Тёмный феникс

Когда зелёное пламя портала погасло за спиной Гаррета, он вышел на холодную дорогу, вымощенную камнем — и первое, что почувствовал, был запах. Свежий, с примесью прелой листвы и тонкой нотки дыма от ночных факелов. Осень здесь казалась плотнее, насыщеннее, чем в Хогвартсе: терпкая, туманная, тёплая, будто шерстяной шарф, накинутый на его плечи. Воздух был настолько прохладным, что стоило сделать глубокий вдох — и лёгкие щекотала тонкая морозная дрожь. Лёгкая дымка стелилась по земле, цепляясь за края плаща Гаррета, за скрипучие листья под его ботинками. Он огляделся — и заметил знакомый силуэт. Себастьян сидел на траве у самого края небольшого обрыва и смотрел вдаль. Перед ним раскидывались поля Фелкфорта — золотистые, выцветшие, с клочьями тумана, цепляющимися за невысокие холмы. Вдалеке темнели горы, скрытые в серой дымке раннего утра. Гаррет подошёл ближе. — Привет, Себастьян! Наслаждаешься видом? Он подошёл со спины, и тому пришлось обернуться. — Стараюсь ничего не упустить, — тихо ответил Сэллоу. — Рад видеть тебя. На секунду взгляд друга показался Гаррету совсем не таким, как обычно — будто расфокусированным и усталым. В душе словно, что-то зашкребло неприятным предчувствием. — «Себастьян выглядит подавленным… Что-то произошло? Он же так ждал этой встречи, говорил об этом безумолку в течении всех этих дней, словно не мог дождаться…» — Что-то случилось? — осторожно спросил Гаррет. — С чего ты взял? — Кажешься расстроенным, — неловко уточнил он. Себастьян коротко вздохнул и поднялся на ноги. — Пойдём. Они пошли бок о бок — медленно, почти в такт. Гаррету показалось, что Себастьян нарочно тянет время. — Теперь в Фелкфорте всё совсем не так, как раньше, — начал Сэллоу после паузы. — Здесь стало опаснее, с тех пор как сторонники Ранрока проявляют особый интерес вон к тем развалинам. Он указал туда, где в дымке угадывались очертания огромного, полуразрушенного дома. — «Если прищуриться — можно увидеть, что от него осталось. На замок не похоже, но дом и правда был огромным…» — Расскажу позже. Анна нас ждёт. Гаррет почувствовал, как в груди вновь кольнуло беспокойство. — «Странно… он должен был быть счастлив, а сейчас будто боится. Или переживает?» Он не стал спрашивать дальше, просто шёл рядом, рассматривая просторы. Туман клубился над полями, солнце еще не пробилось сквозь серое небо, а ветер шуршал сухими стеблями, оставшимися после уборки урожая. Горы вдали выглядели суровыми и холодными. — Чуть позже… — Прозвучало внезапно в тишине. — Я позже тебе все расскажу… — добавил Себастьян негромко. — Сейчас хочу сделать ей сюрприз. Они прибыли ранее обговореного времени, чтобы сестра Себастьяна не ожидала их. Себастьян замышляя эту шалость был воодушевлен, но сейчас всё в его поведении кричало о внутреннем напряжении. Спустя минут десять они подошли к нужному дому. — Тихо. Мы пришли, — прошептал Себастьян. — Сестра должна быть внутри. Он будто чужак озирался вокруг — и только потом шагнул. Что у Гаррета уже закралось подозрение: — «А в туда ли мы ломимся?» Дверь открылась почти бесшумно. В доме пахло древесиной и чем-то травяным, буд-то здесь недавно варили чай от простуды. В центре комнаты стоял массивный стол, а за ним — девушка, повернувшаяся спиной. Ее длинные волосы были собраны в аккуратный хвост. — «Хм… а если у Себастьяна была бы с такая же причёска…» Гаррет поёжился от собственных мыслей и мысленно отогнал нелепую картину, что нарисовало его воображение. — «Они близнецы?» В этот момент Себастьян подкрался к девушке и резко ухватил её за плечи. — Ага! Анна вздрогнула и обернулась: — Себастьян! Чтоб тебя нарглы забодали! Откуда ты взялся?! Несмотря на возмущение, в голосе слышалась искренняя радость. — Решили сделать