Строптивая жена

      Ярость Эрика не знала границ, и к ней примешивалось ещё одно чувство - горькое, от которого ком стоял в горле, а сердце болезненно сжималось.       Рана на руке ныла, и он подумал, пришла ли служанка к герцогине, чтобы промыть её рану на шее.       Сначала он отправился на ристалище, чтобы выместить свой гнев на безмолвных тренировочных чучелах.       Он раз за разом "убивал" манекена, а потом его гнев утих.       Он не пойдёт в комнату, это точно. Устроившись на тюфяке в комнате для оружия, Эрик задумался, что ему делать. О наследнике, как он понял, можно забыть. Взять жену силой? Нет, он даже думать об этом не хотел.       Чтобы рана на руке не кровоточила, он обвязал её какой-то тряпкой.       Эрик не смог заснуть, и утром уже стоял в полном облачении, готовый для тренировки, когда Бранд пришёл на тренировочный плац.       Бранд подозрительно покосился на господина, который застёгивал наручи со свирепым выражением лица, но решил ничего не говорить.       В этот день досталось всем. Рыцари падали с ног: так их вымотала эта тренировка.       Не раз и не два Эрик бросал взгляд на окна герцогской комнаты, которые как раз выходили на площадку для тренировок. Ему даже показалось, что он видел как в окне мелькнули светлые волосы.       На миг он замер и пропустил удар.       -Ваша светлость, я думаю на сегодня хватит, - проговорил Бранд, видя в каком состоянии находится его господин. Если Бранд и догадывался о чём-то, то решил помалкивать. Около колодца служанки сплетничали, что Фаня несла окровавленные тряпки из комнаты герцога вчера вечером.       А самого герцога видели, как он направляется в сторону тренировочной площадки. Увидев тюфяк в комнате для оружия, Бранд всё понял.       Что-то вчера случилось между герцогом и госпожой. Бранд лишь надеялся, что он её не сильно побил. Иначе, если она заболеет и умрёт, то земли Армаир заберёт король.       Хотя Бранд не видел никогда, чтобы его господин поднял руку на женщину, но это Курц - враг, а к врагам - соответствующее отношение.       Герцог бросил меч и поморщился. Кровь пропитала хилую повязку и сочилась сквозь доспех.       Бранд воскликнул:       -Кто посмел ранить господина?       -Не кричи, Бранд. Это не на тренировке. - проворчал Эрик.       -Но рана свежая, тогда это сделала она? - недоверчиво спросил Бранд.       Герцог молча снимал доспехи.       -Так и есть. Милорд, вы должны принять меры! Надеюсь, вы поколотили эту ведьму, как следует! Иначе... - Бранд не договорил, как огромный кулак господина впечатался ему в челюсть.       Помощник упал, а герцог, стоя над ним, ледяным голосом сквозь сжатые зубы проговорил:       -Бранд, ты мой самый ближайший друг и соратник, но если ты ещё раз посмеешь сказать хоть одно худое слово о моей жене, одним ударом дело не ограничится.       Высказав эту угрозу, герцог широкими шагами направился с плаца, на ходу бросив:       -Собираемся на охоту!       Рыцари со страдальческими лицами стали собирать разбросанное оружие.       Бранд поднялся, держась за челюсть, и понял, что ведьма Курц поймала его господина в свои сети на самую верную наживку - прекрасное женское тело. Она ранила милорда - своего мужа, но вместо того, чтобы наказать её, он ударил своего друга.       Но рано или поздно, милорд поймёт, что она - Курц и никогда не станет Альдор.       Приказав готовить снаряжение для охоты, Бранд ушёл с плаца тоже.       В своей комнаты Атейла наблюдала за тренировкой рыцарей и герцога.       Один раз он чуть не заметил её, когда поднял голову и посмотрел на окна герцогской комнаты.       Она видела, как он ударил своего помощника так сильно, что тот упал и поднялся не сразу. Она видела, что герцог зол, но больше он не приходил в комнату.       Когда она узнала, что герцог отбыл на охоту, Атейла перевела дух. Можно выйти из комнаты.       Она расспросила слуг и те сказали, что охота герцога длиться около трёх, в зависимости от того, какая добыча встретиться им на пути. Но герцог никогда не приходил с пустыми руками.       Правда от нерадивости Спока мясо гнило раньше, чем его успевали приготовить. Но теперь, когда холодильные подвалы были очищены от мусора и крыс, они могли принять много мяса и надолго сохранить его.       Решив, что у неё есть передышка на пару дней, Атейла решила заняться садом.       Вейл, который как и обещал усердно трудился в замке Альдор, помогал ей.       Мальчик был рад как угодно служить своей благодетельнице, и более старательного помощника Атейла вряд ли бы нашла.       Сначала слуги очистили сад от засохших растений и сорной травы. В глубине Атейла нашла восхитительный фонтанчик. По всему было видно, что всё здесь когда-то было обустроено с любовью.       Из деревни принесли саженцы цветов и кустарников, которые Атейла рассадила по всему саду.       Сад приобрёл ухоженность, а когда зацветут цветы, обещал показать всю свою красоту.       Не зная, чем занять свои мысли Атейла трудилась над садом, чтобы отвлечься от размышлений о герцоге, который вот уже четыре дня не появлялся в замке.       Они не встречались с "той" ночи, и Атейла не могла сказать кто кого избегает.

