Без поцелуя не считается

— Госпожа. — Ну что, Сидни? Я работаю. Говори скорее. — Я пришёл на мероприятие, которое вы упомянули. Под названием вечеринка. — Ну молодец. Иди и делай… что там на них делают? Но уж точно не названивают своим начальницам. Не звони мне. Сидни Гласс: Жёлтая машина мисс Свон на парковке недалеко от кафе. Припаркована правильно. Реджина выдыхает и откладывает телефон. Подальше откладывает. Смотрит на него несколько секунд, хватает и отключает даже вибрацию. Тридцать минут, — засекает она время. Тридцать минут минимум без отрыва и ни на что не отвлекаться. Скоро там эти полчаса кончатся? Сидни Гласс: В кафе сейчас всё иначе. Играет незнакомая мелодичная музыка, и все столы сместили в один большой длинный ряд у стены. Предполагаю, ожидается большое количество народа. Сидни Гласс: Руби Лукас сейчас не официантка. Она одета очень нарядно. Даже нарядней, чем когда официантка. Сидни Гласс: Может, госпожа тоже желает посетить мероприятие? Сначала здесь было непривычно, но теперь обстановка становится уютней. Полагаю, это из-за освещения. Сидни Гласс: Стали появляться другие граждане кроме мисс Бланшар и мисс Лукас. Все они одеты нарядно. Музыка постоянно сменяется, но всегда приятная. Сидни Гласс: Заместитель шерифа Грэм тоже здесь. Он одет в обычную одежду и от него приятно пахнет, но чрезмерно заметно. Сидни Гласс: Если госпожа желает, она может прийти позже. Я услышал, несколько людей восторженно вскрикнули «вечеринке не будет конца». Сидни Гласс: Люди пьют красивые напитки и улыбаются. Реджина проматывает сообщения в поисках определённой фамилии. Как это машина есть, а самой её нет? Тем более и Лукас, и Бланшар там с самого начала. Сидни Гласс: Я не наблюдаю мисс Свон. Вероятно, из-за того, что людей теперь гораздо больше. Один мистер случайно наступил мне на ботинок и вежливо извинился. Сидни Гласс: Мисс Бланшар велела приглушить музыку и начала мероприятие внутри этого мероприятия. Люди выходят в центр и выполняют упражнения, которые она им предлагает. Я слышу смех. Сидни Гласс: Мне жаль, что вам приходится работать в такой дивный вечер. Сидни Гласс: Если госпожа желает, я могу договориться с мисс Бланшар, чтобы она устраивала это каждую неделю. Я вижу одобрение толпы, а она выглядит очень счастливой. Особенно после того, когда тот мистер появился. Госпожа: Сидни, хватит мне писать. Иди возьми красивый напиток, выпей его до дна и выполняй упражнения Бланшар. Это приказ. Сидни Гласс: Вас понял, госпожа. Свон: *отправила изображение. Загрузить изображение? И ещё одно. Загрузить изображение? А это загрузить? Реджина только успевает щёлкать по сообщениям, а когда первые картинки прогружаются, раскрывает рот в немом возмущении. Свон: Смотри-ка, я стою на твоём аккуратном газоне. Обещаю сильно не топтаться. Красиво тут у тебя, Реджина. Свон: Да, да, я знаю — и в твоём огромном доме есть сигнализация. Но я уверена, что она включена только ночью, когда ты уже там. А ты же сейчас работаешь, да? Свон: Твоя спальня на втором этаже? Можешь не отвечать, я и так знаю. Смотри, какая красивая фотка твоего окна! Открытого? Ну это я сейчас выясню. Свон: Совет по безопасности: если твоя комната расположена над гаражом с удобной крышей, лучше окна всё-таки закрывать. Свон: Это я лежу на твоей постели. Ничего, что в обуви? Не стала разуваться, я ведь ненадолго, не волнуйся. А жаль. Удобная постелька. Удобней твоего офисного дивана. Свон: Я только что выполнила беспрепятственное проникновение в твои прикроватные тумбочки. Реджину трясёт, но она не может не дочитать. Это всё? Что дальше? Где сообщения? Ты где, Свон? Куда за тобой ехать? Р.