Они чокались ядом и пили на брудершафт

      Амен чувствовал себя… странно. Ему было непривычно работать вдвоём с кем-то, быть главным наполовину. Но свои плюсы в работе с Эвой были. Этого он отрицать не мог.       После дня тяжёлой работы в Фивах два отряда солдат и два командира выезжали из города, направляясь к своим лагерем.       Этот день был удачным. Благодаря информации Эвтиды, они поймали двух шезму. Даже не ночью на задании, а днём.       Амен поглядывал на девушку, уверенно держащуюся в седле. Их лошади ехали бок о бок чуть впереди основной массы охотников.       — Сегодняшний день я считаю выдающимся.       Мужчина скосил на девушку взгляд.       — Чем же он отличается от других?       Эва повернула голову к эпистату и улыбнулась ему. Как-то по-особенному. Амен не смог понять, что такого было в этой улыбке.       Жаль Тизиана нет рядом. Он бы точно разгадал эти женские штучки.       — Я работала с Верховным эпистатом рука об руку.       Эва посмотрела вдаль. На горизонт. Туда, где пустыня шуршала своими песками, заманивая путников в миражи.       Амен нахмурился, не отводя внимательного взгляда от девушки.       — Откуда у тебя информация о черномагах?       Эва снова улыбнулась. Она не смотрела на Амена. Ей хватало знания, что он смотрит.       — Работа, работа… Правду о тебе говорят: работа превыше всего. И чутьё твоё знаменитое. Оно правда есть?       Амен поймал её изучающий взгляд. Он не понимал эту девушку. Она будто не на одном с ним языке говорила. Её голос звучал плавно, лениво. Окутывал его, как туман. Плотно, душно. Голова закружиться может.       — Правда.       — Тебе взгляда на человека хватает, чтобы понять, что он черномаг?       Амен отвернулся от неё. Что за вопросы такие?       — У тебя такое же чутьё, как я погляжу. Или информаторы хорошие.       Эвтида рассмеялась. Её веселил их диалог. Оба юлили, прямо на вопросы не отвечали. Они не доверяли друг другу.       — Как ты стала командиром тайного отряда?       Амен старался голосу равнодушности придать, в сторону смотрел. Но Эва всё равно поняла. Чутьё у неё точно есть. На эмоции человеческие.       — Такие разговоры ведут после бутылки вина на закате. Или у Фараона на допросе.       Амен кивнул. Эва ждала, что он скажет. Но он потерял интерес к ней, поняв, что отвечать она не будет.       "Дурак", – подумала она, вздохнув.

* * *

      — Дурак! — Воскликнул Тизиан.       Амен поднял на него тяжёлый взгляд. Не такой реакции на свой рассказ он ждал.       — Она же тебя позвала на разговор по душам. Ещё и с вином! Это уже не просто разговор по душам, — подмигнул эпистату Тизиан.       Амен нахмурился и отвернулся от друга. Чтобы тень смущения, пробежавшая по его лицу, не была замечена внимательным взглядом Тизиана.       — Глупости не говори. Она тему просто перевела…       Но Амен уже сам начал понимать, что его помощник прав. Эвтида звала его выпить вина… А он, дурак, не понял этого.       — Ладно. Иди. Завтра никуда не едем. Тренировки будут весь день.       Тизиан уловил напряжение в голосе Амена. Но промолчал. И вышел из хижины эпистата.       Амен, как только дверь закрылась, опустился на стул.       Его разум должен быть чист. Работа на первом месте, как и говорила Эва… Эва.       Вместо работы в голове была она. Непоколебимая, непонятная Амену, стойкая девушка.       Как она заняла этот пост? Как стала командиром тайного отряда? Какая у неё история?       Ответы он пока не знал. А свой шанс упустил.       В голове всплыли недавние слова Тизиана: "Это уже не просто разговор по душам".       Амен откинул голову на спинку стула, прикрыв глаза. Он был с девушкой однажды. Так давно, что уже и не вспомнить. Это было неловко, быстро и… переоценено. Каждый раз Амен только головой качал, когда слышал обрывки разговоров своих охотников. Они обсуждали свои ночные похождения, обнажённые женские фигуры и прочее. Амен не понимал, что такого в сексе.       Но сейчас под его веками крутилась в своём смертоносном танце Эва. Тот их бой на турнире. Юбка её лёгкого платья взлетала иногда до середины бедра. Амен заметил кожаные полосочки ножен и аккуратные рукоятки клинков. Под рукавами он также обнаружил холодное оружие. Она носила свои клинки с собой всегда. Амен был уверен.       И тут в его голове всплыл образ. Полностью обнаженная Эвтида. Но на ней всё те же кожаные ножны.       Амен открыл глаза и тряхнул головой. Что за мысли такие?       Мужчина потёр переносицу пальцами и глубоко вздохнул.       Но назойливый образ не желал покидать его голову. Эва усмехалась ему своей чарующей улыбкой, крутила в руке острый клинок. Её кожа переливалась.       Блять…       Амен встал со стула. Вышел на свежий воздух. Он дал несколько распоряжений охотникам, узнал, где Тизиан. И нехотя вернулся обратно в свою хижину. Стены на него давили. Он ходил по помещению, не зная, чем себя занять. Разум затуманился.       Мужчина снова сел на стул. Он дышал через рот, глубоко, полной грудью. Но сердце в груди стучало набатом.       Амен вдруг почувствовал жар и приложил ладони к лицу. Его щеки горели. А ещё… у него пульсировал член.       Мужчина стиснул зубы.       Убирайся из моей головы!       Но Эва смеялась ему в ответ, танцуя на его самоконтроле победный танец.       Он приподнял бёдра, упираясь лопатками в спинку стула, и стянул штаны. Его ладонь легка на затвердевшую плоть.       Амен выдохнул. Ощущение было приятным, долгожданным.       Его глаза закрылись сами собой, а голова откинулась назад.       В памяти всплыло их с Эвой рукопожатие на турнире. Её нежная, бархатная кожа. А потом его грубая ладонь с мозолями.       Он забылся. И вот уже её рука скользит по его возбуждённому члену. Её касания нежные, плавные… Нет. Это же Эва. Грубые, рваные, дерзкие.       Амен приподнял бёдра, толкаясь в кулак. Его и так уже учащённое дыхание окончательно сбилось. Он задыхался, рисуя в воображении Эву. Она такая же дерзкая, когда возбуждена?       Он мечтал коснуться её, мечтал содрать с неё клинки в ножнах. Чтобы она была безоружна перед ним. Чтобы открылась ему, поддалась, покорилась. Её буйная, дурная кровь, отравленная дерзостью. А кожа бархатная, нежная.       Амен приоткрыл рот, чувствуя напряжение. Он приподнялся ещё выше, удерживая баланс еле-еле.       Его рука болела, но наслаждение было так близко. Он не давал себе передохнуть. Он хотел всё и сейчас же.       Из его рта вырвался сдавленный стон за секунду до оргазма.       Мужчина излился в кулак и осел на стул. Он приходил в себя несколько минут. Когда дыхание стало ровным, а наваждение и образ обнажённой Эвы прошли, он почувствовал себя глупо. И… грязно.       Эва не заслуживала такого, по его мнению. Пусть она никогда и не узнает, что Амен завёлся и удовлетворил себя, представляя её, но ему было неловко.       И следующий день он избегал не только её саму, но и мыслей о ней.

