Proof

      Еще чуть-чуть и у всех в стае случится нервный срыв. Все очень вспыльчивы, и все устали друг от друга. Каждое слово направлено на то, чтобы уколоть побольнее, и большинство из них адресовано Питеру, ведь он — удобная мишень. Зачем вымещать свой гнев друг на друге, когда есть Питер?       Старший Хейл привык к такому, и, хотя комментарии задевают, он спускает стае это с рук. Питер точно не собирается помогать им избавиться от детской реакции и перекладывания вины на другого. Не он отвечает за психологическое состояние стаи, да и, если говорить честно, ему плевать на каждого из них. Так почему он должен стать штатным психиатром?       Но на этой неделе все намного хуже. Стайлз уехал со своим отцом к родственникам в другой город, и вот тогда-то и стало ясно, насколько много работы он берет на себя в борьбе со сверхъестественным: исследования и поддержка. Без Стайлза было бы сложно обуздать саркастичный характер Лидии, или язвительные комментарии Питера, или истерики Скотта, или страх Айзека, или переводы языка бровей Дерека, или…       Стая не может существовать без Стайлза, и сейчас это заметно как никогда. Хорошо, что он возвращается уже сегодня.       Расположившись в гостиной лофта, они все ждали момента, когда позвонит Дитон и скажет, что с шабашем ведьм окончательно покончено.       Свидание с ведьмами прошло хорошо, Скотт дал им пару часов на то, чтобы они ушли. Поэтому теперь они ждут момент, когда все прояснится, и они смогут уйти подальше друг от друга.       Как раз на середине тирады Лидии о неспособности Эрики контролировать свои эмоции дверь джипа Стайлза хлопнула. В комнате наступила напряженная тишина, все взгляды были направлены на дверь. Питер воспрял духом от мысли, что сейчас увидит Стайлза. Слышать его, вдыхать его запах, прикасаться к нему. Он чувствует себя маленьким щенком, но ему абсолютно плевать.       Едва парень успевает переступить порог, как слышит восклик Джексона.       — Ну наконец-то, Стилински!       Стайлз только улыбается.       — И я тоже скучал, Уиттмор.       Наступила напряженная тишина. Стилински улыбается от уха до уха, он явно рад всех видеть, и никто не хочет ворошить осиное гнездо. Стайлз — единственный член стаи, которого любят все, и эта неделя только это подтвердила.       Парень начинает рассказывать про свою поездку, попутно всех обнимая и похлопывая по плечам. Когда очередь дошла до Питера, он уже не может усидеть на месте, сразу же сажает Стайлза к себе на колени и крепко прижимает к груди.       Питер проигнорировал недовольные бурчания Скотта и Эллисон и сфокусировался, на пьянящем запахе Стайлза, на тепле его тела. Магия, но раздражение Питера сходит на нет. А Стайлз все продолжает рассказывать про его тетушку Дори и ее детей, а Питер продолжал внимательно слушать, дабы расспросить подробнее парня потом. Мужчина не любил свободно общаться со Стайлзом в присутствие остальных.       — Ради Бога, Стайлз, да заткнись уже! — огрызнулся Дерек. Его рука зависла у виска, а брови сведены в явном напряжении.       Стайлз напрягся, но рассмеялся и решил пропустить комментарий мимо ушей.       — Да просто признай, что скучал по мне, Хмуроволк.       — Скорее он просто уже устал слушать твою болтовню, Стилински. Будто бы ты никуда и не уезжал, — пожаловался Джексон.       И какая же это была ложь, все молча это признали, хотя в груди Питера от этих слов что-то закопошилось. Он хочет защитить Стайлза, но Хейл упрекает себя, ведь от кого-кого, а от Джексона Стилински защищать точно не надо.       — Чтоб вы знали, моя тетя Дори думает, что я очарователен. Сказала, что я настоящий джентльмен и…       — Мне кажется, ты выбрал не самую лучшую компанию для рассказов про свою тетю, Стайлз, — вмешалась Эллисон.       Сейчас отношения между Скоттом и Эллисон не самые лучшие из-за очередного расставания, и девушка очень раздражительна в последнее время из-за этого.       Стайлз вздрогнул, и Питер обнял его крепче.       — Может тебе не стоит в целом говорить про семью, — добавляет Айзек, хоть его голос и тих.       Лидия закатила глаза и сказала.       — Вы как дети, Стайлзу не нужно цензурить речь, можно ведь просто порадоваться, что нам еще не довелось их убить.       Стайлз снова вздрагивает, и Питер всеми силами борется с желанием схватить Стилински в ту же секунду и уйти отсюда.       Эллисон переводит взгляд с Лидии на Питера, свою любимую подушку для битья.       — Кажется непредусмотрительным со стороны Стайлза, который любит свою семью, встречаться с тем, кто этого совсем не ценит. Должно быть трудно…       Стайлз в ярости вскакивает с дивана.       — Блять, да заткнись, Арджент! — кричит Стайлз.       Питер чувствует мстительное удовлетворение, видя, как Стилински его защищает, хотя сам он словами никак не задет. После отъезда парня комментарии стали еще жестче, втягивалась семья и его отношение к ней. Что-то про огонь и феникса. Один раз Айзек даже обвинил Питера в плохом отношении с детьми, и вот это задело Хейла больше всего. Питер относился к семье со всем трепетом, заботой и уважением, по крайней мере, когда она у него была. Стайлз знает об этом, и это самое главное.       Питер мягко кладет руку Стайлзу на спину, в попытках остановить парня от влезания в очередной спор, не нужно ему это. Человек снова тает, недовольным тем, что его остановили, но парень не возникает: Питер правда не любит, когда другие конфликтуют из-за него.       Джексон ухмыляется.       — Похоже от тебя наконец есть польза, Хейл.       Эрика добавляет.       — Хотя я не хочу знать, чего тебе стоило научить затыкаться Стайлза по команде.       Стайлз выглядит абсолютно возмущенным, хотя больше похоже, что это больше адресовалось Питеру, но он сыт по горло попытками затыкать парня. Это замечание неизменно, и Стилински на самом деле стесняется этого. Из-за СДВГ сложно сосредоточиться, а разговор — хороший способ обрабатывать информацию. А Питеру нравится слушать парня, так что с этим проблем нет. Но остальные продолжают кричать, чтобы Стайлз замолчал и отстал от них. А Стилински — все что угодно, но точно не проблема.       Хейл с важным видом встает и ведет Стайлза к выходу. Парень моргает с удивлением, но мягко улыбается, когда слышит тихое рычание волка. Стайлз даже не прощается, просто позволяет Питеру вытолкнуть его без сопротивления.       Однако Хейл останавливается у двери, думая, стоит ли ему что-то сказать. Это, конечно, не его дело, и ему все равно, но очень не хочется, чтобы Стайлз попадал под раздачу. Это уже закономерность.       Он поворачивается и смотрит на стаю.       — Мне плевать, что вы говорите обо мне, и Стайлз тоже простит все, что вы скажете о нем. Но если вы продолжите заниматься таким дерьмом, то эта стая развалиться раньше, чем вы успеете заметить. Что бы вы не думали, у меня была счастливая семья, которую я обожал, пока их не отняли охотники, — Питер искренне старается не смотреть на Эллисон. — Если вы хотите быть настоящей Стаей, то вам нужно переступить через себя и перестать кидаться друг на друга. Все, к чему это приведет, — это недоверие и ненависть. Может все и не идеально, но это не оправдывает вашего отношения друг к другу. Если вам проще вымещать агрессию на мне, то хорошо. Мне насрать, но если мы что-то и должны были уяснить за эту неделю, так это то, что Стайлза трогать не стоит, ясно?       Питеру правда не стоило говорить этого. Больше всего он хочет, чтобы Стайлз забыл про них, но также Питер понимает, что это сделает его золотцу больно. И вот он снова здесь: помогает этим неблагодарным соплякам. Хейл вздыхает и уходит вслед за Стайлзом. Ему нужны крепкие объятия.       Скотт и вся стая смотрит в изумлении даже после того, как джип отъехал за пределы слышимости. С каких пор Питер читает им лекции о семье и стае? С каких пор он на стороне Стайлза? Когда Питеру стало не все равно? Неужели все это какая-то новая игра за власть?