Стратегия главного злодея

      Отказ Шэнь Цзю был ожидаем. Тем не менее Ло Бин-гэ не собирался покидать школу Цанцюн. Отыскав в свои одиннадцать Мобэя, Ло Бин-гэ заявил, что знает о своём наследии, заклинатели его ищут, а он страстно мечтает отомстить им за отца. А поскольку его человеческая часть маскирует демоническую, он умоляет ледяного демона помочь ему втереться в доверие к любой из четырёх великих школ и разрушить их изнутри. Убедить Мобэя оказалось не так-то легко. Молчаливый, расчётливый, бесчувственный и на редкость верный для демонического подчинённого, он оказался достаточно умён и подозрителен. Будучи императором, Ло Бин-гэ не часто пришлось задумываться, как бы нелегко им пришлось вместе притираться, не придумай он тогда быстрое решение вопроса главенства поединком. Но в итоге Мобэй его всё же принял на службу. Не так быстро, как хотелось бы, но снял печать, обучил и, конечно же, отправил учиться на Цанцюн.       Естественно, к шпиону Мобэя, но по пути Ло Бин-гэ решил позлить Шэнь Цзю. А после спокойно вступил в ряды учеников Аньдина и навёл на всю школу крепкий сон. Учитель убивал всех ночью во сне. Каково ему будет проснуться завтра вместе со всеми? Да ещё с маленьким зверем, присланным к нему за каким-то поручением! Ради этого Ло Бин-гэ даже не навестил сон учителя. Ничто не должно было испортить сюрприз. А утром, проснувшись первым, он покинул спящих учеников до рассвета, разбудил Шан Цинхуа и попросил дать ему какой-то предлог явиться на Цинцзин, так как Мобэй велел приглядывать за тамошним лордом.       День обещал быть прекрасным. Ло Бин-гэ вприпрыжку мчался на Цинцзин, уже представляя, как помрачнеет лицо учителя от его солнечной улыбки, когда он поскользнулся и едва не упал. Странная, зловонная жёлто-зелёная лужа с плавающей в ней ученической формой. Ло Бин-гэ вытер ногу о траву, но запах остался. У учителя появился шанс уколоть в ответ. С другой стороны, что чистоплотный бессмертный мог ожидать от маленького зверя?       Ло Бин-гэ ухмылялся, пока не ступил на Цинцзин. В тишине, нарушаемой лишь пением птиц, на месте учеников, дежуривших ночью, тоже было две лужи. В них плавала не только форма, но и волосы. За всё своё время, что Ло Бин-гэ помнил, он ни разу не встречал такого зверя или демона, кто мог бы переварить так живое существо. Но вчерашний разговор и сегодняшний результат не могли быть просто совпадением. А значит… Ло Бин-гэ спрятался в бамбуковом лесу, пытаясь усыпить любое живое существо поблизости. Вокруг отзывались на его сонный призыв лишь птицы и мелкие животные. Никаких монстров, никаких демонов, никаких людей. Живых…       Нет, это не могло случиться опять! Когда он покидал вершину Аньдин, все были здоровы! Мало что могло бы так быстро и незаметно… Ло Бин-гэ проверил территорию главы Юэ. Усыплять было некого. Территорию Лю Цингэ — тоже. Территорию Ци Цинци — этот пик жил и процветал, ничего не подозревая. Территорию Аньдин — аналогично. Все пики были в безопасности, кроме этих троих.       Переполненный разочарования, гнева и тоски — опять предстояло прожить зря целую жизнь — будущий император вышел из леса и поплёлся к бамбуковой хижине. Она была не заперта изнутри. Пустая, как никогда приветливая, ещё хранившая запах живого хозяина, но уже испортившая его из-за лужи на кровати, оставшейся от него. Кажется, Шэнь Цзю точно знал время собственной смерти. Он лёг на застеленную кровать, предварительно сняв всю одежду, и, аккуратно сложив её, умер. Подобно погибающей улитке, превратился в жидкость, оставив лишь волосы. Найдя полотенце, Ло Бин-гэ достал из лужи прядь и спрятал в кармане. У Шэнь Цзю были длинные густые волосы. Никто не заметит пропажи.       