Кайто Кид на Острове Ловушек

Проснулся уже утром, сам, никто не будил. Лёгкое дыхание в макушку подсказывало, что товарищ развернулся к нему лицом. Тогда как сам, похоже, вообще не менял положения – всё тело затекло. Осторожно отодвинувшись, сумев не потревожить все ещё спящего соседа, осмотрелся. Тот не только повернулся, но и развернулся из своего плотного клубка. Хоть и не обнимал, но определённо немного прижимался. Искал тепла? Неважно. Зато пока Кид спит самое время принять антидот… Одного не учёл, что за время почти полного отсутствия зрения у того обострится слух. Или интуиция. Или всё вместе. «Ты куда?» – сонно пробормотали в спину, стоило только откинуть край палатки. И почему всё внутри сжалось, будто застали за преступлением? «Спи-спи, я ненадолго», – но тот и не думал закрывать глаза. Уже увидел сумку в руках, и явно догадался о цели «побега». «Я скоро вернусь», – добавил уже твёрже, намекая, что не станет менять своего решения. «Не доверяешь?» – склонил голову Кид, глядя с каким-то непонятным смыслом. «Вот это вообще нечестно!» – рявкнул Конан, злясь всё больше. Он и так чувствовал себя виноватым, а тут ещё этот добавляет! «Почему же? Ты уходишь сменить обличье, опасаясь делать это в моём присутствии. Мы не друзья, верно… давай, иди», – и демонстративно отвернулся. Отвратительно грубое манипулирование! Но теперь он точно не может уйти: «Всё не так, как ты думаешь», – в ответ тишина. Тот уже понял, что решение останется неизменным и сделал выводы. Или сделал вид. Но даже от того, что это, возможно, было притворством, Шиничи не легче. Ощущение отвратное, будто обманул и предал, но это же не так! Он не мог, просто не мог остаться! Уже успев узнать этого человека, понимал, что тот станет винить себя. За его боль, которая хоть и слабее чем от предыдущих антидотов Хайбары, но всё же достаточно сильна, чтобы не сдержать крика. В прошлые разы не получилось, но даже если бы вышло на этот раз, зрение возвращается к Киду, тот увидел бы, насколько превращение болезненно и без звукового сопровождения. Судя по волнению от одного факта, что он принимает «неиспытанные препараты», реакция будет ещё более… яркой. И снова придётся доказывать, что оно того стоит. Он стоит. Поэтому нет, пусть всё будет так. Вор-фантом достаточно умён и сдержан чтобы не попытаться саботировать их общее предприятие из-за мелких обид. Может и догадывается, что превращение – не самая приятная штука, но думать и видеть собственными глазами – разные вещи. Не знает, насколько на самом деле плохо – вот пусть так и остаётся, детектив не собирался просвещать. «Отступление» на достаточное расстояние, капсула, валик из одежды в зубы – и вперёд. Действует практически мгновенно, как всегда… Спустя десяток минут вернувшись в палатку, он обнаруживает фокусника завтракающим. Не стал дожидаться, показывает своё отношение. Ожидаемо, но всё равно неприятно. Тем не менее, есть всё равно надо и Шиничи, молча потеснив соседа плечом от пакета с едой, тоже занялся поглощением пищи. Тот сдвинулся, не проронив ни слова. Чуть похоже на бойкот, но надо же кому-то делать шаг к примирению? «Готов к расследованию?» – намеренно не стал интересоваться состоянием глаз, и сам видя всё ещё узковатый, но уже более-менее нормальный зрачок. Тем более, тот будет в бейсболке… «Детектив запада полностью готов к приключению», – доложил лунный волшебник голосом Хаттори. Так, значит, да? Ладно… Не заостряя внимания, выдал тому одежду, в которой прибыл на остров и тёмный тональный крем. Шустро переодевшись, сосед принялся накладывать грим. Быстро и точно, даже без зеркала. Оставалось только поражаться такому мастерству. А потом пришло время сборов. Опасаясь, как бы их «логово» не обнаружили, всё забирали с собой. От полного вчера утром пакета продуктов осталось совсем немного, зато образовался порядочный кулёк мусора, от которого они избавятся у первой же урны. Собранная палатка упакована в «родной» свёрточек и засунута в сумку. Всё это под удивлённым взглядом товарища, который старательно игнорируется. Всё верно, в тот раз не видел ещё настолько, да и вымотан был морально и физически – не до любования чудесами чужого инженерного искусства. Полчаса – и ничто не напоминает о том, что раньше здесь был «лагерь». Затем они