Куда приводят мечты

Гастона разбудил стук в окно и какой-то шум. Он протянул руку вверх и размял шею, которая ужасно затекла ночью от неудобной позы. Мужчина отошёл от двери — Белль уже можно и впустить — и выглянул в окно. Там собрались горожане. Нарядные, будто на праздник. — Гастон! Белль! — кричали они. Мужчина вышел на крыльцо, жена тоже вышла и встала рядом. Они с изумлением оглядели цветастую толпу. — Мы хотим вас проводить! — сказал пекарь и сунул в руки Гастону пирожки. — Спасибо, но не стоило… — Очень даже стоило! — возразила Белль и взяла еще узелок пирогов и цветы от цветочницы. — Вы — лучшая пара нашего города! Вы просто принц и принцесса из сказки! — раздавались возгласы. — Счастливого вам пути! Расскажете про море, какое оно! — Это вам одеяло, я сама шила, укроетесь в дороге! — Вот книги про море и приключения! — А это, дочка, компас! Я сам сделал! — это был Морис. — Не беспокойтесь, овощи польем в лучшем виде! — а это уже ЛеФу. — Немного яблок! … К ним подвели коня, Гастон, как во сне, сел в седло и машинально подал руку Белль. Она сидела совсем близко, и её пушистые волосы, которые развевал ветерок, щекотали его щёки. — А теперь поцелуйтесь! — выкрикнул какой-то остолоп, и, пока Гастон в бешенстве озирался в поисках крикуна, толпа засвистела, а Белль вдруг больно ущипнула его за руку. — Ну-ка не позорь меня на людях, делай, что говорят, — негромко сказала она, очаровательно улыбаясь и при этом как-то недобро сверкая глазами. — Но я так не могу, при всех… — шепотом запротестовал Гастон, но Белль обняла его и сама крепко поцеловала. Все захлопали. Гастон пришпорил коня, и они помчались во весь дух по узкой дороге. Проехав некоторое расстояние, охотник пустил коня шагом и с облегчением сказал: — Ох, наконец-то оторвались… Господи, ни шагу не сделать без этих горожан, везде лезут. — Что это с тобой? — удивлённо спросила Белль. — Ты смотри, не перепутай, из нас двоих одиночка тут я, а ты нормальный компанейский парень. — Ой, да ладно, Белль… — Я вот очень благодарна, что они пришли. Было очень мило. И чего я так презирала всех вокруг. Как будто я лучше других! А они нас проводили, пирожки, опять же… — Да можно было и без пирожков, только уехать вдвоём, спокойно. — Без пирожков? — Без пирожков. — А кто стал бы верещать, что еды в дорогу нет? — Это когда это я верещал? — А тебе и незачем. Еда в доме есть всегда. Ладно, ты мне лучше скажи, когда перестанешь играть в свою игру дурацкую? — В какую? — Сам знаешь. — Белль обернулась и внимательно посмотрела в лицо мужчины, словно пытаясь там что-то прочитать. — Я должна что-то понять? — вопрошала она. — Я должна, что… почувствовать, как неприятно, когда кто-то ценит только свои фантазии, а не живого человека рядом? — Да нет же, Белль, я ни во что не играю. — Как это — не играешь! Ладно бы я тебя не знала, а так… Слушай, честно скажу, роль барышни-недотроги точно не твоё амплуа. Прекращай, правда. Не смешно уже. — Я не играю, — повторил Гастон и нахмурился. — Вот ты меня спрашиваешь, а я и сам не знаю, что случилось. Не могу я это объяснить. Я… не знаю… изменился, что ли, и не могу вести себя так, как раньше. Белль несколько раз обернулась, чтобы посмотреть, врёт он или нет, и, видимо, её умозаключения ей не понравились. Она покачала головой, и дальше ехали молча. Когда стало темнеть, путешественники сошли с дороги. Они зашли недалеко в лес, и Гастон разбил небольшую стоянку. Он развёл костер и сделал что-то вроде спального места. Охотник всё делал привычными неторопливыми движениями — столько раз ему приходилось ночевать в лесу! Но он с удивлением заметил, что Белль будто следит за ним или, может даже… любуется? Нет, это вряд ли. Гастон планировал изначально настрелять птиц на ужин, но у них оказались пирожки и другая еда, которую так удачно передали земляки. Поэтому они просто развернули свои припасы, сидя на поваленном дереве. Вечер был теплый, и костёр также приятно согревал руки, пощёлкивая искрами. Белль сидела так близко, но при этом казалась недосягаемой. Было так тихо, только потрескивание костра и вечерние звуки леса. Вот если бы Гастон был кем-то из книги, каким-нибудь маркизом, он бы знал, что сказать… О чём поговорить с Белль. Но он мог только молчать и есть пирожки. И, наверное, впервые в жизни Гастону стало жаль, что он такой, какой есть. Надо было, наверное… — Давай посмотрим картинки с морем, — предложил мужчина, чтобы не молчать. Белль оживилась, видимо, она тоже как-то хотела начать разговор, но не знала как. — Да ну, только глаза портить, — возразила она. — Давай лучше поговорим о более интересном. — И о чём же? — спросил Гастон, усиленно напрягая мозги в поисках тех тем, что могли заинтересовать такую начитанную девушку, как Белль. Она подняла свои лучистые глаза и ответила: — О тебе. — Обо мне? — Да. Ты знаешь, я тоже много думала. И ты был прав, что я слишком погрузилась в книги. За вымышленными мирами и людьми я совсем не замечала тех, кто рядом. Вот, например… Я до сих пор не знаю, как зовут пекаря. “Пекарь” — и все. Разве это нормально? Каждый человек — это тоже книга. Со своим прошлым, мечтами, печалями и радостями. Я хочу узнать про тебя. — Да ты и так обо мне все знаешь, Белль. — Не знаю. — Девушка серьезно посмотрела Гастону в глаза. — Я знаю только то, что знают все. — Ну… Даже не знаю, Белль… — Гастон почему-то смутился, хотя всегда был рад говорить только о себе. Но где уж ему конкурировать со сказочными героями… — Что тебе рассказать? — Расскажи, например, какой у тебя любимый цвет? Время года? — Цвет? Ну, допустим, красный. Время года? Я люблю раннюю осень, когда можно хорошо охотиться. Слушай, Белль, в этом же нет ничего интересного. Я… В конце концов, я обычный парень. — Гастон поворошил палкой в костре. — Я просто лучший среди нашего городка, но… Но я все равно не смогу так говорить, как в тех твоих любимых историях. — Да и не надо говорить, как… как я не знаю кто. Сейчас ты, наконец, нормальный. Настоящий… — Белль помолчала и потом задумчиво произнесла: — А я люблю голубой цвет. Еще желтый. А любимые времена года — это весна и лето. Хотя зиму тоже люблю. — Белль помолчала и, легко дотронувшись до руки охотника, спросила: — А почему ты выбрал именно меня? Почему решил жениться на мне?