Игра с (не)нулевой суммой

      Питер метался по квартире, хватаясь то за одно, то за другое, не в силах сосредоточиться и выполнять задачи последовательно. Заказывать на амазоне сантехнику? Дописывать реферат? Искать затерявшийся где-то счет за электричество, неоплатой которого вот уже месяц шпынял его домовладелец?.. На что потратить драгоценное время? Парень пытался делать всё и сразу в тот свободный день, что у него выдался.       Поскольку выходных, как явления, у них не было, каждый пропускал тренировки либо тогда, когда обстоятельства вынуждали, либо когда организм сам подсказывал, что пора сделать передышку. За особо рьяными энтузиастами следила система, которая докладывала в административные отделы о переработках, и тогда Фьюри лично отправлял увлекающихся бойцов на день-другой простоя, напоминая о том, что, если они не будут давать себе время на восстановление, то рискуют сломаться раньше срока.       Сейчас из-за учебы и полного завала в бытовых делах Питер был вынужден пропустить сразу три дня, постоянно мучаясь смутными навязчивыми переживаниями об упущенном. Но с переоформлением договора аренды и ремонтом труб в ванной тянуть уже было нельзя, поэтому он решил выделить себе отдельное время, чтобы махом разобраться с висящими над душой проблемами, и теперь пытался делать всё одновременно, в результате особенно не продвигаясь ни на одном из направлений.       Нэд, заехавший помочь с подготовкой к экзамену — сам он проходил такой же курс ещё в прошлом году — заставил друга успокоиться, поесть хотя бы пончиков и перестать глотать кофе кружку за кружкой, а теперь сидел на его кровати и крутил в руках гитару, пока Питер распределял сделанные ими записи в нужном порядке.       — Слушай… — заговорил Нэд, после бесплодных попыток изобразить мелодию оставивший, наконец, инструмент в покое. — А ты же рассказывал, что Старк с Капитаном Америкой в конфликте?       Питер угукнул, не отрываясь от тетради на кольцах.       — И как они сейчас ладят?       На секунду застыв, Пит продолжил своё занятие, едва пожимая плечами.       — Никак. Хотя Старк постоянно на него исподтишка пялится, уже дыру просмотрел.       В тоне Питера скользнуло что-то новое, какое-то легкое раздражение, и Нэд уже было открыл рот, чтобы заорать «да ты ревнуешь, чел!», но в последний момент осекся, вспомнив о том, что друг совсем недавно начал понемногу говорить на эту тему, и лучше бы ему быть поосторожнее, чтобы не спугнуть эту откровенность.       — Пялится… в смысле… в том самом?       — А я почём знаю, — фыркнул Паркер. — Как будто что-то пытается высмотреть. Или в том самом, почему бы и нет. Если ради него аж в Германию тогда ломанулся.       Нэд снова хотел возразить, что не совсем ради Роджерса Железный человек тогда летал в Европу, прихватив Питера, но снова осекся, опасаясь трогать чувствительную тему.       — А он разве по мужикам? — эта тема чувствительной не была. Скорее, наоборот — самой безопасной из возможных. Лидс обожал приставать к другу с вопросами «этот парень — гей? а этот?», считая того видным экспертом в чужих предпочтениях.       Питер закатил глаза:       — Сам себя он презентует как великого трахальщика всего и вся. Может, и Капитана хотел поиметь для коллекции, а тот его кинул. Вот и не успокоится теперь никак, — Питер отложил тетрадь с записями и вернулся к папке со счетами за ремонт.       «Да ты точно ревнуешь, обалдеть», — хихикнул про себя Лидс и вновь потянулся к гитаре.

***

      К Базе вело слабо загруженное шоссе с отличным дорожным полотном, что было очень кстати для Питера, направлявшегося туда впервые в жизни. Возможность вцепиться в руль и сосредоточиться на дороге отвлекала его от волнения, которое он не собирался испытывать, но которое невольно накрывало его временами.       Сегодня он попадёт туда, куда так мечтал заглянуть хоть краем глаза, когда был младше. Теперь он, видимо, стал этого достоин.       Сожалений, что в той, прошлой жизни на Базу его так и не пригласили, в Питере не осталось — вероятно, он бы замирал от восхищения или фонтанировал восторгами, за которые сейчас, когда он предпочитал сдерживать любые эмоциональные излияния, ему было бы стыдно. Мальчишеское любопытство, клубившееся в груди с самого утра, соперничало с гордостью, которая настаивала на том, что он не должен прыгать от возбуждения при виде всего того, что скрывают стены самого продвинутого и дорогостоящего проекта Железного человека.       