двинулись по уже проторённому детективом пути, к тому же магазинчику, где закупалась снедь. Только забирая чуть вбок, чтобы зайти с другой стороны. Но не всё получается тихо-мирно, им «везёт» наткнутся на охотника. По крайней мере этот субъект выглядит таковым: с двустволкой, в камуфляже. Когда Кид говорил: «Мы не друзья», Шиничи поверил. А что, тот был достаточно убедителен, хоть слова эти и прозвучали в духе укора. Сказать-то сказал, но сам явно так не думал. Быстрый шаг вперёд – и тот прикрывает его собой от возможной пули. На странный вид судороги не спишешь… А всё потому, что тот мужик наставил на них ружьё. Держал на мушке, хотел напугать… и отчасти получилось. Вор-фантом, при всей своей скорости восстановления, ещё не видел так далеко и хорошо, чтобы понять, что оружие – всего лишь муляж. Причём не слишком качественный. А судя по «обвесу», этот охотник привык ставить силки. Но, опять же, это было видно только ему. А вот Кид поверил и… Положив руку тому на плечо, Шиничи отодвинул товарища в сторону. Тот послушно убрался с дороги, но лишь затем, чтобы «прилипнуть» позади. За левым плечом, как телохранитель какой! И потом этот воришка ещё будет что-то говорить… Убрав с дороги неожиданную помеху, двинулся навстречу мнимой опасности. «Хаттори» следом. Весьма натурально прозвучал звук взведённого затвора, но тот даже не вздрогнул. Такое доверие… все ещё было непривычно и немного смущало. Мужик требовал остановиться и назваться, аргументируя тем, что где-то тут скрывается убийца и поэтому… с каждым словом в его голосе был всё больше истеричной требовательности, ведь чужаки не даже не думали умалять шаг. Но требования этого, с позволения сказать, охотника волновали парня намного меньше действий товарища. «С чего бы?» – главный вопрос дня. Так или иначе, от оказанного доверия было приятно. А уж то, что тот хотел защитить, полагая, что подставляется под выстрел из настоящего оружия… такое дорогого стоило. Но поговорить с Кидом о его выходке можно и потом. Но обязательно – нужно же знать, чего ожидать от… пожалуй, уже напарника. Приблизившись настолько, что у мужика затряслись руки – зато не придётся кричать – Шиничи представился сам и товарища не забыл. На таком расстоянии было ещё и видно хорошо: Кид окончательно расслабился и «отлип» от спины, а охотник рассмотрел их обоих и убрал оружие. Всё же остров не был полностью отрезан от цивилизации, газеты здесь читали, да и интернет имелся. Детектива востока знали и даже уважали – извинившись за возникшее недопонимание. Мол, такая напряжённая ситуация, где-то здесь бродит убийца… Он понимающе покивал и спросил об этом деле, как бы невзначай, вскользь упомянув, что они тут отдыхали дикими туристами и мало что знают. Но вот решили прервать отдых и помочь расследованию, раз уж оказались здесь. Ещё раз оглядев невозмутимого «Хаттори» – детектива запада знали намного хуже – на лице охотника отразилось сомнение и смирение, мол, если за него такой человек ручается… Знал мужик ожидаемо немного, больше слухи, но информация и не была целью расспросов, а цель уже достигнута: оставить в голове этого человека сведения о своём пребывании здесь. Времени прибытия, цели… Мелочи, которые тот вспомнит, если понадобится. Если – или точнее, когда – кто-то умный попытается проследить их путь. Картина получится правильной, такой, как им нужно. Распрощавшись с местным, и удалившись на достаточное расстояние, чтобы не сделать дальнейший разговор достояние общественности, он негромко спросил: «Что это было, Кид?». Спокойно, мирно, без обвинений или недовольства. Изображать недоумение тот не стал: «Сам не знаю, тело двигалось само», – отозвался невозмутимо. При этом походил на скальную глыбу своим безразличием. «Вроде рефлекса?» – продолжил странноватый разговор детектив, надеясь всё же дождаться каких-то подробностей. «Вроде», – но вор-фантом придерживался выбранной линии. Когда понял, что от него не отстанут, соизволил добавить: «Такие же, как у тебя. Собственными глазами видел, как ты прикрываешь своих ребятишек от опасности, хоть и мельче них всех». «Шпилька принята», – отозвался язвительно. И чего, спрашивается, хотел? Чтобы Кид рассыпался в признаниях о неравнодушии? Глупо было ожидать подобного после утренних событий. Дальше шли