Слегка в его вкусе

Рюгуджи, распинающийся в каком-то оживлённом рассказе, красочно жестикулировал руками прямо перед носом, однако его слова по-прежнему муторно пролетали мимо слушающего. Такаши вцепился периферическим зрением в одну точку и завис, поглощенный своими же мыслями. Чёртов Сано. Чёртова ситуация. Чёртовы чувства. Почему этот самодовольный малявка внезапно решил его игнорировать? Не тянет даже на шутку, совсем. Нет, между ними, конечно, должны были произойти явные изменения — после случившегося-то, — но чтобы так конкретно морозиться. Капитан второго отряда нервно двинул рукой, и ноготь под зубами всё же хрустнул — плохая привычка. Ощущал он себя мерзко, и чувство внезапно настигнувшего с головой страха было тоже не менее мерзкое. А боялся он именно того, что мог показаться для Майки отвратным, и эта пытка казалась невыносимой. — Такаши, блять, — Кен, сидящий рядом ругается. — Ты опять в облаках? — он кривит своё лицо, показывая явное недовольство. — У нас битва завтра. Приём, Такаши, — щёлкает пальцами прямо перед глазами, для привлечения внимания, хотя последний и с первого раза отреагировал на грубый тон. — Слушай, сегодня же собрание, да? — юноша убирает чужую ладонь от лица, пропуская все упрёки мимо ушей, спокойно расколачивая на дне кружки чая сахар. — А я о чём? — со вздохом подмечает Доракен. — Все капитаны и их замы должны присут.... — Я не приду, окей? Прикрой, пожалуйста, — перебивает его серебряноволосый, отставляя недавно принесённый официанткой десерт подальше, аппетита совсем не было. — Ты, блять, хоть слушаешь меня?! — выйдя из себя, кулак блондина громко встречается со столом, содержимое которого в мгновение подпрыгивает. — Ну-ка, пойдем выйдем, — он вытаскивает друга чуть ли не за шиворот. — Че за хуйня, Мицуя? — уже будучи на улице, он грубо откидывает парня, и тот впечатывается в ближайшее дерево спиной, болезненно ойкнув. — Я просто занят... — Такаши спешит увести взгляд в сторону, так как убедительных оправданий у него не было. Что ему следует сказать? «Извини, мы тут на днях с твоим лучшим другом подрочили друг другу, а потом я ему отсосал»? Серебряноволосый был уверен, что Кен тогда ему пропишет сразу в два глаза — для симметрии. Майки как раз недавно был в зоопарке, и ему очень понравились пандочки. — Чем ты занят? — искренне не понимая тревог юноши, Рюгуджи вскидывает брови. — Не придумал ещё? — и, не получив должного ответа, снова начинает гневаться от такого несерьёзного поведения. — Ладно, я устал. Просто устал от этого! — под давлением Мицуя сдаётся буквально выплюнув из себя давно засевшие в сердце слова. Ему правда стоило отдохнуть от Сано, а Сано — от него, чтобы после всё медленно стабилизировалось и, возможно, наконец вернулось на круги своя. — От чего? — не совсем понимает Кен, однако состояние друга его действительно беспокоит. — От Свастонов, — Такаши не смог подавить инстинктивное желание сразу отвести глаза от собеседника, ведь не был с ним до конца честен, и это ложилось на душу камнем. — Ты хочешь уйти? — явно что-то недопоняв, Доракен недоумённо округляет глаза. Разочарование и испуг мешается в его взгляде, который он теперь ни на миг не сводит с капитана второго отряда. — Я не говорил этого! — Мицуя раздраженно фыркает, замечая, с какой масштабностью драмы развивается эта глупая беседа. Не хватало тут только лишних ушей для полного счастья. — А ты подумал о Майки? — в первую очередь Рюгуджи, конечно же, пёкся о Сано, и это нервировало, ведь друзей у него было двое. — Пачин в колонии, Баджи в Вальхаллу метнулся и с Кадзуторой спелся. Основатели один за одним уходят в ебеня. Ты подумал, что будет чувствовать Майки, когда узнает, что ты хочешь уйти? — зам Свастонов стиснул кулаки так, что показалось суставы затрещали. Секунду спустя