сюрприз и приехать раньше! Она обняла его, потрепав по волосам. — Мне кажется, ты ещё подрос. — Зато уже не я самый короткий, — ухмыльнулся он. — Подожди… Он достал что-то из сумки. — «Это свёрток, который он притащил из Хогсмида в тот день, когда на нас напал тролль. Значит, он всё это время носил его с собой…» Анна ахнула. — Именем Мерлина, это то, о чём я думаю?! — Да. Я же говорил, что достану её! Возьми! В её руках предмет засветился… но свет тут же погас. Двое даже не успели понять — стоило ли им расстроиться или, наоборот, вздохнуть с облегчением, — когда тишину разрезал чужой голос. — Мы ведь уже говорили об этом. Он не был громким. Он был ровным — и от этого прозвучал куда жёстче любого крика. Из соседней комнаты вышел мужчина. Он не спешил, не повышал голос, не смотрел по сторонам. Его взгляд сразу остановился на предмете в руках Анны. Он подошёл ближе и, не сказав ни слова, протянул руку. Анна не успела даже возразить. — Эй! — воскликнул Себастьян. — Смоква не может снять проклятие! — рявкнул мужчина. — Ничто не сможет. Чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше! На лице мужчины проступили глубокие морщины — то ли от гнева, то ли от усталости. Короткий хруст — и свет окончателтно погас. — Но мы ещё не всё пробовали… — упрямо начал Себастьян. — Нет. — Он произнёс это спокойно. — Мы пробовали всё, что существует. Всё, что допустимо. И гораздо больше, чем следовало. — Да ты просто сдался дядя! — Замолчи! — голос взрослого сорвался. — Исцелить её нельзя! Мы пробовали ВСЁ, и ты это знаешь! Когда же ты наконец угомонишься Себастьян?! — Никогда! — Ты не успел приехать, как опять со своими безумными идеями, что будет на следующий раз? Кровь единорога? Перо жарптицы? Ты изводишь нас своими выходками! — Вспылил мужчина. — Думаешь только о себе! Ты ведёшь себя, как ребёнок, Себастьян, который не способен отличить выдумки от реальности! — По крайней мере, мне не плевать на свою сестру! — выкрикнул парень. — Хватит вам уже обоим! — Вмешалась Анна. — Ты считаешь мне плевать?! — мужчина шагнул к нему, лицо пылало. — Я каждый день вижу, как ей больно! А ты лишь добавляешь ей страданий своими глупыми надеждами! Однако их перепалку прервал резкий, сдавленный крик. Анна схватилась за живот и опустилась на колени. Мужчина мгновенно подхватил её, помогая усадить в кресло. — Смотри, что ты наделал! — бросил он Себастьяну. — Анна… Анна, прости, — пробормотал парень, потерянный, как никогда. — Хватит вам… — хрипло выдавила девушка. — Оба… прекратите… Уходи, Себастьян! — сорвалось у неё. Парень замер, словно его ударили. Но потом резко развернулся и вылетел наружу. Гаррет, сбитый с толку, кивнул Анне и поспешил выйти. Себастьян стоял у крыльца, упрямо отвернувшись. — Извини, что тебе пришлось это видеть, — его голос был сдавленным. — Можно… Я… мне нужно побыть одному. — Я понимаю… — тихо ответил Гаррет. — «Бедный Себастьян… Не такого приема он ожидал…» — Этот мальчишка меня до нервного тика доведёт! — раздалось за спиной. — А… это вы? — Прошу прощения, мистер Сэллоу, — сказал Гаррет. — Я друг Себастьяна. — Да уж вижу, — мужчина выдохнул, всё ещё злой, но усталый. — Простите моего племянника. Упрямый, как сто троллей. — Всё в порядке? — Профессор прислала сову… Она упомянула и о вас. Вы — тот самый пятикурсник? — Гарриет Камипертон. — Рад знакомству. В дверях появилась Анна. — Тебе не стоило выходить, дитя — нахмурился мужчина. — Себастьян уже ушёл? — вздохнула она. — Вот вечно вы вдвоём… — Только не начинай, Анна, — поморщился дядя. — От вас обоих голова кругом. — Проходи, Гаррет, — мягко сказала она. — Извините за вторжение… — Прошу меня простить, тяжело переносить эти приступы боли. — Как ты? Я не помешаю? — Всё нормально, — Анна