молча. Добравшись до того самого магазина, жестом велел товарищу подождать и высунулся проверить есть ли слежка у входа. Слежка была. На сей раз это было на руку, ведь он намеревался показать всему острову обоих детективов с определённой славой – вдруг преступники испугаются и сдадутся? Ни разу так не было, но вдруг? Может хоть поиски несправедливо обвинённого лунного волшебника прекратят… С трудом засунув пакет с мусором в урну, вместе с «Хаттори» вошёл в магазин под взглядом соглядатая. Краем глаза проследил как тот зашевелился, кому-то спешно названивая. Хорошо, пусть заинтересованные личности сами придут, самый логичный аргумент всегда наготове: «Вы отказываетесь от нашей помощи из страха, что мы найдём что-то лишнее?». Обычно срабатывало. А если нет, что ж, всегда можно пригрозить звонком инспектору Мегуре. Вот тут точно согласятся, ещё с первых минут на острове стало понятно, что здешние что-то скрывают. Намеренно затянув с покупками, в первую очередь купив им двоим перекусить и уже после лениво выбирая «что-нибудь ещё», удалось выйти как раз вовремя. От скопления магазинчиков отъезжала даже на вид дорогая машина, а в их сторону уже спешил мужчина, по виду которого было предельно ясно его положение в обществе. Действительно, кто, как не местный богач с поместьем и почётный гражданин, может носить одежду, от которой за версту разит дороговизной? Неожиданно. Шиничи думал, что с ними прибудет пообщаться кто-то из службы безопасности или полиции, но чтобы сам пострадавший… Ещё более удивительным было то, с чем тот прибыл. Их двоих, ни много ни мало, просили расследовать убийство. Да-да, то самое, которым они и так собирались заняться. Естественно, детективы востока и запада согласились. Неохотно и прежде рассказав свою легенду про диких туристов и отдых – даже родные города и любимое занятие могут утомлять, мол – но всё же согласились. Раз работа снова их нашла, значит, такова судьба. Мужчина был просто счастлив их согласию и сразу предложил проехать к нему. Обещал полный пансион на время расследования и сколько угодно после – в качестве извинений за прерванный «отпуск». Уже в машине по пути в своё поместье, начал рассказывать. Тут-то и вскрылось… Причина того, что столь уважаемый человек явился за ними сам и столь заинтересован в их участии в расследовании была предельно проста: его назвали главным подозреваемым. Прямо не говорил, но и по оговоркам легко было понять, что держит в руках весь остров, и просто приказал полиции и своей охране искать пришлого вора-преступника. Тут важно было не проколоться и детектив стал с осторожностью задавать вопросы. Этот самый вор, которого муж убитой обвинял в преступлении, сидел смирно и внимал, а может делал вид, не претендуя на главную роль в расследовании. Хаттори бы так не сделал и хорошо, что об этом вряд ли знал кто-то из местных. Может, Кид и понимал что-то в расследованиях, но рассчитывать на чужой профессионализм в сфере деятельности явно далёкой от основной, было бы глупо. Сам, всё сам… Рассказ со стороны второго потерпевшего – первым был сам фокусник – тоже выглядел логично и походил на правду. Детективное чутьё твердило, что этот человек не лжёт. По всему выходило, что у дела имеется и третья сторона, собственно виновник или виновники. О произошедшем этот человек узнал от дочери. Та обнаружила тело матери на полу кабинета и силуэт в окне, исчезнувший после её крика – тут всё согласовывалось с версией событий Кида. После прибежали охранники и сам муж – уже вдовец – он же позвонил в полицию. Те прибыли оперативно – ещё бы, когда такой человек вызывает – всё зафиксировали и начали расследование. Охранники, знающие как важно оставить место преступления нетронутым, никого туда не пускали и сами не заходили. За этим вместе следили хозяин и начальник охраны. Всё должно было быть в порядке, но. Полиция, разбираясь в деле, пришла к выводу, что муж и есть преступник. Тот, разумеется, отрицал. Кид убийцу не видел, возможно, этот мужчина и правда не убивал свою жену. Но и не «вор в окне» её прикончил… Тут мысль Шиничи споткнулась. Осознание, что поверил словам Кида сразу и полностью, что по ним проверяет правдивость остальных свидетелей, стало откровением. Покосившись на «Хаттори», получил ответный обеспокоенный