На всех трёх контрольно-пропускных пунктах Питер не увидел ни одного человека, но ворота открывались перед ним сразу, стоило лишь замереть на пару секунд, даже не снимая шлем. Значит, его можно идентифицировать и без четкого изображения лица?.. Любопытно.       Следуя указателям, Питер заехал на подземную парковку. Уже там всё вокруг носило отпечаток роскоши, созданной только для комфорта своего владельца и его приближенных, а не для посторонних глаз — от идеально чистого покрытия до светящихся колонн, разграничивающих пространство. Питер припарковал мотоцикл, стараясь лишний раз не шуметь мотором в гулкой тишине, повесил шлем на руль и пригладил встрепанные волосы. Больше никаких знаков вокруг не было, и он уже напрягся, думая о том, как будет приблудившимся котом бродить по незнакомой территории в поисках входа.       — Мистер Паркер, добро пожаловать на Базу.       Ожидавший чего-то подобного Питер, у которого ещё с первых ворот было ощущение, что за ним наблюдают, замер на месте, слегка кивнув. По инерции хотелось посмотреть вверх, на источник звука, но он понимал, что это будет совершенно бессмысленно.       — Я — Пятница, голосовой ассистент. Прошу вас следовать прямо, до стеклянных дверей, которые будут расположены по левую руку от вас через пятьдесят метров.       По указаниям безликого голоса Питер, осматривая обстановку, дошёл до лифтов, а затем по широкому светлому коридору вдоль панорамных окон, открывающих вид на огромное, похожее на футбольное поле, до нужной двери, за которой уже слышны были знакомые голоса. Двери разъехались без участия Питера, и он оказался в просторном помещении, по сути являющемся таким же конференц-залом, как и место их сбора в ЩИТе, но с разительно иной атмосферой.       В противовес мрачноватому залу в ЩИТе, с массивной офисной мебелью и ярко горящими под низким потолком галогеновыми лампами, от которых у Питера потом вечно болели глаза, здесь было светло от больших окон, расположенных сразу на двух стенах. Длинный стол со стеклянной столешницей, окруженный какими-то дизайнерскими стульями из прозрачного материала, похожего на гибкий пластик, не загромождал пространство, а будто подчеркивал его воздушность. Вдоль стен стояло несколько небольших красных диванчиков, на которых и восседали приехавшие до Питера члены группы.        Ни Фьюри, ни Старка видно не было. Питер уверенно направился к махнувшей ему рукой Наташе, здороваясь с остальными, подхватил по пути ближайший стул и уселся на него верхом.       — Привет, красотка, — зная, что Романофф любит смущать собеседника своими откровенными приветствиями, Питер решил действовать на опережение.       Наташа вскинула свою идеальную бровь и рассмеялась, хлопая мальчишку по колену.       — Паучок, когда ты успел этого набраться?       — Хорошие учителя были, — улыбнулся он в ответ. Питеру нравилась Наташа. Она всегда была с ним приветлива и поначалу мягко помогала ориентироваться в окружении незнакомых людей, при этом не пытаясь изображать из себя мамашу и навязывать излишнюю опеку. Скорее, она могла бы быть старшей сестрой кого-то из его друзей. А невинный флирт в её исполнении всегда помогал расслабиться и поднимал настроение. Дополнительным бонусом служило то, что Питер кожей чувствовал раздражение Старка всякий раз, как Наташа смеялась над его шутками в адрес Железного Человека или тискала парня на манер плюшевого медвежонка. Видать, ему самому тоже хотелось потискать какого-нибудь идиотского Роджерса, но он себе такого позволить не мог, вот и злился на них с Романофф, думал Питер.       — Ты была вчера-позавчера? Опробовали уже эту штуку с Вандой?       Ответить Наташа не успела, потому что в зал ввалились оставшиеся Мстители, шумно переговариваясь между собой.       Огромная черная фигура директора ЩИТа, так органично вписывавшаяся в их прошлое место обитания, здесь выглядела странным инородным элементом. Впервые Пит подумал о том, что, возможно, Фьюри иногда стоит менять свой мрачный прикид на что-то другое. Что-то более… Да, вот такое. Последним в зал вошёл Старк, в облике которого сквозило нечто новое. Та картинная надменность, с которой он держался в других местах, здесь сглаживалась, замещаясь такой подавляющей и спокойной уверенностью в себе, что ни у кого из присутствующих не оставалось сомнений в том, кто хозяин этого места. На нем был обычный спортивный костюм нейтрального бежевого оттенка, и даже он играл на руку мужчине: его домашний вид и слегка расслабленная манера отделяли его от окружающих, вынужденных вести себя как гости, коими они здесь и являлись.       