Миллс: ТЫ ГДЕ Пустое молчание. Реджина накидывает пиджак, задыхаясь от гнева, не с первого раза поймав рукав, хватает телефон. Два новых сообщения. Свон: *отправила изображение. Загрузить изображение? Коробка! Это же её коробка, её личная вещь, она у неё. Где это? — вглядывается Реджина, но своновские кроссовки на переднем плане закрывают остальной вид. Следующее изображение — решётка камеры. Департамент шерифа. Я тебя в эту камеру засажу! — хватает Реджина сумку на ходу. Я тебя… Я просто тебя… Как вообще посмела? Это уже ни в какие рамки не входит! Так нельзя! — Ты совсем? — влетает Реджина в офис, но когда видит коробку прямо на столе, резко притормаживает, захлопывая за собой двери. — Дада, правильно! — усмехается Эмма, так и посиживая с закинутыми на стол ногами. — Ты закрой всё. А я пока тут всё открою, — тянется она к коробке. — Ты вообще? — надвигается на неё Реджина, и Эмма резво вскакивает навстречу. — Ты перешагнула все границы, Свон! — кидается на неё Реджина, хватая за рубашку, резко потянув на себя. Но Эмма перехватывает её запястья и ловко разворачивает к столу. — Тише, Реджина, — припирает она Реджину к столу. — Я не трогаю руками, — поднимает она руки, замечая испуг на лице, продолжая удерживать одним лишь телом. — Свон, — дёргается Реджина, но останавливается: Свон сильная. Свон неожиданно сильная. — Я ничего не буду делать, пока ты не разрешишь, — тише говорит Эмма. — Но почему ты сразу не сказала мне, что вибратор? — игриво добавляет она. — Могла бы намекнуть. — Да как ты вообще посмела? — толкается Реджина. — Я тут просто думала, — обхватывает Эмма руками край стола с обеих сторон, отрезая пути отступления, — я всё думала, что тебе больше нравится? Когда твою дисциплину нарушают или когда ты её восстанавливаешь? Конечно же дело не в галстуках, не в наручниках и не в ремне. Дело в твоих законах, на которых ты помешана. В твоих правилах. — Ты просто вот это всё подумала и поэтому решила залезть ко мне в окно? — злобно хмыкает Реджина. — Так мы проверим? — подшагивает Эмма ближе, упирая Реджину в стол. — Мою теорию. Ты уже сейчас заводишься или это случится позже, когда ты решишь меня выпороть? — склоняется Эмма к её шее. — Или к тому моменту ты уже вся потечёшь? — шепчет она в кожу. — Замолчи-и, — утыкается лбом Реджина в её плечо. — Заставь меня. Заткни мне рот. Усядься сверху, как ты любишь. Заодно и проверим, права я или нет, — раскачивается Эмма, легко толкаясь. — Сейчас же замолчи, — забирается Реджина руками под её расстёгнутую рубашку, сжимая ткань майки под ней. — Нет, — подталкивает её Эмма, и Реджина подсаживается на стол. Хотела бы, чтобы я замолчала, давно бы так сделала. Я тебя даже уже не удерживаю. Давай лучше я усажу тебя дальше на стол. Тебе же так это нравится, Реджина. Только сначала сними всё лишнее. Или через бельё? Я не буду тебя трогать, обещаю, буду только держать вибратор. Как скажешь, так и будет. Ты же тут у нас диктуешь правила. Столько смазки хватит? Больше? Я знала, я так и думала. Тебе самой нужна