***

      Герцог пребывал в преотвратнейшем расположении духа. Охота длилась уже пять дней, а дичи всё равно было мало.       Каждый промах делал герцога ещё злее, и побитая физиономия его помощника добавляла ситуации мрачности, так как все знали, откуда у Бранда синяки на лице.       Как один рыцари решили, что никогда не видели своего господина таким.       А причина по их мнению крылась в том, что он поссорился с госпожой. Многие заметили, как герцог смотрит на свою жену: как на женщину, но не как на врага.       Рыцари были в восторге от перемен в замке. Всем надоело давиться дрянной стряпнёй Спока и кормить клопов и блох на грязных тюфяках.       То, что в замке появилась женщина из клана Курц поначалу вызывало опасения, но теперь они увидели, что госпожа без устали трудится, чтобы привести замок в порядок.       Она была неизменна со всеми вежлива, и никого не приказала выпороть. Многие хоть и были против неё сначала, теперь стали менять своё мнение.       А уж то, что госпожа была красива как ангел и вовсе довершило дело.       Рыцари сошлись на том, что их господин, привыкший к походам и войнам, просто не знает, как себя вести с миледи, и ненароком обидел её.       Такие разговоры шли между рыцарями, которые слышал Бранд.       "Слабаки! И герцог слабак! Поддался красивой мордашке! Но они ещё увидят! Эта Курц покажет себя!" - зло про себя думал Бранд, потирая место удара.       На пятый день из замка пришло известие о том, что в замок Альдор направляется королевский советник - барон Войт на ежемесячную проверку.       Когда герцог услышал это известие, он скрипнул зубами и приказал собираться в замок.       Он бы рад был и дальше находится подальше. А почему нет? Ему приходилось жить так многие годы... Потому что он не знал, что сделает, когда увидит ту женщину: или свернёт её шею, или притянет к себе и поцелует.       Но делать нечего: придётся возвращаться.       Благодаря Бранду, дичи наловили достаточно.       Сам герцог не был способен сосредоточиться на охоте, что было с ним впервые.       Это всё раздражало его неимоверно.       Проезжая по деревне, он встретил Амалию. Она вернулась в дом родителей, когда её выгнали из замка.       Та выбежала чуть ли не наперерез коню Эрика и воскликнула:       -Ваша светлость, нам нужно поговорить!       Эрик остановился. Чувство вины перед ней заставило его спешиться и пройти к ней в дом.       -Ваша светлость, я так страдала по вине вашей жены, а вы даже не вспомнили про меня! - начала причитать Амалия.       Она поставила перед герцогом кубок с вином, а сама зашла за его спину и, обхватив руками за шею, поцеловала за ухом.       Раньше Эрику нравилось когда она так делала, но сейчас всё изменилось.       -Амалия, я женился... Я не могу теперь... - сказал Эрик, убирая её руки. - Прости.       -Ваша жена выгнала меня ни за что! Вы и это ей спустите? - обиженно спросила Амалия, отходя от герцога и садясь за стол напротив него.       Эрик отхлебнул вкусного напитка, и пожал плечами:       -Она хозяйка, и вправе решать, кому быть в замке, а кому нет. Если бы ты не проявила упрямство, то осталась бы.       -И смотреть, как вы приходите к ней в спальню? Это мучение! - воскликнула Амалия. - Ведь я люблю вас. Неужели наши отношения для вас ничего не значат?       Девушка заплакала.       -Амалия, ты сама знала, что долго это не продлиться. Я твой господин, и мне не вообще не стоило это начинать, - Эрик старался говорить спокойно, но вид плачущей девушки выводил его из себя. - Я тебе ничего не обещал, а подарков, которые я тебе дарил хватит на безбедную жизнь. Ты найдешь себе мужа и будешь счастлива...       -Без вас я не буду счастлива! - воскликнула девушка и бросилась на грудь Эрику.       