Кто-то подсел к столу, чтобы быть ближе к грядущему обсуждению, но большинство из рассевшейся по диванам команды остались на своих местах.       — Приветствую, с кем не виделись, — коротко поднял руку Фьюри. — Раз уж мы перебрались на расширенные территории, то предлагаю этим воспользоваться. Наш уважаемый хозяин доработал имеющуюся технологию, чтобы она стала более эффектной, так что сегодня будете развлекаться, — хмыкнул мужчина. — И на ней же будем опробовать то, о чем говорили в городе. Общее сознание и передача невербальных импульсов. Вы обдумали это? Кто-то решился?       Уверенно подняла руку Наташа, следом за ней — Уилсон. За ними — Старк. Питер, до последнего опасающийся идти на то, чтобы впустить кого-то в свой мозг, завис на его лице. Оно не выражало энтузиазма или интереса. Скорее, обречённость человека, в очередной раз делающего то, чего от него ждут.       Роджерс, на которого исподволь посматривали едва ли не все присутствующие, сидел, не шевелясь, с непроницаемым лицом.       Фьюри хлопнул в ладоши.       — Что ж, для начала достаточно. Будем пробовать, начиная с небольших групп — четверо будет в самый раз.       — Четверо? — переспросил Уилсон.       — Да: ты, Старк, Романофф и Барнс — у него уже есть некоторый опыт в этом, он точно может участвовать.       В следующую секунду вверх взметнулась ещё одна рука.       — Я хочу, шеф, — уверенно заявил Паркер. И, перебивая удивлённый взгляд Ника, быстро продолжил, — Барнс, как вы говорите, уже проходил через это, так не лучше ли будет взять всех с одного уровня? Так мы быстрее поднимем коллективный опыт до нужных значений. Могу я поучаствовать? Ну, вместо Барнса?       Фьюри бросил на него быстрый пытливый взгляд.       — Ладно, почему бы и нет. Тогда вас четверых будет пытаться объединять Максимофф. Остальные работают рядом, но в обычном режиме. Вечером обсудим впечатления.       — Сейчас пока располагайтесь, — заговорил Старк, обходя стол и рассматривая что-то за окном. — Пятница проводит по комнатам всех, кто ещё не заселился. Покажет, где можно поесть, ну и прочие бытовые моменты. Через час встречаемся в зале.       Вместе с теми, кто приехал примерно в то же время, что и он сам, Питер поднялся по инструкции невидимой Пятницы на третий этаж, где располагались многочисленные личные комнаты. Указанная ИИ дверь вновь раскрылась перед юношей без его участия, безмолвно приглашая внутрь.       Вау.       Питер ещё никогда не бывал в таких местах. По организации пространства оно было похоже на стандартный отельный номер, с той разницей, что у окна стоял письменный стол, оснащённый набором техники, а декоративных элементов почти не было. Кроме одного: напротив кровати висел огромный, оформленный под стеклом без рамки постер с эффектно взмывающей в небо броней Железного человека. Серьезно?.. Пит закатил глаза, думая о том, случайное ли это совпадение, или Старк намеренно поселил его в комнате со своим изображением. Или у него в каждом комнате висит такой? Вполне может статься, с его-то эго.       Подойдя к столу, мальчишка осмотрел навороченный компьютер, планшет, стоящий на подставке и устройство для беспроводной зарядки гаджетов. Последние из модельного ряда, отметил он про себя с некоторым сожалением — ему бы очень не помешало нечто подобное для учебы и редких развлечений, но даже мысли о том, чтобы воспользоваться чем-то из этого роскошества, Питер не допускал.       Ванная, которую он обнаружил за дверью в углу, буквально слепила чистотой и сияющими поверхностями. Душ за рифленой перегородкой, стопки пушистых полотенец на столешнице рядом с раковиной — Питер пересчитал, пять штук. Зачем человеку пять полотенец, удивился он. Вытирать каждую конечность отдельным?       Он бросил рюкзак у кровати и повесил куртку в шкаф. На фоне окружающей его неброской элегантности парень чувствовал себя потрёпанным и неуместным, поэтому, стараясь не особо смотреть по сторонам, быстро переоделся в запасной тренировочный костюм (основной боевой он сдал на обслуживание в технический отдел в городе) и улегся поверх одеяла с привезенными с собой конспектами и старым ноутбуком. Пусть это могло подождать до вечера, но сейчас Питеру хотелось отвлечься от мыслей о сегодняшнем дне и не накручивать себя бессмысленными переживаниями.       