It's Me! (Rewrite)

      У Чики похолодело внутри, и записка с ладони соскользнула, как листок с ветки. «Убийца? Бонни?» — роковые слова никак не укладывались у неё в голове. Это ведь всего лишь предположение, правда? Но Оливер смотрел на неё слишком уверенно и даже жестоко. До чего же он докопался? Почему отмалчивается, хотя раньше они без проблем делились друг с другом планами и подозрениями? Чику распирало от эмоций, но из-за прослушки она не могла выпалить: «Да какого хрена?! Как ты к этому пришёл?! Кто-нибудь ещё об этом знает?». Единственное, что ей оставалось, это сжать кулаки и одарить охранника жгучим непонимающим взглядом.       Оливер заметил её реакцию:       — Я пока не могу сказать тебе больше, — подошёл и небрежно похлопал её по плечу. — Но ты всё равно мой самый близкий помощник, и я доверяю тебе то, чего не доверяю никому.       Так стало понятно, что про «Убийцу Бонни» знает только она.       — Ты какой-то странный… На тебя это не похоже! — Чике было тяжело смотреть на него. — Что случилось, пока меня не было?!       Мангл отвела подругу в сторону:       — Когда ты ушла искать Бонни, Оливеру стало нехорошо после всех этих допросов, и он убежал в уборную. Ну, сама знаешь, психика у этих людей слабенькая! А вернулся… вот такой. Как будто его подменили.       Чика прошла в ту уборную и заметила разбитое зеркало, а на полу — человеческую резинку для волос. ** Ранее… **       Оливер забежал в уборную и склонился над почерневшей раковиной в приступе рвоты. Его трясло от пережитого, от тяжёлых разговоров и ответственности. Он посмотрел в замызганное зеркало, вытирая рот ладонью, и вдруг остановился на своём отражении.       — Со всеми этими разборками я позабыл, что нужно хоть иногда приводить себя в порядок. Когда ты в последний раз смотрел в зеркало, дружок? — Оливер принялся всухую оттирать кожу лица (потому что откуда в заброшенной пиццерии вода?), потом расчесал пальцами длинные серые пряди и решил собрать их в хвостик. В кармане как раз на такой случай лежала резинка.       Пиратская повязка на глазу мешала сделать причёску, поэтому Оливер её снял. Но как только увидел себя в зеркале без неё, зеркало треснуло, резинка для волос упала, а вместе с ней и охранник больно ударился о кафель. Он поднялся на трясущихся ногах, и разбитое на куски отражение заставило его рвано дышать от паники. Оливер посмотрел, как в первый раз, на свои ладони, на волосы и дотронулся до глаза, который всё это время был одной из самых важных скрытых деталей…