прошла в комнату и села, приглашая его рядом. Сейчас Гаррет смог наконец заметить то самое родственное сходство между Себастьяном и Анной. Они действительно были похожи, но в то же время абсалютно разные. У девушки был не здоровый цвет лица, слегка отдающий желтизной, ее не здоровая худоба сразу говорила о том, что эта девушка истощена и физически, и морально. — Приступы приходят волнами. Никто в этом не виноват. — Она вымучено улыбнулась, стараясь казаться крепкой. — Кстати, приятно познакомиться. Ты, значит, тот самый новый пятикурсник, о котором Себастьян писал? Зная брата, если бы ты был девушкой, я бы даже решила, что он влюбился. Гаррет смутился. — «Интересно, что он там понарассказывал…» — Мы познакомились на уроке професора Гекат в мой второй день в Хогвартсе, — объяснил он. Она снова приподняла уголки губ, а в таких же карих глазах чуть блеснул огонек от блеска огня из камина. — А какой предмет тебе нравится больше всего? — Спросила девушка. — Даже не знаю. Во всех есть что-то своё. — А я больше любила сидеть в гостиной Слизерина, чем на уроках. А ещё подшучивать там над первокурсниками. — Она хохотнула, убирая с глаз челку. — Я рассказывала им, что видела русалок из окна. Анна засмеялась. — Я скучаю по школе, но я охотно жила бы и в Фелкфорте, когда тут было безопасно. На мгновение тот живой блеск в ее глазах погас и она заметно погрустнела. — Эти гоблины… И постоянные ссоры дяди с Себастьяном… Фелкфорт уже не тот, каким я его знала. — Себастьян говорил, что ваш дядя был мракоборцем. — Был, — Анна понизила голос. — Я понимаю о чем ты. Он отказался бороться с гоблинами. Он боится, что может потерять нас обоих. Мы — вся семья, которая у него осталась. Она вздохнула и ее брови сошлись к переносице, словно она испытывала дискомфорт. — Он прав — проклятие не снять. И я это чувствую… Себастьян возможно тоже это понимает, но он уперт. Возможно, ты сможешь убедить его? — Боюсь, что он сам должен принять решение, — тихо сказал Гаррет. — Да… Он всегда таким был, — вздохнула она. — В детстве, если ему была нужна игрушка, он всеми правдами и неправдами добивался именно ее. Надеюсь, однажды он осознает… тщетность своих поисков. Прости, я немного устала. — Мне стоит поискать его, — сказал Гаррет, поднимаясь. — Он, скорее всего, у вышки, там, где портал, — ответила Анна. — Спасибо, что заглянул. Присмотри за братом, пожалуйста. — И мне было приятно познакомиться, Анна. Он махнул ей на прощание. Выходя, Гаррет заметил мужчину. — Здравствуйте ещё раз, мистер Сэллоу. Мужчина медленно обернулся. Его взгляд скользнул по Гаррету — с головы до ног — так, словно он отмечал что-то про себя, не спеша с выводами. — А, это опять вы. Ищете Себастьяна? — Да. — Он скорее всего дуется на весь белый свет возле развалин. Соломон сказал это без насмешки — констатируя факт. — Он просто переживает. — Этот упертый ребенок не понимает, — резко сказал мужчина, — что нарушая все правила, он только создает проблемы. Он считает себя умнее целителей Святого Мунга! А вы… считаете, что где-то есть чудо-лекарство?! Вопрос прозвучал без агрессии. Именно это делало его неприятным. — Я думаю, что Себастьян просто хочет помочь сестре… — Да, так и есть, вот только его бессмысленнве потуги лишь приносят разочарование. Если вы с ним связплись, значит уже скорее всего отбывали наказания после уроков. Гаррет промолчал, оправдываться не входило в его планы, в принципе, как и опровергать их. — Так я и думал. Вы еще мальчишки. Упрямые. Уверенные, что знаете лучше. — Простите, но при всем уважении, Себастьян очень переживает за сестру. — Он больше переживает за свои амбиции. — Отмахнулся мужчина. — Он хочет быть героем, а она расплачивается за его надежды. Мне нужны не иллюзии, а