meet me in the computer class

Время перевалило немного за десять вечера, но ни Юри, ни Джэхён, никак не могли завязать необходимый диалог. Старший понимал, что нужно начать его как можно скорее, чтобы она не совсем поздно вернулась домой, но язык просто не двигался, хотя мыслей в голове было вполне достаточно. — Наверно, тебе стоит не показываться рядом со мной некоторое время. — сказала Юри, отпивая немного воды из прозрачного стакана, — Если что делать с отцом я примерно могу представить, то что могут выкинуть мои дружки - вообще без понятия. Ты же знаешь, что хотел устроить Джи Чанмин? — Только с его же слов, — он сидел с другой стороны кухонного стола, складывая и раскладывая уже просто убитую салфетку, — у меня кстати есть запись. Юри раскрыла глаза, удивляясь, что мужчина перед ней способен на подобные хитрости. — Мне он ничего не говорил, но я думаю, что он хотел подставить Ким Сону. Либо показать, что он пытается подставить вас, либо как-то сыграть на чувствах Ким Йерим. Я так и не выяснила, но по его лицу было все понятно. — Давай сейчас не об этом. Юри знала, что есть и темы поважнее, но все равно пыталась оттянуть момент. — Я тебе уже все сказала - от меня ты не избавишься, можешь теперь считать меня своим сумасшедшим сталкером. Он почему-то слегка улыбнулся ее словам, хотя причин как таковых и не было. Они были знакомы всего ничего, но даже так было понятно, что она говорит совершенно серьезно. — Я не хочу, чтобы ты думала, будто я избавляюсь от тебя. Я не хочу этого точно так же, как и ты. — Умоляю, избавьте меня от этих громких и жертвеннических речей, я в курсе! — закрыла уши руками, закатывая глаза, — У вас телефон не перестает вибрировать, я даже отсюда слышу. Джэхён знал, что это звонил Ли Джуён. Он увидел его имя на экране, пока Юри принимала душ, но не нашел в себе смелости ответить. Груз ответственности и последствий упал на его плечи, стоило ему вспомнить, чем они занимались с Хон Юри каких-то пару минут назад. — Я перезвоню позже, сейчас мне важнее все решить с тобой. — Реши вопрос с вызовом такси мне до дома, мне предстоит долгая беседа с озверевшим отцом, — он качнула головой на ее телефон, лежавший около ее локтя на столе, — я все это время должна была сидеть дома. Громко выдохнул, будучи совершенно без сил реагировать на ее хамское поведение. — Когда ты говорила со мной уважительно, все звучало не так невоспитанно. — Значит нам предстоит еще очень, — растянула первую букву слова, — очень долгий процесс перевоспитания. Вызови мне такси, пожалуйста. Или мне остаться? За телефоном все же придется сходить, а лучше просто уйти от нее в другую комнату, хотя так сильно хотелось посидеть с ней еще хотя бы немного. Нужно сейчас повторять ей, что им нужно разойтись и не встречаться более. Нужно поступить как взрослый, взять это тяжелое решение на себя. Он так и поступит, исчезнув из ее жизни, как последний урод. Пусть ненавидит его, так будет проще. *** Юри почувствовала совершенное бессилие еще в душе, вроде как и понимая, что наконец случилось то, чего она так ждала, но не представляя, что теперь последует за этим. Разговор с Джэхёном после не показал того, что тот резко передумал и теперь все будет, как прежде. Поэтому и уверенности в предстоящей очной ставке с отцом было мало. Он позвонил всего один раз и отправил только пару сообщений, которые она не открывала, что явно говорило о двух вещах - он знает, где она, и он жутко зол. Страшнее всего стало в подъезде, но грело только то, что она не откажется от своего решения и выбора. Он всегда учил ее бороться за то, что дорого сердцу, даже если этим окажется зануда с математической степенью и некоторыми садистскими наклонностями. Но стоило ей приблизиться к входной двери, то послышался голос, которого не могло быть в их квартире. Никак. Не под каким предлогом. Судорожно пыталась вставить ключи, получалось не очень, и когда дверь наконец раскрылась, сразу же захлопнула ее у себя за спиной, забегая на кухню, где помимо отца с кружкой кофе сидела ее мать. Женщина, которую она даже не могла припомнить, когда видела в последний раз, но чей голос было так легко узнать. — Какого черта ты здесь делаешь? — не верила, что вообще заговорила с ней, застывая около входа