Без поцелуя не считается

Ну ни в какие ворота просто! Это ж надо так относиться к важным поручениям?! Качество — хуже некуда. Да тут вообще нет никакого качества. Один большой жирный неуд. — Отвратительно, — швыряет Реджина на стол Сидни кипу бумаг. Зачем ей все эти данные чёрт знает какой давности? Безуспешные побеги из приюта, скитания по патронатным семьям, а потом и по околобандитным шайкам. Тюрьма, слабые старания социализации и попытки найти мало-мальски достойную работу. — Ты даже не старался. Мне не это нужно было. — Это всё, что я успел подготовить за пятнадцать минут, — старается Сидни не заикаться. — И было уже поздно. — Отговорки. — Но я могу больше. Надо что-то свежее? Я могу подготовить, — подскакивает он. — За последние три месяца? — Да заче-ем? — стонет Реджина, потирая лоб. — Это всё уже неважно, — прикрывает она глаза. — Она ведь уже здесь. Зачем мне последние три месяца, Сидни? Лучше проверь всё, что я скинула тебе по почте. Все эти рекомендации на неё и прочее хвастовство, — взмахивает она пальцами. — И да, ещё кое-что. Приказ, который я вчера подготовила, отправь на согласование и побыстрее. — Приказ? Какой именно? Ну а какой ещё? — посылает ему Реджина снисходительный взгляд. Тот, в котором Реджина прописала дополнительные условия для должности шерифа. Тот, который Реджина быстренько подготовила вчера вечером, как только узнала про заявление от Свон. — Тот, который у тебя в задачах висит, — отвечает она. — Если бы ты вовремя читал от меня все входящие… — Вижу, — истерично клацает Сидни мышкой. — Вот он. — …то узнал бы, как много можно сделать за пятнадцать минут. — Будет сделано. — Сейчас. Сейчас надо, — постукивает носочком ботинка по полу, и Сидни старается обогнать этот торопливый цокот. — Отправил на юристов. Подгоню и прослежу. — Вот видишь. Можешь ведь. — Кстати, по поводу «прослежу». Я кое-что выяснил. Где она остановилась, — переходит Сидни на шёпот. — И только сейчас мне говоришь? — восклицает Реджина. — И где же? — У мисс Бланшар. — У Мэри Маргарет?

***

— Эмма, ну а ты не думаешь, что всё это немного странновато? Эмма отрывается от распечатки свежеиспеченного приказа, на котором скрепка едва сходится. — Ну, — прикидывает она, сколько ей ещё читать, — могло быть и хуже. — Ну а зачем она так вообще делает? — подсаживается Мэри Маргарет, придвигая кружку Эммы, к которой та так и не притронулась. — Тебе наверное виднее, — возвращается Эмма к чтению. Вернее перепрочтению, потому что отвлеклась несколько раз и на «будешь какао?», и на «печеньки уже попробовала?» Мэри Маргарет замолкает, и Эмма тянется к кружке. — Спасибо. — Пожалуйста. Для тебя ведь сделала, — теплеет Мэри Маргарет. — Но а так можно делать вообще? — аккуратно поправляет она сползающую скрепку пальцем. — Ты разве заявление не раньше этого приказа написала? Эмма выдыхает с горьким смешком, откладывает бумаги: всё равно сейчас ей их не прочесть, судя по всему. — Это что-то типа обратной силы. Распространяется на всё, что было до, — добавляет она, замечая отсутствие понимания на лице Мэри Маргарет. — То есть, если бы ты уже работала, то всё равно готовила бы эту защиту. Так, что ли? — хмурится её лицо, и Эмма кивает: да-да, всё так, Мэри Маргарет. Идея догоняет её чуть позже, и она проверяет её вслух. — Если бы я уже была шерифом, то мне всё равно пришлось бы готовить эту защиту, — улыбается она. — Да ты просто гений, Мэри Маргарет! — Ой, правда? — расцветает Мэри Маргарет. — Спасибо. Погоди-ка… — доходит и до неё. — Это значит, что… — Что текущему шерифу тоже будет несладко, — довольно хмыкает Эмма. — Эмма, — с лёгким укором. — Что-то мне не совсем нравится твоя улыбка. — А так? — шире улыбается Эмма. — Ах, Грэм, — тянется она к печенью: настроение как-то сразу улучшилось. Не успевает она залить какао в полный рот печенья, как в дверь звонят. Мэри Маргарет с готовностью вскакивает под разлетающуюся на всю квартиру соловьиную трель, но когда открывает двери, лицо её меняется. — Ой, Мистер Голд? — сквозит разочарование в голосе. — Эмма! — оборачивается она. — Это к тебе.