он не выдерживает, и капитану второго отряда прилетает в нос. — Доракен, у тебя проблемы с самоконтролем? — удар вышел на славу, Такаши и среагировать толком не успел, как кровь уже хлестнула, плавно стекая с подбородка и оставляя на светлой одежде багровые кляксы. — Я же сказал, что не ухожу. Хули ты своё надумал? — его лавандовые прищуренные глаза выражали явное недовольство, полыхнув приступом возмущения. — Может, ты глуховат стал с возрастом? Посети ЛОРа, — ядовито прошипел парень, тщетно пытаясь сохранить самообладание. — Что вы делаете? — Сано очутился рядом за считанные метры слишком неожиданно. Как только он оказывается напротив гопников, парни испуганно роняют взгляд на землю. Междоусобицы были запрещены в Свастонах, а уж тем более не приветствовались стычки капитана и зама банды. — Если чешутся кулаки, то завтра на драке чтобы уложили не меньше сотни каждый, — златовласый обвёл каждого из них мрачным взглядом, сверля не хуже электрической дрели с алмазными наконечниками. — А теперь, о чём вы сейчас говорили? — угрожающе зазвучал вопрос ледяным тоном. Глава Свастонов в последнее время был сам не свой — возможно, из-за потери капитана третьего отряда или ухода Кейске и появления Ханемии. Чёрт, причин у него правда было достаточно... Поэтому его зловещая тень, которая на солнце словно разрастаясь превращалась в исчадие монстра, легла на двоих подростков, словно придавив своей аурой. — О Вальхалле, — врёт Рюгуджи. — Немного не туда нас занесло, вот и всё, — он боялся сказать лишнего, но и искусно лгать не умел. — Не пиздите мне. Я хочу услышать всё до единого слова, иначе живыми вы не уйдёте, — становилось тревожно и жутко, Майки не шутил. — Мы говорили о Мицуи и его долбанутом поведении, — сразу выплёвывает Кен правду, словно отчитавшись перед лидером. Капитан второго отряда чуть ли не давится воздухом от возмущения. Может, он и вёл себя по-нелепому странно, но почему когда Сано ведёт себя по-конченному — это норма? — И что наговорили? — незаинтересованно бросает глава Свастонов, останавливая свой тёмный взор обсидианов на серебряноволосом. — Ничего, — бросает Такаши, в надежде поскорее закрыть тему. — Он хочет уйти, — встревает Кен, беспощадно разбивая эти надежды. — Куда уйти? — золотистые ресницы дрогнули, глаза широко распахнулись. Сано в тоже мгновение прячет убийственную ауру, словно ёжик колючки. — Нет, не хочу! — теряя терпение, громко перебивает этот абсурд Мицуя. — Из Свастонов, — однако зам главы его не слушает. Его по большей части вообще сегодня никто не слушал и не пытался даже. — Вот я и решил выбить это из него, — заканчивает блондин, как капитан второго отряда раздраженно закатывает глаза. «Мыльная опера на минималках», — мысленно комментирует серебряноволосый, уже бросая попытки что-либо объяснить. — Мицуя, так ты хочешь на покой? — Манджиро кажется безмятежным и расслабленным, однако на лице стекленеет пугающая до дрожи улыбка. — Давай-ка поговорим, — качнув набок головой, прищурился он, поедая парня тёмной бездной своих глаз. — Нет, я не хочу ни на покой, ни говорить с вами, Глава, — быстро буркнул Такаши, отступая назад. Оказывается, когда они играли в молчанку, было не так уж и плохо. — Даёшь дёру, Мицуя? — Доракен с лёгкостью цепляет последнего за шкирку, не дав осуществить задуманный побег. — Я тебе, блять, чё, котёнок? — Такаши не выдерживает столь пренебрежительного поведения со стороны друга, резко двинув назад головой, после чего подбородок зама болезненно стукнулся зубами об зубы. — Кенчин, оставь нас. Нам надо наедине поболтать, — устало вздохнул глава Свастонов, махнув рукой. Рюгуджи недовольно шикнул, растирая лицо, но всё же скрылся из виду. — Ну? Почему ты хочешь уйти? — спустя пару минут молчания поднял взгляд коротышка, подойдя ближе к капитану