взгляд – тот не был уверен, что в нём не сомневаются. Ответив успокаивающим кивком и прикрытыми глазами, вернулся к опросу. Благо, за время отвлечения, мужчина не сказал ничего полезного. Согласно версии мужа-вдовца, произошло вот что: вор проник в кабинет, но вошла жена и тот её убил, чтобы не подняла шум, а сам занялся сейфом с бумагами… На просьбу поподробнее остановиться на бумагах и сейфе, детектив получил несколько признаков того, что потерпевшему неудобно об этом говорить, но тот всё же сказал: «Очень важные бумаги, хранились в сейфе. За ними и приходил вор». На ещё более осторожный вопрос: «Почему вы так подумали?» – тот ответил, что этот нахальный преступник даже предупредил о том, что придёт за самым ценным, что есть в особняке. «Предупредил? Как Кайто Кид?» – вполне логичный вопрос, чтобы выяснить знает ли хозяин дома о личности вора. Может, понятия не имел… хотя нет, раз велел тщательно проверять людей при отбытии с острова, то точно знает. «Может и он. Может, кто-то рядящийся под него. Вроде бы прислуга видела что-то белое», – устало подтвердил мужчина. Он думал, что предупреждение касается его жизни и что за ним придёт убийца, вот и стянул охрану вокруг себя, лишь немногих оставив смотреть за территорией. Потому, как он считал, преступник и проскользнул. Судя по едва слышному фырканью, оный считал главной причиной собственное мастерство. Второй самой ценной вещью в доме были те самые бумаги и увидеть открытый сейф из дверного проёма оказалось достаточно, чтобы хозяин дома всё понял. Был вор, убил жену, украл бумаги и теперь будет пытаться тихо убраться с острова. На вопрос, почему было не обратиться за помощью в полицию, раз подозревал покушение на себя, ответом стал отведённый взгляд и короткое: «Думал справиться собственными силами». О том, что этот человек недоговаривает можно подумать и позже, сейчас же самым важным было узнать почему полицейское расследование привело к таки результатам. Стандартное для любого обвиняемого: «Поверьте, это не я!» – под строгим взглядом сменилось на нужные объяснения. Обычный складной нож, который можно купить где угодно, послуживший орудием убийства, неведомым для мужчины образом обзавёлся его отпечатками. Он клялся, что никогда и в глаза его не видел, но клятвы к делу не пришьёшь. Даже: «Разве я стал бы пользоваться такой дешёвкой?!» – не имело силы для расследования. А тот факт, что накануне супруги крупно повздорили – имел. Да, та угрожала разводом. Семейная жизнь, с кем не бывает?! Если бы её не убили, это не имело бы никакого значения. Но убийство произошло и почётному гражданину пришлось применить всю свою власть, чтобы полиция начала искать «настоящего убийцу». Смотреть на Кида смысла не было, не задашь же вопрос о бумагах? Да и тот говорил, что видел только труп в свете луны из окна и открытую дверь с женским силуэтом. Значит, в комнате было темно… Сделав себе пометку в уме, Шиничи продолжил задавать вопросы. И чем больше он спрашивал, чем больше свидетель отвечал, тем сильнее крепло ощущение: «Что-то здесь нечисто!», забившее тревогу ещё на словах о сейфе, теле жены и охране. Если этот человек не врёт, значит его пытаются подставить. Кто? Уж точно не Кид. Но и его личное мнение не получится использовать в деле как достоверный факт, а наличие вора-фантома в свидетелях, более того, его нахождение в пределах досягаемости, никак нельзя афишировать. Даже заявлять: «Он не убивает людей», – было бы пустой тратой времени и слов. Не аргумент, на слово вору никто не поверит, а детектив, выступающий с такими доводами, будет поднят на смех и только вызовет дополнительные подозрения. Почётный гражданин даже не уверен, что это правда он! Придётся одному лунному волшебнику потерпеть подозрения, пока не будет доказано обратное. Ему не впервой. Но пометка расспросить Кида о том, что же он всё-таки тут делал, появилась. Машина доставила их всех к особняку. Уже побывав здесь, Шиничи не удивлялся, но вблизи строение впечатляло ещё сильнее. Сложно было не задирать голову и не вертеть ею, осматривая окружающие красоты. Стоит признать, у ландшафтных дизайнеров и архитекторов, работавших над поместьем, вкус определённо имелся. И тяга к шику. Хотя, это скорее у хозяина. Встретились и с полицией – представители властей