобы губы коснулись уха, и облизнул его. — Клиенты неспроста заключали сделки после ночи со мной. И сегодня твой шанс поиметь первоклассную шлюху… Пит разозлился, услышав, как Вегас отзывается о себе. Его долгом было защищать достоинство мальчика даже от него самого. Поэтому он решительно оттолкнул его. — Прошу, не делайте этого, Кхун Вегас, — с мольбой попросил он, встав на колени. — Почему? — с горечью и замешательством спросил Вегас. — Ты же только что поцеловал меня в ответ. — Мне очень жаль, я поступил неправильно, — извинился Пит, снова опустив глаза. Вегас презрительно фыркнул: — Я достиг совершеннолетия, и мы оба возбуждены. В чём проблема? Как бы объяснить? Питу чуть за тридцать, он телохранитель главной семьи, в то время как Вегас наследник побочной семьи, за которым он присматривал с четырнадцатилетнего возраста и который еще окончательно не повзрослел. Разве это не совращение невинного юного создания? Нет, именно Пит здесь должен включить голову и проявить благоразумие. Он не вправе навредить этому мальчику. — Ты пьян, а я старше тебя на тринадцать лет. Я сожалею о своем поведении ранее, но я не испытываю к тебе таких чувств. Вегас безрадостно засмеялся. — Ты слишком высокого о себе мнения. У меня тоже нет к тебе чувств. Для секса чувства не нужны, достаточно вставшего члена. — Вегас бросил взгляд на очевидную выпуклость в чужих штанах. — Тебе хорошо известно, что я спал с типами намного старше тебя. И я не пьян. Могу трахаться, с кем захочу, — кисло закончил он, вставая. Пит отвел взгляд от нагой фигуры, но всё равно успел заметить, как серебристые бусинки стекали по мускулистому подтянутому телу с точеными изгибами. — Конечно, можешь. Если тебе нужна компания, я позвоню в агентство... — Ты меня отвергаешь. Какой изощренный способ сообщить об этом. — Вегас не мог позволить слезам унижения пролиться, пока Пит проходил мимо него. Телохранитель же уважительно продолжил: — Я бы никогда не посмел. У меня нет таких полномочий. Я должен защищать тебя и твоё достоинство. — И Пит бережно накинул на чужие плечи халат. Какая жестокая шутка. — Прости. Ты достоин гораздо большего. Того, кто будет любить тебя так, как ты того заслуживаешь. Теперь они оба стояли. Этому никогда не бывать. Вегас ударил телохранителя ногой по голени, затем кулаком по носу, снова погружая Пита в воду. — Кто ты, чёрт возьми, такой, чтобы решать, чего я заслуживаю, а чего нет? Всего лишь дурацкий телохранитель! — Выплеснув яд, он вылетел прочь.

