Next of Kin

Четыре недели назад

«Собирайся, малыш! Мы едем на рыбалку!» Это был снова тот сон — ее любимый сон. Сакура улыбнулась, на ее лице сияли восемнадцать лет жизни. Ответная улыбка отца была нестареющей. Тридцать с лишним лет виднелись в слабых морщинках смеха у его глаз, но не больше. Это число не соответствовало ее собственному возрасту. Сколько бы лет ни повторялся этот сон, она всегда становилась старше. А ее отец — никогда. «Сегодня ясное небо. Давай поторопимся, пока твоя мама нас не поймала». Подмигнув, он взял ее за руку и начал буксировать к машине, а ярко-синюю коробку со снастями спрятал под другой рукой, как яйцо малиновки. Она позволила вывести себя из тенистого подъезда на палящее солнце, продолжая улыбаться. Сакура с трудом поднялась на ноги, прижав руку к груди. Под ней было жесткое пластиковое сиденье, пол метро грохотал от скорости под ее кроссовками, фотоаппарат неуверенно лежал на коленях. Что-то дернуло ее вспомнить — что-то важное, что она должна была сделать, — но она решительно отбросила эти мысли, решив просто посидеть и прийти в себя после сна.Она потерла лицо, продолжая улыбаться. Больше всего на свете она любила свои «визиты» к отцу, но всегда боялась, что каждый раз будет последним. С момента предыдущего сна прошло столько лет, может быть. Она не знала, сколько именно. Это были счастливые сны, и она дорожила ими, но в них была и какая-то грусть. Они так и не добрались до моря. «Двери закрываются. Пожалуйста, отойдите от дверей». Тонкий голос заставил ее отвлечься от своих мыслей и встать на ноги. С ужасом в животе она поняла, что поезд уже прибыл на станцию Пало-Альто. Ее остановка. Схватив фотоаппарат и сумку, она бросилась к дверям метро как раз в тот момент, когда они захлопнулись, и протиснулась внутрь. После этого ей пришлось бежать к своему автобусу во внешнем терминале. В центре зала велись какие-то строительные работы. В спешке она чуть не споткнулась об оградительную ленту и не провалилась в дыру, но успела увернуться от опасности. На секунду она задумалась о том, как отреагирует мама на ее окровавленное лицо, когда она придет, но больше об этом не думала.