на кухню. — Тебя забыть спросила. — она недобро посмотрела на Юри, ставя кружку на стол, — Для приличия стоило бы хотя бы поздороваться, прежде чем кидать подобные предъявы. Особенно в твоем положении. — Не потрудишься все же объяснить, как у тебя в такой ситуации вообще хватило соображения сбежать из дома? Ты что, дралась? — Так ты не на работу ходил, да? — проигнорировала его вопросы другим вопросом, — Это ты что, думаешь, у этой женщины получится провести со мной воспитательную беседу? На нее смотрели два тяжелых, уставших взгляда, чего она, казалась, не испытывала никогда в сознательной жизни. Чхве Суён, мать Юри, сложила руки на груди, видимо, ожидая каких-то объяснений от дочери. — Если вы ждете, что я буду что-то говорить, то удачной вам долгой, очень долгой ночи. Я пойду спать. — И чем же тебя так сильно привлек наш ровесник? — Он выглядит как раз как кто-то, на кого бы ты повелась со своими подружками, поэтому без описаний, приберегу его для себя. — говорила это, только сейчас разуваясь и уходя в сторону ванной. — То есть тебя не напугали даже мои угрозы полицией, Хон Юри?! — он не вставал из-за стола, но кричал так громко, что его было слышно и в других комнатах, — Сама буквально клялась мне, что и близко к нему не подойдешь, а сегодня сбежала на весь вечер? И как мне тебе доверять?! Юри правда хотела просто замолчать и уйти спать, лишь бы не видеть их лица. Но сегодня все, будто специально выражали свои мысли так, что ей хотелось кричать от злости. Вновь оказалась в кухне, стараясь как можно спокойнее. — Не думаю, что в наших отношениях осталось место доверию, после того как ты впустил в наш дом человека, с которым мы не должны вообще никогда встречаться. — А можно обо мне не в третьем лице? Хон Юри, я знаю, что не мне сейчас перед тобой разыгрывать спектакль с душещипательным разговором матери и дочери, но я хотя бы могу рассказать, что значит жить со… — Если ты скажешь жить со сломанной судьбой, то я смогу заранее назвать все тезисы, которые ты собираешься перечислить в свое «душещипательной», — пальцами показала кавычки, — речи. В том, что вы зажали денег на презервативы, виновата не я, и никто другой, кроме вас. И если от своего отца я могу принять хоть какую-то опеку или нудное наседательство, от тебя, сбежавшей от ответственности, я и слышать ничего не хочу! — Я как раз и хочу предупредить тебя о том, что ты точно столкнешься с тем же самым. С критикой, насмешками и порицанием в свой адрес. — гостья смотрела куда-то вбок, игнорируя их взгляды, — Слабо верится, что этот твой учитель возится с тобой не ради того, от чего как раз могут появиться проблемы в виде детей. — Только почему-то каждый раз, когда у меня что-то происходило, рядом со мной были мой отец и он, а не ты, поэтому… — Твоя мама права, Юри, я уже тоже говорил, что… В голове были мерзкие мысли, как выкрутить каждую свою фразу так, чтобы сделать этому человеку понеприятнее. Побольнее не получится просто потому, что она совершенно непробиваемая. «Назло тебе залечу и докажу, что смогу вырастить ребенка даже так, а не сбежать в поисках новой жизни» - отличный вариант, но точно не про саму Юри. Она бы никогда не стала поступать ей назло, да и вообще тратить на нее свои нервные клетки, хотя ее внезапное появление явно ее подкосило. — Пап, — смотрела только на него, — я не помню, чтобы я хоть раз в жизни проштрафилась перед тобой, чтобы ни разу не слушала тебя в чем-то судьбоносном или важном, — она провела рукой по лицу, касаясь саднящего уголка рта и понимая, что уже просто не выдерживает, — я всегда справлялась с проблемами, с которыми сталкивалась, и сейчас я… — Нет, Юри, если я тебе не говорил о чем-то, это не значит, что я это одобрял. Просто надеялся на твое благоразумие, и, видимо, зря. И сейчас это не та ситуация, когда ты можешь справиться самостоятельно, я… — Как угораздило тебя связаться именно с учителем? — ее мать перебила его, — А как же твой этот красавчик? — Откуда ты вообще это знаешь? И он не учитель, а преподаватель из университета, от нас он уволится через пару месяцев, не проработав в нашей школе и года, — девушка не верила, что даже сейчас речь зашла о Ким Сону, о котором просто хотелось как можно скорее забыть, поэтому язык сам