***

** Комната для допроса. 23:13 **       Чика покрутила на пальце резинку для волос. Её терпение заканчивалось.       — Что, всю ночь в молчанку играть будем? — она склонилась над Оливером, которого на коленях против воли удерживала Мангл. — Думаешь, если я так добра к тебе, то можно перестать вводить меня в курс дела?!       Чика пнула Оливера в живот так, что парень охнул и стиснул зубы.       — Ты забываешься, человек. Я снесу тебе голову одной рукой и на следующий день даже не вспомню твоего имени, — девушка схватила его за волосы и потянула голову наверх. Голос её угрожающе понизился. Глаза стали чёрными, как пропасть. — Ещё раз заговоришь со мной, как с дурочкой, и похлопаешь по плечу, я измажу все стены твоей кровью. А теперь, выкладывай всё, что ты узнал без меня.       — Прости… Что решил умолчать. Я правда думал, что так будет лучше, потому что всему своё время.       — Как раз сейчас самое время. Ты так не думаешь? — рядом с Чикой встал Фокси, обнажая острый крюк. Мангл больнее сдавила человеческие руки. Ещё немного, и её ладони превратятся в тиски для пыток.       — Мангл, неужели и ты с ними заодно? Ты тоже уверена, что вся правда должна быть раскрыта?       Мангл сделала вид, что не слушает, а сама незаметно ослабила хватку. Руки её начали мелко подрагивать от страха. Уж ей-то было, что скрывать! Оливер с ухмылкой подумал: «То-то же!».       — Хотя погодите, я могу облегчить ему задачу, — Фокси подошёл к охраннику ближе. — Пора всем наконец-то узнать правду.       — Ты уверен, что это хорошая идея? — спросил Оливер.       — Фокси, может, он прав, и не стоит торопить события? — нервно спросила Мангл.       — Я думал поначалу, что всему действительно своё время, но увидев, что Оливер и дальше продолжает тянуть кота за яйца, уже не выдержал.       Охранник протестующе дёрнулся, но это не помешало Фокси сорвать пиратскую повязку со скрытого глаза.       — Открой глаз! Ведь ты и сам теперь в курсе, кто такой на самом деле, Фредди.       — ЧТО?! — Чика отпрянула, и голос её сорвался на писк. — Фредди?!       Оливер медленно поднял голову, и открыл глаз, который засветился неестественным голубым светом, поразив всех в комнате. Подобным эффектом обладали глаза аниматроников.       Цвет этого странного глаза был абсолютно такой же, как у Фредди. Чика упала на колени от шока.       — Это ты… Фредди. Это правда ты… — она бросилась к нему и крепко обняла. Фокси и Мангл тоже присоединились. — Я столько искала тебя, а ты был прямо под носом! Как такое возможно?!       — После смерти я попал в тело паренька, который погиб при аварии.       — Значит, настоящий Оливер мёртв? Но тогда, почему в этом человеческом теле светится глаз, как у аниматроника?       — Это своеобразное напоминание о том, что душа вернулась и пришла мстить, только в другом обличии. Конечно же, я забыл о жизни в пиццерии, когда вселился в чужое тело, но глаз рано или поздно заставил бы вспомнить.       — Ну конечно… — поняла Чика. — Памятная вещь, которая переносит в прошлую жизнь! Ведь именно так мы восстанавливаем события! ** Позже **       Вот только потом Чика их уже не слушала. Раньше ей и правда хотелось больше расспросить Фредди обо всём, но теперь, когда радость от встречи прошла, его присутствие всё усложнило. Она и сама не могла понять, почему. Но поняла, почему Фредди пытался предупредить их о своевременности. Когда её друзья назвали имя — «Бонни», то Чике совсем стало дурно.       — Э-эм, я выйду ненадолго? Мне нужно проветриться, — она вылетела из комнаты для допроса и побежала по коридору, закрыв лицо руками.       «Боже…! Что со мной?! — думала она на бегу. — Ведь я должна ненавидеть Бонни за то, что он сделал! Если Оливер… то есть, Фредди указал, что он убийца, значит, так оно и есть! Тогда почему я даже рассердиться не могу?».       Ей вдруг мучительно захотелось его увидеть. Наверно, чтобы убедиться в том, что все теории вокруг него — всего лишь догадки. Слухи. Наглое враньё!       *Тук-тук*. Это был самый неуверенный стук, но Бонни услышал его, открыл дверь и очень удивился пришедшей. У неё нервно бегали глаза, она никак не могла объяснить причину своего прихода и чем больше запиналась, тем шире Бонни расплывался в улыбке. Какая же Чика всё-таки забавная!       — Давай лучше поговорим в мастерской, — Бонни мягко запустил девушку внутрь, закрыл за собой дверь, как обычно, и они устроились на диванчике.       — Я… П-просто хотела узнать, как ты. Для меня наш последний разговор тоже в новинку.       Бонни опять улыбнулся и отвернулся.       — Мне стало гораздо легче. Выговорился.       — Это хорошо… — Чика уставилась в пол. Казалось, между ними росло напряжение, подобное электричеству, а их тела словно соединяли маленькие молнии.       — Ну-с, что у ребят? Нормально? — Бонни задал нелепый вопрос, чтобы сбить это напряжение.       — Да, всё хорошо…       «Если б ты знал, насколько!» — но Чика чувствовала, что пока не стоит говорить про Фредди, тем более, что пришла она совсем не за этим.       — Что ж… Мне даже сказать нечего. Не хочу тебя смущать неловкими паузами, а то ты подумаешь что-то не то. Так что я лучше пойду ещё немного поработаю… Спасибо, что пришла. Думаю, скоро ещё свидимся и обсудим что-нибудь новое, — Бонни подал Чике руку, как тогда, чтобы девушка встала с дивана, и она снова приняла его помощь, но на этот раз… Не отпустила. Они так и замерли друг перед другом. Её взгляд кричал: «Почему?! Почему я забиваю голову тобой?». Все его взгляды, намёки, их неловкие разговоры наедине — пробили её невидимую стену. А Бонни озадаченно смотрел на неё, ожидая подвоха или объяснения. Но вместо этого Чика подалась вперёд, прижав аниматроника к стене, и поцеловала. Бонни оцепенел, потом горячо и крепко обнял её в ответ, закатил глаза от удовольствия, но его каратнуло! Чика отпрыгнула, а Бонни безвольной игрушкой грохнулся на пол.       — Нет-нет, — Чика закрыла рот рукой. — Что я наделала… Что произошло? Бонни!       Но заяц лежал у стены неподвижно. Девушка осторожно тронула его. Никакой реакции не последовало.       — Я не должна была… Ты же убийца! Н-надо позвать на помощь, — Чика кое-как сообразила, как дёрнуть дверь, и выбежала за подмогой.

