Игра с (не)нулевой суммой

      Тони злился.       Он слишком редко считал нужным извиняться перед кем-то, поэтому в глубине души ждал энтузиазма и благодарности в ответ на эти самоотверженные попытки.       Но вместо ожидаемого успокоения от разговора с Паркером он получил только прокушенную ненароком губу и мерзкое ощущение сродни застрявшей где-то внизу пищевода здоровенной таблетки, которая не поддаётся уже второму стакану воды, распирая изнутри и мешая нормально жить.       Значит ли это, что мальчишка был прав? Что Тони побежал к нему за облегчением для собственной совести, ожидая, что Паркер покивает головой, встряхнув кудрями, сложит брови умильным щеночком и пролепечет «ну что вы, мистер Старк, не стоит беспокоиться, я просто не хотел вас тогда тревожить, но теперь буду иметь в виду, что можно…». И Тони постарался бы поверить, потому что отчаянно хотел верить, что на его счёт не был записан ещё один эпичный проеб.       Но Питер… трудно было интерпретировать его поведение однозначно: либо он отказывал Старку в праве на чувство вины, записывая его в посторонние люди и отрицая его ответственность, либо… либо он его не простил.       В нынешнем Питере, как оказалось, мало что осталось от того восторженного мальчика, встреченного им когда-то в крошечной гостиной Квинса. Мэй Паркер как раз сидела рядом на диване — симпатичная, весёлая. Энергичная, подтянутая. Четкое знание того, что справедливости в жизни нет, не отменяло болезненных уколов всякий раз, как случалось встречать тому очередное подтверждение. Почему это должно было случиться именно с ними, поморщился Тони. Мальчишка потерял два, два комплекта родителей. Еще до восемнадцати лет. Тони подумал о Морган и вздрогнул, нервно дёрнув рукой.       Что ж, решил он наконец, пусть даже всё сложилось неудачно, но теперь, когда они будут работать бок о бок, Паркер увидит со временем, что Старк не так уж плох, что ему можно доверять, что он, как человек, тоже лишившийся родителей, может его понять. Тони будет вести себя, как ответственный взрослый, и ждать подходящего случая, чтобы сделать для парня хоть что-то. Что поможет Питеру. Что поможет самому Старку смириться положением вещей.

***

      Питер нервничал.       Завтра должен был состояться его первый пробный бой с командой Мстителей, хоть пока и неполной. И пусть он знал, что упорными тренировками улучшил многие свои навыки за последний год, но все же… не считая того самого боя в аэропорту — раньше он занимался и выходил на миссии хоть и с опытными, но обычными людьми, а здесь же ему предстояло столкнуться с соперниками другого уровня. Возможность ударить лицом в грязь перед Старком вызывала лёгкий мандраж, за который сам Питер себя ругал.       Он не может, не должен вновь скатываться к поиску одобрения человека, которого мечтал видеть своим наставником и который отвернулся от него. И зависеть от его мнения также не входило в планы на будущее. Мало ли у Питера других проблем, кроме этого придурка. Он встряхнул головой и вернулся к чтению конспекта пропущенной лекции.

***

      — Флаг, серьезно? Мы что, в старшей школе, босс?       Скептические лица остальной команды выражали молчаливое согласие со словами Клинта.       — Поговори мне тут, Бартон, — грозно зыркнул на стрелка Фьюри. — В следующий раз вообще в шахматы будете играть. Или в футбол. Потому что не так важно, чем именно вы здесь занимаетесь, важно, чтобы вы предельно хорошо понимали свою и чужие роли в этой игре — кто уйдет в оборону, кто склонен к сложным многоходовым комбинациям, а кто просто вмажет сопернику доской и засунет ладью с конем ему в труднодоступное место, — мельком посмотрел он на Кэпа.       Все погрузились в бурное обсуждение осмысленности такого подхода, изрядно раздражая Фьюри, но Питер, в отличие от других, не стал тратить время на формулирование и высказывание своей необычайно важной точки зрения по этому поводу, а сразу переключился на изучение местности. Зал, расположенный на одном из подземных этажей, на которые он еще ни разу не спускался, был огромен — настоящее футбольное поле. И на Базе места ещё больше? Что ж, это впечатляет. Множество балок, выступов, мешков с песком, стен и прочих элементов составляли замысловатые трехмерные лабиринты, через которые и предстояло пробираться к вражескому флагу.       — Раунд за командой, успевшей первой доставить вражеский флаг на свою базу. Синие — Клинт, Питер, Наташа, красные — Старк, Роджерс, Сэм. Без оружия, Старк — костюм на минимальную мощность, только рукопашный бой и подручные средства. Пять раундов.