спокойствие для Анны. Он посмотрел прямо в глаза Гаррету. — Если вы действительно хотите помочь — удерживайте его от глупостей. Он даже не представляет, сколько бед может натворить! — Я сделаю все возможное. Но я не могу отвечать за его намерения. Однако, я уверен, что если средство есть, он обязательно найдёт его. — твердо добавил Гаррет. — Ваша вера в идея Себастьяна чистое без рассуство, Анна стала жертвой тёмной магии и гоблины не спешат объяснять, что к чему. Жестоко давать ей надежду. Сейчас мы можем лишь заботиться о её комфорте и беречь от сторонников Ранрока. — Вы правы. Гаррет кивнул — спокойно, без вызова. Соломон посмотрел на него ещё раз. Дольше, чем раньше. — Может у вас и добрые намерения, но я знаю, как будет лучше для Анны и для Себастьяна. Они дети моего брата, такие же упрямые, как и он. Особенно Себастьян. Если вы действительно хотите помочь, убедитесь, что Себастьян поступает правильно, а не творит то, что вздумается. Он даже не представляет, сколько дурного может натворить, если не остановится. Надеюсь, вы запомните мои слова. Гаррет снова молча кивнул, предпочтя промолчать. — Хорошего вам дня, молодой человек. — И вам хорошего дня, мистер Сэллоу. Неприятный осадок все еще грыз душу Гаррета. — « Неужели так проходят встречи с родными? Мне нужно посмотреть, как там Себастьян…» Пропажа нашлась там же — на краю холма. Себастьян был именно там, где сказала Анна: словно тёмная тень на фоне полей. Он сидел с отрешенным видом, смотря вдаль. Парень заметил его ещё с нескольких шагов, но даже не повернул голову — только чуть напряг плечи. Гаррет тоже ничего не сказал. Ветер гонял остатки едва сухой травы по полю и шаловливо трепал волосы обоих. Они могли бы еще долго пробыть в тишине. Казалось, осень тоже притихла вокруг них. И вдруг Себастьян вздрогнул — что-то мягко и тепло опёрлось ему в спину. Гаррет сел позади, коснувшись его ровно настолько, чтобы дать понять: я здесь. Он не говорил. Не стал успокаивать или лезть с вопросами — просто сидел рядом, будто становился опорой, о которую можно молча привалиться. — «Ему не хватает поддержки. Даже не представляю, каково ему сейчас…» Себастьян выдохнул — тихо, едва слышно, как человек, который долго держал всё внутри. — …Почему он меня не слушает?.. — его голос дрогнул. — Ведь речь идёт о моей сестре… Гаррет всё ещё молчал, давая ему выговориться. — Прости, что тебе пришлось видеть всё это, — продолжил Себастьян, глядя в землю. — Теперь ты знаешь, с чем мне приходится иметь дело каждый раз. И… прости за дядю. Он чуть отклонился назад, словно пытаясь почувствовать, что Гаррет всё ещё там. — Он всегда злится, с тех пор, как умерли наши родители. А после того, как Анна пострадала, он стал просто невыносим. Мне порой кажется, что он винит меня в случившимся. Все твердит, что я весь в отца, буд-то это какое-то оскорбление. Дядя забил сразу на все, не желая ничего слышать и предпринимать более. Словно целители поставили на Анне крест! И он. Черт! — Себастьян вспылил и Гаррет ощутил, как тот ударил кулаком о землю. — Ощущение, что я один пытаюсь ей помочь, а он просто махнул рукой. — Анна, и ваш дядя, кажется искренне убеждены, что больше ничего нельзя сделать. — Тихо ответил Гаррет. — Я отказываюсь в это верить! Она сильно страдает и не только физически. Она полностью переменилась… Я так скучаю по прежней Анне. — «Он всхлипнул — или это был резкий вдох?» Несколько долгих секунд они сидели молча, слушая стылый ветер, который трепал траву у их ног. Потом Себастьян выпрямился и глубоко вдохнул. — Ладно… — сказал он немного тише, чем обычно. — Я обещал показать тебе развалины. Себастьян поднялся первым, отряхиваясь и протягивая руку Гаррету. Глаза парня были красные, от чего Гаррет