Через половину мира

Наконец, настал май. Как и договорились, Мари и Софи встретились снова - и снова в Брюсселе. В этот раз город подготовил для Софи свои улицы, парки, аллеи, навесив на деревья молодые, еще не запылившиеся листочки. Так отрадно было видеть город в таком виде, будто он помолодел, хотя стояли все те же вековые здания, парки, улочки, но проснувшаяся от зимы зелень явно была городу к лицу! В первый день приезда Софи было принято отправиться в парк Форест: погода стояла превосходная, что хотелось насладиться ей где-то, где максимально зелено, где свободно гуляет весенний ветер, обещающий что-то светлое и обязательно доброе, где солнце греет не только застылую за зиму землю, но и сердца людей, уставших от серой липкой рутины. Вообще в тот день они должны были встретиться с Фиен и ее парнем, Ларсом, но встреча была запланирована только на обед, так что все утро было абсолютно свободно. И вот Софи и Мари захватили по дороге в парк сендвичи и холодный кофе в жестяных банках, заботливо расстелили покрывало на траве недалеко от дуба с развесистыми ветвями в самом центре парка, но так, чтобы он не забрал себе ни один луч солнца, и начали раскладываться. Мари сняла жакет, под которой была трогательная майка на бретельках, - она так была ей хороша и так прочеркивала ее изящные плечи и ключицы, что Софи не могла отвести взгляд. Мари заметила его и улыбнулась своей доброй улыбкой: - Хотя бы немного витамина Д после зимы. Такое приятное солнышко сегодня! Ей-богу, всю неделю было холодно, это к твоему приезду потеплело. - В прошлые разы погода не особо радовала, но я даже не заметила этого, - Софи оглянулась вокруг, будто пытаясь изучить погоду визуально, - хотя да, сегодня очень приятно! - Такая погода напоминает мне Москву... Если зимы тут и там разные, то лето очень похоже. - Ты скучаешь по дому? - Сложно сказать, я уже не знаю, где мой дом. Получилось, что вроде бы оттуда уехала, а никуда в итоге и не приехала. - А Дан’ка как чувствует по этому поводу? - У него другая ситуация… Я ехала учиться и случайно влюбилась в Брюссель, а он ехал целенаправленно, хотя конкретной цели у него не было. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду. Хотя не знаю, просто жить - тоже цель, наверное… - Кажется, что тебе непонятно такое. - Скорее легко просто жить, если ты там, где должен быть. Софи понимала, про что идет речь, но она не хотела спрашивать напрямую, но все же пересилила себя: - Мари, ты же все равно не хочешь потом оставаться в Брюсселе, ведь так? Мари выдержала тяжелую паузу. Это была не та пауза, которая обычно возникает, если человек задумался, Мари явно знала ответ, но не спешила его озвучить. - Я знаю, что это неподходящий момент, просто не уверена, что когда-то настанет подходящий. Мы ведь уже говорили об этом… Может быть, ты все же хочешь попробовать пожить вместе? Я помогу тебе с работой, поговорю со своим лендлордом, чтобы переписать договор об аренде и вписать тебя. Что думаешь? - Софи, я не думаю, что останусь в Европе… Я думаю, что придумала себе не только Брюссель или Бельгию, а вообще всю Европу. Я выросла на художественной литературе и первый раз тут побывала в год поступления, понимаешь? Я люблю Брюссель, но тот, который в моей голове. Посмотри вокруг: столько людей живут точно так же, как я, а мир изменился и ни у кого не хватает духу это заметить. Он уже не тот, что раньше. Я понимаю, как глупо это звучит, такое солиднее звучит от тех, кому лет тридцать хотя бы, но все правда очень изменилось, я даже безопасно тут себя не чувствую. Софи не знала, что ответить на это, поэтому просто спросила: - Так, что ты тогда думаешь делать? - Я думала уехать в Израиль. - В Израиль? Сейчас? Я думала, там война. - Там война, но я вижу по Даньке, что там совсем иначе все. Я не знаю, как объяснить. Это все так сложно. - Давай хотя бы попробуем вместе пожить? Тебе понравится в Граце! - Софи, прости, но я не думаю, что получится. - Получается, это все просто так? - Мы сейчас говорим на французском языке, он ни тебе, ни мне не родной. Не знаю, как ты учила его, а я его учила по французской литературе, наверное, тогда экзистенциальная меланхолия стала фоном моей жизни. Мне кажется, вообще все у нас всех просто так. Софи было больно слышать это. Как водится в человеческих душах, всегда хочется найти какой-то простой ответ на поверхности: вот, например, Мари не хочет съезжаться с ней, а хочет уехать в Израиль из-за Лоры - очень просто и понятно, очень хочется поверить, что все так, может, разозлиться даже, но Софи не удавалось обмануть себя. У сидевшей рядом пары как назло заиграла песня Джо Дассена на телефоне - ‘если бы ты не существовала, для чего бы существовал тогда я?’ Софи посмотрела в глаза Мари и не смогла ничего ответить ей: тяжелый комок застрял в ее горле и не позволял издать ни звука. - Софи, послушай, я не знаю, как жизнь повернется дальше, я просто живу сегодняшним днем. Это такой прекрасный момент, я не знаю, что будет за ним, но я знаю, что сейчас мы сидим в парке и нам хорошо. Мари придвинулась к ней и поцеловала нежно в губы. Это был их самый горький поцелуй.