      — Что получит победители? Плюшевого тигра и бесплатный обед в KFC?       — Моральное удовлетворение, Уилсон. Поехали, — свистнул Фьюри в невесть откуда взявшийся тренерский свисток.       С этого момента происходящее вдруг перестало напоминать школьные уроки физкультуры так же, как участники событий — прыщавых ботаников. Сильные точные движения, звуки ударов и резкие вскрики. Питером овладел вдруг непривычный азарт. Пользуясь заветами Фьюри использовать свои сильные стороны, он избегал прямых столкновений, ловко внедряясь прыжок за прыжком на территорию соперников. Обойдя обманным движением Роджерса, он вытянул красный флаг и уже почти добрался до своей базы, как был подрезан с воздуха Соколом. Чудом выкрутившись из его хватки, он рванул преодолеть последний метр до нужного места, но краем глаза успел заметить, как брошенный Клинтом обломок не достиг цели — Старк опустил их синий флаг в слот.       — Блядь, Клинт! — вырвалось у Питера громче, чем он рассчитывал.       — Очко команде красных. Паркер, не ругайся на соратника. Ваша задача — не обвинять друг друга и искать крайнего, а кооперироваться, создавая единый отлаженный механизм. Давайте, на исходные, второй раунд.       После четырёх раундов, за которые Питер ни разу не столкнулся со Старком лицом к лицу, счёт оказался равным. Жажда победы, пусть и чисто символической, бурлила в крови, пока Паркер вытирал пот с висков и большими глотками пил воду, поглядывая поверх бутылки на остальных. Теперь он куда лучше представлял, кто из них на что способен на этой территории, и был решительно настроен вырвать победное очко себе. Они перекинулись парой слов с Бартоном и Романофф и вышли на исходную в ожидании финального свистка.       В этот раз за флагом проскользнула мимо соперников Наташа, пока Питер удерживал Стива, а Клинт прикрывал тылы. Все шло напряжённо, но небезнадёжно. Как и было оговорено, Наташа отвлекла на себя Роджерса, а сама быстро передала флаг Питеру, с которым тот быстрыми прыжками добрался почти до нужной точки, как путь ему перерезала красная броня старковского костюма. В одно движение перемахивая через железку, Питер успел осознать свою ошибку — он не вступил в бой, и теперь соперник легко мог схватить его сзади, задержав на драгоценные секунды. Но ожидаемое нападение не случилось. Вернее, случилось, но металлическая рука дёрнула Паркера назад ровно в ту секунду, как он опустил флаг в нужное место, закрепляя за своей командой статус победителей этого матча.       Яркая вспышка ликования озарила его на те недолгие мгновения, что прошли до того, как он триумфально обернулся на Старка. Одного взгляда на лицо с модной бородкой, показавшееся из брони, хватило, чтобы сопоставить написанное на нем выражение со странностью финальных действий и понять — задержка не была случайной. Он сознательно дал Питеру выиграть.       Торжествующая радость обернулась кривой улыбкой, пока Пит отвечал на «дай пять» и «молодца!» от подбежавших сокомандников.       