почувствовал себя не в своей тарелке, он не знал как ему реагировать, поэтосу просто схватил ладонь, давая возможность тому, помочь ему подняться. — Пойдем, тут на самом деле не очень далеко. — Себастьян вымучено улыбнулся. Сэллоу был сконфужен, словно не хотел открывать эту его сторону, а Гаррет просто не знал, как нужно себя вести в этой ситуации. Деревня постепенно оставалась позади: низкие дома, дым из труб, забытые тележки у забора. Перед ними раскинулись пустые поля и силуэты гор, скрытых тяжёлой дымкой. А чуть дальше — тёмный, угрюмый силуэт разрушенного здания. — До недавнего времени там находилась банда гоблинов, они же — сторонники Ранрока. Мой дядя Соломон — бывший мракоборец, но он не хотел в это вмешиваться и даже после того, как кто-то из них проклял Анну. В его голосе снова мелькнула злость, но уже тише — уставшая. — Как это произошло? Осторожно спросил Гаррет. — Наверное… стоит рассказать с самого начала, — сказал Себастьян не сразу. Он помолчал, будто подбирая слова, которые не резали бы слишком сильно. — Даже среди нас троих Анна всегда была самой… бесшабашной. Ты ведь знаешь нас с Оминиасом. — Он хмыкнул, но без улыбки. — Она никогда не умела сидеть на месте. Плюй-камни — её любимая игра. Если честно… она обыгрывала нас всех. Всегда. Он замолчал, потом тихо выдохнул. — Это случилось в такой же осенний вечер. Я, дядя Соломон и Анна, мы были все дома, когда услышали крики. Пожар распостронялся от того самого дома к другим домам. Анна первая выскочила чтобы помочь. Пока мы с дядей помогали другим, я в какой-то момент потерял ее извиду. Себастьян резко замолчал, будто слова застряли в горле. — Анна решила проверить нет ли тут никого из людей. Однако… Она нарвалась на гоблинов. Мы ничего не успели сделать. — Он сглотнул. — Я помню бежал за ней, но не успел… А потом… Лишь ослепительная фиолетовая вспышка и чей-то голос, который меня порой преследует в кошмарах. Себастьян на мгновение закрыл глаза. — «Детей должно быть видно, но не слышно». Я не знаю, что это значило… Дядя нашел нас, Анна без сознания, я плохо помню, как все было… — Он вздохнул. — С тех пор Анна каждый день мучается от болей, а я не в силах ей помочь, ни тогда, ни сейчас. Гаррету показалось, что воздух вокруг стал тяжелее. — Ты уже помог ей Себастьян — твоя поддержка. Анна очень ценит это. Себастьян горько усмехнулся и сжал кулаки так, что побелели костяшки. — Поддержка, толку если я не способен ее защитить. Если я вообще никого не способен защитить. — Знаешь, а ведь тут ты не прав. — Гаррет, случайно задел плечом Себастьяна идя рядом. — Ты ведь не первый раз защищаешь меня. Сэллоу молчал, однако Гаррет чувствовал, что его печаль была чуть ли не осязаемой. — Я тоже, благодарен тебе за это. Они как раз подошли. Руины стояли на плато, словно забытые временем и людьми. Тот самый дом был стар — не просто заброшенный, а выживший из своей эпохи: каменная кладка потемнела от дождей и ветров, мох въелся в щели между плитами, а там, где когда-то была крыша, теперь торчали обломанные балки, похожие на обугленные рёбра. Этому месту было больше ста лет, и оно носило свой возраст с мрачным достоинством, как старик, переживший слишком многое. — Странное место, — тихо сказал Гаррет, оглядываясь. — Даже для руин. Себастьян усмехнулся краем губ, но в этой усмешке не было веселья. — Оно никогда не было обычным. Даже до пожара. Они постояли немного, словно прислушиваясь, а потом Себастьян кивнул. — Давай осмотримся. По отдельности будет быстрее. — Хорошо, — согласился Гаррет. Он пошёл вдоль разрушенной стены, осторожно перешагивая через камни. Повсюду валялся мусор: обломки ящиков, прогнившие доски, куски металла, словно кто-то в спешке перерывал это место и бросал всё, что не