-o-

«Блейк, Тайни, вы двое поднимаете, пока они задвигают пружину под коробку. Встаньте на 10 часов и на 4 часа — там — нет, слева. Блондинка, Рич, плакаты на стенах, книги на полках. Скажем, в алфавитном порядке. Нет, по темам. Эрик на перерыве, возвращайтесь в фургон к остальными. Следующим будет сломанный товар. Это пять минут, Эрик! Я, блядь, считаю». «Ма.» Миссис Харуно вздрогнула, облегченная улыбка противоречила ее предыдущему тону. «Сакура! Господи, наконец-то. Ты что, сошла не на той остановке?» Ее улыбка застыла. «Ты должна была просто ехать с нами». Сакура скрестила руки. «Мы же договорились! Саске хотел получить фотографии из поезда для нашего проекта, помнишь? Ты не должен был начинать распаковывать вещи без меня». Сакура с досадой заметила, что кто-то ставит на полку последние книги, но не сделала ни единого движения, чтобы остановить его. Да и не получилось бы — все они были преданы исключительно ее матери. Когда отец был жив, Сакура часто терялась в догадках, кто из них действительно кровные родственники, а кто — сотрудники семейного бизнеса, но, по крайней мере, она знала их имена достаточно хорошо, чтобы помнить, кто есть кто на вечеринках. Однако после его смерти казалось, что их некогда невероятно большая семья уменьшилась до нуля, рассеялась и разлетелась далеко от калифорнийского побережья. Вот уже восемь лет она жила только со своей мамой.Госпожа Харуно умела присматриваться к человеку, словно пытаясь определить, кто он — пророк или продавец подержанных автомобилей. Всю силу этого пристального внимания она обратила на Сакуру, оставив дочь гадать, сошла ли ей с рук ложь о Саске. Хотя ее парень был заядлым коллекционером фильмов, одному богу известно, что он никогда не проявлял более чем слабого интереса к идее вести фотоблог о путешествиях. Или, соответственно, к идее кругосветного плавания, что было действительно важно. Тем не менее, она решила, что ложь матери — это здоровый признак взросления. Самостоятельность или что-то в этом роде. Удалось ли ей это сделать — вопрос совершенно другой. Госпожа Харуно окинула ее расчетливым взглядом. «Наш уговор, которого я придерживалась, заключался в том, что ты поедешь сюда на поезде. Это не относится к ожиданию того, как ты переедешь. Если тебя не устраивает результат, требуй лучших условий в следующий раз». Ей действительно нечего было на это ответить, хотя она и оценила сочувственный взгляд, брошенный на нее одним из маминых ребят. Она бросила взгляд на дверь, раздумывая над тем, чтобы просто уйти. Будучи относительно нормальным молодым человеком, находящимся где-то между желанием принимать собственные решения и стремлением к тому, чтобы все складывалось наилучшим образом, она редко могла решить, как ей поступить с несколько чрезмерным, но, по общему признанию, эффективным вмешательством ее матери.Она, конечно, не задавала вопросов, когда ее имя перешло из списка ожидания в Стэнфорде в список принятых прямо перед окончанием срока зачисления. Когда ее блуждающий взгляд вернулся, выражение лица мамы смягчилось. «Ох, малышка, — сказала она, опускаясь на жесткий матрас. «Я и представить себе не могла, что тебя зачислят в университет». Она подняла брови на своих ребят, которые быстро и оперативно покинули комнату. «Да. Я тоже», — согласилась Сакура, решив, что спорить не стоит. Она села на матрас и заглянула в лицо матери. «Я бы тоже хотела, чтобы он был здесь, мама». Госпожа Харуно хмыкнула, чуть не закатив глаза. Она взяла Сакуру за руку. «О, дело не в этом. Он был бы рад за тебя. Я еще большая эгоистка, чем он, и мне будет не хватать тебя рядом. А еще я буду волноваться». Она пошевелила попой на кровати, как бы подтверждая свою мысль. «Этот матрас — отстой. Как ты будешь спать?» «Думаю, я разберусь с этим». «Хорошо, а как же твоя машина?» «Первый курс» не может иметь машины, помнишь? Только второкурсники…» «Давай я еще раз поговорю с деканом. Я уверена, что мы сможем договориться, чтобы они сделали исключение, и это поможет школе в финансовом плане…» «Ма.» Сакура сделала самое серьезное лицо. «Пожалуйста. Даже ты не сможешь держать меня за руку, находясь за сотни миль»."Я понимаю это, малыш. Понимаю. Но есть вещи, которые ты не понимаешь. Просто…» Она с трудом подбирала слова, прежде чем посмотреть дочери прямо в глаза. «Безопасность превыше всего. Семья превыше всего. Я обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы ты была счастлива и здорова — даже если тебе это не понравится, а Харуно всегда выполняет свои обещания. А теперь ты обещаешь мне не делать глупостей, которые могут поставить под угрозу мои усилия». Сакура не могла поверить своим ушам. «Я уезжаю в университет, а не на войну!» Госпожа Харуно рассмеялась, но как-то слишком сухо. " Смешно.» «О боже. Ладно, я обещаю не лазить по электрическим столбам под дождем. Никаких кульбитов через разбитое стекло. Я даже воздержусь от засовывания вилок в тостер». Она резко встала, пытаясь смахнуть с себя мамину напряженность, как будто это была физическая пыль на ее джинсах. «Я подвожу черту, ма. Слишком много чувств перед ужином». На этот раз мамин смех был более спокойным. Она умиротворяюще подняла руки и стала копаться в коробке, стоящей у ее ног. «Ясно. Но, поскольку я все равно слишком сентиментальна, я хочу, чтобы у тебя было вот это»."Это? Ты уверен?» — спросила она, принимая фотоальбом в кожаном переплете. «Конечно. Мне будет спокойнее, если ты сможешь посмотреть его в любое время. Не факт, что ты это сделаешь. Но все же приятно вспомнить, что семья…» «Ма», — предупредила Сакура. «Ладно, хорошо, не будем тебе мешать. Как только я попрошу Лонни перекрасить стены». «Ма!»