***

— Что там ещё про эту Эмму Свон? Реджине мало местоположения. Ей надо больше, и Сидни должен это понимать: он готовит ей отчёты каждый день. — Сообщаю дополнительно: вчера заходила за распечаткой приказа, после обедала в кафе у Бабули, — перелистывает он блокнот, — общалась с официанткой Руби около десяти минут. Сходила в библиотеку, — прерывается он на задумчивое хмыканье Реджины. — Я уточнил: она листала архив новостей, а ещё проверяла рубрикатор книг. — Ладно. Что дальше? — Потом до вечера и всю ночь она была у мисс Бланшар, где в восемнадцать сорок две её посещал мистер Голд. Стоп. — О чём они говорили? — Не могу ответить. Я видел только раздосадованное лицо мисс Бланшар и заднюю часть головы мистера Голда. Пытался услышать дополнительные сведения, но стало шумно, будто бы миксер включили. — Дальше, — велит Реджина. С Голдом она после разберется. — Позже, вечером, как и в предыдущий вечер, — перелистывает он блокнот, — выходила на пробежку… — По существу, Сидни. — А утром следующего дня она посещала департамент шерифа, и он остался там очень расстроенным. Реджина хмурится, но не перебивает. — После она посещала школу и провела там достаточно много времени. А вечером заходила к доктору Хопперу. С чего бы? Генри ходит туда только по четвергам. Может Хоппер назначил дополнительно? Но как он мог всё это не согласовать с ней? — После я выяснил, что мисс Свон договаривалась с директором школы о волонтёрских выступлениях по темам «профилактика преступлений» и «вред наркотиков»… — Стой, Сидни! — только сейчас включается Реджина. — Это что ещё за волонтёрские выступления? Нет, ну надо же! Время расхаживать по школам и психологам у неё есть. Подкарауливать её сына после уроков и кормить его всякой дрянью — тоже. А вот готовиться к защите программы она когда будет? Реджина хватает сумку и накидывает пальто. Сейчас она тут разберётся со всеми.