представляло ценности. В стороне темнел старый колодец — каменный, с потрескавшимся бортиком, заросший травой и лишайником. Гаррет остановился. Что-то внутри неприятно сжалось. Он медленно подошёл ближе, глядя на колодец, на груду камней рядом, на полуобвалившуюся арку стены, а сердце забилось быстрее. — Это же… — пробормотал он себе под нос. Это место было ему знакомо. Не просто похоже — узнаваемо. Камни, выложенные полукругом. Колодец. Плато. Даже направление ветра. Он видел это. — Себастьян! — окликнул он, не отрывая взгляда от колодца. Тот обернулся и подошёл ближе. — Что? — Я… — Гаррет сглотнул. — Я уже был здесь. Себастьян нахмурился. — В смысле — был? — Не физически. В воспоминании, — тихо ответил Гаррет. — Всё совпадает. Дом. Колодец. Даже вот этот завал… — он указал на груду камней. — Я видел это в омуте памяти. Себастьян медленно посмотрел вокруг, затем снова на Гаррета. — Ты уверен? — Абсолютно. — Гаррет поднял взгляд на горы, скрытые облаками. — Здесь жила профессор из Хогватса. Ее звали Исидора Морганак, она была одной из хранителей. И что-то… что-то важное произошло именно здесь. Между ними повисла напряжённая тишина. — Значит, гоблины копались не просто так. — Да, — кивнул Гаррет. — И мне кажется… мы ещё не всё нашли. — Так Гаррет, погоди. Давай по порядку. Объясни: при чем тут омут памяти, профессор и кто такие хранители? — Помнишь ты помог мне с библиотекой, тогда я наткнулся на омут памяти и увидел воспоминнания именно из этого места. — Тоесть ты хочешь сказать, что ты и до этого видел омуты памяти? — Эм… Да, первый раз мы были с профессором в банке Грингольтс. Там было первое воспоминание. А потом на нас напал Ранрок, но нам удалось сбежать через портал. — Ладно я понял, что значит — хранители? — Честно, я сам до не до конца понимаю, они называли себя хранителями, те четверо профессоров, что были в воспоминаниях, но вряд ли они хранили что-то безобидное. Я так думаю это было некое знание. — Это как-то связано с сейфом в Гринготтс? — Себастьян потрепал себе волосы и изобразил гримассу, словно у него разболелась голова. — Скажи мне, я правильно понимаю, что за тобой охотятся Ранрок и Руквуд с Харлоу, потому что у тебя, какая-то вещь из Гриннгльса, которая забросила тебя в портал? И при этом у тебя есть способность замечать следы древней магии, которые, по-твоему, пытаются использовать Ранрок. А теперь ты ещё и видишь воспоминания, оставленные хранителями? — Звучит конечно… Гаррет бросил взгляд на завал, словно чувствуя, что именно там скрыта часть ответа. — Знаешь, когда-то этот дом действительно принадлежал профессору Хогвартса. Если бы я не знал этого, подумал бы, что ты все это выдумаешь. — Да уж, звучит как фантазия, если так поразмыслить, но я хочу сказать, что у нас у обоих есть причина обследовать этот дом. Ты хочешь выяснить, что стало с Анной, а я хочу побольше узнать о хранителях. — Пошли. Они прошли в сами развалины, заходя глубже, где по всей видимости мог находиться подвал, однако там было лишь нагромождение камней. — Кто-то неспроста нагромоздил, это здесь, может, хотел что-то заслонить? — Тогда давай копать, — тихо сказал Гаррет. — Раз уж это место само нас сюда привело. — Долго будет, есть только один способ узнать, отойди немного. Себастьян достал палочку. — Конфринго! От взрыва камень разлетелся в каменную крошку. — Лестница в подвал? Зачем нужно переграждать лестницу? Ветер усилился, тронул траву у их ног и прошёлся по развалинам, будто сам дом пытался напомнить о себе. Себастьян выдохнул и сжал пальцы — Пошли проверим? Над плато снова потянулись облака, и горы на горизонте на мгновение исчезли из виду, словно наблюдая за ними исподтишка и не желая раскрывать свои тайны слишком рано. Они прошли в