The Play

      Из кабинета Небесного Императора открывался вид на лениво тянущуюся к дворцу вереницу богов. С улицы доносились обрывки разговоров и смех. Несмотря на палящее солнце, комната Цзюнь У казалась намного светлее чем мир снаружи, будто сам воздух лучился чистотой и прозрачностью. Император смотрел в окно, он зачем-то считал проходящих небожителей, чуть заметно кивая, и мысли его очевидно витали где-то далеко за пределами этого помещения.       Обычно любопытный и суетливый Ши Цинсюань примерно с той же степенью отстраненности изучал пол. Хэ Сюань, вероятно, единственный ощущал бесцельность затянувшейся сцены. Его руки были сложены на груди, а пальцы нетерпеливо барабанили по сгибу локтя. Небесный Император вдруг удивленно замер и скосил взгляд на присутствующих. -Вы справились довольно быстро. - Цзюнь У повернулся к Повелителю Ветра и Черноводу. Демон подумал, что все движения владыки выглядят слишком картинно, - Полагаю, сейчас стоит позволить вам насладиться торжеством вместе со всеми, формальности оставим на потом. -Вы очень добры. - Цинсюань сделал поклон. -С вашего позволения, я бы пропустил праздник.- Хэ Сюань склонился следом. Отсутствие малейшей реакции со стороны младшего Ши говорило Черноводу о правильности принятого решения. - Хочу немного восстановить силы и написать отчет. -Что ж, - Император издал легкий смешок, - понимаю. - Он встал из-за стола и взмахом руки открыл дверь в длинный арочный коридор, напоминавший костяной остов огромного животного. Повелитель Ветра и демон, еще раз поклонившись, повернулись к выходу. - «Думаю, - голос Цзюнь У вдруг зазвучал в голове Хэ Сюаня, - в этот раз записи будут не столь подробными.» - «Не понимаю, о чем вы.» - Черновод ни на миг не замедлил шаг. - «У тебя весь рот светится.» - Небесный Император довольно сощурился, когда демон бросил на него взгляд через плечо, и уже вслух продолжил. - Прошу, передай этот отчет мне лично. -Как пожелаете.

***

             Хэ Сюань лежал на кровати во дворце Повелителя Земли и слушал молитвы. Небо тонуло в пурпуре, потому поток просьб постепенно иссякал, давая возможность хоть немного разобраться с накопившимися обращениями без риска погрязнуть в пучине новых.       Метод укрепления дорог оказался действенным, а планы по возведению ирригационной системы, назначенные на весну, не требовали серьезных доработок. Люди были благодарны выполнению мелких бытовых пожеланий, и демон, лениво разбирая прошения, медленно восстанавливал силы. Он потерял не достаточно большое количество энергии, чтобы это было опасно, но неровные круги масляных клякс то и дело плыли перед глазами.       Спустя время Черновод нахмурился, пытаясь выделить из общего потока то, что неуловимо бередило его спокойствие все это время, а теперь нагло норовило ускользнуть от внимания. Немного покопавшись в молитвах, Хэ Сюань нашел то, что искал: верующие все чаще благодарили за внезапно налетевший ветер. Он унес прочь тучи, нещадно одаривавшие землю ливнями последние недели. Вероятность того, что один конкретный бог не приложил к этому веер, стремилась к нулю.       Совершенное открытие почему-то не позволяло больше праздно лежать на кровати, хотелось отвлечься. Вспомнив об еще одной обязанности Повелителя Земли, Черновод подошел к столу. К его удивлению, там, среди письменных принадлежностей и нескольких свитков, неловко втиснулась бамбуковая корзина, источавшая сладкий аромат красных бобов. Хэ Сюань прочитал прикрепленную записку. “Тепло дома для Повелителя Земли.”       Черты иероглифов, выведенные стремительно и легко, чуть полнели и темнели на концах, свидетельствуя о попытках отправителя придать им более правильные и красивые очертания. Демон приоткрыл плетеную крышку. Внутри высились аккуратные пирамидки лунных пряников с характерной печатью на каждом.       