говорил о другом человеке. — Может, мне нужно было при оформлении документов рассказать вашему директору всю правду, чтобы процесс его увольнения ускорился? — Что-то ты не так сильно волновался, когда меня при тебе около подъезда зажимал неадекватный школьник. — Давайте сейчас на секунду забудем как унижать друг друга, и я выскажусь вполне серьезно, — она полностью развернулась к двери, — я не собираюсь как-либо извиняться за то, что не присутствовала в твоей жизни, но хочу, чтобы ты знала самое главное - то, что я оставила тебя… — Бросила. И не только меня. — Называй это как хочешь, но дослушай меня. Все это совсем не значит, что мне совершенно плевать на тебя, — на лице Юри появилась злая, натянутая ухмылка, — или что я не переживаю о том, что с тобой может случиться. Я точно никогда, ни за что не желала бы тебе зла, и поэтому если у меня есть возможность уберечь тебя от него, я ей воспользуюсь и помогу твоему отцу. — То, что я встречаюсь с человеком старше себя, не является злом. — Злом является то, что взрослый человек пользуется тобой, Юри. И пока на твоих глазах розовые очки, ты не поймешь этого. Ты можешь любить его сколько угодно и как угодно сильно, но факт остается фактом - вскоре все это закончится само, но способом еще больнее, чем просто переводом на домашнее обучение. — Видишь, эта женщина совершенно не знает меня. — посмотрела на отца, чье лицо просто не узнавала, и вновь перевела взгляд на мать, — Если ты думаешь, что после всего произошедшего в моей жизни я позволю провести себя, то спешу обрадовать тебя - это именно то, что точно не смогут сделать со мной. — Поверь нашему опыту, задурманить может даже по началу искренний человек, но тут явно… — Тогда я понесу ответственность за свой выбор. Я его сделала, я выбрала этого человека, и не стану убегать от этого, как хотел сделать это он сам. И как он до сих пор хочет, я вас уверяю, завтра мой номер будет заблокирован. Чтобы ты не перепутала, кто здесь к кому лезет. Отец хотел продолжить указывать на то, насколько все это неправильно, пока Юри не прервала его вопросом о том, откуда бросившая ее мать знает такие подробности ее жизни. Хон старший ответил не сразу, пока не вмешалась Чхве Суён, доказавшая правильность мыслей девушки - об этом ей, конечно же, рассказывал отец. — Мне кажется, первым наши доверительные отношения испортил ты, а не я. Секреты раньше появились у тебя, а не у меня. На этом спокойной ночи. — Из дома ты не выйдешь в ближайшее время никуда, кроме курсов. Я буду внимательно следить за тобой. — Мне завтра на работу. Забери еще телефон, чтобы все было по канонам родительских наказаний. Но перед этим выясни все же, кто в этой истории реальный злодей, а кто - нет. Спойлер для своей мамочки - тот красавчик, о котором тебе рассказывали - не спасатель, а главный мудак. — никогда до этого не материлась при отце, но сейчас было уже плевать, — До свидания. Почти что убежала в свою комнату, закрыв дверь максимально громко. Нужно просто потерпеть до совершеннолетия, а там все изменится. Полгода. Дотерпеть чуть больше полугода. Вопрос в другом - как на это все отреагирует праведник Ли Джэхён. *** Отвечать на звонки Джуёна все равно не хотелось, как и читать сообщения Чхве Чанхи. Но когда спустя полчаса абсолютной тишины в квартире Джэхён услышал стук в дверь, прятаться бы больше не получилось. За порогом стоял Ли Джуён, без единой эмоции глядевший на друга. — Где прячется Хон Юри? В шкафу? В ванной? — он вошел внутрь, оглядываясь. — Давно ты так уморительно не шутил, она уже уехала. Джуён на это рассмеялся, явно от нервов. — Смешнее только то, что мне написал Чхве Чанхи и спросил, с кем ты встречаешься. Давай представим, что мне сейчас совершенно плевать на несчастную Юри, и ты вспомнишь, чей я, блядь, друг, и за кого мне гораздо страшнее. — толкнул его ладонью в плечо, — Там были ученики! Там могли быть другие люди, ты что за спектакль устроил? — Те, кто там был, просто из чувства самосохранения не станут трепаться об этом, можешь не беспокоиться. Меня больше волнует то, что я почувствовал долю сомнения о том, что сделал. Ты не хочешь выпить? — Позвони Чхве Чанхи, без него я пить отказываюсь. Последний подъехал сразу к бару, в котором они встречались в