Вникнуть в задачи всё равно не получалось. Питер то и дело бросал взгляд на время в углу экрана, и, как только уже знакомый голос Пятницы сообщил, что тренировка начнётся через десять минут, отставил ноутбук и выглянул в общий коридор.       Через дверь от него как раз выходил из своей комнаты Роджерс и, заметив Питера, молча кивнул тому, предлагая следовать за собой. По дороге к нужному месту мальчишка озирался по сторонам, стараясь при этом не вертеть головой слишком явно, и рассматривал обстановку. Увиденное не могло не поражать своими масштабами и исполнением. Питеру даже показалось, что он видел что-то вроде СПА-салона за одной из прозрачных стен, а чуть дальше до ноздрей доносился запах бассейна. Ближе к первому этажу, напротив, запахло свежей выпечкой и кофе. Только сейчас Питеру вдруг пришло в голову, что он находится в единственном оплоте цивилизации в радиусе пятидесяти миль вокруг, а из еды у него с собой разве что та растаявшая шоколадка, что сунул в его рюкзак Нэд ещё вчера. Впрочем, навык обходиться без еды продолжительное время он освоил за прошедшие пару лет почти в совершенстве, так что до завтра точно продержится.       — Вы часто здесь бывали раньше, да? — нейтральным тоном спросил он у Стива, уверенно ориентирующегося в хитросплетениях лестниц и анфилад. Сам Паркер уже простился с надеждой запомнить обратный путь — слишком причудлива была планировка помещений внутри этого огромного здания, будто состоящего из нескольких других, соединенных сложной системой переходов.       Роджерс бросил на него короткий недоверчивый взгляд.       — Я здесь жил почти год.       Ого. То есть ого. Жил здесь? В роли кого?.. Питер мысленно прикидывал сроки — брак Старка, рождение ребёнка, конфликт с Капитаном. Была ли во всём этом взаимосвязь? Какие отношения связывали их в прошлом?.. Неприязненно покосившись на широченную спину Кэпа, Питер поджал губы. Они подходили к месту назначения.       Собравшиеся уже разогревались. Старк с Фьюри ходили в отдалении от всех, тихо переговариваясь. Питер напряг слух, но не уловил ничего, кроме отдельных технических терминов из их разговора. Наконец, Николас уже протянул руку, как потом понял Питер — для прощания, но потом, вспомнив что-то, опустил ее и, коротко кивнув, пошёл к выходу, вслух желая собравшимся хорошо повеселиться.       В груди у Паркера взволнованно бухнуло, азарт погнал кровь быстрее. Опасения за то, что Ванда сможет высмотреть в его голове, отошли на второй план — в конце концов, ничего нового, за что ему могло бы быть неловко, там не было.       На несколько секунд свет погас, и Питер принял боевую стойку, бросаясь обострёнными чувствами во мрак, где метались неуловимые силуэты. Когда часть света загорелась обратно — но теперь мрачноватого багряного цвета — парень едва не завизжал от восторга и ужаса. Из противоположного угла на них двигался огромный годзиллоподобный монстр, извергающий пламя из клыкастой пасти.       Забыв отслеживать свои ощущения, Питер ринулся вперёд, цепляясь к стенам и потолочным балкам, на ходу высматривая опасные и уязвимые места болотно-зелёного чудовища. Крошечные глазки стреляли лазерными лучами, но, кажется, не прицельно, а вслед за движениями головы, которую ящер то запрокидывал, то вертел ею по сторонам. Закинув на пробу несколько нитей паутины вокруг того места, где предполагалась шея, Пит убедился, что она рвётся о «шкуру» монстра, как нитки о лезвие. Он отлетел за огромную зелёную спину, уступая место Роджерсу, пытающемуся теперь прицельно попасть туда же, в шею, своим щитом. Но и он не достиг цели — на удивление легко для своих габаритов ящер уклонился от щита и ударом шипастого хвоста сбил Капитана с ног.       Питер вновь зашёл с тыла, в этот раз стремясь крупными комьями паутины залепить глаза странного существа. Кажется, отчасти ему это удалось, потому что ящер на секунду потерял координацию, и Уилсон, пролетающий спереди, сумел отсечь одну из коротких передних лап. В этот момент Питер впервые почувствовал это — даже не глядя в ту сторону, он уже знал, что именно произошло, будто у него появилась ещё одна пара глаз, позволяющая видеть обрывочные кадры с другого ракурса.       