Черновод захлопнул корзинку, сел, раздраженно развел тушь. Кисть точно и мелко заскользила по бумаге, выводя слова. Они складывались в рассказ о последнем задании, о городе Цзинвей, о выбранном способе маскировки…       Рука нерешительно застыла, черная капля каракатицей расползлась по бумаге. Хэ Сюань не собирался писать ни о своих, ни о чужих кошмарах, поэтому, несмотря на очень подробное и тягучее начало, с течением истории абзацы неизбежно мелели, пока совсем не иссохли, превратившись в отрывистое перечисление фактов. Демон откинулся на спинку стула. Скупость на упоминание деталей можно было компенсировать бытовыми подробностями, но Черновод не хотел рассказывать о большом и светлом доме, игре в любо, пельменях в форме рыб и паровых булочках.       Хэ Сюань коснулся своих губ. Яркое свечение, оставшееся на пальцах, контрастировало с поддельной божественной аурой демона. Нервный щелчок создал зеркало. Из мгновенно появившегося отражения озадаченно смотрело лицо Мин И: одно дело знать, что ты притворяешься кем-то другим, другое — помнить, как ты при этом выглядишь. В уголках рта Повелителя Земли распускались сияющие лепестки светлой энергии.       Большую часть времени они провели, разделяя один сон на двоих. Цзинвей представал одинаково прекрасным, как в реальности, так и в грезах. Тихие слезы и кольцо жадных рук прочно отпечатались в памяти, разворошив воспоминания о чем-то приятном и давно забытом. Черновод думал, ничто никогда не омрачало жизнь Цинсюаня. Черновод ошибался. Сейчас эта ошибка казалась почти человечной. Демон запомнил чужое тепло и бессознательно-крепкую хватку. Он на миг почувствовал себя нужным, и это ощущалось почти как быть живым.       Хэ Сюань продолжал изучать отражение. Облик Мин И стек с его лица. На бесцветной коже остатки светлой ауры смотрелись непростительно яркими. Небольшим усилием Черновод поглотил свечение. Он взмахнул было рукой, но взгляд мазнул по плетеной корзинке. Вздохнув, демон переместил зеркало к стене напротив кровати.       Позволив свитку просохнуть, Хэ Сюань стер маленькую кляксу туши, затем свернул нехотя дописанный документ, сунул его под ручки корзины, достал заранее подготовленное вино. Он еще раз взглянул на уже свою руку, сжимающую бамбуковые переплетения, неясное чувство тяжестью заворочалось в груди. Достав жетон, Черновод открыл проход во дворец Собирателя Цветов.

***

      В непривычно светлом помещении пахло каменной пылью, деревянной стружкой, бумагой и маслом. Пройдя по коридору стеллажей с записями, свернутыми полотнами, сушеными цветами, драгоценностями и кистями, демон оказался в круглом зале с большим панорамным окном.       Хуа Чэн сидел на полу, в центре, окруженный алым: за спиной пламенел закат, а вокруг него над каменными постаментами парили отрезы плотного шелка. Через них едва угадывались очертания поз незаконченных статуй. Градоначальник беспрерывно делал бумажные фонари, и их было так много, что сосчитать количество не представлялось возможным. Хэ Сюань мысленно содрогнулся. -Сколько десятков в этом году? - Он, маневрируя среди разбросанных инструментов, прошел к хозяину Призрачного Города и остановился у самой кромки багряного океана. -Сотен. - Хуа Чэн, освобождая место, поднял готовые фонари под потолок. Там уже качалась предыдущая партия. -Я принес это. - Черновод достал маленькое кольцо с гравировкой на внутренней стороне. Градоначальник протянул руку, не отрываясь от своего занятия. - Сделано по тому же принципу, что и проклятые оковы. - Украшение легло в раскрытую ладонь. - Можно попытаться отследить похожее заклинание. -Библиотека? - Он с интересом принялся вертеть артефакт, одолженный у Небесного Императора. Хэ Сюань отрицательно покачал головой. -Ладно, лучше чем ничего. - Хуа Чэн отправил вверх последний фонарик и рывком поднялся на ноги. В следующее мгновение двери, ведущие в мастерскую, захлопнулись, оставив Черновода одного.       