второго отряда. — Я не хочу уходить, этот остолоп не так всё понял. Нового капитана второго отряда не будет, не дождётесь! — холодно блеснув глазами, закончил юноша, не собираясь ещё как-то дополнять свою речь. — Правда? Это хорошо, — Сано тут же смягчается, рассыпаясь в тёплой улыбке, приковывая взгляд серебряноволосого к себе. — Но твоё поведение и правда странное, — хмурит брови мальчишка, делая замечание. — Нет, Глава, моё поведение как раз таки нормальное, а вот твоё нет! Ты меня избегаешь и... — Такаши бы продолжил негодовать, удовлетворяясь тем, что может наконец высказать всё накопленное и терзающее в глубине души, однако чеширская улыбка, ползущая по лицу главы Свастонов, заставила его остановиться. — Ой, в самом деле? — Манджиро картинно округляет глаза, невинно хлопая ресницами. — Так тебя это задело? — в хитром прищуре интересуется мальчишка, довольно растягивая губы. — Я... Я, конечно, понимал, что ты делаешь это намеренно, но не ожидал, что в таком ключе, — растерянно замер капитан второго отряда. — Ты хоть можешь представить, что я себе успел надумать? — его голос прозвучал с некой обидой. — Хочешь поделиться? — бессовестно изогнув брови, поинтересовался мальчишка, ничуть не меняясь в лице. За миловидной детской внешностью Сано, Мицуя, кажется, успел забыть, как быстро адаптируется этот маленький монстр — и не важно бой это или быт повседневности. Златовласый очень легко принял тот факт, что нравится Такаши, и пользовался преимуществами. А нечего было показывать свои слабости, особенно такому эгоцентрику, так что винить оставалось лишь себя. — Иди ты нахуй, — весьма спокойно изрёк парень, в край исчерпав на сегодня запас терпения. — На собрание не приду, смс-кой можешь отправить свою ёбанную подбадривающую речь, — резко крутнувшись, дабы уйти, брякнул напоследок юноша. — Ну, Мицуя, прости! — Майки звонко хохочет, словно изводить людей было его призванием. — Ты же знаешь, какой я. Нечего было влюбляться, — цепляясь за руку парня и буквально повиснув на нём, пролепетал коротышка, останавливая подростка. — Мне всё равно, дай мне уже уйти, — фыркнул недовольно серебряноволосый, упершись долгим выдержанным лиловым взглядом в чёрный омут главы Свастонов, явно не собираясь поддаваться и вязнуть там с головой, как делал обычно. — Ладно, — попутно вздоху сдаётся светловолосый, отпуская. — Я дам тебе ответ после того, как победим Вальхаллу, Мицуя, — закончил он с одной из своих дежурных улыбок. — Какой ещё нахрен ответ? Я и так его знаю. Я просто хочу, чтобы мы были друзьями как раньше, а не вели себя как тормозы во время спермотоксикоза, — не сдерживаясь, высказался подросток, которому явно уже всё это осточертело. — Уверен, что знаешь? — прилетает неоднозначный ответ мальчишки. На миг цветущие сиреневые глаза в изумлении замерли, однако недоверие, блеснувшее в них следом, смыло эти самонадеянные чувства волной подозрения: — Не смей мне давать надежду, особенно после того, что сказал. — Что я сказал? — непонимающе склонил голову Сано, заблымав своими большими глазами. — Что это лишь твоё мимолётное увлечение, ты никогда мной не заинтересуешься. Поэтому не вводи меня в заблуждение. Меня и так... Меня и так всё устраивает... — отвёл взгляд юноша, стараясь удерживать вихри эмоций, в которых запутался уже сам. — Именно поэтому ты меня к Такемучи ревновал? — вздёрнул брови Майки. — Не ревновал, тебе показалось, — упёрто продолжил серебряноволосый. — Да-да, как скажешь, — Сано с неким облегчением выдыхает. Кажется, мимолётная беседа с Такаши подняла настроение и помогла отпустить удручающие чувства, беспокоящие его уже долгое время. — Потерпи немного, ладно? — он весело ему подмигивает, возвращая привычную детскую манеру, и, развернувшись уже машет Рюгуджи, дабы тот мог вернуться к ним.