с пониманием отнеслись к желанию почётного гражданина обелить своё имя, прибегнув к услугам стороннего детектива, даже двоих. Все материалы были предоставлены в кратчайшие сроки, чему немало способствовал суровый взгляд хозяина на забегавших полицейских. Вот и хорошо. Чем быстрее, тем лучше. Осмотрев место преступления, Шиничи пришёл к тем же выводам, что и местные сыщики, а также подтвердил для себя слова Кида, что тот не заходил в комнату. Видел и пустой сейф, и отсутствие следов взлома, что косвенно указывало на вора-фантома, как мастера по вскрытию любых замков. А для знающего больше – на знание шифра настоящим вором. Первичный сбор информации закончили просмотром фотографий места преступления – «Хаттори» тоже смотрел и высказывал вполне дельные предположения. Для отвода глаз, понятное дело, и чтобы ни у кого не возникало вопросов почему второй детектив молчит и ничего не делает. На самом деле нужно было узнать не отличается ли что-либо на фото от того, что тот видел своими глазами. После они попросили предоставить комнату, чтобы спокойно подумать. И когда помещение было выделено – гостевые покои с двумя смежными спальнями, за какие-то пару минут, что показывало предусмотрительность хозяина – переместились туда. Не дожидаясь вопроса, сосед сразу сказал, что на снимках всё так, как он запомнил. Минус одно дело. Второе касалось истинных целей фокусника. Тот нехотя отозвался, что уже понял, как его использовали. Всплывшая в прессе информация, которая имела значение только для него и указывала на это место и его владельцев, была ловушкой. Приманкой, призванной заманить его сюда. Наживкой. Только рыбка оказалась слишком скользкой и сумела выскользнуть, пусть и не уйти из этого прудика… «Я не скажу, мейтантей. Это личное», – снова отвечал на невысказанный вопрос, заданный одним только настойчивым взглядом, «И оно ничего тебе не даст, можешь мне поверить. Я бы рассказал, имей это хоть какую-то ценность для расследования. Сам понимаешь, что из меня в очередной раз попытались сделать козла отпущения. Кто-то, кто похитил документы и убил ту женщину!» – говорил и пристально смотрел на отклик. Очень не хотел, чтобы о нём думали плохо, но и свои мотивы открывать не желал. «Ладно!» – внезапно сдался, когда на его упрямство уже хотели махнуть рукой, «Мой отец умер, когда мне было восемь. И там была информация, что незадолго до этого Кид, то есть он, посещал это место. И намёки…». «Извини», – опомнился Шиничи, засмотревшись на настоящие эмоции лунного волшебника, «Можешь больше ничего не говорить». Тот кивнул и отошёл к окну, рассматривая парк за ним. Действительно, эта информация ничего не дала ни расследованию, самому детективу, кроме факта смерти отца вора-фантома – тоже вора-фантома, семейный подряд! – и примерной даты этого события. Если они ровесники… Одёрнув себя, что сейчас нужно думать совсем не об этом, вышел в коридор и попросил позвонить. Телефон принёс лично глава охраны. Возможностью грех было не воспользоваться – тот охотно сотрудничал и рассказал свою версию событий с отлично выверенным числом подробностей, как раз тем, которое не вызывает подозрений в правдивости. Конечно, там не было ничего о поимке Кида и содержимом шприца, которое тому вкололи. И ещё этот человек выглядел совершенно спокойным. Обычно люди, даже если они просто свидетели, нервничают при опросе, хоть немного. Этот же – ни капельки. Будто для него убийство и расследование ничего не значили. Конечно, у этого мужчины с военной выправкой наверняка имелся и более неприятный опыт, но пометку Шиничи себе сделал. Человек, совершивший минимум одно преступление и столь спокойный в присутствии полиции и детективов – определённо непрост. Вколоть кому-то предположительно смертельную дозу – преступление и есть. Поблагодарив за сотрудничество, забрал телефон и вернулся в комнату. А там Кид сидел на кровати с полуприкрытыми глазами и донельзя усталым видом. Ещё бы, так резко нагрузить не до конца восстановившийся организм! Ему бы продолжать отлёживаться, отсыпаться и отъедаться… что, увы, невозможно в текущих условиях. А значит нужно поскорее закончить здесь и доставить его домой! Как раз обещал дать адрес… Обрывая неуместные размышления, детектив снова вышел и попросил встреченную прислугу