Хэ Сюань запрокинул голову к потолку. Впервые увидев Собирателя Цветов, делающего фонари, демон был в замешательстве: ужасно тратить время на то, что однажды сгорит по щелчку. Со временем Черновод понял, что намного ужаснее будет, если все эти фонарики так никогда и не загорятся.       Хэ Сюань перевел взгляд на окно. Оттуда открывался вид на весь Призрачный Город. На серых, пыльных улицах, мощеных местами раскрошившимся камнем, временами мелькали призраки и мелкая нечисть. Редкое освещение сиротливых прилавков и игорных домов непостижимым образом делало проспекты еще мрачнее. Извилистые улицы, изредка расползавшиеся в площади, больше напоминали сброшенную змеей чешую, чем пути настоящего живого города. Однако демон, по большей части, был доволен увиденным: когда он впервые оказался здесь, чтобы пройти по канаве, пытавшейся притвориться дорогой, приходилось перешагивать через тела обессилевших жителей.       Черновод закрыл глаза, выискивая духовную энергию Повелителя Земли. Судя по всему, Мин И сейчас был там же, где в прошлый раз. Хэ Сюань переместился к нужной двери и, прежде чем войти, постучал, обозначив свое присутствие.       Небожитель сидел за столом, перед ним, заложив руки за спину, стояла Чжао Цзы, она заканчивала повторение одного из высказываний Конфуция. -Господин. - Девушка, заметив демона, склонилась в поклоне. - Рада встретить вас снова. - Она тайком пыталась рассмотреть Черновода из-под опущенных ресниц. - Спасибо вам. -Не стоит. - Он поставил корзину со свитком и вино на стол Мин И, мельком заметив, что тот исправляет корявые, но старательные прописи. - Обучаешься грамоте? -Да, господин Хуа сказал, что ему не нужны необразованные слуги. -Что это? - Повелитель Земли, забрав новый свиток, кивнул в сторону корзины. -Подарок для тебя. - Демон откинул крышку, демонстрируя содержимое. -Сам сходил? - Мин И провел пальцем по ажурному узору пряника. -Нет, это… - Хэ Сюань задумался, пытаясь подобрать слова. -Ааа, - Повелитель Земли заметил записку и загадочно улыбнулся. - Понимаю. - Он с тихим смешком принялся рыться в ящике стола. - У меня тоже есть кое-что для тебя, садись. - Одна стопка бумаг сменила другую, Чжао Цзы расставила пиалы на столе, затем открыла принесенное вино. Заметив, что Черновод не двигается, Мин И приглашающе махнул рукой. - Сегодня праздник, и по твоей вине я вынужден встречать его в столь скромной компании, поэтому возьми ответственность. -Ладно. - Демон нехотя уступил. -Ты просил подумать, кого я бы хотел назначить на средние небеса. - Повелитель Земли пододвинул свиток. Тут также расписана информация о каждом, чтобы тебе не пришлось выкручиваться, пытаясь понять, как с кем общаться. -Спасибо. - Хэ Сюань удивленно моргнул. -Еще я сделал сундук по твоим чертежам. Помнишь, какие защитные заклинания на нем стояли? - Мин И положил по лунному прянику каждому из присутствующих. -На первом отсеке был ветряной код,- внимание Черновода сконцентрировалось на традиционном угощении, и он усилием воли вернулся к теме разговора. - Третью часть защищал водный лабиринт, а на среднем, кажется, стоял золотой замок. -Не слышал о таком. - Повелитель Земли чуть подался вперед. -Нужно из ограниченного количества золотых деталей собрать и замочную скважину, и подходящий к ней ключ. -Похоже, это будет самая сложная часть. - Мин И просиял и хлопнул в ладоши. Чжао Цзы, вторя ему, энергично закивала. -Что ж, за удачу. - Повелитель Земли поднял пиалу, и в воздухе дрожащей паутиной повис звон.

