Сокровенные перышки

      С течением каждого месяца, мои рабочие дни становились всё более утомительными. Я чувствовал, как живот медленно, но уверенно, увеличивается в размерах, будто собирая в себе всё мою упорство и энергию. Чжоу Хань заметил мою тяжёлую работу и приобрел для меня новую одежду, которая была специально подходила для моего расширяющегося живота. Он сказал, чтобы я меньше напрягался и больше отдыхал, заботясь о моём здоровье. Я спокойно принял его слова и начал больше уделять времени отдыху. Моя рутина изменилась: я проводил больше времени дома, наслаждаясь уютом и заботой Чжоу Ханя. Мы проводили вечера в общении, готовя вкусную пищу и её трапезой. Постепенно я стал больше ценить те моменты, когда мог позволить себе расслабиться и просто насладиться присутствием своего возлюбленного.       Время шло, и новый дом, на который я так долго накапливал, становился нашим уютным убежищем. Чжоу Хань с осторожностью расставил все вещи, создавая атмосферу тепла и гармонии. В конце долгого дня он приготовил нам ужин и предложил мне сесть за стол. Я взял место, и мы начали разговор о будущем. Изо всех сил я раздвинул ноги, чтобы мой огромный живот мог удобно разместиться. Все предыдущие месяцы я заботился о том, чтобы обильно питаться, и результат был налицо. Я взял складки на боках и начал их энергично трясти, словно даря этому частному моменту некую церемониальность. На мгновение я почувствовал удовлетворение, видя, какой путь я прошёл в своих изменениях.       Я быстро съел плотный ужин Чжоу Хань внезапно попросил меня надеть старую кофту. Я послушно подчинился его просьбе, натянув её на себя. Но лишь после этого мне стало ясно, почему он попросил меня это сделать. Кофта, оказывается, высоко задиралась вверх, позволяя моему животу остаться полностью видимым. Этот взгляд на мой прогресс в весе вызвал во мне некоторую гордость и удовлетворение. Я похлопал себя по животу, словно признавая и ценя свой путь, который я проделал в этом периоде. Совсем недавно я насытился едой, и это сразу же отразилось на моем круглом животе. Тяжесть в нем ощущалась даже после того, как я наелся. Пару месяцев назад Чжоу Хань утверждал, что я достиг идеальной формы тела, но его еда продолжала радовать меня, и я не мог удержаться от искушения. Я всегда хотел большего, поэтому работал, чтобы добиться того, что у меня есть сейчас.       Мой живот мягко свисал вниз, словно наполненный мешок. Он становился все больше и скоро, возможно, даже сможет закрыть мой пах. Это огромное тело удивляло меня своей преображающейся формой. Я мог легко лечь на стул и обнять пузо, только если руку вытянуть. Попытка натянуть на себя маленькую кофту закончилась тем, что она не поддалась, будто напоминая мне о том, как далеко я продвинулся. Мои пальцы осторожно коснулись наполненного до предела живота. Он был упругим и твёрдым, словно напоминая мне о том, что я наелся по полной программе, и теперь моё тело было до краев наполнено пищей. Я не мог не улыбнуться, глядя на этот знак прогресса. Память вернула меня к тем временам, когда я только мечтал о таком теле, а еда казалась чем-то, недоступным для меня. Теперь же я мог позволить себе наслаждаться ею. Каждый укус, каждый глоток были особенными, потому что они наполняли меня не только физически, но и чувственно. Я почувствовал гордость за свой путь и вспомнил, сколько усилий я вложил в то, чтобы достичь этой точки.       С тихими шагами, Чжоу Хань подкрался сзади и обнял меня ласково. Его рука плавно скользнула по моему оголённому животу, и я почувствовал его прикосновение как приятное дыхание ветра.       — Ты такой прожорливый, Ли Пен. Я еле успеваю готовить тебе, — прошептал он, и его слова звучали как нежный мурчащий звук.       Моя рука легла поверх его, словно нашла защиту и опору.       — Это всё из-за тебя. Смотри, каким огромным ты меня сделал. Я больше не помещаюсь в свою старую кофту. Я чувствую себя таким наполненным. Мне кажется, следует остановиться на этом весе, — я ответил ему, немного краснея под его взглядом — Давай теперь мне нормальные для меня порции, не делая меня слишком наполненным до краев.       Чжоу Хань засмеялся негромко, и его пальцы шлёпнули меня по животу, вызвав слабую отрыжку.       — Тебя бы ещё остановить. Если дать тебе меньше еды, то начинаешь строить глазки. Но я попытаюсь держать тебя таким, — он заявил с лёгкостью в голосе, и я уловил в нём заботу и улыбку.       Мы стояли так, в объятиях, я чувствовал его близость и тепло, которое исходило от него. Огромный живот ощущался таким приятным, словно полнота была залогом комфорта. Чжоу Хань легонько погладил пальцами мои складки на боках, словно лаская каждый момент нашей прожитой жизни.       — Ты меня ни капли не смущаешь, Ли Пен, — он пробормотал, склонившись ближе к моему уху — Твои перемены впечатляют меня. Ты стал таким ярким и живым.       Я ощущал его дыхание на своей шее, и это создавало ощущение теплой волны, проникающей внутрь меня. Мои глаза закрылись, и я на мгновение потерялся в этой нежности и взаимопонимании.       — Спасибо, что ты рядом, — пробормотал я в ответ, не желая отпускать его.       Чжоу Хань мягко приподнял голову и посмотрел мне в глаза.       — Мы вместе. Что бы ни случилось, ты всегда можешь на меня рассчитывать.       Наши усталые, но счастливые улыбки слились вместе, и я почувствовал, что нам обоим в этом объятии хорошо. Наши сердца бились в ритме взаимной заботы и доверия, создавая невидимую связь между нами.