***

...

Манджиро впервые хотел отдаться черной мессе внутри себя целиком — в когтистые лапы чего-то непроглядно-тёмного, что жило в его сердце. А оно ликовало, шкрябало изнутри душу и злобно скалилось в жажде дарованной власти, упиваясь ей. В какой-то момент его словно оглушило: противный писк раздался в ушах вперемешку с взволнованным голосом капитана второго отряда на фоне и плача Ханагаки, который тоже что-то громко, взахлёб кричал. Тело действовало будто само по себе, на инстинктах: вот он хватает Ханемию и одним ударом с ноги вырубает. Недостаточно. Этого недостаточно чтобы утолить его голод, поэтому Майки бьет ещё раз, ещё раз, ещё раз, ещё раз... Пока лицо напротив не превращается в кровавое месиво. Последний удар кто-то блокирует — и это было чревато последствиями. Тонкая кость чужого запястья в миг хрустнула, послышался сдержанный болезненный вопль. — Прекрати, ты же правда убьешь его! — пока все в оцепенении застыли на местах, Мицуя попытался докричаться до своего главы. Вот только в ответ ему был опустошенный взгляд, не того лучезарного мальчишки которого он всегда знал. — И почему я не могу этого сделать? — Сано поднимает свои тёмные бездны глаз, придавливая всех присутствующих мрачной аурой. — Потому что тогда ты станешь убийцей. — Мицуя, если не хочешь попасть под раздачу, то лучше исчезни с моих глаз прямо сейчас...

...

Манджиро встревоженно распахивает ресницы, по ушам сразу бьёт шум чужих разговоров. Мальчишка потирает заспанные глаза, пытаясь вернуться из царства снов в реальность. Видимо, задремал в палате Кейске. Койку пациента давно окружили недавно пришедшие друзья, развлекая больного разговорами. С ленивым зевком златовласый проделывает потягушки, перебираясь поближе. — А я думал, чё у меня за кирпич в ногах лежит, — прыснул хрипотцой капитан первого отряда. — Когда ты очнулся? — глава Свастонов пропускает мимо ушей язвительный комментарий, потянув искреннюю улыбку. В мыслях он взмолился, чтобы это был не очередной его сон. — Да где-то минут десять-пятнадцать назад, — осведомил Рюгуджи, по привычке поправляя прическу коротышки. — Врач заглядывал, сказал: рана тяжелая, но кровопотеря незначительна и важные органы не задеты, — следом добавил он. — Ну чего вы такие все хмурые? Вы же не на моих похоронах, хорошо ж всё, — словно бы ни в чем не бывало выдал брюнет, покривив лицо. — Чиф, убирай свои сопли, ты вообще должен возмущаться, я тебе в прошлый раз так ебучку разукрасил... — несколько виновато подметил он, обращаясь к своему вице-капитану. — Баджи-сан... — Мацуно шмыгает носом, припадая к постели друга, и резко заключает вышеупомянутого в крепкие объятия. — Полегче, балда, у меня вообще-то ножевое! — Кейске болезненно шипит, стараясь отцепить от себя своего зама. — Да уж, обошлось так обошлось... — Рюгуджи с неким облегчением выдыхает, усаживаясь около тумбочки, шурша пакетами с фруктами, начиная неспешно очищать яблоки от кожуры. — Кстати, а Кадзутора... — резко обрываясь на полуслове, капитан первого отряда бросил беспокойный взгляд на Сано. — Я его хорошенько отделал, но жить будет, — неохотно отвечает последний. — Чиллит в соседней палате, — лаконично заканчивает