***

— Ещё один какой-то приказ? — интересуется Мэри Маргарет, и Эмма вовремя захлопывает папку. Как-то быстро Мэри Маргарет оказалась прямо перед ней. Вроде вот только у плиты приплясывала. — Так. Кое-что. К защите, — перекладывает Эмма бумаги под бумаги. — Что ты там готовишь? Какая у тебя будет тема? Уже договорилась с Грэмом? — Договорилась? — хмыкает Эмма. — О чём это? О том, как ему будет работаться на месте заместителя? Если, конечно, он потянет. — Ну, чтобы темы у вас не пересекались. Эмма, о чём же ещё? Он ведь твой будущий коллега. — Ага. — В смысле я понимаю, что он твой главный соперник пока что. Но вам ведь всё равно работать потом вместе. Я бы на твоём месте… — крышечка кастрюльки подпрыгивает, и Мэри Маргарет торопится к плите. — Он мне не соперник, — вытаскивает Эмма заветную папку обратно. В этой игре соперник не тот, кто играет вместе с тобой, а тот, кто придумал все эти правила. «Реджина Миллс. Терапия с 1983 по 2001». Папка увесистая, но из-за объёма, не из-за содержания. Специалист из Хоппера слабенький. Хотя кое-что и отсюда можно выудить. — Эмма? — перекрикивает Мэри Маргарет булькание. — Так что у тебя за тема? — Безопасность, — пробегается Эмма глазами по пожелтевшим страницам. — Безопасность города. — Ой! Это ты хорошо придумала. Реджина оценит, я уверена. Но всё равно, на твоём месте я бы поговорила с Грэмом. Может быть, даже общий проект бы придумали, а? — улыбается она, но Эмма морщится. — Ну и жалко же его. — Ты слишком добрая, Мэри Маргарет, — возвращается Эмма к папке, пока Мэри Маргарет возится с духовкой. — Слишком добрая, — бубнит Эмма себе под нос. Соловьиная трель пробивается через бряканье противня и половников, Эмма вскакивает с места, но возвращается обратно и прячет папку под бумагами. — Если это он, зови ужинать! — радостно кричит Мэри Маргарет. — А если Голд опять? — кидает ей Эмма, а когда открывает двери, улыбается ещё шире. — Ужинать будете? Мадам мэр. Реджина даже не реагирует. Она сюда не за ужином пришла. — Кто вам позволил расхаживать по городу и вмешиваться во все наши дела? — Наверное, не будете, — опирается Эмма о косяк, принимая тот факт, что это надолго. — Я не давала вам или директору школы разрешения… — набирает Реджина обороты. — Это была предварительная встреча. Почти собеседование. — Не перебивайте меня! — Экономлю ваше время. — Тогда постарайтесь ответить, что вы делали у психотерапевта моего сына? — Приходила за консультацией для работы с детьми. По рекомендации директора школы. — Зачем вам вообще эти уроки? Вы разве не к защите должны готовиться? — Очень любезно с вашей стороны — заботиться о моей защите. Может, всё-таки поужинаете с нами? — Вот ещё, — фыркает Реджина. — Я озабочена лишь тем, что мне придётся тратить своё драгоценное время, пока вы во время защиты будете придумывать какое-нибудь враньё на ходу. — Если вы так озабочены своим драгоценнейшим временем, — приближается к ней Эмма, — то я бы на вашем месте поинтересовалась, что делают ваши сотрудники посреди дня вне офиса. Кажется, они работать должны, помогать вам планировать и всякое такое, — пожимает она плечами. — То, что делают мои сотрудники, вас тоже касаться не должно. Вам ясно? Не смейте никуда вмешиваться. — Или что? Что тогда? — с вызовом кидает Эмма. — Не дразните меня, — склоняется Реджина, переходя на шёпот. — Эмма! Ужин? — кричит Мэри Маргарет. — Я всё уже накрыла. — И ещё, мисс Свон, — на прощание добавляет Реджина, — если вы считаете, что Голд хоть как-то вам в этом поможет, то сильно ошибаетесь. Тщательней выбирайте, с кем вам «ужинать». — К Грэму тоже зайдёте? — выкрикивает Эмма ей в спину. — Раз вы ходите по домам и проверяете подготовку своих будущих и текущих подчинённых. Но Реджина не отвечает. Только на улице она позволяет себе выругаться. Теперь понятно, откуда столько пропущенных с его стороны.

***

Газеты не успевают за новостями. Последствия придётся разгребать ещё долго, особенно те, что после пожара: устанавливать причину, удалять запах гари из ратуши, ремонт проводить раньше запланированного срока. Про причину пожара слухи ходят всякие, но в дни перед защитой программы по должности шерифа люди не успевают отдохнуть от новостей. Уникальные кадры невероятного спасения мэра от пожара! Пожар в городской ратуше. Кто виноват? Здоровье мэра под угрозой? Когда она сможет вернуться к обязанностям? Общественное рассмотрение программы на должность шерифа переноситься не будет. Когда мы узнаем, ждут ли нас изменения в департаменте шерифа? И под каждым заголовком фотографии: не совсем качественные, но героини узнаваемы и неизменны.