В последней день своей жизни Шэнь Цзю носил светлую дорогую одежду с лёгкой тонкой вышивкой, и она тоже ещё хранила остатки его запаха. Но если кто-то из других лордов его видел в этот день, он догадается, если Ло Бин-гэ подменит их на чистые и заберёт себе. Начищенный до блеска чайник покоился в углу пустым и сухим. Ни орехов, ни ягод, ни единого рисового зёрнышка или капли питьевой воды нигде не было. Возможно, учитель уже давно отказался что-либо глотать, кроме собственной слюны, надеясь избежать демонической крови. А на столе, аккуратно свёрнутый, лежал свиток под незавязанной красной лентой. Даже в первой жизни Ло Бин-гэ не помнил, чтобы учитель особенно жаловал красный цвет. В остальных жизнях, в чьи бы воспоминания будущий император ни заглядывал, не то что пропала пташка с нарисованной красно-белой цаплей или выцветшая чёрная тряпка для смахивания пыли, а даже румяного персика никто не видел в руках Шэнь Цзю. Откуда же теперь взяться этой ленте? И почему учитель, зная, что умирает, не запечатал свиток? Наверное, это было крайне важно, раз он потратил на него последние часы.       Ло Бин-гэ протянул руку, развернул. Мерзкое, хитрое чудовище глянуло на него с нескольких иллюстраций, дразня знакомой меткой. Стоило прочесть несколько слов мелкого текста между ними, как будущий император едва его не разодрал в клочья. Учитель позаботился, чтобы отвесить пинок своему ученику и после смерти.       Ло Бин-гэ был в ярости. Он не мог, просто не мог проиграть Шэнь Цзю третью жизнь подряд! Особенно после блестящей победы в первой!!! Он же подготовился. Опавшая бамбуковая листва боялась огня. А стоило бы развести пожар днём, на других пиках увидели бы и вмешались! Если бы Шэнь Цзю опять усыпил адептов пика Аньдин, Мобэй узнал бы это и явился бы в школу лично. Шэнь Цзю и глава Юэ достались бы Ло Бин-гэ, в награду окутанные вервием бессмертия. А ночью никто из школы бы не смог совершить поджог, так как Ло Бин-гэ собирался бы лично укладывать всех спать. Он ведь продумал каждую деталь! И опять…       Эта смесь на учительской кровати. Если её капнуть на семена цветка росы и луны, она заменит кровь? Быть может, хоть такие останки на что-то годны? Жаль, об этом можно будет узнать лишь через несколько лет, когда придёт время собирать семена.       Без трёх ведущих лордов школа Цанцюн утратила репутацию лучшей школы. Их судьба поразила всех. Особенно в причины смерти учеников не посвящали, но из снов главного лекаря Ло Бин-гэ узнал — причиной всему был неизлечимый яд с какой-то смесью. Все лорды и ученики трёх пиков были поголовно заражены и связаны между собой неизвестным методом. Как только кто-то один непонятным образом спровоцировал болезнь, она убила и его, и тела других. Из снов Ци Цинци в прошлой жизни Ло Бин-гэ узнал, что Шэнь Цзю усиленно интересовался ядами. Раньше Ло Бин-гэ думал, что они лишь помогут ему усыпить всех перед пожаром. Выходит, этого было мало. Учитель потратил три жизни на то, чтобы изобрести новую отраву и невероятным образом привязать благополучие множества людей к своему телу. Значило ли это, что причинение вреда другому также может отнять у него учителя?       