пшеничноволосый. — Прости, Майки, — черноволосый роняет взгляд на пол. Едкое чувство вины вгрызалось в сердце, не давая смело заглянуть в глаза друга детства. — Завались, а? — подобно змее шикнул глава Свастонов. — Я сейчас пиздецки хочу уебать тебе, но сдерживаю это желание, знаешь ли... — весьма честно признался он. — Я не доверяю Кисаки, — обронил на выдохе Кейске, считая должным сообщить этот не менее важный для него аспект. — Не поверишь, мы поняли... — закатил глаза Сано, недовольно цокнув языком. — Я рад, что ты смог остановиться, — в добродушной улыбке заключил Баджи, теребя волосы коротышки, от чего тот спешит отбиться. — Я не останавливался... — мрачно бросает Манджиро, не смея поднять и взгляда. — Что? — Я не останавливался. Меня остановили... Обошлось. Всё и вправду обошлось избитым Ханагаки и сломанным запястьем Мицуи. Сложно было представить, что стало бы, если бы эти закономерности не остановили Сано и спрятанное в нём чудовище — возможно, тогда бы все сейчас пили за упокой Ханемии. Обошлось всё также тем, что ножевое оказалось не таким опасным, и скорая добралась к ним на редкость быстро. Обошлось, что у Торы сломано всего три ребра, а могло бы и все двенадцать пар. Обошлось, что Майки не поехал окончательно крышей и вернулся в норму. — Кстати, а где наш капитан второго отряда прохлаждается? — вырывает всех из размышлений черноволосый. — Все значит пришли навестить, а эта скотина нет? — возмущенно скривился подросток, ожидая ответов от друзей. — А, ну... — Доракен искоса глянул на Сано. Ещё недавно Такаши настрого запретил вещать о своих проблемах, а уж тем более ставить в известность главу Свастонов. Словно бы почувствовав это, Майки как-то понуро встал и молча покинул палату под удивлённые взгляды присутствующих. Больничный коридор будто простилался вечностью. Холодные и сырые стены, казалось, давили на само сознание, расплываясь в глазах бледно-белыми кляксами от неровного света лампочек-экономок. Что-то душило его в этой всей атмосфере, терзало саму душу непроглядной чёрной тоской и тревогой, которым он и сам не находил причины. — Это ужасно. Дитя, где ты так поранился? — ворчливый голос взрослой донёсся из глубины коридора. — Ничего страшного, на мне всё быстро заживает, — ответ звучит спокойно, юноша мягко улыбается. Заслышав знакомый тембр мелодичного голоса, Сано в испуге прислоняется к стене, затаив даже само дыхание, на время спрятавшись. Там впереди капитан второго отряда добродушно беседовал о чём-то с медсестрой. От взгляда на перебинтованную руку серебряноволосого у Манджиро внутри всё болезненно сжалось. Разве он хотел ударить так сильно? — Куда уж там. Перелом кисти руки со смещением, с гипсом придётся ходить больше месяца и не надейся, что срастётся быстро, — с укором обронила женщина, явно нахмурив свои брови, ругая подростка. «Интересно, он меня теперь ненавидит?» — сквозь тишину, в голове проносится лишь одна мысль. Глава Свастонов нервно кусает губы и уже не замечает, как раздирает их до крови. Эта краткая боль была ничто, по сравнению с тем, что творилось в его душе под муками совести и самобичевания. Разум достиг единства — он причина всех несчастий окружающих.