***

      Ши Цинсюань сидел за столом в резиденции Цзюнь У, небо звездным куполом укрывало амфитеатр, традиционно отводившийся для проведения праздника Середины Осени. Боги средних небес, по обыкновению, старались держаться ближе друг к другу, и, затаив дыхание, ждали внимания небожителей более высокого порядка. Повелитель Ветра рассеянно смотрел сквозь присутствующих. Несвойственное ему безразличие держало обычно прилипчивую свиту на расстоянии.       Цинсюань погрузился в раздумья, как только Мин И заткнул его паровой булочкой. Чем дольше Повелитель Ветра жевал, тем стремительнее тускнел его восторг. Поцелуй Повелителя Земли запомнился таким волшебным, но совершенно бесчувственным. Ши Цинсюань, снова и снова мысленно проживая тот момент, успел заучить каждое движение губ, и в них — ни капли эмоций. Для Мин И это был просто способ помочь, надо признать, довольно действенный.       Цинсюань вспомнил объятия, они успокаивали и грели даже сейчас. Казалось, все начало получаться: Повелитель Ветра не мог не заметить, как старательно Повелитель Земли искал его общества, особенно в последние дни пребывания в Цзинвей. Но по возвращении в столицу, Мин И стал будто еще холоднее. А отказ от присутствия на торжестве был более чем красноречивым сигналом.       Бурная реакция богов на чье-то прибытие вернула Цинсюаня в реальность. К столику Повелителя Ветра, ведя праздный разговор, приближались Ши Уду, Пэй Мин и Лин Вэнь. -Вы так вырядились, генерал, неужто надеетесь, что от блеска доспехов дамы потеряют память и вновь согласятся навестить ваш дворец? - Повелитель Воды звучал снисходительно весело. -Я собираюсь получить расположение не менее двух десятков прелестных барышень. Ваши ставки?- Генерал Мингуан легко перенял иронично-уважительную манеру общения. -Куда уж. - Ши Уду красиво рассмеялся и, дойдя до стола Цинсюаня, повернулся к Пэй Мину. - Вам удастся заманить не больше пяти. - Водяной Самодур веером щелкнул по носу своего любвеобильного спутника и сел к Повелителю Ветра. -Десять. - Генерал склонился над братьями Ши. - Предлагаю пятьдесят тысяч заслуг. -Этого у меня хватает,- Повелитель Воды махнул рукой, и каждый из присутствующих получил по тысяче. -У меня дежавю. - Лин Вэнь подперла щеку рукой и кивнула Ши Цинсюаню. - Вы быстро справились.       Повелитель Ветра вежливо улыбнулся, затем спешно отвел взгляд: с этой компанией ему всегда было трудно поддерживать разговор, а сегодня мысли то и дело возвращались к Мин И. К счастью, в этот момент гул разговоров стих, присутствующие встали, чтобы сделать поклон — Небесный Император поднялся со своего места и, позволив всем сесть, начал речь, посвященную празднику. Когда он смолк, разговоры забурлили с новой силой. Ши Уду и Пэй Мин вновь затеяли спор, но уже по поводу количества фонарей, запущенных верующими для каждого бога. Повелитель Воды говорил с нарочито скучающим видом, а генерал Пэй, казалось, каждой репликой пытался вызвать у Водяного Самодура хоть какую-то эмоцию.       Зал в очередной раз погрузился в тишину, когда Цзюнь У мановением руки создал театральный занавес и подал пиалу одному из богов. Ши Уду и Пэй Мин, позабыв об оборвавшейся беседе, напряженно следили за передвижением сосуда с вином. Повелитель Ветра впервые ощущал такую апатию: его не волновала возможность стать героем сомнительного спектакля, ведь у них с братом хватит заслуг, чтобы остановить все в первые же секунды. Не было и желания развлечь беседой, хотя раньше Ши Цинсюань всегда пользовался подобными собраниями, чтобы сгладить углы чужих предвзятостей.       