***

      — Что с ним? — Мангл склонилась над Бонни и принялась осматривать тело.       Чика отвела глаза.       — Не знаю. Я нашла его в таком состоянии.       Фредди скривился, когда увидел старого приятеля, и буркнул:       — Я бы оставил его в таком состоянии, — он сложил руки на груди. — А потом бы добил. Но, к сожалению, теперь мне известна правда, и я в ней не лучше, чем он. А злость всё равно берёт!       Чика глухо спросила:       — Что за правда?       — Давай обсудим это позже. Пока он в отключке, нужно осмотреть его комнату и понять, что они замышляют. Да-да, не удивляйся, он работает не один…

***

**В детстве Бена **       Бен с гримасой вошёл в шумную пиццерию по настоянию своего нового друга Фокса, который был постарше на два года. Тот буквально вытащил клещами мальчика из дома, чтобы «проветриться» после шокирующей правды о Черри и Фреде.       Куча народу напоминала муравьёв: маленьких непосед и их суетливых родителей. Среди них бегали другие муравьи, которых отличала красная униформа. Один из таких как-то странно посмотрел на Бена и убежал. Но мальчик не обратил на это внимание: его захватили живые роботы на сцене в виде животных. Всё-таки это правда было необычно и красочно. Если бы он прожил хотя бы полвека, то наверняка вспоминал бы даже спустя годы такое представление. Фокс выхватил друга и повёл к свободному столику, словно Бен из-за своей хандры стал немощным. Впрочем, он и не сопротивлялся. Ему было всё равно, лишь бы ещё немного посмотреть на роботов.       Странно, но к ним скоро подсели Фред с Черри. Вот так неприятность. Бену очень захотелось встать, а потом понял, что Фокс всё это время был в курсе. Они все это спланировали, но для чего? Кто кого подговорил?       — Бен, прости нас, пожалуйста! — сказал Фред. — Мы ничего не делали!       — Только за руки подержались… — пробормотала Черри.       — Мы же всё ещё друзья? — Фред горел надеждой. — Мир?       Бен сухо протянул ему руку, даже не посмотрел на Черри.       Если честно, он простил бы их только в том случае, если бы они перестали общаться, а Фред куда-нибудь уехал, чтоб лица его больше не видеть. Но судя по их переглядкам, расставаться они не собирались. А когда сели рядом, Фред взял ручку Черри под столом, чтоб её поддержать в такой напряжённой обстановке. Поэтому Бен ничего им не сказал, словно их и не было, как и их пустых извинений. Теперь не было никакого трио, это ощущалось кожей. Теперь были только «двое» и «он». Они пришли только за тем, чтобы Бен привыкал к этой новой картине, как собачка, привыкающая к плохим хозяевам. Может ему ещё на их свадьбе постоять в роли подружки невесты? Ну уж нет.       К ним подошёл тот самый «муравей» в униформе, который посмотрел на Бена. Был он молодой, с чёрным хвостиком собранных волос под кепкой. Бен уставился на него, словно парень был необычный. Словно у него позади выросли крылья. Официант тоже скосил взгляд на мальчика и подмигнул ему. Бен нахмурился. Вот теперь уж точно можно было уходить. Но не тут-то было. Официант положил каждому ребёнку буклетик с изображениями аниматроников, выступавших на сцене. И предложил выбрать того, кто больше нравится. Как он пояснил, сегодня все дети могут помочь роботам заработать приз зрительских симпатий, и победит только один.       Бен, долго не думая, выбрал Бонни, потому что ему нравился фиолетовый цвет. Он подглядел в буклеты других и понял, что Фокс выбрал Фокси, Черри — Чику (потому что она одна там девочка), а Фред — Фредди. Это было очень странное совпадение. Официант, кажется, пришёл от этого в восторг.       — Ого, какие все разные! Это просто замечательно! Узнаем, что же думают другие ребята. Дождитесь итогов!       Пришлось ещё какое-то время сидеть за столом и смотреть на свои ботинки. Ни у кого из сидящих не возникло мысли: «А что мы его слушаемся?». Все настолько привыкли подчиняться старшим, а подростковый бунт ещё не проклюнулся. Конечно, тишину разбавляли вялыми диалогами, но это несильно помогало.       Наконец, объявили победителя — робота Чику, и весь зал взорвался радостными криками. Бену пришлось заткнуть уши. Парень-официант, кажется, заметил это где-то в толпе, подошёл и спросил, хорошо ли мальчик себя чувствует. К чему такое внимание? Бена учили не открываться незнакомцам. Но паренёк был такой красивый (особенно вблизи), правильный и обходительный, как идеальный старший брат, что ему хотелось довериться. В конце концов, что может случиться?       — Вижу, ты не любишь такие скопления, давай покажу более тихое место для гостей, — парень на глазах у других повёл Бена прочь от толпы по коридору вглубь пиццерии к какой-то странной двери. Там находился маленький кабинетик с белым диванчиком. А в кабинете оказалась потайная тяжёлая дверь.       — Через эту тайную дверь попадают на сцену. Но пока там не место для декорацией, а настоящее искусство. Там есть библиотека и набор юного техника. Тебе интересно?       Бен весь загорелся. Хотя ему было слегка неловко стоять с высоким незнакомцем в одиночестве комнаты. Он согласился. Вошёл. За сценой было очень тихо, на удивление, хотя он понимал, как должно быть громко. Там действительно была библиотека, освещённая тёплой лампой. Чем-то это напоминало освещение в сарае у папы. Куча инструментов на маленьком столе, а на полках, помимо книг, стояли кораблики. У Бена дух перехватило: кораблики! Его любимые кораблики! Один из таких назывался Копенгаген и считался кораблём-призраком, он тоже красовался на полке. Бен всегда воображал, как будет проплывать, подобно папе, океан и встретит там русалок и этот загадочный призрачный корабль. Он поплывёт величественно, безмолвно, а потом скроется за туманом. Но стоило Бену коснуться маленького экспоната, как свет в странной комнате померк: лампочка лопнула. Мальчик подпрыгнул и заозирался, прижимая к груди свой корабль. Кругом стояла плотная тишина. На попытки позвать того парня никто не ответил. Вдруг послышались крадущиеся шаги. Их звук не сулил ничего хорошего. Потом Бен услышал и шумное дыхание, как будто на него идёт незримый зверь. Он помнит свой вскоре, когда кто-то схватил его со спины. А кораблик упал, окрашиваясь кровью.