Чертов Старк, какого хрена он это сделал? Снисходительность со стороны взрослого, который поддаётся ребёнку, чтобы поддержать в нем энтузиазм? Или таким образом он заглаживает своё идиотское чувство вины? Пит скрипнул зубами. Выходка мужчины придала его победе противный искусственный привкус, так же как сахарозаменитель в любимом десерте убивает его прелесть и лишает всё смысла.       — Что, годы берут своё, да? — насмешливо обернулся он на вышедшего из брони Старка, стараясь не рассматривать плотно облепивший его тело поддоспешник. — Я слышал, что скорость реакции неизбежно снижается каждый год. Представляете, мистер Старк, в какой-то момент у вас даже права аннулируют, потому что вы будете представлять угрозу другим участникам движения!       Изрядно охреневший от этого выпада Старк приподнял бровь на юнца.       — Сами сидят за рулём только те, у кого слишком много свободного времени и недостаточно денег, чтобы делегировать эту незатейливую обязанность специально обученными людям, Паркер, — автоматически отбрил он мальчишку, внутренне поморщившись.       Он и сам точно не успел понять, зачем сделал то, что сделал, но точно ожидал другой реакции. Глаза Паркера горели таким огнём и жаждой победы, что Тони, повинуясь секундному порыву, дал тому выиграть. Чтобы увидеть радость на его лице, впервые с того дня в Германии? Или чтобы не усугублять тот негатив, что явно носил в себе Питер по его, Тони, душеньку?.. Или банальная диверсия против Роджерса, играющего с ним в одной команде?..       Как бы то ни было, но реальность предоставила ему только скривлённые тонкие губы и язвительный выпад на тему возраста. «Что не так с этим парнем?», недоуменно спрашивал себя Тони, стоя в душевой кабинке под тёплыми струями.       — Что не так с этим парнем? — спрашивал Тони, чуть позже стоя в кабинете Фьюри. — Я извинился! Можешь поверить, шоколадный мой?? Пытаюсь быть с ним… ну, нормальным. Нам же надо будет наладить контакт. Мало мне геморроя с Роджерсом и его дружками, с этим тоже вляпался, что ли?       — Он хороший парень, Старк. Не надо особого отношения, поблажек — он вечно самый молодой в группе, поэтому нервно реагирует на попытки дать фору или снизить для него требования. Так что веди себя как обычно, не давай ему спуску. Закадычными друзьями не станете, но хорошими напарниками — вполне. Как с Роджерсом прошло, кстати?       — Нейтрально, как в Швейцарии, — Старк закатил глаза, роняя себя в кресло. Оказывается, можно играть за одну команду и не перемолвиться при этом ни словом сверх необходимого.       — Нравится тебе это или нет, но вы всегда были отличной командой.       Да, Тони тоже так казалось. Тем острее ощущалось предательство бывшего друга.       — … По старой памяти и теперь справляетесь, пусть и почти без разговоров. Питер, кстати, тоже ценит людей дела, так что и с ним можешь поменьше болтать. Особенно, учитывая твои… успехи на этой ниве.       — Ладно, понял тебя, - резким движением Старк оттолкнулся руками от стола и поднялся. — Остальные прибывают в конце недели, все в силе?       Дождавшись кивка, он вышел из кабинета.