Эрик встал и, оттягивая от себя руки Амалии, направился к двери.       Когда он вышел, то Бранд доложил, что приезжал посыльный из замка сообщить, что советник короля уже приехал и ожидает герцога в компании герцогини.       -Я сказал, что вы немного задержитесь, милорд, - сказал один из рыцарей.       Направляясь к коню, Эрик резко остановился и повернулся к этому рыцарю, сощурив глаза:       -Что ты сказал?       -Я отвлёкся, когда ходил отлить, Эрик, и не успел его остановить, - виноватым голосом сказал Бранд.       -Что ты сказал, чтобы передали советнику? - повторил Эрик, надвигаясь на незадачливого рыцаря, который понял, что жизнь его подходит к концу.       -Я...я...я сказал, что вы задержитесь, так как заехали к Амалии, ведь...я думал... что... нельзя прерывать... - мямлил рыцарь.       Эрик закрыл глаза и провёл рукой по волосам.       -Как давно уехал посыльный? - спросил он.       -Два крика петуха назад, милорд.       Эрик вскочил на коня и пришпорив его понёсся к замку.       Он даже думать не хотел о том, что подумает советник. Прошёл месяц с момента свадьбы, и лорд уже отправился в постель к другой женщине. Король будет недоволен. А Атейла...       А что Атейла? Она отказала ему, и теперь пусть пожинает плоды своего отказа.       Но сердце тревожно билось, и Эрик подстёгивал своего коня, который нёсся к замку.       Во дворе, куда он ворвался словно одержимый, и увидел, как посыльный что-то докладывает барону Войту, рядом с которым стояла герцогиня.       Когда Эрик на полном скаку остановился около этой пары, холодные голубые глаза сказали ему, что он опоздал.       -Ааа, герцог Альдор, вы всё-таки явились, - насмешливо сказал барон Войт. - А мы уж думали, что не стоит вас ждать раньше следующего дня. Но я и не расстроился бы, честно говоря. Ваша жена, смею заметить, - прелестная и очень умная женщина, её компания доставила мне много приятностей.       Барон Войт взял ручку герцогини и галантно поцеловал тыльную сторону ладони.       -Не понимаю мужчин, которые смогли бы оставить скучать такую женщину одну в замке, - вкрадчиво проговорил барон, входя в главный зал.       Эрик понял намёк, и нахмурился ещё больше. Его раздражало развязное отношение барона к Атейле, которая улыбалась тем не менее этому старикашке.       -О, сразу видно, Альдор, что тут появилась хозяйка. - восторженно заметил барон. - А я и забыл девиз вашего рода. "Честному - слава, верному - жизнь, сильному - долг", - прочитал барон слова на гербовом гобелене. - Твоя сила накладывает на тебя много обязанностей, да, Альдор?       -Да, милорд, отец учил меня, что с силой всегда приходит ответственность, - сдержанно ответил Эрик, косясь на Атейлу, которая совершенно не обращала на него внимания.       -Прошу вас, милорд, присядьте. Сейчас принесут угощение, - сказала она и приказала служанкам нести блюда.       -Раньше, когда я приезжал, мне не хотелось задерживаться, но сейчас я думаю, что задержусь на денёк-другой и осмотрюсь. - сказал барон, когда увидел, что к столу несут блюда, еда на которых выглядела очень аппетитно. - Тем более, на мне лежит миссия удостовериться, что леди Атейла получает здесь подобающее её положению отношение.       Барон Войт был хитрым и наблюдательным, и Эрик был уверен, что тот доложит королю обо всём, что здесь увидит.       Но больше Эрика волновало то, что Атейла наверняка уверена, что он был в постели Амалии.       Демоны, почему его это заботит? Она его жена, и должна терпеть и повиноваться. Даже если и был, она не смеет сказать и слова против.       Но когда же уедет этот барон? От улыбки Атейлы, обращённой на этого слизняка, у Эрика уже сводило скулы от напряжения.       Но, барон как назло, никуда не спешил, он мило беседовал с герцогиней, получал холодные и односложные ответы от герцога, и изъявил желание остаться на ночь в замке Альдор.       