***

** Два с половиной года назад **       Бен…       Бонни оказался в той самой комнате, в которой был убит тридцать лет назад. Знакомый ненавистный голос заставил его замереть и прислушаться.       Ну здравствуй, мой сладкий мальчик.       Аниматроник никого перед собой не заметил, а потому предположил, что разговаривает с призраком.       — Ты сдох, что ли? Хах! Как же так вышло?       Это неприятное недоразумение.       Бонни победно оскалился и сказал, что так Фиолетовому Человеку и надо!       Мне нужно тело.       — Соболезную.       Ты можешь помочь мне его создать. Ты же у нас очень умелый малый.       Бонни закатил глаза.       — Отвали. Ты итак испортил нам жизнь. Мы доберёмся до тебя и разорвём, независимо оттого, в каком измерении твоя жалкая душонка будет находиться!       И только он хотел выйти из мрачного места, дверь перед ним захлопнулась.       Мне нужно тело, Бен, а тебе нужно отомстить! Не так ли?       — О чём ты, сволочь?       А ты возьми с полки свой кораблик! Направо! Иди-иди! Прямо. Теперь подходи к полке. Доставай.       Бонни затрясло, стоило ему прикоснуться к странной игрушке, забрызганной кровью. Но после тряски, его разум прояснился. События из прошлой жизни калейдоскопом пронеслись перед глазами. Он и сам удивился этому, а потом злобно обрадовался.       — Да… Я вспомнил, что было! Фредди…

***

** Настоящее. Мастерская Бонни **       — Мы нашли какую-то дверь!       — Отлично, — улыбнулся Фредди.       Но пока они стояли и пытались дружно открыть эту дверь, где-то совсем рядом раздался щелчок.       — Так-так. Кто-то воспользовался тем, что я был в отключке, и решил прошерстить мою комнату? — Бонни направил на своих друзей дробовик. — А я воспользовался неосторожностью охранника, который, почему-то, перестал носить с собой оружие. Я думал, ты умнее.       — Я думал, ты тоже, — Оливер повернулся к зайцу, показав необычный глаз, и Бонни, охнув, сделал шаг назад, а потом посильнее сжал в руках дробовик.       — Фредди?! Ты сменил тело и вернулся… Вы все не удивлены, а значит, в курсе. И как давно?!       — Да мы сами совсем недавно узнали! — вступилась Чика.       Фредди остановил её.       — Тише-тише. Это был провокационный вопрос, Чика, чтобы выглядеть в его глазах предателями.       — А что, ты не согласен? — Бонни прицелился прямо в голову Фредди. — Вы все тут предатели. Мангл предала Фокси со мной. Вы двое предали меня в прошлой жизни. Как же просто отречься от чего-то, променяв на что-нибудь новое!       — Я пытался с тобой помириться, пытался просить прощения, но ты ведь меня даже не слышал.       — У меня проблемы с прощением, — улыбнулся Бонни. — И вообще, с чего ты взял, что слов достаточно? Слова ничего не значат. В большинстве случаев.       — Я… не думал, что слов будет достаточно. Честно, — Фредди опустил голову. — Но и ты… Тебе как будто нравилось состояние обиды намного больше состояния прощения. Нравилось раздувать драму внутри себя и питаться злостью. Это как-то выделяло тебя в собственных глазах на фоне других; это льстило тебе по-своему, что какие-то люди когда-то были перед тобой виноваты!       Бонни прищурился и надавил на курок. Чика среагировала: дёрнула дробовик вверх. Выстрел пришёлся на потолок. Заяц застыл, а потом, мрачнея с каждым словом, прошипел:       — Уходите из моей комнаты. Сейчас же. Я бы мог сейчас вас всех перестрелять. Но тогда, боюсь, не доставлю своему другу удовольствия заняться вами, а это уже будет невыполнением обещания.       Последним, что он увидел прежде, чем закрылась тяжёлая дверь его кабинета — был взгляд Чики, полный ужаса и непонимания. Для Бонни всё погрузилось во тьму.