***

      Оглядывая зал приемов поверх бокала, Тони скептически морщился, на автомате подмечая все ошибки организации. Средств на мероприятие явно не пожалели, но сделано оно всё равно было без души. Кроющиеся в деталях дьяволы и боги обошли это место своим вниманием: очевидно, работающие в ЩИТе люди либо считали подобные заботы слишком презренными для себя, либо просто не имели вкуса, пытаясь заменить его картонными шаблонами и киношным реквизитом. Всё это не шло ни в какое сравнение с теми вечеринками, что закатывал в своё время Старк — организаторы, которым он отваливал крупные суммы, знали своё дело и изо всех сил старались угодить капризному заказчику, понимая, что от его благоволения и рекомендаций может зависеть будущее их агенств.       — Должны ли мы будем вдобавок к прочему выстроиться шеренгой и поклониться прибывшему королю? — Тони покачал кубиками льда в бокале и взглянул в другой конец зала, где Фьюри водил своего высокопоставленного гостя между сотрудников, представляя их друг другу.       — Просто не можешь вынести того, что всеобщее внимание в кои-то веки приковано не к тебе, — выразительно приподняла одну бровь Романофф.       Тони смерил ее недовольным взглядом. Непривычно скромное платье-футляр бутылочного цвета оставляло открытыми только руки и лодыжки, подчеркивая, но не выставляя наружу эффектные формы.       — К слову о всеобщем внимании, ты записалась в монашки?       — Мне не нужно бесконечно подпитывать своё эго вашими сальными взглядами, Тони. Смотри, это там что, Паркер?..       Даже не глядя по направлению, указанному Наташей, Тони знал, что это он — заметил его фигуру с безупречной осанкой ещё у входа, когда тот улыбнулся официанту и взял с его подноса бокал шампанского.       — Хэй, Пит, иди к нам! — помахала рукой Нат, привлекая к ним внимание Паркера.       — И зачем? — прошипел, поворачиваясь к ней вполоборота Тони.       Он ещё не решил, как дальше вести себя с этим нагловатым мальчишкой — снова пытаться по-хорошему наладить контакт с нотками покровительства, или смириться с тем, что дружбы между ними не выйдет и ограничиться нейтральным деловым общением.       Как будто Старк так умел.       Как будто Паркер готов был дать ему такую возможность.       — Привет, Наташа, шикарно выглядишь… Мистер Старк, и вы здесь, — кивнул подошедший к ним Питер. Тони был глупо задет тем, что комплимента удостоилась только Романофф. И почему-то он был уверен — это не случайность.       Кстати, «Наташа»? Когда это они успели перейти на «ты», дёрнул бровью Тони, рассматривая юношу. Недорогой чёрный костюм с укороченным пиджаком ладно сидел на его фигуре, подчеркивая удачные пропорции и не топорщась нигде нелепыми складками. Простая белая футболка, надетая под него, тоже смотрелась вполне органично в этом месте, так что Тони на секунду даже успел пожалеть о том, что напялил непристойно дорогой смокинг с бабочкой. Если бы надел, как собирался изначально, блейзер с майкой, это не подчёркивало бы так сильно его возраст на фоне цветущего молодостью Паркера. Возможно, именно эта мысль стала причиной воистину блестящей реплики для налаживания контакта:       — А разве тебе уже можно пить алкоголь, шкет?       — Нет, — невозмутимо откликнулся Паркер и сделал демонстративный глоток. — Наябедничаете шефу?       — Дай человеку расслабиться, Старк. Питер, никогда не видела тебя в официальной одежде, тебе идёт, — одобрительно сказала Наташа, приобнимая парня за плечо и осматривая его сверху донизу. — Такая сладкая конфетка, правда, Тони?       Тони закатил глаза.       — В моей вселенной у сладких конфеток милые мордашки, третий размер груди и ноги от ушей, мистер Паркер в их ряды никак не вписывается…       — А мне нравится, — невозмутимо отозвалась Нат, отпуская Питера и подмигивая ему с улыбкой. — У меня, кстати, ещё были планы на сегодня… Тони, который час?       