reason ERROR

       Прежде, чем отправиться в очередной раз вправлять Донателло мозги — точнее пытаться сделать это — черепахи занялись основательной подготовкой, просчитывали всевозможные исходы грядущего боя, с помощью Тима определили наилучшее место для телепортации, предположили, как можно задержать роботов, постоянно напоминали себе о том, что стоит на кону. Всё просто: войти, забрать Донни, вернуться в логово. Что может быть легче? Это потребует от силы четверть часа или вовсе десять минут. Ещё раз Леонардо с братьями изучали трёхмерный план здания, который сформировал Тим по фрагментам с видеокамер, он также составил схемы патруля роботов, следил за тем, как двигался Донателло последние шесть часов; собственно, он и не двигался толком, всё работал над своими гениальными изобретениями. Наконец план был обговорён до мельчайших деталей и одобрен, осталось лишь открыть портал и оказаться прямо на заводе, в этот раз братья подготовились к любым неожиданностям, для себя решили, что не уйдут, пока не заберут Донателло. Осталось последнее — взять катаны.        Когда Леонардо проходил в свою комнату, краем глаза заметил, что Кейси аккуратно надевал боевой костюм, из-за чего мысленно успел ругнуться, окинул Кейси взглядом. Не приходилось присматриваться, чтобы понять, что каждое движение Кейси совершал через силу, с перебинтованной рукой, собственно, и второй тоже, повязками на ноге и груди, особенно на спине, он надевал броню, затем маску, взял оружие. Леонардо не смог остаться в стороне. — Ты что делаешь? — с некоторым упрёком уточнил Леонардо, на голос Кейси обернулся, серьёзный, уверенный в том, что делал. — Я иду с вами. — Нет, не идёшь, — махнул рукой Леонардо, уже собрался уйти, но Кейси преградил ему дорогу. — Я хочу помочь. — Ты ранен, — напомнил Леонардо, сделал шаг из комнаты, однако Кейси выставил оружие, мешая пройти. — Я в порядке.        Когда Леонардо глубоко вдохнул, в Кейси дрогнуло, он был готов поклясться, что на мгновение увидел Леонардо-сенсея, того самого, которого так давно знал, с кого брал пример, кого потерял и сейчас снова видел, слышал этот особенный вздох, позволяющий не утратить самообладания и объясняться как можно увереннее, чтобы донести до собеседника единственную верную мысль. Подобная ситуация уже случалась, во времени, из которого пришёл Кейси, тогда его тоже сильно ранили, а Леонардо-сенсей не взял на вылазку, велел отдыхать, восстанавливаться. Конечно, Леонардо-сенсей прав, нельзя избитым мешаться на поле боя, однако тот день…. Кейси ненавидел его, ведь если бы в тот раз пошёл, может быть Рафаэль-сенсей… Кейси задрал маску, чтобы встретиться с Леонардо взглядами и те пылали непоколебимой решительностью, он даже не сразу узнал эти карие глаза, такие смелые и дерзкие. — Да, Донателло не мой брат, но он тоже дорог мне, — напомнил Кейси, от чего Леонардо плавно кивнул, на фоне всего случившегося об этом он слегка забыл. Смену реакции Кейси заметил, шагнул навстречу. — Пожалуйста, Лео. Я не буду лезть на рожон, буду на подхвате. К тому же смогу помочь с технической частью, отключить камеру, а может проникнуть в систему… Я не прощу себя, если останусь.        Против такого заявления у Леонардо не нашлось слов, он снял с пояса крохотного робота, которого на ладони протянул Кейси, краб расправил лапы, осмотрелся, сканируя новое лицо. — Возьми с собой Тима. — Хорошо, — Кейси спрятал робота в поясную сумку.        Когда Леонардо пришёл к остальным вместе с Кейси, Микеланджело и Рафаэль оказались несколько обескуражены, однако не стали задавать вопросов, только обменялись друг с другом взглядами. С оружием наготове братья ожидали, пока Леонардо начнёт действовать, а тот ещё раз посмотрел на Кейси, который кивнул, уверяя, что чувствует себя нормально, то есть, не нормально, конечно, но не будет стоять в стороне, когда на кону жизнь Донателло и судьба мира. Леонардо поймал порцию воздуха прежде, чем острием катаны нарисовать круг.        Кольцо света появилось в самом укромном уголке помещения точно в момент, когда камера отвернулась, предоставляя несколько секунд на то, чтобы вспомнить о навыках ниндзя и слиться с тенями. Избегая поля зрения камер, Кейси пробрался к одной из них, аккуратно поднёс робота, чтобы тот подключился к системе видеонаблюдения и заменил изображения, заодно следил за передвижением противников. Когда Тим мигнул, Кейси проверил, что видно на видеокамере, аккуратно показал ей рукоять оружия, но то не отобразилось на видео, так что Кейси подал знак черепахам, которые вместе двинулись вперёд.        