прошлый раз. Джуён и Чанхи были приятелями, но общались они только благодаря Джэхёну, и в этот раз они собрались не по случаю дня рождения или другого важного события их общего друга. Они сели за небольшой круглый стол ближе к дальнему углу помещения, на котором уже стояло три длинных кружки с пивом. Чанхи не стал долго тянуть, с ходу спрашивая о главном - стала ли та девушка, которая дала по лицу его младшему брату, причиной того, что Чхве Юджин была забыта. Выкрутиться под давлением двух тяжелых взглядов было сложно, да и не нужно, и ответ, хоть и после долгой паузы, был дан. — Это ученица из школы, куда меня утащил работать Ли Джуён. — Ты хотел меня удивить этим? Думаешь, я не выяснил это в ту же минуту у Ёнхуна? Меня волнует, как ты в это вляпался, это звучит даже хуже, чем связавшийся с какими-то дилерами младший брат. У того-то просто мозга нет, у тебя тоже что ли? — отпил немного пива, хотя обычно предпочитал брать коктейли. — Вини в этом меня, Чанхи, — Джуён потер лоб ладонью, — это я постоянно рекламировал ему ее и советовал сблизиться с учениками. — Из-за тебя я ее видеть не мог, не обольщайся. — Джэхёну хотелось залпом выпить все пиво, но и капли не лезло, — Мне сложно объяснить, как это вышло - просто получилось. Как и с профессором Чхве. — Я до сих пор не понимаю, с чего такой нелюдимый и противный парень решил приударить за иконой всего университета, и, более того, как у него это получилось. Сам не знал, как все сошлось так. Когда он встретил Чхве Юджин, еще только в роли студента на одной из ее лекций, был покорен ее обаянием и харизмой. Услышал, как ее обсуждают ребята с его группы, так и узнал, что она не просто хороший специалист, но и очень интересный человек. А потом совершенно случайно попал к ней в семинар, и все - дальше помнит только то, как брал миллионы школьников на репетиторство, чтобы иметь возможность покупать ей цветы и другие подарки, закрывая глаза на пропасть в виде десяти лет разницы в возрасте и количеством академических успехов. — Я хотел сделать все, чтобы главные звезды этой школы меня не трогали и не доставали, хотел сделать это с ее помощью, но в процессе… будто забыл вообще для чего все это начинал. Постоянно попадал в какие-то комичные ситуации, обязательно при ней. Я, черт, прогнал от нее какого-то извращенца, даже не зная, что это она - с тех пор она будто появлялась в любом месте, где я находился. Или я появлялся там, где была она. И мне было… — все же отпил пива, — мне с ней комфортно. Спокойно. Не так, как было с Юджин. — Ну может потому что Чхве Юджин была взрослым, состоявшимся человеком? — прервал его Джуён, — Говеным, но взрослым? А не нестабильной девчонкой с горой драмы за плечами? — Как-то ты не очень лестно отзываешься о своей любимой ученице. Да и логики малова... — Джуён-а, может, ты тоже просто хотел с ней встречаться? — Джэхён не заметил, как засмеялся, видя оскорбленное лицо друга, — А что, вспоминая твоих прошлых девушек, она твоего типажа. Джуён послал его, попросив не уходить от главной темы. Джэхён и не собирался прекращаться разговор, но фразы строились медленно, нехотя. — Нет, дело не в возрасте. Дело в том, что это нужно не только мне. Мои тупые эмоции и ощущения стали важны не только мне, понимаете? — они молчали, ожидая продолжения, — Возможно, я инфантильный дурак, который после не самых здоровых отношений нашел утешение там, куда даже смотреть не должен. Но я знаю, что это важно не только мне, но и ей. И я верю, когда она говорит об этом. Наверно, с причинами стало понятнее? Кивнули оба, хотя Джуён уже слышал похожие, но менее откровенные причины. — Мне кажется, я впервые вообще с тобой о таком говорю. — рассмеялся Чанхи, — И я верю тебе. Но… а дальше что? Джуён сказал мне, что все плохо. Джэхён усмехнулся, улыбаясь горько. Конечно все плохо. Подобное не может закончиться хорошо. — Мне нужно прекратить это. Она, естественно, против, и говорит мне прямым текстом, что я не смогу избавиться от нее, но… мне нужно сделать это. Я не хочу, чтобы из-за меня она портила отношения с семьей, с друзьями. А так и будет. Поэтому сейчас я думаю начать игнорировать ее. Не знаю, может, заблокирую. В школе мы уже не пересечемся, уверен, что ее отец не выпустит ее больше