Принципиально новое, неведомое ранее ощущение так поразило его, что на несколько секунд Питер запрыгнул на потолок, ошеломлённо разглядывая картину боя сверху вниз. Отсюда ему открывался вид на загривок Годзиллы, пытающейся затоптать прыгающих вокруг людишек. Чутьё пискнуло, направляя его взгляд между наростами на спине монстра. Таким сигналом обычно угадывалось слабое место противника, и у Питера не было поводов ему не верить и в этот раз. Оставалось понять, как и чем добраться до уязвимой точки: паутина разлеталась клочьями ещё на подлёте к этой твари, оседая на пупырчатой зелёной шкуре, а другого оружия в его арсенале не было.       Недолго думая, Паркер качнулся для разгона и спрыгнул на паутине вниз, целясь прямо на спину Годзиллы, чтобы попробовать вручную добраться до нужного места. Но, не успел он запустить руку к извивающемуся гигантскому позвоночнику, как наперерез пролетела красная фигура, прямо в полёте выпуская короткий залп именно туда, куда хотел попасть Пит.       Ящер замер, пошатнулся назад, а затем сделал несколько шагов вперёд и рухнул оземь к ногам расступившихся по сторонам нападающих.       Свет вновь мигнул, переключаясь на обычный, туша монстра мигнула вместе с ним, а затем окончательно погасла, оставляя после себя лишь сотню мелких дронов, валяющихся беспорядочной кучей.       Всё ещё взбудораженный дракой и новыми ощущениями Пит в пару прыжков подскочил ближе, переводя дыхание и подыскивая взглядом подходящего собеседника, с которым можно было бы обменяться эмоциями. Рядом оказались Роджерс и опустившаяся со своего места в небольшом отдалении Ванда, которые повернулись к Питеру и плетущемуся сзади с ушибленной ногой Сэму.       Ванда подняла на них вопросительный взгляд, и Пит, не удержавшись, начал тараторить, едва не подпрыгивая.       — Круто-круто-круто! Вы видели, как он хвостом?? И огонь этот, вся паутина рассыпается на глазах! А потом я как будто глазами Уилсона смотрел, но только на секунду, но при этом точно знал, что он делать будет, это потрясно! А лазер потом…       Тут его взгляд упал на подошедшего сбоку Старка, который до этого помогал двум ребятам из ЩИТа спуститься с той балки, где они оказались во время поединка. Питер осекся и продолжил уже спокойнее.       — В общем, кажется, это работает. Наташ, ты как думаешь?       Сидящая на полу Романофф задумчиво кивнула.       — Я точно видела твою задницу куда чаще, чем реально на неё смотрела…       — Эй, я тут ни при чем, не надо этих намеков! — заявил решительно Уилсон. — Меня интересовал только крокодил и больше никто. Кстати, Старк, это читерство! Ты же сам проектировал эту херню! Чтобы потом ее героически победить? А смысл?       — Я только технологии предоставил, Уилсон, так что уймись. Детали техотдел ЩИТа придумывал, не имею понятия, какие у этой зверюги особенности. Уязвимое место… коллективный разум подсказал. Ещё попробуем?       Тони, в отличие от Паркера, не выдавал своих эмоций, но его тоже впечатлил новый опыт. Тот момент, когда он видел глазами Питера, чувствовал его намерение, самим своим существом ощущал его внутренний восторг и азарт… что ж, пожалуй, не так плохо, что впервые он испытал это не с Барнсом, а с наглым и раздражающим, но мальчишкой. В памяти промелькнула недавняя сцена того, как Паркер буквально напросился в эксперимент. С чего бы ему так приспичило?.. Испугался, что сочтут трусом?.. В этот момент раздался свисток, сигнализирующий о начале второго раунда, свет снова замигал, и Тони отвлёкся от этих мыслей.       Во второй раз дроны под прикрытием голограмм обернулись увеличенным подобием Кинг-Конга с приспешниками помельче. Его, к смутному неудовольствию Питера, ловкой подсечкой щитом под колени завалил Роджерс, пока остальные отвлекали великана и раскидывали назойливых мелких обезьян.       В третий раз в зале возник огромный паук, от вида которого Пит, втайне опасающийся сородичей, слегка поежился, хотя изо всех сил старался не подавать вида, рванув в атаку ещё быстрее, чем с прошлыми соперниками.       Вдобавок к естественной многоногости паук оказался феноменально быстр и изворотлив. Даже после нескольких заходов и попыток его обездвижить команда так и не достигла успеха, раскидываемая мощными щетинистыми лапами: третий час напряжённых усилий давал о себе знать — скорости притупились, а силы изрядно порастратили даже мутанты.       