или уже не нужно? Снимай, конечно снимай. Только трусики? Ты в чулках, Реджина, как же хорошо. Да-а, очень хорошо, очень удобно. Можешь в следующий раз надеть только чулки, бельё не надо. — Свон, если не замолчишь, я свяжу тебя ими в следующий раз, — сверкают глаза Реджины. Конечно же я не замолчу. Конечно же свяжешь, Реджина. Да скинь ты уже свои туфли, они мешают только, забудь про них. Обхвати меня ногами и юбку повыше задери, я чувствую, ты этого хочешь. А я хочу, чтобы ты запачкала мне весь стол. Ха! Да? Ну конечно же я всё уберу потом, вылижу его после тебя, хочешь? Нравится, когда я так говорю? Слышу, что нравится. Дыши ещё чаще. Я бы и тебя вылизала. Заставила бы встать на четвереньки прямо на стол и прошлась бы по тебе везде, где достала бы. — Эмма, — крепко перехватывает Реджина её запястье, — продолжай, — двигается она, подстраиваясь. — Говори так ещё, — просят её глаза. Думаю, ты так часто хочешь меня наказать только по одной причине. Ты сама напрашиваешься. Издеваешься надо мной не просто так, да? Это сначала я бы тебя вылизала, Реджина, заставив прогнуться. Хотя знаешь, ты сама бы выгибалась, выпрашивая ещё. А потом я наказала бы тебя как следует. Что? Что такое? Реджина не может сказать, так часто дышит, жадно раскрыв рот, но смотрит на Эмму, на её грудь, на плечи, шею, стягивая рубашку, тянет майку, выискивая место. — Хочешь укусить? — склоняется к ней Эмма. — Можно, но только плечи. Слышишь? Только плечи можно и не до крови. Как же ты стонешь, я слышу прямо внутри себя. Реджина, я бы наказала тебя, я бы так тебя отделала, ты бы сладко кричала. Да! Так, — замирает рука. Эмма не сразу выключает вибратор: позже, когда Реджина отпускает её запястье, придя в себя. Они смотрят друг на друга, пока дыхание не становится ровнее, и Реджина облизывает пересохшие губы. — Хочешь пить? Кофе, может, сделать? — отодвигается Эмма, позволяя Реджине встать на ноги. — Залезла ко мне в дом, стащила мой вибратор, усадила на свой стол, заставила кончить и только теперь кофе предлагаешь? — улыбается Реджина, и Эмма смеётся. — Слушай, я вообще-то звала тебя на обед не один раз. И кстати, ты сама залезла на мой стол, — защёлкивает Эмма смазку, но в коробочку не убирает. — Хочешь ещё? — Мне надо идти, — тянется Реджина к сумке. — Надеюсь, я взяла салфетки. Я вообще-то не рассчитывала сегодня сидеть на твоём столе, — усмехается она, глядя на Эмму. — Ты испугалась? — наблюдает Эмма за тем, как Реджина торопится, собираясь. — Сначала, мне показалось, я напугала тебя. — Ты быстро исправилась, — отвечает Реджина, не глядя, поправляя юбку. — Хорошо, — кивает Эмма. — Но этого не было бы, если бы мы договорились. Я принесу анкеты. Ну и анализы. Могу выслать, если ты занята. Но всё равно лучше лично и устно. — Ладно, — выдыхает Реджина. — Не знаю, что за анкеты, и не обещаю, что успею… — Уже уходишь? Может, хотя бы кофе? — потирает Эмма приятно ноющее плечо. — Свон, ваши кружки, немытые годами, и то, что ты называешь кофе, что на самом деле только одно название, навсегда отбили у меня желание хоть что-то тут пить, — поправляет Реджина волосы. Потом меня угостишь. Ладно? Мне пора бежать. Правда пора. И унеси всё обратно. Только вымой сначала. Ну и стол, конечно тоже. Нет, даже не повторяй сейчас, что ты мне про него до этого сказала, иначе я отсюда так и не уйду.