Атейла была не прочь побеседовать с этим без сомнения умным мужчиной. Он, как буфер, стоял между ней и герцогом. Говорить с герцогом у неё не было никакого желания, тем более после их стычки в спальне.       Герцог же был мрачнее тучи, а его глаза неотступно за ней следовали. Чего он хочет? Он уже развлёкся с любовницей, и получил то, что хотел. Или ему мало одной женщины? Атейла понимала, что в этом нет ничего необычного, если лорд развлекается со служанками, но она всё равно не примет такой уклад семейной жизни. Если он хочет поступать так, то тогда пусть не приходит к ней со своими притязаниями. Законного наследника у него не будет.       Слуги сплетничали, что у герцога нет детей, но Атейла не знала наверняка.       Атейла чувствовала взгляд герцога и нервничала. Интересно, он обработал свою руку? По нему не скажешь, что его беспокоит рана. Всегда мрачное лицо, рука лежит на эфесе меча, как будто он ждёт, что на него нападут в любой миг.       Атейла сразу вспомнила вид его голого торса с кубиками мышц на животе, и споткнулась на ровном месте.       Барон Войт её поддержал, и она благодарно ему улыбнулась.       Ей отчего-то стало жарко, и она стала обмахиваться рукой.       -Вам жарко, миледи? Вы покраснели, - сказал барон Войт.       -О нет, милорд, просто выпила слишком много вина, наверно, - неловко улыбнулась Атейла.       -Что ж, Альдор. Я увидел всё, что хотел. Думаю, сегодня уезжать уже поздно. Пусть меня проводят в мои покои, - объявил королевский советник. - Последнее, король ожидает, что в скором времени вы объявите о рождении наследника, который соединит обе семьи, герцог. Не затягивайте с этим.       -Как я могу ослушаться приказа его величества? - сказал герцог сдержанно, стрельнув глазами на герцогиню.       Барон кивнул и проследовал за слугой, который повёл его в специально приготовленную для него комнату.       -И правда, как я могу ослушаться королевского приказа? - задумчиво повторил герцог, не к кому конкретно не обращаясь. - Мы же не можем разочаровать королевского советника, да, жена?       Подобрав юбки и гордо вскинув голову, Атейла молча пошла в спальню.       Она понимала, что если король узнает, что супруги спят отдельно, это даст ему повод думать, что герцог игнорирует свою жену. При признании брака недействительным её вернут обратно в замок Курц, а этого она хотела меньше всего. Страшно было представить, на что будет способен её отец в этой ситуации.       Её сердце колотилось, когда она слышала шаги герцога за своей спиной, но не от страха, а от другого чувства, названия которому она не могла пока дать.       Когда за ними закрылась дверь, то Атейла прошла внутрь и резко повернулась. Она посмотрела на герцога, который деловито расстёгивал пояс на талии.       -Не утруждайтесь, миледи, искать свой кинжал. У меня нет никакого желания быть опять порезанным вашим ножичком, - сказал он и положил меч около камина.       Затем снял сапоги и улёгся перед камином на шкуру медведя на полу, отвернувшись от Атейлы.       Атейла некоторое время постояла, дожидаясь чего-то, сама не зная чего. Почувствовав себя глупо, она нахмурилась. А чего, собственно, она ждала?       Зашторив балдахин, она сняла верхнее платье и, переодевшись в ночную сорочку, легла под одеяло.       Кинжал всё также лежал под подушкой, но почему-то она была уверена, что он ей сегодня не понадобится.       Так было странно и непривычно для Атейлы спать в комнате с мужчиной, который к тому же являлся её мужем.       Она прислушивалась к звукам в комнате, но ничего не слышала. Она долго не могла заснуть, но в конце концов сон сморил её.       Утром Атейла по привычке проснулась рано на рассвете, но герцога уже не было, а она даже не заметила как он ушёл.       