* * *

      Тизиана позвал один из охотников, стоящий на посту на входе в лагерь.       Помощник эпистата наблюдал, как Эва в гордом одиночестве приближается к их стоянке.       — Тизиан, доброго дня.       — Эва.       Он кивнул ей. Девушка усмехнулась, но промолчала.       — Проводишь к эпистату?       Тизиан вспомнил их с Аменом диалог с утра.       — Предупредить Эвтиду, что мы не едем сегодня никуда?       Амен задумчиво посмотрел в сторону.       — Нет.       Тизиан непонимающе изучал командира взглядом, но оставил вопросы при себе.       "Неужели он расстроился, что не разгадал её намёков?" — Думал тогда Тизиан. — "Или он теперь боится, что она снова его пригласит? Чушь. Он не может бояться".       Именно поэтому Тизиан не знал, как поступить. Эва смотрела вопросительно.       — Он сейчас занят. Что передать?       Ложь слетела с его губ просто. Девушка, может, что-то и поняла, но не стала настаивать. Только глаза немного сузила.       — Мы завтра поедем в поселение в сутках езды отсюда. Думаю, там будут шезму.       Тизиан обернулся. Амена видно не было.       Ра его подери! Что делать?       — Я передам Амену. Если что, пришлю одного из охотников.       Эва кивнула и развернулась, собираясь уходить.       — А где Аш? Давно его не видел.       Она обернулась спустя пару мгновений. На губах была беззаботная улыбка.       — Семейные дела.       — Ваши?..       Тизиан непонимающе на неё смотрел. Эва рассмеялась, качая головой.       — Только его. Он мой подчинённый. И хороший человек. Но не больше.       Эва усмехнулась и пошла к своему лагерю, оставляя Тизиана одного. А он долго провожал её спину взглядом, прежде чем пойти на поиски Амена.

* * *

      — Мы не поедем.       — Почему? Это хороший шанс. У её отряда было три вылазки. Каждый раз с успехом.       Амен поджал губы. Тизиан стушевался.       — Мы остаёмся в Фивах. Надо встретиться с лекарем. Ливий Пеллийский. Знаешь?       — Слышал, — Тизиан вздохнул. Махать клинком ему нравилось больше, чем говорить о хвори. Он в этом ничего не смыслил.       — Надо заняться и другими делами. Пусть Эвтида со своим отрядом пока шезму ловит.       Тизиан понимал, что Амен не просто так в Фивах остаётся. Избегает Эву? Почему?       — Завтра с утра ты и ещё четыре охотника со мной. Остальные в лагере останутся. Передай.       Тизиан кивнул и вышел из хижины.       Над их лагерем пролетел сокол. Тизиан задрал голову, прикрывая глаза ладонью. От Фараона. С письмом.       Птица стала снижаться, пролетев их стоянку. Письмо было для Эвтиды.       Тизиан подумал и пошёл отдавать приказ эпистата охотникам, решив пока не говорить Амену о соколе с письмом.       А Эва в этот момент уже изучала глазами иероглифы, написанные на папирусе. Сокол смотрел на неё своими умными глазами.       Эва мысленно выругалась. Её рука сжалась в кулак, сминая письмо. Она пошла в свою хижину и подожгла край папируса, наблюдая, как огонь пожирает чернила и бумагу, оставляя лишь пепел.