***

Р.Миллс: Ты специально оставила свою машину у кафе? Свон: Ты же не хотела, чтобы твой Сидни проследил за мной и на этот раз? Свон: Мне нравится домашнее порно. Но я хочу сама его снимать. Р.Миллс: Прекрати, я правда стараюсь работать. Свон: Как тебе там работается? Спорим, только про домашнее порно сейчас и думаешь? ;) Р.Миллс: Я предпочитаю фотографии. Свон: *отправила изображение. Загрузить изображение?

***

Сидни смотрит только на неё, даже не моргает. Иногда поглядывает на минутную стрелку на часах над входом, но потом снова переводит взгляд на мисс Свон. — Мадам не одобрит. — Да слышала я уже, — упирается Эмма локтями в расставленные колени. — Ты-то чего переживаешь? — Она приходит пораньше для того, чтобы подготовиться к рабочему дню, мисс Свон. — Слушай, Сидни, ты же её секретарь, — проверяет часы и Эмма. — Тебе самому разве не надо готовиться к её приходу? Кофе там наварить, папки ровно разложить, — размахивает она рукой. — Мадам не одобрит, — всё же поднимается Сидни с места, и дверь приёмной распахивается. — Сидни, — не глядя, проходит Реджина, — хорошо, что ты уже здесь. Мне нужно всё по той гражданской инициативе… — останавливается она, обнаруживая Эмму на стуле для ожидающих перед дверями своего офиса. — Мисс Свон, — начинает она, но не заканчивает. Всё остальное взглядом говорит. — Доброе утро? — улыбается в ответ Эмма. — Ну? Дальше надо сказать «доброе утро». «Мисс Свон, доброе утро», — улыбается она шире, и Реджина поддаётся, улыбаясь в ответ, поматывая головой. — Я пытался объяснить, мадам, — чуть громче говорит Сидни, управляясь с кофемашиной, пока Реджина открывает офис, пропуская Эмму вперёд. — Дада, Сидни, ты молодец, — выкрикивает ему Эмма, и Реджина закрывает двери. — Он правда старался. Сказал мне, что «мадам не одобрит», целых девять раз. — Так и есть, — усаживается Реджина на своё рабочее место. — Он же не знал, что ты динамила меня все выходные и у меня не осталось другого выхода. Реджина, не глядя, набирает номер, включая громкую связь. — Сидни, чем я занимаюсь в выходные дни? — Сыном, домом и работой при необходимости. — Видишь? — отключает Реджина громкую связь. — Я так тебе и написала. Потому что так и есть. — Сидни, — включает Эмма громкую связь обратно, игнорируя отгоняющие шлепки Реджины по своей руке, — а какой сегодня день? — Мисс Свон, вы, должно быть, знаете: сегодня понедельник. — Видишь? Поэтому я пришла сама только сегодня, — кивает Эмма на компьютер: давай, открывай. Реджина выдыхает, но двигается и набирает пароль. — Не смей подглядывать, — шипит она, прикрывая клавиатуру рукой. — Мадам, я вам всё ещё нужен? — напоминает про себя Сидни. Реджина отвечает не сразу, потому что уже открыла документ и уже его читает. Требуется несколько секунд, чтобы собрать мысль: — Сидни, не приноси кофе. Ничего не приноси пока, — отключается она. Дающая сторона. Принимающая сторона. Анальное проникновение, вагинальное проникновение, оральная стимуляция «укажите место», стимуляция рукой «укажите место», длительное сексуальное воздержание, щипки, укусы, засосы, порка «укажите место», использование секс-игрушек, использование льда, использование воска… — Ты скажешь что-нибудь уже или нет? — подпирает Эмма подбородок рукой, с удовольствием наблюдая за глазами Реджины. Огонёчек загорается. Реджина только сейчас отрывается от монитора, а там ещё читать и читать. — То есть, если я правильно понимаю, ты хотела обсудить это сейчас? — переплетает она пальцы в замок. — Устно? — смотрит она на Эмму. — Ну, кое-что. Я уже заполнила свою анкету. Жду от тебя твою. Болевой порог нужно определить вместе и стоп-слово тоже. — Стоп-слово? — Да, Реджина, стоп-слово. Нам с тобой точно нужно стоп-слово, — по-озорному улыбается Эмма. — Ну и вообще, вдруг у тебя будут вопросы. — Да, у меня есть вопросы. Один. Сейчас. Ты решила обсудить это в офисе? — возмущённо произносит Реджина. — Сегодня? Когда у нас планёрка и рабочая встреча? — приподнимаются её брови, и Эмма невинно пожимает плечами: ну да, типа, и что? — Отшлёпала бы тебя, да времени нет совсем, — приговаривает Реджина, снова набирая Сидни. — Сидни, найди место в моём расписании для мисс Свон, — медленно водит она пальцем по губе, глядя на Эмму. — Нет, нужно сегодня. Только в три? После рабочей встречи? Да, меня устраивает.

***

Р.Миллс: Я хочу встретиться раньше. Свободна в обед? Р.Миллс: Сними номер. Тот, в который ты заехала сначала. Свон: Вибратор нужен? Р.Миллс: Нет. Встреча будет быстрой. Ты будешь на кровати. Я буду на стуле напротив. Свон: Сначала анкеты. Р.Миллс: Свон. Я выпорю тебя за отказ. Свон: Да, обязательно. Но после анкеты. Р.Миллс: Я надеюсь, у тебя очень высокий болевой порог.