Рафаэль сунулся в коридор и тут же дёрнулся назад от пролетевшего выстрела, чуть не задев панцирем Микеланджело. Он остался прикрывать тыл в то время, как Рафаэль с Леонардо ринулись вперёд, пробиваясь через множество роботов, разрубая их, разбивая громадными кулаками из красной энергии, в том числе ещё одно подобие броневика, в этот раз больше, мощнее. Его Рафаэль схватил за передний бампер и швырнул о потолок, тут же вниз, пнул ногой, сделав из машины едва ли не плоский кусок металла. Леонардо швырял клинок, перемещался к нему, уничтожал дрона и тут же кидал катану в другого, оказывался прямо перед ним, а через секунду появлялся в совершенно новом месте, не давая машинам возможности прицелиться. В груди Леонардо стучало сердце, однако он успешно контролировал себя, сохранял трезвость ума, понимая, как многое зависело от этой операции. Найти Донателло, связать, переместить в капсулу, которая уже стояла в режиме быстрого усыпления и ожидала только того, как закроется крышка. Ничего сложного. На этот раз они справятся.        Микеланджело и подоспевший к нему Кейси прикрывали спины старших братьев, не позволяли роботам наброситься сзади, по возможности закрывали тяжёлые двери. Для большего душевного спокойствия Микеланджело ударом огненной цепи обрушил потолок, перекрывая коридор, беглым взглядом убедился, что Кейси вполне уверенно держался на ногах, хотя один раз его точно чуть не подкосило. Кажется, теперь к ним не подойти ни с одной из сторон, осталось добраться до комнаты, где засел Донателло и забрать его домой… Домой…        Как только из огромного списка номеров пропал первый, Донателло утомлённо замотал головой. После предыдущего раза крэнги считали, что их наконец-то оставят в покое, что эти глупые черепахи забудут сюда дорогу и позволят заняться делом, но нет, вернулись. Несколько прикосновений к сенсору отправили ещё партию роботов в коридор, по которому так нагло шли черепахи, Донателло ухмылялся тому, что каким-то образом они сумели проникнуть в систему видеонаблюдения, взломали записи, ведь те не видели чужаков. Как они это сделали? И что «это»? Донателло нажал несколько кнопок на клавиатуре, затем ещё и ещё, пока перенимали информацию от гениального мозга, заметил, что кто-то пытался проникнуть в систему управления роботов и, вероятно, отключить их, однако пока что оставался не в силах. Как утомительно тратить драгоценные минуты на эти разборки, похоже, придётся прибегнуть к варианту, который крэнги надеялись оставить на самый интересный момент, однако время более ценный ресурс, им нельзя пренебрегать. Кто знал, сколько ещё выдержит это тело?        Без всякой жалости к творениям Донателло его братья уничтожали роботов, взрывали цепями, разрубали катанами, разбивали кулаками, а роботы всё не заканчивались, они лезли через вентиляцию, пробивали дыры в стенах, накидывались с потолка. В конечном счёте Рафаэль скрестил перед собой руки и просто понёсся вперёд, сбивая дронов и растаптывая роботов, а Леонардо с Микеланджело и Кейси добивали тех немногих, кто остался после этого поезда ярости. Да, из-за такого грохота прийти незаметно не получится, но главное обезоружить Донателло, связать, засунуть в капсулу. Всё просто. Лишь бы выдался такой момент, хватит нескольких секунд.        Постепенно машины закончились, дроны и прочие роботы валялись разбитыми по всему коридору, кое-где сверху осыпался пыль и кусочки потолка, а также стен после ударов, в остальном наступила тишина, но бдительности никто не терял. Впереди всех крался Рафаэль, не убирая ни оружие, ни магическую оболочку, прислушивался к, собственно, вообще ничему, ведь всё затихло, только шаги еле звучали. Шёпотом Кейси сообщал, куда идти теперь, вперёд, а затем направо, снова вперёд, и в самую дальнюю комнату. Каждый из братьев, как и сам Кейси трепетал, они чувствовали, как совсем скоро придётся поставить точку, считали, что это последний шанс, будто дальше либо ничего не получится, либо всё вернётся в норму, мог осуществиться лишь один из вариантов. Не позволив себе обернуться, Рафаэль выбил дверь, которая с грохотом влетела в помещение, выждал немного и только потом вошёл, готовый встретить удар. Нападения не последовало, впрочем, пропеллеров или колёс тоже не слышалось. Неужели Донателло ушёл? Это было бы неудивительно, у него имелся огромный запас времени на сбор вещей и побег.        Рафаэль остановился резко, снова чуть не став стеной перед Микеланджело и Леонардо, Кейси шагал немного позади и тоже замер, когда увидел Донателло, кажется, тот скучал. Он вздохнул так устало, будто всю ночь вагоны разгружал, а тут оказалось, что остался ещё один. — Как же вы предсказуемы, — замотал головой Донателло, беря техно-бо, Леонардо немедленно вышел вперёд, готовый принять бой. — Мы знаем все ваши жалкие планы и если вы надеетесь вернуть своего брата, забудьте, — Донателло с издёвкой усмехнулся, — эта воля так слаба, от неё ничего не осталось.        