устроить перекус. То, что вор-фантом держался на людях и не подавал виду, не значит, что ему не нужен перерыв. Меньше, чем через четверть часа им накрыли на двоих прямо «в номере». Поев и напившись, Кид начал клевать носом, но упорно отказывался лечь поспать. О причинах оставалось лишь догадываться – то ли сам побаивался оставаться в одиночестве в этом месте, ещё и спящим, то ли беспокоился о детективе, разгуливающем в одиночку там, где начальником охраны является человек, способный на хладнокровное убийство. Так или иначе, но поспать хоть немного лунный волшебник согласился только после обещания никуда без него не ходить и обязательно будить при малейших странностях. Пообещать было проще, чем пытаться убедить в обратном. Выдавшееся время Шиничи потратил с пользой, в первую очередь созвонившись с инспектором Мегуре и вызвав отряд его лучших «воинов». Чем бы не кончилось дело, на этом острове всё равно требовалось провести проверку и чистку полицейских сил, в особенности, штабной верхушки. Неправильно это, когда представители властей подчиняются простому гражданину, пусть и почётному. Затем попросил предоставить человека – а лучше нескольких – для проверки, уточнения и поиска сведений, которые могут понадобиться для расследования. А когда требуемое было выделено, потребовал найти всё на хозяина дома и начальника его охраны. Пока специально обученные люди делали свою работу, занимался тем же самым – выполнял работу детектива. Сопоставление фактов и получение выводов, как всегда настолько увлекли парня, что из размышлений вывел только телефонный звонок. По соседству дёрнулся и подскочил с кровати Кид – похоже, решение не уходить из комнаты, где тот уснул, было не лучшим. Повинуясь успокаивающему жесту, сосед осел обратно и снова прикрыл глаза. Заново заснуть ему удастся вряд ли, но хоть тело получит ещё чуть-чуть отдыха. Аналитический отдел, собравший всю возможную информацию, выдал справку, достаточно подробную для выводов. Смутные подозрения, возникшие ещё при рассказе вдовца, полностью подтвердились. Причина поисков… Нужны бумаги, а вовсе не справедливое наказание для убийцы жены. Действительно, очень и очень важные бумаги, за которые в самом деле могли убить – неудивительно, что он так и подумал, получив неоднозначную записку. Этот человек однажды подозревался в шантаже, причём довольно крупном и с участием весьма влиятельных людей. Пусть всего раз и ничего не удалось доказать, но этот факт отлично ложился в канву подоплёки произошедшего. Так и появился капитал, который этот человек так удачно вложил в легальное дело, что вскоре разбогател. Очевидно, от компромата впоследствии не избавился, а оставил себе на память и в качестве страховки. Там было какое-то мутное дело, из-за которого полегло много народу у боссов портовой мафии, кто-то кого-то обманул – столичная полиция не знала подробностей. А ещё совсем недавно, буквально пару месяцев назад, у одной из замешанных в том давнем деле банд сменился глава… Тут уже чётко прорисовались мотивы для убийства здешнего почтенного гражданина. Наверняка ему ещё и угрожали, о чём он и не подумал заявлять, ведь первым вопросом полиции было бы: «Кто может желать вам зла и почему?» – на который тот не хотел отвечать во избежание раскрытия и возобновления расследования того старого дела с шантажом. Как вообще у такого обычного на вид человека хватило духу шантажировать банды? Но факт остаётся фактом, к нему попала информация и он ею воспользовался, а бумаги с доказательствами спрятал в сейф. Новый лидер банды, опасаясь, что эти бумаги неудачно «всплывут» попытался их заполучить, а нарвавшись на отказ придумал хитроумный план… В сущности, всё оказалось просто: как всегда, были виноваты деньги, власть над другими и желание выйти из-под этой самой власти. Погибшая, вероятно, действительно оказалась не в то время не в том месте, застав преступника за вскрытием сейфа… Кстати, о преступнике. Это не Кид, которого пытались сделать козлом отпущения – поправочка, мёртвым козлом отпущения – и не хозяин дома, который хотел тихой и спокойной жизни, оставив себе бумаги исключительно в качестве страховки от посягательств банд… Наверняка, так и заявил предыдущему главе и тот поверил, а новый этого не знал – вот и испугался наличию