***

Реджине не нравится. Она ещё ничего не сказала, но по её лицу и по всеобщему напряжению, натягивающемуся, словно резинка, которую скоро отпустят, понятно одно — Реджине не нравится. Эмма гадает, наблюдая сразу за всеми, слушая доклад выступающего о предложении от граждан. В чём именно причина, Реджина? В том, что кто-то там проявил инициативу? И даже уже приступил? Или в том, что ты пока не контролируешь процесс? Реджина не хочет этого контролировать, ничего не хочет. Она не желает слушать даже, но приходится. Предложение по обновлению заброшенного кемпинга просят включить в программу по благоустройству городской среды. Кемпинг хотят использовать и для семейного отдыха, и для организованного времяпровождения детей. Детский летний лагерь. И Эмма больше не задаётся вопросами. Доклад окончен. Мадам мэр размыкает губы, но молчит. Резинка натянута до предела. — Решение будет принято только после одобрения шерифом, — произносит она спокойно, но губы сжимаются всё равно. — Что у нас следующее на повестке? Мэр не велит шерифу остаться после рабочей встречи, но Эмма остается всё равно. — Я не буду делать то, что ты попросишь, — начинает она сама, пока Реджина укладывает документы, опустив взгляд. — Шериф Свон, я ещё не давала вам никаких поручений. Эмма молча ждёт: эти бумажки закончатся, и Реджина всё равно на неё посмотрит. — Я хочу, чтобы ты не дала одобрения, — сдаётся Реджина. — Команда уже работает, хочешь ты этого или нет. — Это не относится к территории города. Мы не сможем включить это в программу. — Фактически Сторибрук не заканчивается домами и улицами, территория шире. — Но мы почти всё уже согласовали, проект уже готов, не будем же мы его менять? — Брось, Реджина. Вы тот приказ на право собственности каждый раз переделываете, и почему вы вообще его рассматриваете, он нафиг никому не сдался, а программу по благоустройству даже ещё не согласовали. Можно успеть включить. — Я не понимаю, — раздражённо откидывается Реджина в кресле, — почему ты так упорно хочешь, чтобы это произошло? — опять берётся она за бумаги, перелистывая, утыкаясь в них глазами, будто что-то там выискивая. Эмма подсаживается рядом, берётся за край бумаги, останавливая бесцельное перелистывание, заставляя Реджину посмотреть на себя. — Я была там вчера. У них есть доступ к воде и даже электричество. Они обновляют домики и расчищают территорию. Ну то есть они реально настроены… — Кто это вообще придумал? — Ну, какая разница? — отбирает Эмма листочки из её рук, пропуская в ответе причину, по которой она была приглашена в это место и кем именно. — Это хорошая идея, Реджина, и ты сама это знаешь. — Мы же и так стараемся, чтобы в городе было комфортно и хорошо! — восклицает Реджина. — Не всем нравится комфортно и хорошо. Кому-то нужен тихий парк с удобными скамейками, велосипедными дорожками и фонтанами, а кому-то нужны приключения. Ты знаешь, как заставить подростков перестать шататься у заброшенных шахт? Я — нет, — мягко улыбается Эмма. — Но… — не находится Реджина. — Дьявол! — шлёпает она по столу. — Реджина, — тихо зовёт Эмма. — Если у них всё-таки получится, и лагерь заработает, если детям захочется туда поехать, то их родители хотели бы быть уверенными, что им там будет комфортно и хорошо. Так ведь? Ты сама знаешь, что так. Включи кемпинг в программу, иначе не сможешь всё контролировать. Реджина обхватывает лоб рукой, сдавливая пальцами. — Это манипуляция, — шепчет она. — Это твоя любимая «логика». Я не хочу этого так «упорно», как ты сказала. Но оно уже происходит. — Ладно, — выдыхает Реджина. — Но ты там всё проверишь: каждый метр, каждое дерево, воду, электричество, диких животных… — Это поручение? — посмеивается Эмма. — Да. Это поручение. Именно об этом я и хотела сказать с самого начала. — Нда? А мне показалось, ты сказала что-то другое. — Тебе действительно показалось. И я знаю, чья это инициатива. Могла бы и не увиливать и просто мне сказать. Наверняка после той своей вечеринки все они остались и решили спьяну переехать жить в лес. Зал заседаний давно пора покинуть, рабочая встреча и так затянулась, но им не хочется. Хочется перекидываться этими простыми приятными подковырками, медленно собираясь. — Всё-таки надо было тебе соглашаться на ту вечеринку, — усмехается Эмма. — И ничего бы этого не было. Ни кемпинга, никаких проблем вообще. — Мне понравилось пропустить вечеринку, — останавливается Реджина, опираясь о стол, и Эмма тоже никуда не торопится. — Мадам мэр! — выкрикивает Сидни из дверей. — У вас назначен звонок через десять минут. Вы ещё успеваете вернуться на рабочее место. Или перевести его вам на личный? Реджина проверяет часы и хватает сумку. — Мы не уложились, — кидает она Эмме на ходу. — Уже полчетвёртого. Сегодня встречи не будет. Сидни всё ещё ждёт, придерживая двери. — Ясно, — выдаёт Эмма. А что тут ещё сказать? — Надо было соглашаться на обед, Свон.

***

Р.Миллс: В одиннадцать вечера жду дома. Не опаздывай. Заходи без звонка и без стука, не шуми. Я буду в рабочем кабинете, поэтому в этот раз ограничься дверью и первым этажом. Кое-что действительно нужно обсудить лично и устно. Свон: Кроссовки снять, когда приду? Р.Миллс: Даже кроссовки не снимай.