Ло Бин-гэ не знал, был ли у Шэнь Цзю такой план, но это предположение ему не нравилось. Что если это была только проба? Если учитель проверял — сработает только на его теле или нет? Возможно, цепочку можно было бы разрушить, если бы кого-то удалось спасти. Но той злополучной ночью Ло Бин-гэ лично всех усыпил. Никто ничего не почувствовал, не позвал на помощь. Вот почему в конце беседы у учителя на висках появился пот, Мин Фань взмок, а остальные валились с ног от усталости. Возможно, Шэнь Цзю "выпустил смерть", едва демонический наследник переступил порог. Просто на него, из-за его духовного развития, яд действовал медленнее. И он рискнул, пошёл на это, зная, что последним умрёт сильнейший заклинатель и его единственный друг. На что он пойдёт в следующий раз?       Ещё предстояло решить, что делать со школой Цанцюн. Оставаться учеником, тем более под опекой такого трусливого заклинателя, как Шан Цинхуа, не хотелось. Сам Ло Бин-гэ ещё не достаточно окреп, чтобы отказать Мобэю в их уговоре. Заклинательную силу быстрее было бы развить всё же в какой-то школе…       Тогда Ло Бин-гэ решил оставаться, пока не прочтёт свиток, оставленный ему учителем, а после он отправится в единственную неисследованную великую школу в прошлых жизнях и поищет там ответы о странных зельях учителя. Увы, чтение оказалось сложнее, чем казалось вначале. Текст был наполнен не просто колкими оскорблениями, насмешками и обидными иллюстрациями. Не любящий пустословия в жизни, Шэнь Цзю щедро добавил в него "воды", открыто издеваясь над читателем. Впрочем, не только над будущим императором. Предположив, что ученик может не додуматься развернуть свиток, и тот попадёт в другие руки, Шэнь Цзю взялся за своих шиди и весь заклинательский мир. Возможно, в этой жизни его пыл поутих из-за приговора и заключения, но точно ещё не прошёл. Когда Ло Бин-гэ добирался до подобных мест, он даже забывался и искренне смеялся над бессмертными старыми мудрецами, которых так легко смог очаровать и уничтожить, едва вернувшись из бездны. Но стоило учителю "вспомнить" про него, он почти плевался кровью, как Шэнь Цзю во время отклонения ци.       В итоге чаще чем раз в месяц разворачивать свиток было опасно. В одинокие часы Ло Бин-гэ пробирался в нетронутую бамбуковую рощу, наматывал на шею вымытую учительскую прядь и принимался за чтение, представляя, как слышит голос учителя у себя за спиной. Его хватало минут на пятнадцать. После чего он прятал послание, негодуя и клянясь больше никогда его не касаться. Но зная — пройдёт несколько недель, и тоска станет сильнее ярости. И он опять вернётся сюда, чтобы помечтать, будто опавшие листья гонит навстречу не ветер, а ци учителя. Что он не умер, а разыграл свою смерть, обрезав волосы и бросив в ту лужу. А теперь прячется в роще, наблюдает за учеником и скрывает гаденькую, но привлекательную улыбку за веером. В конце концов послание было единственным способом пообщаться с учителем на многие годы до его перерождения. Учитель оскорблял его с бумаги, а Ло Бин-гэ отвечал ему, ругаясь на его любимую чащу и иногда топча её молодые побеги.       Сжигать Цинцзин не было смысла. Учитель уже не увидит, а всё, что Ло Бин-гэ расскажет ему о прошлой жизни, уже не проверит. Зато у будущего императора появилась новая идея. Он хотел разгадать тайну бамбуковой рощи. Почему после всего пережитого Шэнь Цзю всегда сюда возвращался? Ладно, ему нужен был Ци-гэ. Однако его он мог получить, просто позвав за собой. Но лес… Это же просто лес! Есть множество подобных лесов, гор, озёр. Даже бамбуковых домов. Лично для Ло Бин-гэ не было бы принципиально править именно в Цветочном дворце. В мире было много богатых строений в удачных местах. Просто Цветочный стал его первым трофеем. Под ним была надёжная тюрьма, а в тюрьме был учитель…       Отгадать тайну леса не удалось. Зато через пару лет Ло Бин-гэ дочитал свиток. Как раз к Союзу Бессмертных. И у него появилось впечатление, что не ему одному решил посмертно отомстить учитель.