А потом случилось это — Питер вдруг явственно почувствовал себя частью единого тела, которое выполняет свою задачу. Даже не оглядываясь по сторонам, он понимал, что должен делать — импульсы возникали сразу в мозге. Поднырнув со стороны к конкретным двум лапам, он слепил их паутиной — до этого Питер уже пытался зацепить сразу все, раз за разом сталкиваясь с неудачей — цель была слишком подвижна, а зазубрины на лапах слишком остры. В этот же момент Старк, Романофф и Уилсон вывели из строя ещё по паре, и паук, потеряв, наконец, все точки опоры, рухнул вниз, сразу же подвергаясь добивающей финальной атаке сверху.       Четверка объединённых Вандой людей чуть ошалело переглядывалась между собой, все ещё вздрагивая от отголосков возникшей в схватке связи. Всплеск адреналина после боя постепенно спадал, выставляя на передний план рациональную часть и привычные модели поведения. Только Сэм, прямолинейный и простой, как молоток, выкладывал всё, что накипело.       — Охренеть можно, это… это… это вообще никак не описать! Как будто был сразу всеми! Это пиздец!       Его интонации не давали подсказок относительно того, носило ли это экспрессивное высказывание позитивный характер или же наоборот. Когда Ванда подошла ближе, он, тем не менее, уставился на неё с восхищением.       — Ну ты даёшь, бл… то есть, это, круто было. А на сколько вообще человек такую штуку реально замутить?       Тони было видно и то, какой измождённой и посеревшей выглядела девушка, и то, как обеспокоенно наблюдал за ней Барнс, подошедший ближе.       — Не знаю. Первый раз получилось на четверых. До этого только двоих. Что вы чувствовали?       — Может быть, позже соберёмся? — впервые за этот день заговорил Барнс. — А пока отдохнёшь?       Он протянул руку, на которую после секундного колебания легла миниатюрная рука Ванды. Коснувшись мужчины, она сразу обмякла и завалилась на него, цепляясь второй рукой за плечо. Он мигом подхватил ее за талию, удерживая почти весь крошечный вес своей силой.       — Да, — согласился возникший из ниоткуда Фьюри, — отдыхайте, обсудим всё вечером. Паркер, можно тебя на минуту? — неожиданно добавил он.       Питер послушно отправился следом за ним, вытирая шею маленьким полотенцем. У него не было ни одной идеи касаемо того, что могло понадобиться от него директору.       — Босс, а это не могло потерпеть четверть часа, пока я бы в душ сходил? - недовольно пробурчал парень, уже поворачивая за Фьюри в помещение, оказавшееся библиотекой.       — Какого хрена это было, Паркер? — перебил его Ник своим низким голосом, когда дверь за Питом закрылась с мягким щелчком.       Тот непонимающе уставился на мужчину, собрав брови к переносице.       — Придётся уточнить, — насупился Питер, болезненно относящийся к выговорам и претензиям.       — Зачем ты влез сегодня? Когда людей уже хватало?       — Странный вы, шеф, — вскинул брови Паркер. — То советуете проявлять больше инициативы, то за это же ругаетесь. Я объяснил ещё в разговоре, зачем.       — Пит, давай без этого. Ты пытался спасти Старка от работы с Барнсом, — уже тише заговорил директор.       — Чего?… — начал было Паркер возмущённо, но по выражению лица босса быстро понял, что тот не настроен играть в долгие допросы. Он насупился, скрестил руки на груди и отошёл к огромному книжному шкафу, где за стеклом стояли десятки томов мировой художественной литературы. — И что?       В его голосе были слышны вызов и готовность отбиваться до последнего.       — А то, что им нужно быстрее наладить нормальный контакт. И это могло бы помочь. Не то, чтобы я не оценил твой порыв, но Старк уже большой мальчик, его не нужно защищать от того, через что в любом случае придётся пройти.       — Так у вас всё просто, — вспылил Питер. — Нужно то, должен то! Он и так терпит этих людей рядом с собой, не позволяя даже взгляда недовольного в их сторону, а теперь ещё должен с ним ментально единяться? А без этого никак не обойтись?!       Ник удивлённо смотрел на обычно покладистого парня, который никогда ещё с таким пылом не оспаривал его указания. Странность ситуации усугублялась тем, что со Старком они даже не были друзьями — по наблюдениям директора, Питер с Тони продолжали лаяться и цеплять друг друга при каждом удобном случае.       — Питер… ты, вероятно, слишком близко к сердцу принимаешь эту ситуацию, потому что ставишь себя на его место, но… Твоя рана свежа, а Тони потерял родителей много лет назад. Он разумный человек, он понимает, что вины Барнса в произошедшем не было. Ему просто нужен небольшой толчок к тому, чтобы всё наладить.       Ноздри Паркера расширились, и он с силой вцепился в спинку стула.       — Вы прямо так уверенно это говорите, шеф, — четко разделяя слова, отозвался он неприятным голосом. — Я тоже разумный человек и не виню того водителя, но, если бы вы притащили его сюда и заставили вступать с ним в… в… это, то меня в тот же день здесь уже не было, при всем уважении.       В этот момент было бы весьма кстати устроить мальчишке суровую отповедь и ткнуть носом в его место, но… это был первый раз на памяти Ника, когда Питер вообще упоминал свою ситуацию, поэтому мужчина осекся и ограничился серьёзным взглядом.       — Так, ладно. Ты можешь думать, что я приношу в жертву общему благу чужие чувства — потому что я регулярно так делаю, спору нет, но в данном случае, поверь, это пойдёт всем на пользу.       — Да откуда вы можете знать?! — запальчиво возразил Пит.       Фьюри вздохнул, колеблясь.       — Это конфиденциальная информация. Не сильно секретная, но так… не для обсуждений в раздевалке. Максимофф утверждает, что, если Тони сам увидит… почувствует? я сам не очень понимаю пока, как это работает… так вот, если он заглянет к нему голову — ему станет легче. Потому что Барнс всё ещё сильно переживает. И за другие убийства, которые совершил в невменяемом состоянии, и в особенности за родителей Старка. Одно дело — слышать извинения, хотя и с этим Зимний не очень справляется, другое — почувствовать самому. Тони это нужно. Так что завязывай с игрой в спасение. Старк, вероятно, оценит твою заботу, и это поможет сгладить… ну, ваши разногласия, но лучше решить проблему кардинально.       К концу этой речи краска, начавшая заливать мальчишеское лицо, дотекла до груди и кончиков ушей. Питер физически чувствовал, как горит кожа, покрытая ярким покровом стыда. И как он сразу не подумал об этом. Если Фьюри раскусил его на раз-два, то какова вероятность, что то же самое не сделал Старк, превосходящий одноглазого по уровню интеллекта не на один пункт?       — Я понял. Можно идти?       — Да, иди. Ужин здесь, кажется, с семи часов, так что выползай, как переоденешься, — кивнул Фьюри, и Питер пошёл к дверям.       Заколебавшись, притормозил и вновь обернулся.       — Можно вопрос? За чей счёт банкет?       — Всё, что происходит в стенах Базы, находится в ведении Старка. Я несколько раз обсуждал это с Тони, но для него, кажется, это принципиальный вопрос.       Питер кивнул и вышел.       Разобравшись с непривычным смесителем, он выкрутил воду на максимум и долго стоял в тёплых струях, растирая лицо ладонями. Всё здесь было… слишком. Всё давило на Питера своей избыточностью. Слишком много места. Слишком дорогие, судя по этикеткам, мыльные принадлежности. Слишком современная техника. Даже полотенец — и тех слишком много.       Протопав влажными ногами по комнате, Питер уселся на край кровати и взглянул на время — неумолимо приближался ужин. Тоже, вероятно, слишком идеальный — и приготовленной едой и полагающимися к ней приборами, назначения которых Питер даже не будет знать. Внутренности дернуло неприятным спазмом. Страшно захотелось на свою привычную скромную кухню с остатками вчерашней китайской еды и наборами одноразовых палочек. Нет, он не останется — в конце концов, он же свободный человек, а не бойскаут в лагере. Он может уехать прямо сейчас.       Питер решительно натянул выуженную из рюкзака чистую майку и те же джинсы, в которых приехал, ссыпал в карманы разложенную по тумбе мелочь, подхватил из шкафа куртку и вышел прочь с твёрдым намерением ускользнуть незамеченным.       Мысль о том, что Старк мог заподозрить в нем чувствительный порыв и наделать из этого лишних выводов, не давала покоя. Питеру нужно было срочно набрать пару очков в этой гонке, чтобы укрепить свои позиции. Но бегать по огромному незнакомому зданию в поисках хозяина, чтобы якобы невзначай отпустить по его адресу пару шпилек было бы странным, поэтому, сунув руки в карманы и втянув голову в плечи, Пит быстрым шагом следовал туда, где его пространственное мышление предполагало парковку.       