Повелитель Ветра непроизвольно потер палец, на котором еще недавно носил артефакт. Несмотря на то, что кольцо пробыло там всего несколько дней, его отсутствие ощущалось остро. Цинсюань усмехнулся: когда он понял свои чувства, какая-то часть сознания еще надеялась, что с возвращением сил небожителя, поток циркулирующей по телу ци оттеснит влюбленность на второй план. Но все вышло будто наоборот. -Ты и слова мне не сказал с момента возвращения. - Ши Уду повернулся к брату. -Прости, немного устал. - Повелитель Ветра поморщился: Пэй Мин смеялся так громко, что заглушал даже происходящее на сцене. Переведя взгляд, Ши Цинсюань увидел часть спектакля. Мужчина, одетый в одни штаны, выбрался из-под десятка женских тел, накинул на себя одежду и оценивающе осмотрел «поверженную» толпу. -Думаю, эта победа займет особое место в списке моих достижений. - Актер подошел к краю сцены, но тела вдруг пришли в движение. -Господин Пэй,- срывающимся от наслаждения голосом проговорила одна из дам, - Вы сможете снова доставить нам удовольствие… видеть вас? - Цинсюань отметил для себя неумелость автора, воспользовавшегося такой весомой паузой для создания двусмысленности. -Милая, -актер порывисто обернулся, - когда я начинаю что-то повторять, это неизменно напоминает мне тренировку. А использовать вас в качестве практического инвентаря все равно что гневить небеса. -Это вполне ожидаемо. - Ши Уду повысил голос, пытаясь привлечь внимание Цинсюаня, теперь он давил на каждое слово. - Слышал, император лично вводил в курс дела. -Ага. - Повелитель Ветра немного скис. Ему не нравился такой брат. -Хорошо, что справился, моя репутация напрямую зависит и от тебя. - Пиала возобновила свое движение в кругу богов, и плечи Повелителя Воды едва заметно расслабились.       За остаток вечера небожители посмотрели постановку о мудром боге с совсем не запоминающимся именем, чьи советы с легкостью решали самые сложные проблемы верующих, пьесу о трудолюбивом юноше Му Цине, что честно служил взбалмошному господину, а затем вознесся благодаря талантам, трудолюбию и исключительно покладистому характеру.       Под завершение банкета не повезло Лин Вэнь, поэтому всем пришлось наблюдать, как бог литературы отправил чудесную фею, чтобы очаровать одаренного писателя и присвоить его заслуги себе. Талант паренька шел от сердца, и именно его девушке пришлось вырвать из груди влюбленного в нее простачка, чтобы выполнить желание небожителя.       Богиня Литературы, казалось, спала с открытыми глазами и никак не реагировала на происходящее. Повелитель Воды фыркнул что-то об умственной неполноценности большинства создателей пьес, генерал Пэй с готовностью подхватил разговор. Вскоре сцена исчезла, обстановка вновь переменилась, и ровный голос начал оглашать результаты Битвы Фонарей.       Цинсюань смотрел, как надменно ворчит на Пэй Мина брат, и тень мягкой улыбки скользнула по его лицу. Генерал Мингуан был непостоянным, грубоватым и, ввиду отсутствия сражений в Небесной Столице, увлекался фронтом любовным. В последнее время он особенно старался, это замечали все. Повелитель Ветра знал, что Ши Уду тяжело сохранять безразличие на этот счет, его недовольство сквозило в более злых и жалящих замечаниям в адрес генерала Пэя. Оба все время будто старались побольнее задеть друг друга, но всегда оставались рядом. Ши Цинсюань подумал, что ему было бы достаточно и такого. Не любовь, но хотя бы признание. -Дворец Повелителя Земли, сорок четыре фонаря. - Слегка удивленно проговорил бог, подводивший подсчеты. Повелитель Ветра проводил взглядом маленькое скопление огоньков. -Он здесь всего месяц? Впечатляет, твой брат умеет выбирать друзей. - Пэй Мин подмигнул Цинсюаню, но жест остался демонстративно проигнорированным. -Не думаю, что это заслуженно. Мой брат имеет свойство излишне вовлекаться в чужие дела. -Может, тебе поучиться у него мягкости? Скоро кроме меня рядом с тобой никого не останется. - Лицо генерала приняло гротескно обеспокоенное выражение. -Ну и замечательно. - Ши Уду невозмутимо глотнул вина. -Вот как? - Пэй Мин заинтересованно склонился ближе. -Да, тогда мне останется переживать только о том, как избавиться от тебя. - Повелитель Воды посмотрел на бога войны, но его взгляд уже потух.

