Куда приводят мечты

Сквозь ночное забытье Гастон чувствовал несколько раз, как Белль меняла повязки на ране, потом поила крапивным отваром, чтобы остановить кровотечение. Под утро он уже спал крепким и почти здоровым сном, а когда солнце уже встало высоко, проснулся от того, что гремела посуда и что-то шкварчало на сковородке. Белль готовила завтрак, а Гастон пытался вспомнить что-то важное, о чём он не успел подумать перед сном. О, точно. Белль говорила, что хочет увидеть море, и эта мысль почему-то становилась всё более интересной. Вообще, у Белль оказались очень интересные мечты. Не всё он понимал, например, про настоящую любовь, но вот о море тоже думал. Когда был маленьким. Как-то раз, ещё в детстве, Гастон ходил на уличное представление, и там что-то рассказывали то ли про путешественника, то ли про моряка. Этого он не помнил. Но помнил свое восхищение тем, что рассказывали, как по огромному пространству воды плавали деревянные суда с белыми крыльями-парусами. Даже игрушечные фигурки для представления выглядели потрясающе. На этих кораблях сражались, пушки палили, и это самое море вокруг. Гастону тогда очень хотелось увидеть его. Мужчина попробовал сесть повыше, чтобы было удобнее мечтать, но было слишком больно. Тогда он немного повернулся и закрыл глаза. Так… Если подумать… на рынке иногда попадалась “морская” рыба, как её расхваливали продавцы. Значит, море было не так далеко от них, раз рыба не успевала испортиться. Тогда бы к ним её не привозили. Точно. Они с Белль могут съездить в тот город, где море, и посмотрят на него. Теперь надо выяснить, в какой. — Белль! Белль! — позвал он. Брякнула посуда и хлопнула дверь — девушка вбежала в спальню. Её лицо было испуганным. — Что случилось? Больно? Кровь идет? Гастон не успел ответить, и Белль села рядом, ощупывая его бок. — Да нет, Белль, я в порядке. Да всё хорошо, успокойся! — Он взял её за руку, удерживая рядом с собой. — Тогда что случилось? Мне надо готовить тебе завтрак. Она так торопилась и так сбивала с толку своими вопросами, что и без того зыбкие мысли вылетали из головы. Но Гастона охватил какой-то почти охотничий азарт, было такое ощущение, что он открыл что-то вроде новых охотничьих угодий, что-то, что раньше не видел и не встречал. Только внутри себя. То, что море совсем близко и на него можно посмотреть вместе с Белль, наполняло душу каким-то приятным ожиданием. — Ну, пожалуйста, — попросил он. — Поговори со мной минутку. — О чем? — вздохнула жена. — Белль, какой около нас есть город, где есть море? — Где море? — Она на мгновение задумалась. — Ну, Тулон, а что? Гастон присвистнул от восхищения. Его жена так быстро ответила на вопрос, ответ на который он совсем не знал. — Так... А какое расстояние от нашего городка до этого Тулона? — Дня три верхом. — Ты такая умная, Белль, — потрясённо произнес Гастон. Но девушка лишь нахмурилась. — Я не умная, умный человек управляет своей жизнью, а у меня какой-то хаос. А это… — она неопределенно махнула рукой. — Это забитая голова ненужными в реальности знаниями. — Они не ненужные. Послушай, Белль, смотри, что я придумал. — Гастон почему-то заволновался и не мог подобрать правильные слова. Он стиснул ладонь девушки, чтобы она не ушла раньше времени. — Мы можем съездить в Тулон и посмотрим на море. — Зачем? — спросила Белль, и Гастон разве что не заорал от отчаяния, услышав этот ненавистный вопрос. Но он сдержался. — Да незачем. Просто посмотрим на море. Белль высвободила свою руку и прижала ладони к вискам. — Я правильно понимаю, что ты предлагаешь бросить хозяйство на неделю, потратить деньги, чтобы просто на воду посмотреть? — Да не на воду! На море! — Это одно и то же. Хочешь на воду посмотреть, иди и смотри на нашу речушку, пруд, опять же, есть… — Тот, где свиньи купаются? — Уж какой есть. Она встала. — Ты доконать меня хочешь. Я всю ночь не спала. У меня мясо горит и стирки полно! Надо менять тебе повязки, потом зайти к отцу и на рынок. А ты забиваешь мне голову своими бессмысленными разговорами. — Прости. — Гастон откинулся на подушки, но от своей идеи не отказался. Белль вернулась на кухню и ожесточенно гремела посудой. Почему она так злится? Чтобы не скучать, Гастон извернулся и дотянулся до первой книги из стопки. Эту книгу он брал сам, она была с картинками. Тогда он их не рассматривал, но сейчас все равно делать было нечего… Книга, скорее всего, была про дальние страны. Гастон рассматривал высокие шпили дворцов, загадочных людей с темной кожей, которые ездили на непонятных существах с горбами на спине, как на лошади. Неужели такое существует в этом мире? Мужчина потянулся за следующей книгой. Бок кольнуло, но зато книга оказалась у него в руках. Эту книгу, как сказал владелец лавки, Белль брала довольно часто. Картинки тут были небольшие и чёрно-белые, но что-то неизведанное на страницах манило своей глубиной. Гастон пролистал до конца и увидел картинки, где сначала юноша что-то пил из пузырька, а потом девушка приставляла кинжал к своей груди. Настоящая любовь — та, ради которой не страшно умереть! Поражённый, он осторожно отложил книгу, как будто это было живое существо. Дверь открылась, и вошла Белль с подносом. — Давай, поешь. — Она поставила поднос на столик у кровати. — А это что? Гастон проследил за ее взглядом и увидел на белой повязке красное пятно. — Рана опять открылась! Ты что, вставал?! — Я просто потянулся за книгами, да ты не волнуйся, Белль, я… — Ты это назло сделал! Доконать меня хочешь! Он промолчал — лучше не спорить, тем более, сам виноват. Белль молча принесла чистые повязки и лечебные травы. Гастон молчал, хотя и было ужасно больно, так, что темнело в глазах, пока Белль меняла повязки. Неожиданно она обернулась и посмотрела ему в лицо. — Не терпи, кричи, если хочешь. — Девушка провела по его щеке прохладной рукой. — Ещё немного. — Спасибо, Белль. Но, когда перевязка закончилась, Гастон опять стал думать про то, как они поедут к морю. Он почти доел завтрак, но всё никак не мог придумать, как завести разговор так, чтобы Белль опять не разозлилась. — Белль, ну какое хозяйство мы бросим? Мы же не крестьяне. — Что? — От того, что мы съездим на неделю посмотреть на море, ничего не случится. Она вздохнула и опять начала заводиться: — Мы, конечно, не крестьяне, но я посадила в огороде кабачки и морковь. Ты их, между прочим, ешь с большим аппетитом! А дни впереди жаркие. И за отцом надо приглядывать. — Да я попрошу ЛеФу, он польёт огород и присмотрит за твоим стариком. — Как у тебя все просто! У ЛеФу что, своих дел нет, нашу морковь поливать? — Конечно, нет, — удивился Гастон. — Какие у него могут быть дела, если я его попрошу? — Не знаю. — Белль уже колебалась. — Он всегда смеялся над моим отцом, а сейчас отец не совсем в порядке. Растреплет по городу, и все... — Не растреплет! Я его предупрежу! Белль растерянно теребила свой передник. Неожиданно её лицо прояснилось, почти как раньше. — Ладно, чёрт с тобой. Поправишься — и поедем в Тулон.