***

— Ещё, — двигает Эмма стакан, пытаясь унять подрагивающие пальцы. Не каждый вечер случается тушить пожары в городской ратуше и вытаскивать из огня Реджину. Руби наливает. Телевизор уже вовсю показывает местные новости, привлекая внимание нескольких засидевшихся посетителей. — Серьёзно? — взмахивает Эмма рукой. — Ну вот когда они успели снять? — Ну может, это Сидни? — облокачивается Руби на стойку. — Он же вечно сразу тут, если и ты здесь. Может и там тебя поджидал. — Ну, — не отрывает Эмма взгляда от телевизора. — Если это он, то попадёт ему от Реджины. — Дурачок несчастный, — пожимает Руби плечом. На экране застывший кадр фотографии: Эмма тащит на себе Реджину, вцепившуюся в её плечо. — Крутая ты! — усмехается Руби. — Что? — замечает она, как Эмма отворачивается от телевизора, утыкаясь взглядом в стакан. — Переключить? — Пофиг. Неважно, — постукивает Эмма пальцем по стеклу. — Как неважно? — восклицает Руби. — Отличный кадр в твою пользу. Нет? Ты чего, подруга? — Зал, который горел. Там мы должны были защищаться. Я и Грэм, — делает Эмма остановку на глоток. — Защита открытая, по-любому куча людей должна была прийти. Руби оживленно кивает: ну ещё б! А что ты хотела? Тут это целое событие. Плакаты даже агитационные стали расклеивать. — А что, если бы всё это случилось не сегодня? — смотрит Эмма на Руби, и у той округляются глаза. Она тут же прибавляет звук, наклоняется ближе. — Думаешь, это кто-то специально сделал? — громко шепчет она. Эмма пожимает плечами. — Кто это может быть? — не унимается Руби. Тот, кто не хочет изменений. Тот, кто хочет изменений и грязно подыгрывает ей. Тот, у кого мозгов не хватило соблюдать правила пожарной безопасности. Кто-то по личным мотивам: жертв могло быть от двух до сотни. Или по совсем обезличенным — просто ради пиротехнического садистского прикола. Да кто угодно. — Сначала надо установить причину, — кивает Эмма сама себе. — Грэм обещал позвонить сразу, как они только что-нибудь выяснят. Опять же — я не заметила ничего подозрительного. — А что было вообще, когда ты там была? Что было? Чего-то они там ругались, кажется, — жмурится Эмма. Сейчас всё уже кажется таким далёким. Наверное, из-за директора школы. А, да! Реджина наведывалась к директору школы и пару раз намекнула ему, что мисс Свон — не вполне проверенная кандидатура на подобного рода лекции, и что такие позиции надо согласовывать сначала с ней, с Реджиной. Эмма пришла в мэрию, чтобы спросить, что именно Реджина имела в виду под «проверкой кандидатуры», и началось. Ну что было? Глаза друг на друга позакатывали пару раз да и по домам уже собирались. — Так, мелочи всякие обсуждали. — Налить тебе ещё? Сотовый вибрирует. Эмма немедля достает. — Что там? Новости от Грэма? — наваливается Руби на стойку. — Не. Это Генри. Генри: ты как? Эмма: всё норм, не переживай. Не спится? Генри: я новости смотрел, не могу уснуть и мама ещё кричала на кого-то по телефону Эмма: ну она стрессует наверное. Не принимай на свой счёт Генри: а ты не стрессуешь? — Так налить, Эмс? — Не, я пойду. Мне ещё готовиться надо. Эмма: я уже получше. Как Реджина? Генри: говорит, что всё в порядке. но видно что хромает

***

— Может, вам всё-таки взять больничный? — нервно покачивается на носочках Сидни у входа в домашний рабочий кабинет мэра, так и не решившись войти в покои госпожи. — Сидни, какой больничный? Я в полном порядке! — хлопает Реджина по подушке. По одной из множества: вся она обвалена одеялами, подушками и пледами со всех сторон. Вся кушетка — сплошная перина, и Реджина на ней удивительным образом прекрасно держится. — Один день поработаю дома. Тем более выходной. Давай, докладывай по порядку: пожар, защита и сам знаешь что. Вернее кто. — Про пожар кое-что выяснили, нужно только уточнить детали, но шериф Грэм сделает это самолично. — А про место для слушания? Где ещё можно провести? Проанализировали? Какие предложения? — Есть пара подходящих мест, но нужно ваше согласие. Я всё отправил на почту, — преклоняет он голову. — И последнее, — призывно машет Реджина: выкладывай давай свой каждодневный отчёт. — Вчера наша общая знакомая, — оборачивается Сидни и говорит чуть тише, — была замечена в баре. Потом отправилась домой к мисс Бланшар, но прежде чем зайти внутрь, долго говорила с кем-то по телефону. — И? — Она уже собиралась войти. Но почему-то остановилась, как будто передумала заходить, затем вернулась в машину и потом кому-то позвонила. Ничего не было слышно, — опережает он следующий вопрос. — А сегодня она куда-то торопилась. Делала много звонков, но все они были короткие, и после… — Мам! — радостно разносится из гостиной. — К нам пришли! — Кого там ещё?.. — ворчит Реджина, подбирая подушку поближе. — Сидни! Почему ко мне без записи? — Но… У вас сегодня выходной, мадам.