***

В доме тихо, свет только на первом этаже и тот приглушён. Реджина не сразу замечает Эмму, так осторожно открывается дверь, а когда отрывается от бумаг, взглядом призывает сесть рядом. То, что сначала показалось Эмме строгим серебристым костюмом, — на самом деле пижама. Эмма усаживается рядом на кушетку, замечая, что и макияжа на Реджине нет. — Предложила бы тебе выпить, — вручает ей Реджина документы, — но ты указала, что не пьёшь. — Не пью перед сексом, — бросает Эмма быстрый взгляд на бумаги. — Погоди, как это понимать? — Выпить хочешь? — тут же предлагает Реджина с ухмылкой. — Всё ещё злишься на мой отказ пообедать? — улыбается Эмма. — Результаты моих тестов, — кивком указывает Реджина на бумаги, возвращая себе деловой тон, — а на втором листе — твоя анкета. Я распечатала её и закончила со своей стороны. Если я правильно поняла про дающую и принимающую… — не заканчивает она, не поднимая взгляда. — Да, всё верно, — пробегается Эмма глазами по тексту. — Ты готова быть дающей на все мои принимающие? — хмыкает она. — Что тебя удивляет? Правда, анального проникновения я не практиковала ни с какой стороны, так что тебе придётся провести инструктаж. — Ладно, — быстро облизывается Эмма. — Инструктаж. Окей. Будет. — Игрушки? Для проникновения. Ты написала, что может быть и игрушка. — Да, — хрипнет голос, и Эмма прокашливается. — Есть одна штуковина, и я подумала, тебе она может тоже понравиться. С вибратором с одной стороны. — Хорошо, — со всей серьёзностью, — допиши, — протягивает ей Реджина ручку. — Только у меня, кроме того вибратора, ничего больше нет. — О, это не проблема. И знаешь, ещё я подумала про игрушку для стимуляции… короче, для тебя. Вакуумный вибратор. Вообще без прикосновений. Только для клитора. Тебе же это нравится? — добавляет Эмма, когда Реджина так и не отвечает. — Вообще-то… мне нравится, — подбирает Реджина слова, — стимуляция всей, всего… — жестикулирует она, пытаясь изобразить. — Всей вульвы? — кивает Эмма вопросительно. — Киски? — улыбается она, замечая замешательство Реджины. — Какое название тебе нравится? Что-нибудь жёстче? — Пусть пока будет вульва. Для анкеты. Допиши, — указывает она кивком. — Вуль-ва, — усердно диктует Эмма, и Реджина подталкивает её плечом, посмеиваясь. — И я сказала «пока что». Допиши. — Погоди, — останавливается Эмма. — Это мы должны писать в твоей анкете. Где она? Ага. Несколько секунд в тишине. Эмма перечитывает ещё раз. Хмурится. Стимуляция вибратором и засосы — вот и всё, что указано. — Что тебя смущает? — удивляется Реджина. — Не сможешь поставить засос? — Просто… — переворачивает Эмма анкету, как будто с другой стороны что-то есть, хотя сама ведь её и подготовила. — Ты ведь помнишь, что её можно изменить в любой момент? — Да, Свон, я внимательно прочитала прилагающиеся правила. Из важного: запреты — выучить наизусть, выбрать стоп-слово, определить порог, и эти, — взмахивает она рукой, — всё это остальное. Так что перейдём к запретам. Твои: не бить по лицу, никакого алкоголя. Верно? — и Эмма кивает. — А у тебя нет запретов? — пробегается Эмма по нужной графе. — Запрещено всё, что не разрешено. Читай выше. Только я не понимаю, куда внести… как бы это назвать? — приподнимает Реджина голову, отводя взгляд. — Всё то, что ты мне говорила в последний раз. — Не понимаю. Так ты всё-таки хочешь, чтобы я сделала всё, что сказала? Про стол и на четвереньках? — Я хочу, чтобы ты говорила все эти вещи, — разглаживает Реджина пижаму, которая и так шёлковая, — говорила бы разные вещи, — не смотрит она на Эмму, — про сам процесс. Но ничего бы из этого не делала. Куда это записать? — потирает она пальцы. — В анкете этого нет. — Я думаю, я запомню, — наблюдает за её движениями Эмма. — Стоп-слово? Оно нам понадобится, — приподнимает она рукав футболки, замечая как расширяются глаза Реджины. — Предлагаю стандарт: красный. — Фиолетовый, — проговаривает Реджина, приближаясь пальцем к синяку. Касается кожи, поглаживая. — Всё ещё больно? — тише спрашивает она, слегка