никуда, поэтому… — Чанхи, скажи, только мне захотелось сейчас приложить его к асфальту лицом? — Мне захотелось дать ему по яйцам, желательно чем-то острым. Тот вообще не понял, о чем речь. — Это у вас такая запоздалая реакция на то, что я педо… — Это моя искренняя реакция на то, что ты на полном серьезе собираешься поступить, как последний мудак. То, чего он вообще не ожидал услышать от Джуёна. Что? Разве не он сам убеждал его в том, что нужно все прекратить? Разорвать эти отношения? А теперь, когда он спустя столько страданий, обрекая себя на что-то еще хуже, решился на правильный поступок, его называют мудаком? — Ли Джэхён, а ты уверен, что причиной вашего расставания была именно Чхве Юджин? Не ты что-то учудил? А то меня испугали твои последние слова. — Чанхи всегда ярко демонстрировал свои эмоции, поэтому сейчас было очевидно, что он в полнейшем шоке. — Я не понимаю вашу реакцию. Джуён сам обрабатывал меня, чтобы я бросил ее как можно… — Ты нам сейчас втирал о том, что ваши чувства взаимны, что эта девчонка по тебе с ума сходит, говорит, что не уйдет, а ты решил ее игнорировать? — продолжил Чхве, — Звучит очень не очень, знаешь ли. — Какая разница, взаимны ли наши чувства, если я априори поступаю неп… — Поматросил и бросил, выходит? — Чанхи допил остатки алкоголя, громко ставя кружку на стол. — Ты меня не слышал? Я не хочу этого делать! Делаю только потому, что так будет лучше для нее. — Ты уже испортил ее отношения с семьей, заявившись с чистосердечным признанием своих грехов к ее отцу. — Ты сделал что?! — закричал, не контролируя себя. — Еще и посмел ему заливать про то, как лучше поступить в их ситуации. — Джэхён молча, с открытым от возмущения ртом, слушал Джуёна, — Сказал забрать ее из школы на домашнее, хотя до экзаменов осталось буквально полгода. Ты уже настолько сильно усложнил ей жизнь, что просто представить невозможно. А сейчас говоришь, что просто свалишь в закат? Чем ты сам лучше Ким Сону, глупого школьника-торчка, в отношениях с ней? — Я… — Не перебивай меня. Если уж заговорили о Сону, Чанхи, это бывший парень Хон Юри. — Как я понимаю, тот, кто собирался сдать Ёнхуна копам. — Что у вас там произошло за один чертов вечер?! — Джуён громко выдохнул, — Ладно, не об этом. Тебе не кажется, что ты поступаешь как-то подозрительно похоже на него? Что за жертвы? Ради кого? Ради того, кто о жертвах не просил? Я даже не знаю, о чем вы там сегодня говорили, но я уверен, что точно представляю ее реакцию. Хватит отыгрывать героя сопливых романов. Ладно с Юджин, оставил ей все работы, хотел оставить этой мегере свою машину, настоящий рыцарь, но это другая ситуация. А сейчас ты хочешь бросить ее, оставшись великомучеником? Самому не тошно? — Я ненавижу лезть в чужие отношения, если сам человек не просит совета, но Джэхён, все выглядит так, будто ты просто отказываешься от ответственности. Не понял до конца что-то про ее отца, но это ты так решил, пусть он отгородит ее от тебя? Он не знал, что ответить. В его голове все должно было быть иначе. Его должны были похвалить за поступок, что разрушит ту единственную вещь, что приносила ему счастье, но спасет дорого человека. Он не хочет отказываться от Хон Юри. Он не хочет прекращать это, даже если это неправильно. Он просто хочет видеть ее глаза и слышать голос, пусть даже она будет кричать и материться. — Ты что, думал, мы поддержим тебя? Ты, идиот, только посмей разбить ей сердце, на твое мне после всего сказанного плевать. Не смей ее игнорировать и разберись с тем, что натворил, как взрослый, а не как пубертатный школьник, хотя я уже сомневаюсь, что ты на такое способен. Чанхи согласно кивал, добавляя, что такое решается не исчезновением из жизни. — Теперь тебе остается только плыть по течению. Решать проблемы по мере их поступления. Ее отец уже явно в курсе, что она с тобой не просто назло Ким Сону. — Но подождите, — все же решил уточнить он, — ты реально спал со своей ученицей? А со студентками такого не хотел? — Он невинен и чист, его касалась только любимейшая нуна, и… ты чего? — Джэхён поставил локти на стол, пряча в ладонях лицо, — Ли Джэхён, ты это сейчас серьезно? Теперь Джэхён окончательно убедился, что поступил максимально глупо. И как разгребать это пока было неясно.