Последняя песня

У меня есть друг. И я ему безумно благодарен просто за то, что он есть. Неважно где, но есть же. Он русый и кучерявый, высокий, как шпала, ёп твою мать. У него тёмные-тёмные большие глаза, наполненные задором и яростью. Худой, нос горбинкой, густые брови. Этот дурак два года растил волосы, чтобы перед самым экзаменом сбрить их и напиздеть одноклассникам, что у него рак. Вот такой анекдотер...... Раньше я его ненавидел. Мы познакомились на концерте нашего общего друга. Странным образом оказались ещё и в одной школе. Потом вообще оказалось, что он мой сосед! Он живёт буквально через забор от меня, из моих окон видно его окна. Раньше он здоровался со мной в столовке и стрелял сигареты и одноразки, курил их по три урока сподряд и были просто невозможным, невообразимым чудом те редкие дни, когда он их возвращал! Сейчас я скучаю по нему так невозможно сильно, что ограбил бы табачку только ради того, чтобы мы часок погуляли. Чтобы мы снова поговорили. Или просто помолчали. Банальная фраза, но, если бы мне тогда, раньше, сказали, что через пару месяцев он будет мне братом по духу, одним из ближайших людей на этом ебливом свете, то я бы расхохотался и расплакался, ни за что в это не веря. И этим августом я расплакался, аж до кровавых слёз, прощаясь с ним перед отъездом. Мы весь день до этого веселились и хохотали, мы слушали аукцЫон и жгли благовония, вылазили из моего окна на крышу веранды и толкались там, мы пили чай, варили пельмени и воровали их друг у друга из тарелок. Он, я, и тот самый друг, на концерте которого мы познакомились. Наша неизменная троица. Весь день я запрещал себе плакать, запрещал плакать, стоя на пороге собственного дома, куря с ним в последний раз. Было уже темно, хотя лето ещё не успело кончиться. Мы улыбались. Он протянул мне руку, я пожал её, твёрдо держась в себе. Он рывком прижал меня к груди, обнимая. И мои ебучие колени подогнулись, мы синхронно шмыгнули носами и я разрыдался, не сдержавшись. Он сказал, что будет приезжать, что тоже будет скучать, он успокаивал меня и хлопал по плечам, а я обзывал его хуесосом и просил остаться. Главными трагедиями моей жизни всегда были люди, уезжающие далеко и надолго, оставляющие меня одного. Я знаю, что они есть, и что "мы" есть, но от этого боль меньше не становится. Мы красили волосы одним красным цветом из одной коробки, и это было похоже на ритуал. Братья не по крови, не по плоти, но по более высокому, не по земному. Как он сам сказал однажды, мол, не чужие мы люди, "одной краской мазанные", считай, повязанные уже. А как мы купались... Плыли через весь пруд от берега до берега, а у меня на середине ногу свело, и ни туда, ни обратно, так этот чертила смеяться начал. Менялись потом рубашками, потому что оба мокрые, а мне холодно. А у него якобы кровь горячая, не замёрзнет. У нас была точка для репетиций на чердаке, заваленном хламом. Мы притащили туда два телевизора, а я перекупил у него денди за триста рублей, так она по итогу все равно была общей, играли же вместе. Килограмм десять одних только дисков туда стаскали. Барабаны для меня из местного ДК одолжили у тамошнего руководителя и наставника для ВИА и групп. Хороший он кстати мужик, жалко так, что редко видимся, но сейчас не про него. Кресло мы ещё какое то с чужой квартиры вынесли, фуру бесплатно по блату наняли. Второе кресло потом нашли, да тащить пешком пришлось, так устали все. Убрались там по-людски, плакаты на саморезы в пеноплексовые стены молотком вбили. Пепельницу из консервной банки организовали возле окна, столик, кипятильник ржавый нашли. Одним словом, идиллия. Место - пушка просто, такое родное нам стало. Холодно ночами там правда, пыльно, да жуки часто какие то ползали. Так этот индивид матрас чистый туда притащил, ещё и переночевать несколько раз там умудрился. Водили туда друзей вместо репетиций и спать туда пускали кое кого, когда его из дома выгоняли. Ходил он весь в каких то лохмотьях, ну хиппи просто настоящий. Сидел в кафешках в шапке и капюшоне, курил возле знака с зачеркнутой сигаретой. Ещё и панк. Второй друг носил его на руках и они вечно боролись у меня в комнате. Один раз плакат порвали, так я так их матами крыл, они потом молчали долго, сидели так тихо, боялись, бедняги. Он играл на басу, не умея играть, знал шесть аккордов и всё песни турбины туриста наизусть. И всё ещё не умеет играть. Удивительный человек. Он чем то напоминает мне меня же. При (раньше) мизерных знаниях в области музыки, мы с самого начала, с самой первой нелепой и нескладной репетиции верили, что группа у нас есть и будет, что музыка наша сама когда нибудь напишется и будет она просто шикарна, у нас обязательно всё получится и мы станем знамениты. Будем ездить в туры и жечь, станем кумирами многим людям. И всё ещё мы так считаем, хотя от группы мало что осталось. Но мы - обязательно будем и не исчезнем, и всё у нас получится. Если не верить, то жить совсем тошно станет, да и не́ ради чего больше жить, кроме как ради музыки, поэтому и верим, и тянемся. Он пытался соблазнить учительницу на уроке чтобы класс отпустили на пять минут раньше. Он выпрыгивал из окна на втором этаже, когда училка выходила, просто потому что его заебала алгебра. Громил автомат в столовке потому что он выдал ему не тот батончик... Мы вместе, одновременно катались на одном скейте по лицейскому фойе и убегали потом от завуча, потому что от кого - от кого, а вот от неё пизды получить правда страшно. Мы всегда хохотали до слез, когда он рассказывал анекдоты. Потом мы уже втроём пересказывали их всем остальным в ролях. Жизнь у него, конечно, пиздецки тяжёлая, но он редко показывал грусть. Всегда всё понимал и прощал. Он ездил на велосипеде под саундтрек из фильма такси. И это ни разу не байки, это всё про настоящего человека. Все мемы из тиктока про того-самого-невожможного-гениального-идиота друга нихуя не выдумка, это теперь не шутки, это наша жизнь. Он настоящий. Я был в шоке, когда узнал его получше. Я даже представить не мог, что такие люди бывают. Это огромное счастье, что он так же считает меня своим другом в ответ. Я горжусь им и люблю его, он гений с болезнью дауна, у него хроническое слабоумие и неиссякающая отвага, у него полная башка глупых идей и отчаянное сердце. Самый смешной из всех, кого я знаю, вот он, правда, человек, при жизни ставший легендой. Я его обожаю и я так благодарен! Я так благодарен судьбе, что она свела нас. Настоящая дружба - поистине дар человеческий.