таких сведений на стороне. Может, даже поначалу пытался договориться, но расстаться с требуемыми бумагами почётный гражданин никак не мог, ведь лишись он их – и ничто больше не сдерживало бы банды от расправы над ним и его семьёй. Потом в ход пошли угрозы… Когда тебе в таких условиях приходит предупреждение, подписанное Кидом – если тот всеобще подписался – немудрено подумать о худшем. Предположить, что даже если это тот самый Кид, а не подражатель, то для него это может быть просто подработкой. Халтурка или как там оно называется. И, раз оповещение пришло только ему, а не было объявлено во всеуслышание, то Кид – или кто-то, рядящийся под него – хочет сделать эту свою миссию тайной. Зачем? Да чтобы не испортить себе репутацию, очевидно же! И, раз проигнорировал своё правило об объявлении, то и остальными может поступиться, вроде: «Не убивать людей». Если это вообще он. Поработать разок на мафию, наверняка не забесплатно, да и вора-фантома наверняка можно найти за что «подцепить» и заставить делать что-то против воли…. Это бы объяснило если не всё, то очень многое. Настоящая кража документов, прикрытая крайне расплывчатой формулировкой оповещения… И совсем неслучайное убийство, раз на ноже заранее были нанесены отпечатки хозяина дома. Может, страховочный вариант на случай, если кто зайдёт. Образ мыслей почтенного гражданина понятен. Но, раз украл бумаги и убил жену не он, то кто? Ответ нашёлся быстро. В биографии начальника охраны. По молодости он тоже был замечен в связях с портовой мафией. Всего пару раз, недолго и несерьёзно, но контакты, видимо, сохранились. И теперь его «попросили», а может и правда просто попросили, выполнить одну работку для старых знакомых. Что бывший военный не внедрён с этой целью говорила продолжительность его службы на этого хозяина – на порядок больше, чем прошло с момента смены главаря у той банды. Вероятно, его задачей было только выкрасть бумаги, но он подготовился на случай неожиданностей сразу двумя способами: нож с пальцами и Кид. И пригодилось. Вынырнув из размышлений, Шиничи увидел, что на него пристально смотрит сосед. Моргнул раз, другой – глаза успели пересохнуть, опять потребности тела отошли на второй план. «Ты как вообще не здесь был», – отметил фокусник, тоже чуть расслабляясь, «Закончил с мыслями?». Кивком подтвердив и сказав, что нужно больше доказательств, предложил ещё раз прогуляться до места преступления. Все эти выводы только в его голове, к делу их не пришьёшь, нужны вещественные доказательства. А также ответ на вопрос знал ли начальник охраны код от сейфа, так ли ему доверяли. Если догадки верны, улики ещё можно отыскать… «Хаттори» пришлось заново гримироваться, но делал он это охотно. Главное – не разделяться… Под дверью их как будто поджидал почётный гражданин. Может, конечно, и просто проходил мимо, но ощущение создавалось именно такое. Провожая детективов до их цели, он интересовался как продвигается расследование. Разумеется, первый заинтересованный! Ответом ему стало лаконичное: «Кое-что вырисовывается», и встречный вопрос о том, кто знал код от сейфа. Никто, он никому не доверял настолько, чтобы рассказать свою величайшую тайну. И не записывал нигде, так что никто не мог… Ситуация стала ещё яснее. Снова в кабинет их пустили с уже меньшей охотой, но против хозяина дома не пошли, отступили. И Шиничи убедился, что полиция, как и в подавляющем большинстве случаев на его памяти, смотрела не туда. Куда угодно, кроме тех мест, на которое стоило обратить внимание. Вот, например царапины на полке между книг, как будто что-то много раз вставляли и доставали обратно. Полка напротив сейфа. Загадочным образом оцарапанная и стёртая краска на одном из изгибов люстры – почти незаметно, но крайне важно. И прочие подобные мелочи. Исследовав все подходящие поверхности, Шиничи подтвердил свои догадки – во множестве мест некогда стояли миниатюрные камеры. Видимо, хозяин так трясся за свою тайну, что, даже находясь наедине с собой в личном кабинете, прикрывал вводимый код от возможных наблюдателей. Но злоумышленник как-то всё же изловчился узнать комбинацию. Попросив у местных экспертов сделать быстрый анализ нескольких найденных улик – улики ли это, станет ясно после анализа – пошёл задавать неудобные вопросы