надавливая. — Реджина, мы что, уже определяем порог? — чуть отклоняется Эмма в сторону, улыбаясь. — Без стоп-слова нельзя. Ты согласна со словом? Красный. Я уверена, что нам точно не пойдут ни «стоп», ни «хватит», ни «прекрати», а «остановись, пожалуйста, я умоляю» тебя только разгонит, мне кажется. Красный так красный, — убирает Реджина палец от синяка, тянется к анкете. — Есть одна логическая погрешность, которую необходимо разрешить. В анкете ты указала, что укусы можно оставлять везде. А устно сообщила, что кусать можно только в плечо. Почему так? — хмурятся брови. — Какая информация верная? — Ну, я же не знала, как сильно ты укусишь, — посмеивается Эмма. — Это был тестовый укус. Вдруг ты бы мне полшеи откусила. — Ладно, хватит, — выхватывает Реджина анкеты, откладывая. — Определяем порог. Сними футболку, — но Эмма медлит. — Я не успела принять душ, ты написала мне за двадцать минут, и я не думала, что… — Так даже лучше, — перебивает Реджина. — Снимай, — торопит она её руками. — Иначе откушу тебе полшеи. И волосы собери. Эмма перетягивает волосы резинкой, пока Реджина поглаживает её плечо с синяком. — Не знаю, с чего начать, — подсаживается Реджина ближе, выискивая глазами место. Даже не знаю, Свон. Опять укусить тебя? Но мне нужно видеть твоё лицо. Иначе как я узнаю момент до пересечения грани? По дыханию? Наверное, да, так я и сделаю. По дыханию и по напряжению. Поэтому я положу руку тебе на живот, а другой буду придерживать твою голову. Так я и услышу тебя, и почувствую. Постарайся дышать в мою сторону, не закидывай голову, хорошо? Я начну легко и нежно, думаю, с этого места, прямо под ухом, а потом медленно смещусь вниз по диагонали до груди, — чертит пальцем линию. Ладно? И в какой-то момент я тебя укушу. Мне кажется, у тебя обычный болевой порог, но ты можешь специально терпеть, поэтому укус будет внезапным, — приближается Реджина. Хорошо, Эмма? — тают её слова в засосе. Ты терпишь? Свон, ты же специально терпишь. Ну я же чувствую твой живот. Почему ты даже не вскрикнула? Или хотя бы не назвала стоп-слово? Мы разве не ради этого всё это затеяли? М-м, тебе мало? Ладно. Но я уверена, что ты специально задержала дыхание. Нет? Хм. Можешь не запрокидывать голову? — притягивает её Реджина к себе. Склони. Я должна тебя слышать. Как думаешь, здесь будет больнее? Под ключицей. Тут кожа прилегает плотнее. Я попробую всосать кожу. — Красный, — выдавливает Эмма сквозь стиснутые зубы. — Хорошо, — отклоняется Реджина. — Хорошо, — растирает место укуса. — Теперь действительно красный. — Да уж, — пыхтит Эмма. — Знаешь, я подумала: а что, если у тебя вдруг будет занят рот? — склоняет Реджина голову в бок, замечая усмешку Эммы. — Нет, серьёзно. Вдруг я всё-таки найду подходящий кляп. Положи мне руку на колено, — делает она всё сама. — Сожми, когда будет красный, — приближается она к Эмме, стаскивая лямку спортивного топика, освобождая грудь. Эмма сжимает колено почти сразу. — Настолько чувствительный? — распрямляется Реджина, утирая рот, а потом и сосок. — Ладно. Поняла. Мягче? Я могу только языком придавить. Эмма не сжимает колено, но Реджина прерывается. — Свон, ты стонешь слишком громко. Меня это отвлекает. Понимаешь? И ты должна сжать моё колено, а не наглаживать, — кладёт она руку поверх её. — У тебя хватка ослабла, — вжимает она кисть Эммы в себя. — Крепче. Да. Вот так. И я сделаю крепче. Эмма сжимает колено вовремя на этот раз. Реджина довольна. Похвалила бы, но рот занят. — Знаешь, я ещё кое-что подумала, — отрывается она от Эммы. — Мне надо понимать не только твой порог, — тянется она к её спортивным штанам, оттягивая пояс, — но и сопутствующий эффект, — и Эмма постанывает, когда Реджина забирается внутрь. — Реджина, — откидывает она голову, — я не помню, чтобы… я не… — Я не слышу стоп-слова, — твёрже произносит Реджина, сжимая кисть. — Хороший эффект, — проскальзывают пальцы, — мне нравится, — наблюдает она за лицом Эммы. Нет, шевелиться нельзя. Это же не стимуляция рукой, Эмма, это всего лишь проверка, и анкета