Выглянув в коридор, Атейла позвала Фаню:       -Фаня, почему ты меня не разбудила?       -Его светлость не велели вас будить, госпожа, - ответила Фаня и побежала за водой.       Войдя в тронный зал, Атейла увидела, что герцог и барон сидят и разговаривают. При виде её мужчины встали.       -Ааа, герцогиня! Приветствую вас, - вскочил барон и галантно поцеловал ей руку. - Мы тут с герцогом обсуждали некоторые вопросы хозяйствования, и он сказал, что тут мне лучше спросить у вас. Ваш муж доверяет вам во всём. И не хмурьтесь так, герцог, не украду я у вас вашу жену!       Атейла ничего не понимала. Она сдержанно улыбнулась барону и села на своё место. Слуги стали подавать завтрак.       -Герцог также поведал мне, что вчера задержался из-за того, что было мало добычи и пришлось пробыть на охоте дольше, чем обычно. - между делом заметил барон. - Мы были несправедливы к нему, миледи. Его задержали в деревне не более, чем на время, нужное, чтобы выпить чашку воды. Так разволновался, что даже сказал, что это могут подтвердить все, кто был там. Но я и так уверен, что герцог не лукавит; при дворе он известен своей исключительной честностью, что даже запечатлено в гербе его клана.       Значит с Амалией у него ничего не было, подумала про себя Атейла. Она должна была бы быть безразлична к этой информации, но сердце радостно забилось.       Далее трапеза проходила в молчании.       В зал вошёл слуга, который сообщил, что сопровождающие советника готовы отправляться во дворец.       -Что ж, мне пора ехать, Альдор. - сказал советник. - Миледи, мне доставило истинное удовольствие общаться с вами. Напоследок, передаю слова его величества: к концу года он ожидает известие о появлении на свет наследника Альдора. Уверен, имея такую жену, проблем в этом вопросе не должно быть.       -Приложу все свои силы, чтобы не разочаровать его величество, - церемонно сказал герцог.       Когда за процессией барона Войта закрылись замковые ворота, герцог произнёс:       -Решите теперь эту задачку, миледи. Но я уверен, что для вас нет ничего невозможного, - произнёс герцог и удалился.       Атейла посмотрела ему вслед и закусила губу. Она понимала, что король дал им такой короткий срок для того, чтобы быть уверенным, что разорительная междоусобица не начнётся вновь.       На миг сердце Атейлы замерло, а потом пустилось вскачь. Она должна будет пустить Альдора к себе.       Вечером этого же дня из замка Курц прибыл посланник с письмом для герцогини.       Отец написал ей? Это что-то новенькое.       Атейла развернула конверт и узнала почерк Дарина. Видимо, он писал под диктовку Родвина.       "Дочь моя, мне печально сознавать, что ты сейчас в стане нашего врага. Но придёт день, и всё изменится. Земли Арамаир по праву всегда принадлежали клану Курц. Ты знаешь, что делать, дочь.

Твой отец

      Родвин никогда не назывался её отцом. Этим письмом он напомнил ей о разговоре после свадьбы. Чтобы помочь отцу одолеть Альдора, она должна сначала зачать от него ребёнка, а потом убить или навредить.       Ради чего? Отец никогда не относился к ней с любовью, только унижал и бил, и ради него она должна убить другого человека?       Атейла знала, что не способна на убийство. Но также она знала, что угроза Родвина убить её самому была также реальной.       Прошёл месяц её жизни в замке Альдор, но на её теле не появилось ни одного нового синяка. К ней относятся с почтением. Впервые в жизни, она может ходить по дому не оглядываясь.       Она рисовала себе в голове мрачные картины своего будущего, но пока ни одна из них так и не стала реальностью.       Стоит ли ей пересмотреть своё отношение к мужу, тем более она связана теперь с ним на всю жизнь?       Завтра утром она решит, что делать.