~ ~ ~ ~ ~

За два последних года Вегас полностью преодолел свою позорную подростковую влюбленность в телохранителя. На самом деле это изначально было довольно глупо: вся его любовь, планирование идеального признания, план побега, мечты о жизни вдали с Питом и Макао, усыновление кучи ежиков. Пустые фантазия. Проливать слезы, когда ему не ответили взаимностью, принять решение стать достаточно сильным, чтобы вернуть своего телохранителя — всё это было донельзя наивно и по-идиотски. Да и с чего бы Питу в принципе его любить?! Сам Вегас никогда бы не позарился на поддержанный испорченный товар, привыкший раздвигать ноги перед старыми ублюдками только ради заключения сделок. Тем более что Пит видел всё это собственными глазами, лицезрея его в самых худших состояниях. Так что да, со стороны Вегаса изначально было большой глупостью питать эти чувства и на что-то надеяться. Зачем Вегасу, как какому-то незрелому подростку с комплексом дефицита отцовской любви, сдался этот обыкновенный, скучный телохранитель среднего возраста, работающий на главную семью? Что такого особенного в этом обладателе дурацкой стрижки под горшок? Вегаса занимала куча хлопот в связи с заботой о Макао, чтобы его отцу и в голову не пришло рассматривать брата в качестве его потенциальной замены. Так что он отдавал каждую гнилую часть себя, чтобы оправдывать отцовские ожидания, пытаясь превзойти его, просто в обмен на безопасность младшего брата. Вегас уж точно не нуждался в одолженном псе главной семьи, от которого, невзирая на всё, исходили нереально горячие флюиды, когда он кусался и нарушал правила ради какого-то подростка, чем всё только усложнял. Нет, у Вегаса были более важные дела, о которых нужно заботиться, например, промежуточные экзамены, школьные проекты во время поддержания бизнеса, приказы отца, планы по свержению главной семьи. Потому что он всеми фибрами души ненавидел своего дядю. Вегас уже пожертвовал своим детством, достоинством, всеми надеждами ради того, чтобы уничтожить эту мерзкую семейку. Всё это не могло пройти впустую, его страдания должны окупиться. И всё же это не мешало Вегасу хотеть переспать с телохранителем. Фантазировать, гадать, мечтать о том, какой Пит в постели. Делает ли он это по-зверски грубо или находит удовольствие в унижениях, извращениях, наказаниях? Какое-то время Вегас переживал, что старые уебки угробили его вкус. Но затем испытал облегчение, когда даже теоретическая вероятность интима с кем-то постарше, пусть сексуальным и привлекательным по мнению его корейских сверстников, вызывала у него глубокое отвращение. Ни в коем случае он не мог допустить мысли о физической близости с кем-то, кто старше его больше чем на три года. Ну, кроме Пита. Не поймите неправильно, любовь и всё из этого вытекающее — не для него, он это прекрасно знал. Дело именно в сексе. Со временем это вылилось в ненависть к Питу. Гребаный мудак. Вегас больше никогда не хотел его видеть, дабы предотвратить ухудшение собственного душевного состояния. И решил сконцентрироваться на более важных аспектах своей жизни, пока не забудет и об этой фантазии. И добился успеха. Или только считал, что добился. В тот день он пытался как можно незаметнее прокрасться в резиденцию главной семьи для встречи с дядей, чтобы не пересечься с Питом. Не хотел портить себе настроение. И слышать, как Пит высмеивает его жалкое признание в любви перед отъездом. Казалось, у него получилось, но двухсекундный зрительный контакт в отражении воды застал Вегаса врасплох. Проколол что-то внутри него, выпуская наружу удушенные чувства. Заставил снова ощутить себя тем мальчиком, который, пьяный и избитый, проник ночью в чужую комнату. Вегас был разражен собственной реакцией. Поэтому решил избегать зрительного контакта и в целом любого взаимодействия с Питом. Вести себя как взрослый, коим он и является, и относиться к телохранителю исключительно профессионально. Вегас не мог позволить псу главной семьи при первой встрече спрашивать: «Почему ты здесь?», будто он имел над ним какую-то власть. Этот гад имел наглость смотреть на него обиженным щенячьим взглядом, когда он лишь кивнул на его искреннее извинение и не обратил на него никакого внимания. Почему Пит вообще выглядел так, будто делал всё это не из-за долга службы, который всё равно уже не актуален?! И, в конце концов, это не Вегас был тем, кто бросил другого. После этого случая Пит больше не переходил границ и соблюдал субординацию, снова добавляя «Кхун» при обращении к нему. Что тоже выводило Вегаса. Когда во время вечеринки в особняке Тирапаньякунов Пит ворвался к нему посреди минета, Вегасу на секунду показалось, что щеки телохранителя покраснели. И после этого Пит начал вести себя странно, избегая даже пересекаться с ним взглядом. Не может быть. Дальше во время поездки в Чиангмай произошло много неожиданностей. Невозможно было неправильно истолковать вожделение в чужих глазах. То, как Пит вздрагивал и реагировал на его присутствие. Выглядело так, словно телохранитель потерял голову. Вегас сбросил мокрый халат на пол, быстро вытерся и скользнул под одеяло, чтобы выспаться после очередного унижения, связанного с инцидентом в бассейне. Гребаный мудак! У него сейчас были другие неотложные дела. И провал — не вариант. Для Вегаса это никогда не было вариантом. Вскоре Вегасу всё же удалось решить проблему поставок в Чиангмае, не убив Сомсака, но ослабив группировку до такой степени, что их лидер сам инициировал переговоры. Наследник побочной семьи покинул город, вынудив Сомсака следовать требованиям Тирапаньякунов. В следующий раз они с Питом увиделись на семейном собрании. Вегас вёл себя всё так же равнодушно, но заметил чрезмерное профессиональное поведение телохранителя.

~ ~ ~ ~ ~

После этого они случайно столкнулись в храме, куда Вегас отправился с Макао. Почему-то это напомнило старые времена, когда они проводили время втроём. Пит и Вегас, не договариваясь, оба решили притвориться, что инцидента в Чиангмае никогда не было. Телохранитель не хотел им мешать, но Макао настоял, чтобы они вместе сходили в новый тайский ресторан неподалёку. Что они и сделали. Раньше такие скромные заведения не были во вкусе двух братьев, но позже Макао начал питать к ним симпатию. Пусть со специями так и не подружился. Просто по привычке Пит взял салфетки и принялся протирать столовые приборы Вегаса, после чего аккуратно положить их перед ним. А затем проделал то же самое для Макао. Пит чувствовал на себе чужой взгляд, и когда поднял глаза, Вегас отвел свои. — Я сам, — твердо сказал Вегас, когда Пит, снова по привычке, собирался даже подать ему блюдо, выбирая из карри сухой красный перец чили, цельный черный перец и лавровый лист, который он не любил. Позже Вегас отлучился в уборную и по чистой случайности Пит услышал конец его телефонного разговора, по которому стало понятно, что наследник говорит с возлюбленным. Вегас опешил, обнаружив его присутствие, но Пит лишь одарил его улыбкой и поздравил с тем, что нашёл того, кого полюбил всем сердцем. Вегас лишь нахмурился, обвинив Пита в шпионаже, и дал понять, что его личная жизнь никаким боком не касается телохранителя. И предупредил, чтобы он не переходил черту и не забывал своё место, после чего прошёл мимо обратно в ресторан. Пит же остался стоять на месте. Скулы свело от улыбки, а в груди больно щемило. Почему? Потому что Вегас грубо повёл себя с ним? Или потому что нашёл себе кого-то? Но Пит должен был радоваться за него, ведь всегда желал счастья мальчику. Правда желал. Ладно! Он вздохнул, закрыв глаза. Пора было признать, что его чувства к Вегасу вышли за рамки платонических. После случившегося в бассейне это стало ясно как божий день. И не назови тогда Вегас себя шлюхой, Пит бы поддался своим животным желаниям и поглотил пьяного подростка. Он был в шаге от того, чтобы утопить всё свое благоразумие в том бассейне. Но иметь такие помыслы о мальчике, которого ему доверили защищать, неправильно. C какой стороны ни посмотри.