Договор с дьяволом

Изуку стоял у раковины, пока из крана стекала вода. Она была ледяная, пахла железом. На столе рядом — конверт с деньгами: 17,000 иен. После уплаты части долга за больницу у него осталось меньше, чем обычно. “Если я и дальше буду брать по мелочи… я не успею. Просто не успею.” Он смотрел в своё отражение. Лицо стало тоньше, черты — острыми. Глаза — тусклые. И лишь в них иногда вспыхивал странный свет, когда он замедлял время. “Я должен рискнуть. Один раз. Что-то большее.” Он нашёл склад на окраине города. Старое здание, на воротах — логотип небольшой IT-компании. По слухам, там хранились серверы, документы и наличные резервы в сейфе. Три ночи подряд он наблюдал за ним. Камеры. График охранников. Патрули. Всё сводилось к одному узкому окну в расписании: с 02:45 до 03:10 — один охранник, без патруля. Внутри — две камеры. Сейф — на втором этаже, за офисной зоной. “Если я войду с тыла и замедлю реакцию охранника… Я смогу. Это сработает.” Он заранее собрал рюкзак: • Перчатки с прорезиненными пальцами • Небольшая отвёртка • Кусачки для проводов • Лёгкая маска из ткани • Куртка с капюшоном На внутренней стороне куртки — тонкая стропа, чтобы не потерять рюкзак. “Главное — не шуметь. Не быть увиденным. И выйти до 03:10.” Он смотрел на план здания, нарисованный от руки. Повторял в голове шаг за шагом: «Заход. Камера. Коридор. Сейф. Выход.» Словно учил хореографию. Ночь была глухая. Улицы — пустые. Только снег и редкие такси. Он стоял у тыльной двери склада. Замок — старый электронный. Отключить питание было легко — он уже делал это на старом супермаркете. Щелчок. Он активировал способность. Мир потёк.Движение охранника стало предсказуемым, как тень на закате. Он вошёл. Темно. Только аварийное освещение. Металлические стеллажи, ящики, проводка. Всё гулко отдавало каждый его шаг, даже в замедлении. Он проскользнул вдоль стены, избегая камеры. Обошёл зону с серверами. Лестница наверх. Скрип. Он затаил дыхание. Наверху — офисная зона. Внутри, за матовыми дверьми, — кабинет с сейфом. Он отпер замок отвёрткой. Медленно. Сейф был там. Старый, механический. Код — 4 цифры. Он видел на ручке слабые следы отпечатков. “Пальцы чаще всего касаются двух-трёх цифр…” Пробовал. Один. Второй. Третий. Щелчок. Открылся. Внутри — три пачки по 10,000 иен. И мелкие купюры. Он схватил две пачки. Закрыл. Повернулся — — и услышал скрип двери. Охранник. Тот самый. С фонариком. Он только вошёл, светил по полу. Изуку замер. “Если он увидит меня — конец. Замедлить. Предсказать. Действовать.” Он снова активировал силу. Свет фонарика — медленный. Взгляд охранника — левее. Его рука тянется к кобуре. Изуку скользнул к стене, прошёл за спиной охранника, спрыгнул с лестницы прямо на первый этаж. Приземлился — плохо. Нога вывернулась, больно. Куртка порвалась на металлическом крюке. Он этого не заметил. Он бежал к выходу. Замедление уже исчезло. А за спиной — вскрик охранника, звук тревоги. Он вылетел наружу, через снег. Сердце колотилось в груди. Огни начали включаться. Кто-то уже звонил в полицию. Он добежал до переулка, нырнул под мост. Дышал хрипло. Снял маску. Нога болела. Лёгкое кровотечение из колена. Куртка — порвана.Он оглянулся. Тишина. Никто не следил. “Я успел. Я сделал это. Я… жив.”

***

На складе, среди лестничных перил, висел кусок зелёной ткани. От куртки. С запёкшейся каплей крови. Охранник обнаружил его через двадцать минут. Он не запомнил лица. Но полиция забрала улику. Изуку сидел в ванне. Вода была серой от грязи и крови. Он молчал. Нога — перебинтована. Деньги — в пакете на полке. Он сделал это. Но впервые после ограбления — не чувствовал облегчения. “Он был в двух метрах от меня. Если бы он поднял фонарь на секунду раньше… я бы не сидел здесь. Я бы лежал в морге.” Тишина квартиры была глухой. В холодильнике — пусто. На телефоне — тишина. Когда он лёг — снова увидел сон. Тот же чёрный силуэт. Дьявол. Только теперь он не говорил. Он смотрел. Сквозь свои десятки глаз. А за его спиной — Изуку, стоящий с окровавленной рукой. И охранник — мёртвый. И новый Изуку — улыбается. Изуку проснулся в поту. Сердце — как молот. “Я никого не убил. Я просто…” Но мысль не договорилась. Она сломалась на полуслове.