ещё не закончена, так что сиди ровно. Елозить нельзя, напрягать бёдра тоже, не сокращай никакие мышцы, я же чувствую всё, не сокращай. Можешь только рукой сжать моё колено. Но это только если будет больно. А пока что терпи обездвиженная, пока я мучаю твой сосок. — Реджина, — вдавливается Эмма в кушетку, — я не указывала… длительное… сексуальное воздержание, — и Реджина замирает. — Ты права, — осторожно достаёт она руку. — Извини, там ведь и правда такого не было. Видишь, я остановилась, — демонстрирует она блестящие пальцы. — Ты издеваешься, — торопливо поправляет Эмма штаны, но Реджина нисколько не возмущена. — Давай-ка твой порог тоже определим. Где оставить засос? — подсаживается Эмма ближе, поворачиваясь, показывая всю серьёзность своих намерений. Устраивается опять: сидеть неудобно ни в какой позиции. — Ты выглядишь разозлённой, как будто не удовлетворена чем-то, — насмешливо улыбается Реджина, но когда Эмма обхватывает руками её лицо, она вдруг теряется. — Эмма, ты что делаешь? Я же явно прописала, где именно можно оставить засос. — Да, я помню, — рассматривает Эмма её лицо. Без макияжа цвет кожи темнее и видно всё: шрам и даже родинку, которая обычно спрятана. — Я помню, не волнуйся. Там, где не будет заметно. То есть под одеждой где-нибудь, — проводит Эмма пальцем по шраму. Реджина отстраняется и расстёгивает пижаму. Она обнажается, но Эмма продолжает разглядывать её лицо, пытаясь угадать мысль. — Ты будешь проверять или так и будешь?.. — повисают слова. Эмма всасывается в её шею, прямо над ключицей, удерживая за плечи, не давая вырваться. Нельзя, так нельзя, остановись, сейчас же прекрати, Свон, что ты делаешь, там всё будет видно. Свон. Стоп. Кому говорят? Свон, что же ты делаешь? — стаскивает Реджина резинку с её волос, пробираясь под них рукой. Ещё давай, — прижимает она к себе Эмму. Мне не больно, старайся ещё, мне всё ещё не больно. Надо же, мне не больно. Она оттягивает Эмму за волосы, заглядывая в её глаза. — Ущипни. Сосок. Потом допишем в анкету, — шипит она. Нет, не надо гладить, нежничать не надо, просто ущипни. Можешь оттянуть ещё? Отпусти и ещё раз ущипни, но резче. Красный? А сейчас красный? — спрашивает Эмма глазами, в которых нарастает тревога, и Реджина останавливает её только поэтому. Красный. Раздражённый. Вставший. — Ну что? Как там эффект? — отсаживается Эмма, взглядом указывая на её пижамные штаны. Реджина тянет Эмму за руку, но дальше ей хода не даёт: сама пробирается под пижаму. — Вот так, — вкладывает она пальцы в ладонь Эммы и крепко сжимает её кисть. — Мне кажется, мы закончили, — выскальзывает с лёгкостью. — А мне показалось, мы только начали, — разжимает Эмма кулак, сжимает опять, растирая пальцами. — Анкеты готовы. Мне пора спать, — поправляет Реджина пижаму, застёгивается. — Спать? Ты будешь спать? — с нескрываемым изумлением. — Мне кажется, твою анкету надо дополнить сексуальным воздержанием. — Анкеты можно менять — я помню. А тебе пора идти. Нам завтра работать. — Ладно. Я постараюсь не подскользнуться. Если услышишь, как я там свалилась на ступеньках, вызови скорую сразу. — Постарайся как-нибудь без жертв. Иначе придётся вызывать шерифа, а шериф у нас в последнее время весь какой-то измученный и в синяках. Не уверена, справится ли.

***

Реджина: Мы пропустили один пункт. Свон: Я только приехала. А ехать было сложно. Ты специально подождала? Реджина: Обсудим письменно. Набирать сообщения, вижу, ты в состоянии. Ролевые игры. Что ты имела в виду? Свон: Это и имела в виду. Ролевые игры. Роли и сценарии. Реджина: Дай пример. Свон: Медсестра. Массажистка. Горничная. Незнакомка в баре. Свон: Специалистка по сантехнике пришла к хозяюшке домой, а у неё там всё протекает. Свон: Студентка и препоДавательница. Реджина: Свон :) Свон: Соблазнение. Преследование. Принуждение. Изнасилование. Реджина: Достаточно примеров. Я поняла. Реджина: Думаю, в этом нет нужды. Мадам мэр и шериф Свон меня вполне устраивают. Свон: Оказывается, твой болевой порог выше моего. Реджина: И это хорошо.