-o-

Сакура ушла в вихре объятий, похлопываний и уговоров со стороны маминых ребят, только одно из имен которых она смогла угадать правильно. Поднявшись с кровати, она не успела обдумать, как заманить Саске на сеанс FaceTime, как в замке раздался звук ключа. Дверь со скрипом открылась. В щель заглянул голубой глаз, и послышался сценический шепот. «Они ушли?» Сакура замялась с ответом. «Эм…?""О Боже!» Дверь распахнулась, с грохотом врезавшись в стену. В комнату ворвалась высокая девушка ее возраста. " Подруга. Твоя семья огромная. И громкая». «Ну да», — признала она. Она не знала, шутит ли девочка или просто не осознает громкости собственного голоса. Блондинка приостановилась в своем стремлении войти в комнату и уставилась на нее. «Почему стены фиолетовые?» Сакура вздрогнула. «Мне очень жаль. Я старалась, чтобы они были только с моей стороны, я могу их перекрасить…» Предполагаемая соседка по комнате на мгновение склонила голову набок, а затем пожала плечами, и длинные волосы рассыпались по плечам. «Знаешь, мне даже нравится. Все по-другому. Йо, Шика, Наруто! Все чисто!» Сакура вскочила с кровати, когда в комнату шумно вошли два мальчика, каждый из которых нес по стопке коробок. «Куда?» — ворчал темноволосый с явной неохотой. «Засунь их куда угодно, я потом разберусь», — ответила девушка, обернувшись к Сакуре. «Я Ино». Она ослепительно улыбнулась. Сакура в ответ улыбнулась чуть более застенчиво. «Сакура."Ино ткнула пальцем в сторону мальчиков. «Это Наруто и Шикамару. Мы познакомились, когда глазели на вашу семью. Они живут в трёхместной комнате с другом Шики — Чоуджи, номер четыре-один-два». Сакура заметила, что зависла чуть дольше, чем нужно, разглядывая Шикамару. Вспомнив о себе, Сакура пролепетала «да, привет, приятно познакомиться…», после чего двинулась брать коробку из рук Наруто. «Позвольте мне помочь.» Он ухмыльнулся вдвое ярче, чем Ино. Она прищурилась. Некоторое время спустя Ино, как королева, восседала на своей кровати, с удовольствием осматривая море коробок. «Ух, наконец-то! Кто-нибудь хочет мороженого?» Три ее вспотевших товарища просто смотрели друг на друга.