Тони не без удовольствия вскинул руку, задирая рукав, и взглянул на циферблат роскошных, соответствующих смокингу часов.       — Без четверти девять.       — Вау! — мальчишка перевел взгляд с запястья Старка на его лицо с искренним восхищением.       Тони снисходительно хмыкнул. Надо же, такой весь из себя взрослый и дерзкий, а впечатлился дорогой игрушкой, как и любой другой мальчишка его возраста.       — Да, Urwerk могли бы сделать мне постоянную скидку, как амбассадору бренда…       — … в том смысле, что — вау, эта штука ещё и время показывает? — беспардонно перебил его Питер. — Я-то думал, её единственная функция — демонстрировать окружающим, что носитель может позволить себе выкинуть полтора ляма на бессмысленную хрень. Но, раз она такое умеет, что ни одному смартфону не под силу, то деньги определённо были потрачены не зря!       Великодушный миролюбивый настрой слетел с Тони, как трусики с юных зрительниц на к-поп концерте. Что там говорил Фьюри? Не давать ему спуску?.. О, время, видимо, пришло. С него хватит. Он осадит зарвавшуюся малолетку так, чтобы у того больше не возникало желания и вовсе открывать рот в присутствии серьёзных дядечек.       — Ох, Паркер, не буду даже пытаться объяснить концепцию дорогих брендов человеку в костюме за две сотни, это заведомо провальная миссия, — изобразил скучающий вид Тони.       — А что, моя задница пока не обвисла, чтобы прикрывать ее смокингом, — пожал плечами Пит. — Кстати, немного ошиблись, сэр, он стоил всего 180 — рождественская распродажа, повезло.       — Зато ты вот определил стоимость моих часов предельно точно. Знаешь, один умный человек как-то сказал, что ничто так не выдает принадлежность человека к низшим классам общества, как способность разбираться в дорогих часах и автомобилях, — Тони перекатил жвачку из-за одной щеки к другой, глядя на Питера свысока: для этого, правда, ему пришлось слегка запрокинуть голову — мальчишка был ростом ровно с него. — Так что до тех пор, пока не купишь себе такие же, лучше не демонстрируй подобную осведомленность.       Слишком топорно? Возможно. Но, если Паркер не хотел, чтобы с ним и его травмами нянчились, и каждым своим словом нарывался на грубость, то пусть теперь радостно огребает последствия.       — А я доволен своим классом общества, мистер-золотая-ложка-в-жопе. Люди, которые меня вырастили, до последнего своего дня помогали другим людям. И, представляете, их работа даже никого не убила — некоторым о таком наследии можно только мечтать, — Питер отзеркалил жест Старка, использовав бокал с остатками шампанского, чтобы запрокинуть голову и взглянуть поверх него на мужчину.       Целился он туда или нет, но своим ударом Паркер безошибочно попал в самое уязвимое место. Многолетняя торговля оружием, которое послужило убийству сотен людей — та ноша, с которой Старк жил уже много лет, и которая не становилась легче от времени. И пусть кровавый бизнес остался в прошлом, а сам Тони не единожды рисковал собой ради других, но барахтающееся вязким темным пятном прошлое уже прочно заняло свое место на карте его жизни. Он старался реже думать об этом, но все равно никогда не забывал.       Паркер же вдобавок ловко сплёл это обвинение с отцом Старка, отношение к которому Тони мучительно менял в течение всей жизни, пытаясь разобрать личность Говарда на составляющие и принять его полностью. Получалось у него это не то, чтобы очень хорошо — тем болезненнее было слышать едкие, пусть и заслуженные слова в его адрес. И, хотя сказаны они были как возврат уничижительной ремарки Тони про происхождение парня, в душе моментально всколыхнулся ослепляющий гнев.       Теряя контроль, Тони со сжатыми в линию губами уже шагнул к Паркеру с горячим желанием схватить того за шиворот и хорошенько встряхнуть, как раздавшийся рядом голос вернул его в чувство.       — С мистером Старком вы давно знакомы, а это наша новая звезда, знакомьтесь — Питер Паркер, он же Человек-Паук.       Мужчины отшатнулись друг от друга и уставились на подошедшую к ним делегацию: Фьюри, не сменивший свой вечный плащ даже ради приёма, Т’Чалла в национальном костюме, девчонка, явно ровесница Питера, чьё лицо показалось Тони смутно знакомым, и вызывающе красивый, как эбонитовая статуэтка, юноша, одетый на западный манер, на пару лет их постарше. Что Наташа, стоявшая рядом с ними, давно исчезла, никто из поглощённых взаимными оскорблениями мужчин даже не заметил.       — Питер, это король Ваканды: Т’Чалла.       — Мое почтение, сэр, — с дружелюбной улыбкой слегка поклонился мужчине Питер. — Как я могу к вам обращаться? Простите, не знаком с правилам этикета настолько высшего света.       Тони замер. Надо же, бурлящая вызывающая едкость в одну минуту сменилась искренней доброжелательностью. Либо парень прекрасно владеет собой, либо искусный лицемер. Пялясь на Паркера, Тони пропустил слова короля, поэтому следующим, что он услышал, был уже их вежливый обмен репликами с Шури — точно, так её и звали. Питер говорил, что знаком с некоторыми ее разработками (откуда??) и бесконечно впечатлён.       — Я пробуду здесь ещё не меньше месяца, мистер Паркер, если хотите, поработаем вместе?       Глаза Питера полыхнули восторгом, а Тони, успев забыть, что ещё минуту назад хотел придушить засранца, почувствовал укол ревности. Захотелось, чтобы Паркер был знаком с его, Тони, разработками, чтобы на его предложение поработать вместе большие глаза зажигались яркими огнями, что на него он смотрел с таким нескрываемым восхищением. Вспомнились слова Наташи про эго. Неужели его собственное так нуждается в восхищении зелёных юнцов?.. с каких пор??       — … но, вероятно, вам будет не менее интересно поболтать с Ташером, — указал тем временем Ник на парня, выступившего чуть вперед из-за плеча короля и протянувшего руку для приветствия. — Он тоже специализируется на защите информации и криптографии.       — Ого, — в вежливой улыбке Паркера проскочила какая-то новая нотка, — безусловно, я с удовольствием. Очень приятно, Ташер.       У Тони, неотрывно наблюдающего за их рукопожатием, чуть расширились глаза от неожиданности: отпуская изящную чёрную кисть, Паркер определённо провёл большим пальцем по запястью этого хлыща! Так вот, что значила та улыбка, ну разумеется! Тони сотни раз использовал подобную, давая понять новой знакомой, что заинтересован. А сам не опознал ее сразу из-за неожиданности — кто бы мог подумать, что этот брутальный наглый мутант интересуется своим полом?..       Тони вновь оглядел стоящего рядом Ташера, в этот раз уже с отчётливой неприязнью. Ростом с Питера, но ещё более тонкий — на его фоне Паркер со своими широкими плечами казался почти качком. Изящное лицо с высокими скулами, вытянутые к вискам миндалевидные глаза, кошачьи ресницы. Любой глянцевый журнал оторвал бы с руками такую фактуру, Тони ли не знать. Но, вместо того, чтобы сниматься для календарей, он зачем-то стоит здесь со своим идеальным лицом и мило воркует с Паркером о том, кто какое железо предпочитает для работы.       — Тони, — отвлёк его от наблюдений за молодежью звучный голос Фьюри. — Король Т’Чалла хочет оставить нескольких своих людей для совместных тренировок. Они будут демонстрировать, что может предоставить их народ в плане боевой мощности, а также перенимать опыт, который потом увезут к себе. Скольких людей, как ты считаешь, может принять текущая команда?       — Таких, как этот? — Старк кивнул головой в сторону увлечённо беседующего с Питером и Шури чуть поодаль Ташера.       — Нет, — отозвался Т’Чалла, — он уедет со мной через несколько дней. Здесь на месяц задержится Шури, чтобы присматривать за своими подопечными, и та часть боевого отряда, которой вы позволите занять места рядом.       — Отрадно слышать, — усиленно старался пореже бросать взгляды на многообещающую парочку Старк.       — А пойдёмте возьмём бутылку Клико из бара и обсудим наши дела, — Фьюри увлёк их в другую половину зала, и раздражающая картина флиртующего Питера скрылась из поля зрения Тони, как бы он ни пытался высмотреть её снова.       Отделаться от Фьюри и его величественного гостя удалось лишь через пару часов, когда в зале оставалось уже не так много народу. Кто-то допивал последние заказы, кто-то пытался танцевать медленные танцы под быструю музыку. Мирно переговаривались и посмеивались по углам свежеустановленные социальные связи. Старк поймал себя на том, что ищет взглядом силуэт Паркера, но того нигде не было видно.       Вероятно, уже вовсю налаживает обмен международным опытом в горизонтальной плоскости, скрипнул Тони зубами. Не то, чтобы ему было до этого дело. Просто неприятно почему-то, что парень оказался вот таким. Способным снять себе первого встречного на корпоративной вечеринке. Факт того, что сам Тони делал так десятки и десятки раз, казался ему почему-то явлением другого порядка.       В голове заиграла было шальная мысль о том, что он тоже мог бы легко подцепить какую-нибудь из оставшихся в баре красоток, но она разбилась о следующую — завтра утром Пеппер привезёт к нему Морган на положенные три дня, а это значит, что утром он должен быть, во-первых, выспавшимся, а, во-вторых, в одиночестве. Выпроваживать из пентхауса случайную девицу при дочери — такое выходило даже за весьма широкие границы старковских представлений о приличиях.       Со смутным чувством неудовлетворённости вечером он дошёл до ближайшего туалета и толкнул дверь бедром, избегая прямых прикосновений.       Ташер, стоящий у раковин, ощутимо дёрнулся, в отличие от Питера, который даже не шелохнулся, несмотря на то, что руку, которую он только что гладил, одернули. Но картина ведущего по эбонитовому предплечью пальцем Паркера успела отпечататься на сетчатке Старка, как негатив. Приглушенная музыка почти не доносилась сюда, поэтому в помещении на пару секунд воцарилась неловкая тишина.       — Добрый вечер, господа. Надеюсь, не отвлек вас ни от чего важного, — Тони вальяжно подошёл к писсуару, повернувшись спиной к юношам, и расстегнул брюки. — Кстати, Тачер, вас искал ваш шеф.       Воспользовавшись предложенным поводом, Ташер выпалил скомканное прощание и выскочил наружу, на пару секунд впуская в полутемный неоновый туалет электронную мелодию.       — Так значит, неуловимый Человек-Паук, спасатель бабушек, котят и велосипедов, предпочитает мальчиков? Интересно… — он застегнул брюки и подошёл к раковине, поглядывая на Питера через зеркало.       — И что? У вас с этим проблемы?Миллиардер, плейбой, филантроп, гомофоб? А что, звучит неплохо, — Питер тоже зачем-то намылил руки и сунул их в воду. — Если надумаете сделать политическую карьеру в республиканском штате, можете так и писать на предвыборных плакатах.       — Ни в жизни не поверю, Паркер, что ты не гуглил похождения моей юности и не знаешь о том, что цыплят вроде вас двоих я трахал пачками в своё время.       — В смысле, в восьмидесятых?.. Надеюсь, предохранялись — ВИЧ тогда только-только открыли. И, вообще, вы и так испортили мне вечер, хватит выебываться, — огрызнулся недовольный Питер, вытаскивающий сразу три бумажных полотенца из держателя.       — Ах да, спугнул твоего тощего дружка. Ну ничего, у вас ещё целая неделя, успеешь сунуть свои шаловливые ручонки ему в трусы.       Питер закатил глаза и вышел из туалета, толкнув дверь спиной.       Тони перевел взгляд на своё отражение в зеркале и некоторое время рассматривал залом на лбу, который остался от приподнятой брови, с которой разговаривал с Паркером. Он потёр это место рукой, будто пытаясь стереть с лица отметки возраста.