***

Дверной звонок прорезает тишину квартиры неожиданностью, и Такаши лениво плетётся открывать, зевая на ходу из-за недавнего пробуждения. — Майки? — встречая напротив тёмные глаза, удивляется подросток, пару раз моргнув, пребывая под впечатлением, ведь время на минутку около шести-семи утра. Сано, не дожидаясь, пока последний придёт в себя, нахально протискивается в чужой дом, словно в свой собственный. — Что-то случилось? На тебе лица нет... — недоуменее быстро перешло в беспокойство, а затем и в явное чувство тревоги. Мицуя захлопнул дверь в ожидании какой-то плохой новости. — Рука... — Манджиро аккуратно едва касается пальцами загипсованной кисти. — Сильно болит? — он извиняется одним лишь взглядом, иначе просто не умеет, и капитан второго отряда это понимает. — Эм... — серебряноволосый прячет кисть за длинным рукавом кофты, однако мысленно осознает, что смысла в этом уже никакого нет. — Нет, не болит, — он старается отвечать твёрдо, дабы чувство вины не давило на плечи мальчишки ещё сильнее. Они молчат. Молчат настолько долго, что слышно тикающую стрелку часов из соседней комнаты, и этот звук угнетал их с каждой отбивающей секундой. Такаши не выдерживает этой пытки первым, заволакивая коротышку в крепкие объятия, прижимаясь ближе: — Я рад, что ты в порядке, Майки, — тихо шепчет он над ухом. — Ты в тот раз был сам не свой, я испугался... Сано не любит сентиментальности, потому молчит, но к объятиям это не относилось. Сейчас он чувствовал ту любовь и заботу, с которой его раньше никто также не касался. Это щемящее чувство нежности забурлило где-то внутри чёрного сердца, поборов разом всех страшных монстров, что скрывались там. И на миг показалось, что эмоциональная буря, одолевающая его сомнениями до сей минуты, — стихла навсегда. Капитан второго отряда с лёгкостью его подхватывает, даже не смотря на повреждённую конечность, и последний, вовсе не возражая, обхватывает чужую шею руками, фиксируя ноги на торсе. Переместившись на кровать, Мицуя прячет лицо в объятиях мальчишки, вдыхая сладкий аромат конфет, исходящий от него. — Побудешь со мной немного? — неуверенно интересуется юноша, вовсе не надеясь на положительный ответ. — Прямо сейчас я собираюсь дать тебе ответ, Мицуя, — спокойно вещает Сано, пропуская сквозь пальцы краткие светло-сиреневые волосы. — Что-то мне не хочется его слышать... — не желая слушать, Такаши лишь теснее прижимается к мальчишке. — Ты уверен? — со снисходительным смешком роняет глава Свастонов, не сводя взгляда с подростка. — Что? — его сиреневые глаза светились потрясением. — Давай встречаться, Мицуя. — Повтори, пожалуйста... — растерянно попросил парень, ссылаясь на проблемы со слухом. Возможно, к ЛОРу ему придётся идти вместе с Доракеном. — Иди к чёрту! — златовласый недовольно надувает щёки, хмуря свои светлые брови домиком, уже умудрившись выбраться из объятий для предстоящего побега. — Нет-нет, Майки! — однако обхвативший его со спины Такаши не дал этому свершиться, прижавшись к блондину всем телом. — Ты же это не пошутил, правда? Это не потому, что тебе просто интересно? — взволнованно протараторил он, не в силах из-за смущения поглядеть в глаза мальчишки. — Я уважаю чувства людей и не стал бы встречаться с кем-то из интереса, — раздраженно фыркает глава Свастонов, словно бы оскорбившись подобным. Капитан второго отряда уже не отвечает, настойчиво притягивает к себе светловолосого, с желанием впиваясь в его губы, мокро пройдясь языком по нижней губе, углубляя поцелуй. — Мицуя, к поцелуям переходят только на третьем свидании, — щекоча своим дыханием, возмущенно произносит коротышка, продолжая с удовольствием отвечать на ласки, прижимаясь к парню. — Тогда пошли на свидание, Манджиро, — с присуще спокойной улыбкой, произносит подросток, прежде чем прильнуть к чужим устам снова.