Если бы не острое паучье зрение, он бы его не заметил. Но сомнений не было — на длинном балконе, расположенном напротив той галереи, по которой шагал Питер, стоял Старк собственной персоной. Он облокачивался на перила и наблюдал за происходящим внизу. Бросив взгляд туда же, куда и он, Паркер увидел бегущих по специальной дорожке вокруг поля людей — ну, разумеется, кто же ещё — Роджерс, Барнс, несколько бойцов из ЩИТа и Ваканда в полном составе. Видимо, им не хватило боевой нагрузки, раз они решили устроить ещё и пробежку перед ужином.        Поджав губы, Паркер решительно обогнул здание и вышел к тому самому балкону, на котором стоял Тони. Сердце колотилось, как подорванное, поэтому перед выходом он замер на несколько секунд, глубоко дыша и стараясь успокоиться. Перекинул куртку через плечо и бесшумно вышел на воздух, подходя к хозяину этого места развязной походочкой.       — Пригласите его.       Тони чуть вздрогнул от неожиданности, но, быстро нацепив на себя маску небрежного высокомерия, выразительно посмотрел сначала на опустившуюся на его плечо руку, а затем на ее обладателя.       — Нет, я серьезно. Уже все глаза сломали, рассматривая — взяли бы лучше и позвали куда-нибудь выпить, м?       — Паркер… ты охамел уже по максимуму, да? — Тони свёл брови к переносице.       Стоило бы сбросить с себя его руку, попутно читая лекцию о личном пространстве и нелюбви к прикосновениям, но отчего-то Тони этого не делал. Уставившись на Питера, оказавшегося так близко, что можно было пересчитать каждую веснушку на его светлом лбу, он впитывал жар, исходящий от мальчишеской ладони, так бесцеремонно улёгшейся на его обтянутое дорогой рубашкой плечо.       — А почему нет-то? — выдул большой розовый пузырь Паркер, а затем затянул его обратно в рот. — Сил уже нет смотреть на эти мучения, решайтесь. Он, конечно, ещё по Барнсу сохнет, но там без шансов — патлатый, судя по всему, плотно увяз… ну… — парень постучат пальцами по перилам, якобы подбирая слова, — в поисках… глиттера. М-да. Так что у вас есть все шансы.       — Ты, когда говоришь, сам себя слышишь? — окончательно разозлился, наконец, Старк и развернулся лицом к мальчишке, стряхивая его руку с плеча. — Или просто рандомный набор слов озвучиваешь, не особо заморачиваясь логикой и смыслом?       Питер чутко вслушивался в интонации орущего мужчины, пытаясь понять, является ли эта вспышка гневом человека, которого оклеветали или же гневом задетого за живое человека, большой секрет которого выволокли на свет божий. И пусть своей цели — выбесить Старка — он в любом случае достиг, Питер хотел услышать подтверждение первому варианту.       — А что, он не в вашем вкусе? — невинно хлопал длинными ресницами Пит, упершись бедром в бортик балкона. — Или вы ещё не осознали свои чувства? Или боитесь отказа?.. Подумайте об этом. В конце концов, скоро многие из нас, вероятно, погибнут, может, стоит рискнуть?..       Почему он так упорно навязывал Старку интерес к Роджерсу, в то время как на самом деле хотел убедиться в его отсутствии, Питер и сам точно не знал. А Тони не знал, почему он всё ещё стоит здесь с дёргающейся щекой и продолжает выслушивать этот бред, когда давно стоило бы развернуться и уйти.       — Что-то нервный вы какой-то, сигаретку хотите? — пошарив по карманам, Питер развернулся к бортику задом и протянул Старку вскрытую пачку сигарет и коробок спичек с логотипом известного гей-клуба.       Сверкнув глазами, Тони сгрёб с его ладони обе пачки и смял своим широким кулаком в рассыпающийся комок.       — Хватит таскаться по гей-барам, Паркер, тебе уже везде мерещится черт знает что! — рявкнул он, раздувая ноздри и даже не пытаясь изображать ледяное спокойствие. — Я не интересуюсь мужиками, а, если тебе самому хочется потереться о Роджерса, не пытайся переносить это желание на окружающих.       Тони не был уверен, достаточно ли это эффектная финальная фраза, но рисковать и играть дальше не хотелось, поэтому, напоследок злобно взглянув на продолжающего выдувать пузыри из розовой жвачки Паркера, цокнул языком и быстро вышел с балкона, у дверей демонстративно выкидывая смятые сигареты в мусор.       Оставшись в одиночестве, Питер спрятал с лица вызывающую ухмылку и перевел взгляд обратно на поле. Мелкие фигуры вдалеке продолжали бежать по кругу в сгущающихся сумерках.       Через десять минут потрёпанный байк уже нёсся вдоль горящей вечерними огнями трассы по направлению к Нью-Йорку.