***

— Я не понимаю, у меня сегодня что? День открытых дверей? — и даже среди этой кучи подушек с выставленной ногой на валике из пледа Реджине удаётся сохранить свой обычный мэрский тон. Все слева направо: Сидни, доктор Вейл, шериф Грэм и Свон с этой глупой улыбкой. — Надо прояснить некоторые детали, — вступает первым Грэм. — Могу я попросить всех непричастных подождать снаружи? — А Свон почему не уходит? — даже не смотрит Реджина в её сторону. — Вы обе были последними на месте происшествия, поэтому было бы неплохо, если… — Ладно, — прерывает Реджина. — Давайте поскорее как-нибудь. Выяснилось, что причина пожара в перегрузке электросети из-за проектора. Того самого проектора для выступления. В связке с краской случился взрыв и, как следствие, пожар. — Я просила проверить работу проектора, — с возмущением начинает Реджина. — Но это было три дня назад. А что там делала краска? Подготовка к следующему ремонту. Планировали заранее, как и всё в этом помещении. Грэм всё говорит и говорит, записывает и записывает. — А что тут делает мисс Свон? Почему её не допрашивают? — Ну… — вышагивает Эмма, вытаскивая руки из карманов. — Это вообще-то моя была инициатива. Так принято по уставу. Если конечно и на этот счёт у вас нет своих правок. Но мне нельзя никого допрашивать, так как я сама была на месте… — Мисс Свон, мы все уже поняли, какая вы вся высокопрофессиональная, — прикрывает Реджина глаза. — Вот только эти ваши волонтёрские начала начинают меня немного раздражать. Я вообще-то на больничном. А вы даже не удосужились заранее меня оповестить. Эмма покашливает, и Грэм, опустив взгляд, продолжает. — По уставу шерифа, безопасность каждого жителя города, в том числе и мэра, — это его основная миссия. — Как это понимать? — смотрит Реджина теперь только на Эмму, потому что уж теперь-то точно понятно, что Грэм тут вообще ни при чём. — Доктор Вейл! — выкрикивает Эмма. — Заходите! — Вот так больно? — Нет, — коротко выдыхает Реджина. Сидни давно уже след простыл. Грэм тоже слинял. — А вот так? — выглядывает исподлобья доктор Вейл, но Реджина на него не смотрит. — Мисс Свон, вам тут обязательно стоять? Вы, кажется, в помощники шерифа метили, а не на должность медсестры. — Я не могу уйти, — цокает Эмма, покачивая головой. — Вы вчера сказали, что я не очень бережно опустила вас на землю. Поэтому мне нужно убедиться, не нанесла ли я вам урон и в какой степени, если да. — Очень больно, — безэмоционально произносит Реджина. — Доктор Вейл, мне очень больно, — и тот растеряно распрямляется: прямо сейчас он даже пальцем не касался её ноги. — В самой сильной степени, доктор Вейл. Эмма посмеивается, направляясь к выходу из кабинета. — И куда это вы там собрались? — кричит Реджина. Будет тут расхаживать по её дому, когда она даже встать не может и проследить за ней. — Суп вам разогрею! Надеюсь, томатный вам понравится. — Так, ладно, — бубнит под нос Вейл, притворяясь, что ничего вокруг не происходит. — Повязки, компрессы, обезболивающие и больничный на неделю. Неделю? — дёргается Реджина и шипит. Какую ещё неделю?