***

      Ши Уду поднимался по лестнице своего дворца. Небожитель пребывал в плохом настроении, о чем свидетельствовала напряженная спина, будто он проглотил бамбук, а движения выходили рваными и скованными. Перемены были очевидны Цинсюаню, как и их причина. В какой-то момент вечера Пэй Мин побежал выяснять, не назначил ли Повелитель Земли себе помощников на средние небеса, а главное — нет ли среди них дам. После этого Генерал Мингуан так и не вернулся, что усугубило ситуацию.       Повелитель Ветра привык к пустому дворцу Мин И, мысль о таких изменениях никогда не приходила ему, потому волнение брата воспринималось беспочвенным. Ши Цинсюань посмотрел на взвинченного Повелителя Воды, сердце легко окутала светлая тоска. Пэй Мин всегда возвращается. Ши Уду не нужно бегать за ним или придумывать поводы для встреч. -Брат, - Ускорив шаг, Цинсюань догнал бога у самого кабинета. - мне нужен совет. - Повелитель Ветра увидел, как статная фигура вздрогнула от неожиданности. Ши Уду улыбнулся, усталость смягчила черты его лица. -Конечно, - рука заботливо заправила выбившуюся прядь за ухо Ши Цинсюаня. -Нет. - Повелитель Ветра сложил руки перед собой и сделал поклон. - Я прошу аудиенции у Повелителя Воды. -Только быстро. - От голоса повеяло раздражением. Ши Уду одернул руку и толкнул дверь в кабинет. Цинсюань послушно следовал позади, соблюдая дистанцию. Водяной Самодур прошел к столу, пальцы любовно огладили голову каменной рыбины, покоившейся на столешнице, - Ну? - Он покровительственно кивнул, позволяя заговорить. -Я хотел узнать, как вам удается всегда получать желаемое, - Повелитель Ветра съежился под внимательным цепким взглядом, - а после — удерживать рядом с собой. -Это все? - Повелитель Воды выглядел надменно и разочарованно. - Ответ содержится в вопросе — каждый чего-то хочет. Ты просто должен выяснить цену своего желания. -А как же… - Цинсюань пытался подобрать слова, не выдержав заминки, Водяной Самодур цокнул. -Это необязательно что-то материальное. Некоторым хватает лишь обещаний. - Вздохнув, он подошел к сжавшемуся Ши Цинсюаню. - Чем сильнее пытаешься удержать поводок, тем больнее падать, когда он оборвется. Ты мой брат, но это не значит, что мои методы тебе подходят. -Может, они не подходят и тебе? - Пересилив себя, Повелитель Ветра поднял взгляд на Ши Уду и попытался расправить плечи. Водяной Самодур хмыкнул. -Ты бы хотел наверняка знать о чувствах каждого, кто тебя интересует? - Повелитель Воды, сощурившись, склонил голову набок, как мурена перед броском. Цинсюаню захотелось спрятаться, он медленно кивнул. - Я тоже. - Ши Уду, несколько смягчившись, развел руками. - Вот только мне эти знания нужны для того, чтобы полностью контролировать ситуацию, понимать, как и на кого можно надавить. Тогда моя жизнь была бы лишена неожиданностей. И именно поэтому мои методы подходят мне,- бог расплылся в плотоядной улыбке,- идеально.       В комнате повисла такая тишина, что Повелитель Ветра мог слышать свое загнанное дыхание. -Я понял. Спасибо, что уделили мне время.- Цинсюань быстро поклонился и вышел за дверь, тщетно пытаясь убедить себя, что это было не слишком похоже на побег.