темное помещение, осторожно спускаясь. — Люмос! — После них тут настоящий бардак, видно, они искали что-то очень ценное. — Добавил Сэллоу. Помещение было низким и вытянутым, с потолком, подпертым массивными деревянными балками. Многие из них треснули от времени и сырости, некоторые опасно прогнулись. В воздухе висела пыль — плотная, почти осязаемая, она поднималась при каждом шаге и медленно оседала на рукавах мантии. Гаррет заметил разбросанные листы, изорванные, но некоторые уцелевшие. — Себастьян смотри, записка из дневника. «… Я уже вторую неделю в лагере. Каждый день привозят все новых больных. Врачи-маглы и даже наши целители тараются сделать для них все возможное. Скорбь, почти осязаема. Те, кто отправился от чумы, никогда не отправится от боли утраты. Лихорадка пройдет, кожа заживёт, но печаль останется. Навсегда. Я видела мужчину, который, как и мой отец потерял ребёнка. Это невыносимо, мне хотелось хоть немного облегчить, его страдание. Я начинаю думать, что остальные не правы, я способна помочь этим несчастным. На мой взгляд оставить их страдать не менее жестоко, чем избавить от мук… — Это же запись из дневника Иссидоры… — Оставь у себя на всякий случай. — Сказал Себастьян. — Смотри, тут еще одна. «… Я приехала сюда за знаниями, а теперь меня переполняют желания помочь. Сомнения, терзают душу такое чувство, что я могу избавить их от…» — Может там, что-то есть? Они прошли глубже, стараясь не задевать шаткие груды. Под ногами хрустело — то ли старая бумага, то ли осколки чего-то керамического. Запах сырости смешивался с лёгкой гарью, будто память о пожаре всё ещё жила в стенах. Себастьян остановился у одного из шкафов и заглянул внутрь. — Пусто. Только хлам… — он поморщился. — Они явно не за книгами сюда приходили. В это время Гаррет направился к стоящим у стены старым шкафам, ему показалось, что он что-то заметил. Всё произошло слишком быстро и одновременно — и вместе с тем мучительно медленно. Сначала стеллаж вздрогнул. Потом накренился, словно раздумывая. Раздался резкий, сухой хруст, и тяжёлая конструкция начала валиться вперёд, увлекая за собой груду досок и камней. — Гаррет! — крик Себастьяна прорезал воздух. — Осторожно! Гаррет даже не успел ничего предпринять, когда Себастьян схватил его за руку и резко рванул назад. В ту же секунду старый шкаф, словно сорвавшийся с цепи, рухнул туда, где секунду назад стоял Гаррет. Гулкий удар прокатился по подвалу. Пыль взлетела в воздух, застилая свет. Гаррет почувствовал, как его прижали — чьё-то тело, крепко, плотно, горячо. Себастьян стоял перед ним, закрывая собой, локтем упершись в стену рядом с его плечом. - Когда он успел выкрикнуть "Протего"? - Гаррет не успел осознать, но лёгкая магия сейчас развеивалась за спиной Себастьяна, прежде чем стало кромешно темно. — Еще бы чуть-чуть и тебя придавило. Сердце Гаррета гулко стукнуло. — Спасибо. Лица были слишком близко. Так близко, что Гаррет видел в пыльном свете и исчезающей магии дрожание ресниц Себастьяна. Тишина повисла. Секунду. Две. Гаррет почувствовал холод камня за спиной и странное, приятное тепло перед собой — от Себастьяна. — «Это было неожиданно» Гаррет словно чувствовал, как его сердце бьется где-то у него в горле, но волновал его не шкаф который мог его придавить, а стоящий через чур близко парень. Гаррет встретился взглядом с карими глазами и замер: — Просто будь осторожнее, хорошо? — буркнул Себастьян, будто скрывая, что только что случилось. Гаррет хотел что-то ответить, но в этот момент, он заметил за плечом Себастьяна слабое свечение. — Подожди… — выдохнул он. — Это… Он протянул руку и едва коснулся плеча Себастьяна, отодвигая его в сторону. — «Подожи, это». На том самом месте где обвалился шкаф. — Это… Портал!