***

Про причину пожара слухи ходят разные, но быстро всё выветривается, в отличие от запаха гари в городской ратуше. За новостями и событиями надо поспевать. На носу — общественное слушание программ для должности шерифа. Мало кто понимает, почему это, для чего, да и что значит само словосочетание, но когда ещё можно было встретиться всем вместе и так здорово провести время? Именно это чаще всего улавливает Эмма в словах Мэри Маргарет. — Ты хоть помнишь, что это соревнование? — подшучивает над ней Эмма. Мэри Маргарет меняет наряд, никак не может решиться, какой именно выбрать. Но про соревнование она конечно же помнит! Вчера вечером расклеивали листовки по всей главной улице. — Не одна ведь расклеивала? — улыбается Эмма. Видно ведь, что не одна. Довольнющая вся. — Потом расскажу, — радостно шепчет Мэри Маргарет. — У тебя телефон, — указывает она, — моргает. Р.Миллс: Томатный суп — ужасный. Мисс Свон: Там ещё грибной и куриный Р.Миллс: Я такую гадость не ем. Мисс Свон: Вам ещё повезло, что я сама его не готовила :) С супами, как и с выпечкой, у меня не очень. Р.Миллс: Я в состоянии заказать себе продукты самостоятельно. Мисс Свон: Жаль, вас не будет на слушании. Тут все готовятся. Конкурс на лучший хот-дог устроили. Вот бы вы там сказали всем, что не едите такую гадость. Р.Миллс: Все готовятся, кроме вас, видимо. Мне даже не нужно быть на этом слушании. Хотя я бы с удовольствием понаблюдала, как вы провалитесь. Мисс Свон: Уверена, вам принесут фотографии.

***

Реджина перелистывает фотографии. Морщится, но листает. — И как всё прошло? — Голоса считают прямо сейчас. Всё прошло на главной площади. — Они что, действительно устроили фестиваль хот-догов? — взмахивает Реджина фотографией. — Ладно, лучше расскажи, как она провалилась. — Был один момент, — прокашливается Сидни. — Кто-то вспомнил про пожар, и начались разговоры, поднялась небольшая смута. Были предположения, что мисс Свон могла быть к этому причастна. Хотя были и другие, — добавляет Сидни не без сожаления, потупив взгляд. — О том, что контроль над противопожарной обстановкой недостаточен. — Контроля им недостаточно? — подскакивает Реджина на подушках. — Я им покажу, контроля им недостаточно. Совсем там распоясались без меня, — елозит она, пытаясь встать. — Но мисс Свон всё это прекратила. Реджина замирает. — Она заявила, что если бы город был подготовлен по последнему слову безопасности, то мы бы никогда не спорили о том, кто виноват. А просто посмотрели бы себе в камеры наблюдения. Проверили бы свои компьютеры и… эээ… специальные программы, — читает Сидни с блокнота. — Ты что, за ней записывал? Дай, — поднимается она с кушетки. Реджина пробегается по словам, а видит только её лицо. Сидни даже её некоторые словечки записал, сохраняя стиль. — Признаюсь, мисс Свон меня впечатляет, — решается Сидни, хоть и шёпотом. — И это было потрясающее выступление. — Надеюсь, ты проголосовал правильно, — сжимает Реджина губы. — Госпожа, вы только подумайте: у нас будет доступ ко всем этим камерам. — Это не освобождает тебя от обязанностей.

***

Только больничный может освободить от обязанностей, но и он когда-нибудь кончается. Мисс Свон: Даже не поздравите меня? Р.Миллс: Вы уверены, что это повод для поздравления? Вы даже не знаете, что вас ожидает. Мисс Свон: это же не угроза? Пусть будет типа как «добро пожаловать, вас ждёт много сюрпризов» Р.Миллс: Получите свою первую зарплату, оплатите штраф и можете уезжать обратно. Мисс Свон: А если не уеду, что будет? Р.Миллс: Не напрашивайтесь. Новость за новостью, и под каждым заголовком фотографии: не всегда качественные, но героини узнаваемы и неизменны. И под последней новостью: «мэр лично поздравила нового шерифа с победой» в кадре мисс Свон и мадам мэр. Эта фотография вышла удачней предыдущих. — И… чуть поближе, — указывает Сидни, стоя с камерой наготове. В мэрии ещё немного витают остатки недавнего пожара. Между мэром и радостным шерифом метры расстояния, но и сейчас между ними проскакивают невидимые искры. — Поближе, пожалуйста, — просит Сидни ещё раз. Эмма протягивает руку для поздравительного пожатия. Реджина резко подступает вперёд, неожиданно мило и искренне улыбается. — Эта улыбка не для вас, мисс Свон, — замечает она пристальный взгляд мисс Свон на своих губах. — Смотрите в камеру, — цедит Реджина сквозь зубы. Камера щёлкает, ещё раз. Вспышка, пауза. Вспышка! — Поздравляю, — жмёт Реджина её руку. — Добро пожаловать в ад.