-o-

Жить с Ино оказалось проще, чем Сакура думала. Она могла быть неряхой (две недели как закончился семестр, а коробки все еще не распакованы), но, возможно, Сакура немного завидовала ее полному отсутствию стеснения. Девушка могла лежать в одном только лифчике и маске и оставлять дверь открытой, не смыкая глаз. В теплые дни они вдвоем с мальчишками из соседнего холла завели привычку ездить на автобусе в центр города за замороженным йогуртом в заведение под названием La Dolce Vita. Именно во время одной из таких поездок впервые прозвучало имя доктора Сенджу. «Что… я наделал…» прошептал Наруто, его лицо потеряло цвет. Он смотрел на учебный план, сверяясь с толстым текстом «Органическая химия для чайников». Его йогурт растаял в жару и был выброшен.Шикамару надулся и покачал головой. «Вот почему первокурсники не должны его брать. Вообще-то, никто не должен. Все науки хлопотны, но О-Хим печально известна». Он откусил кусочек йогурта, уже заскучав от личного апокалипсиса Наруто. «Четыре года назад два студента умерли от истощения во время экзаменов из-за этого. По крайней мере, так говорит парень из нашего корпуса». Сакура насмешливо хмыкнула. «И ты ему веришь?» Шикамару только пожал плечами. «Думаю, ты еще не знакома с Пугалом. Вот увидишь.» «Студентам» разрешено принимать его, просто не рекомендуется», — заметила Ино, не обращая внимания на абсурд. «Нужно быть сумасшедшим, чтобы принимать его специально. Или исключительным дураком, чтобы принять его по ошибке». Она подняла обвиняющую бровь на Наруто, чья поза отражала пот, вытекающий из его тающего йогурта. Чоуджи хмыкнул. «Ну, по крайней мере, нам с Сакурой будет легче. После того, как мы сдадим экзамены, у нас будут бизнес-уроки до самого выпуска». Сакура натянуто улыбнулась и отцепила пальцы от кофе. «О-химия не может быть такой плохой, как все говорят. А экономические предметы должны быть сложными, Чоуджи».Ино сразу же уловила в ее тоне оборонительные нотки. «Но они просто дребедень. Почему ты вообще специализируешься на бизнесе?» Ино гордилась тем, что учится на театральном факультете, и хотела, чтобы все об этом знали. Сакура же никогда и двух слов не сказала о своей специальности. Она неловко пожала плечами. «Все знают, что это полезно». По правде говоря, у Сакуры не было никаких реальных карьерных планов. Когда она росла, то предполагала, что со временем унаследует семейный бизнес. Однако госпожа Харуно придерживалась строгих правил, запрещающих обсуждать работу дома. К тому времени, когда Сакуре исполнилось восемнадцать, а она все еще не имела точного представления о том, чем на самом деле занимается ее мама каждый день, она сделала вывод, что никакой подготовки к тому, чтобы унаследовать компанию, просто не будет. Она знала, что Haruno LLC является неотъемлемой частью крупнейшей отрасли Монтерея — больничной, что они владеют несколькими ресторанами и имеют партнеров в страховом, импортном и технологическом секторах, но детали, выходящие за рамки таких общих мазков, были расплывчаты. И каждый раз, когда она поднимала эту тему, ее мать выкручивалась. Ино насмехалась. «По крайней мере, признайся, что боишься потерпеть неудачу». В ней вспыхнул гнев, в основном потому, что слова Ино были совершенно правдивы. Она открыла рот, чтобы ответить, но Наруто прервал ее:"Нет. Никто из вас не понимает». Он оторвался от конспекта и посмотрел на них глазами, в которых читалось обещание тысячи лет страданий. «Это не просто обычная О-химия. Это О-химия профессора Сенджу. А у нас уже закончилась неделя зачета. Я покойник». Он схватил Шикамару за воротник рубашки, оглядывая стол. «Кто-нибудь, пойдемте со мной! Вы все умные, вы должны мне помочь». Шикамару вырвался из стальных пальцев Наурто. «Ни за что». Чоуджи беспомощно пожал плечами. Ино насмехалась. «Извини, чувак, у нас у всех полные стопки. Но Сакура считает себя очень умной». Ее ухмылка стала коварной. «Может, тебе стоит спросить у нее?» Сакура в панике бросила на Ино взгляд, обещающий расплату, но было уже поздно. Наруто подхватил Сакуру за руки и обратил на нее умоляющий взгляд. «О боже», — простонала она, что он ошибочно принял за согласие. Его облегчение было настолько ярким, что она с трудом смогла его исправить. «Одно занятие, Наруто. И ты будешь должен мне бессрочную услугу». Наруто еще никогда не испытывал такого восторга от того, что он в неопределенном долгу.