почтенному гражданину. Неудобные потому, что о прошлом, которое тот так старался скрыть. Под градом прицельных уточнений тот продержался недолго. Услышав всё необходимое для расследования, детектив вернулся к экспертам. Те тоже нашли чем его порадовать. Осталось только немного поразмыслить над результатами и, объединив всё в единую картину, рассказать. Для этого они и возвращались обратно в «свой номер». Сначала Шиничи подумал, что просто устал, но уже спустя миг настигло осознание. Вместе с болью и жаром, разливающимися по телу. Неожиданно… но вместе с тем ожидаемо. Слишком много превращений за последнее время, да и предыдущее продержалось довольно долго. Ещё и более мягкие эффекты преобразования… Вот и расплата. Привыкание к этому подвиду антидота произошло очень быстро, сократив срок пребывания взрослой версией себя больше, чем в два раза. Хуже всего было то, что он не успевал закончить расследование, оставалась последняя, самая важная часть. Хотя нет, хуже было, пожалуй, то, что они находились в потенциально враждебной среде. А ещё Кид… Как бы Шиничи не хотел избежать его вовлечения, а показать своё превращение, похоже, всё-таки придётся. Уйдя в мысли, не замечал, что творится с телом. А тело прошило болевой судорогой, согнув пополам и заставив схватиться за сердце. Фокусник поддерживал сбоку и шарил взглядом по ближайшим дверям, тоже поняв, что до своих комнат они не дойдут. Сказать бы, что это только первая волна и потом будет промежуток, но речь отнялась и единственное, что он мог сейчас – стонать не слишком громко. Товарищ определился и потащил его куда-то, сил на сопротивление не было никаких. Уже перед дверью, как оказалось, в туалет, детектива начало «отпускать», но он послушно вошёл. Щёлкнула защёлка. Не ахти какая преграда, но лучше так, чем ничего. Постоял несколько секунд, бессмысленно глядя на собственное побледневшее лицо, избегая встречаться в отражении глазами с обеспокоенным лунным волшебником. Умылся, смывая выступивший пот. Криво усмехнулся себе в зеркало, заодно показывая товарищу свой твёрдый взгляд. Как-то никому не хотелось говорить о произошедшем только что. Так бы Шиничи и вышел, и вернулся обратно к полиции, охране и хозяину с домочадцами, если бы его уже у двери не окликнул пересиливший себя Кид. На вопрос: «Куда собрался в таком состоянии?» – пришлось объяснять, что между первой волной и собственно превращением есть временная лакуна около десяти минут и за это время можно много чего успеть. Чего не ожидал, так это наткнуться на ожесточённое сопротивление. Тот отговаривал, спорил, и даже пытался запрещать, но оказался достаточно умён, чтобы отступить, разглядев злую непреклонность в глазах напротив. Но из-за потерянного времени и неоправданно длинных коридоров дойти до кабинета они не успели. По-честному, Кид был прав, прав во всём: и что времени на самом деле неизвестно сколько, и что его увидят в таком отвратном состоянии, и что, когда скрутит по-настоящему кто-то может увязаться для оказания помощи… но согласиться мешало собственное жгучее желание закончить всё одним махом. Детективный зуд, не позволяющий оставить дело нераскрытым. Понимание того, что он доделает всё это, просто… не собой – не помогало. Рвался туда, вперёд, продолжить баталию, в которой может быть только один победитель… Не дошли. Предел был достигнут, тело не выдержало на седьмой минуте. Но и так ничего не вышло бы, даже будь у него – у них – все десять. Слишком многое не подготовлено. Правильно Кид не одобрял эту глупость, теперь ему снова тащить на себе чуть не теряющего сознание детектива обратно в туалет. Потому, что они снова оказались слишком далеко от «номера». Шиничи сожалел, что настоял на своём, но молчал. Сейчас рот лучше было не раскрывать. Не хватало им только свидетелей! Пока коридоры пусты, но кто знает, что произойдёт в следующее мгновение? Пока вор-фантом волок его к месту назначения, в голове как наяву рисовалась картинка как его скрутило бы прямо посередине объяснения. То ещё представление… Вокруг были бы люди и помимо Кида, которому тоже не хотел это показывать, но он был уже своим, посвящённым в тайну, потому не так критично… Выходило, что нарисованное воображением и правда могло произойти, если бы не тот спор. Не забыть поблагодарить…