Как только Леонардо выставил катану и приготовился открыть портал под ногами Донателло, тот преобразовал техно-бо в копьё, но не бросился в битву, не атаковал первым, вместо этого ткнул острием в собственную шею. Немедленно Рафаэль поймал Леонардо за запястье, потянул к себе. — Вот, что мы сделаем: вы уходите и забываете дорогу сюда, — заговорил Донателло без капельки эмоций, кажется, кроме презрения, с ним же Донателло глядел сверху вниз на братьев, — а мы, так и быть, оставим это тело ещё на какое-то время.        Донателло ухмылялся, надменно, не испытывая ни капли сомнения в себе, однако когда увидел, как рука Леонардо дрогнула, позволил улыбке сойти с лица. Всего одно резкое краткое движение и на шее Донателло остался порез, который лишил Леонардо возможности двинуться, он надеялся быстро открыть портал и забрать оружие, а ещё лучше сразу Донателло, но в единственную секунду оказался полностью бесполезен, как и составленный в деталях план. Планы никогда не работали.        Заточённый в собственном сознании Донателло пытался сосредоточиться, возвратить то чувство, протянуть этот кабель из страха за братьев, из ненависти к крэнгам, быть может из отчаяния, ведь мог остаться здесь навсегда, вот только не получалось. Доктор Чувства, стоящий за спиной, пытался мотивировать, напоминал, что в прошлый раз удалось, что нужно поверить в себя и всё станет возможно, что всё во власти Донателло, но тому слова лишь мешали. Он прогнал образ доктора Чувства, постарался закрыть глаза и немедленно вспомнил тот крик, тех людей, ужас и растерянность Леонардо, когда его чуть не убил собственный брат. Контроль… Контроль… О нём не могло идти речи. В груди Донателло болезненно копошилось, что-то будто давило, мешая сердцу нормально работать, то и дело он глядел на братьев через испещрённый помехами экран. Не сработало.        Пришлось отбросить метод. Под пальцами Донателло вспыхнуло бо, им удалось уничтожить решётки из плоти крэнгов, однако даже нескольких шагов к панели управления Донателло не успел сделать, щупальца немедленно схватили его, связали запястья, ноги, шею, сдавили до боли, до слёз. Бо глухо упало на пол и растворилось в нём, пока вокруг слышался ликующий хохот крэнгов. Им ничего не удавалось противопоставить и никакие эмоции не помогали, хотя сейчас Донателло ощущал, как от них едва не разрывалось всё внутри. Похоже, этого оказалось недостаточно, одними лишь эмоциями не одолеть этих монстров.        Донателло легко провёл по горлу копьём. — Мы считаем до трёх, и вас тут не должно быть. — Донни, — позвал Леонардо и единственное слово далось с трудом, в горле стало так сухо, а воздух только обжигал при каждом вдохе. — Раз, — начал считать Донателло и оставил ещё один неглубокий порез на шее.        При виде этого Рафаэль прорычал. Одно движение и крэнги убьют Донателло, а если не убьют, то причинят ему вред. Нужно забрать Донни домой, это так просто, но сейчас это оказалось невозможно. Придётся уйти? Оставить Донателло одного? Быть может удастся… — Два.        Ещё одна полоса крови появилась возле артерии, отбирая последнюю надежду. В бессилии Рафаэль сжал кулаки, в нём кипела ярость, которой бы хватило чтобы уничтожить не то, что крэнгов, а весь их чёртов Технодром, только сейчас даже самая пылкая энергия оставалась бесполезна, одно неверное движение, и Донателло погибнет. Не позволяя эмоциям взять над собой вверх, Рафаэль поймал Леонардо за плечо, ощутил, как тот дёрнулся, на мгновение перенял его страх, его вину, понимание, что если уйдут сейчас, то больше не смогут вернуться, поэтому Рафаэлю пришлось с силой оттащить Леонардо к выходу. Микеланджело помог отступить Кейси, и никто не отводил взгляда от Донателло, который не опускал оружие, играючи водил им возле горла, едва задевая острием кожу.        Как только черепашки и Кейси оказались за пределами помещения, металлические двери перед ними захлопнулись, в этот раз другие, не те людские, которую Рафаэль минуту назад сбил с петель. Из темноты раздался выстрел, с чудовищной скоростью снаряд преодолел коридор, пробил бы голову Леонардо прежде, чем тот понял бы, что произошло. Но кровь не брызнула на стены, пуля врезалась в крабо-робота, который спрыгнул с пояса Кейси. Немедленно Рафаэль выставил панцирь, защищённый магическим покровом, Микеланджело раскрутил цепи, создавая своеобразный щит, и с одной, и с другой стороны зазвучали выстрелы.        Леонардо ничего толком не слышал, поднял разбитого на две части робота, окончательно перестал понимать происходящее. Только приказ Рафаэля, прозвучавшего, словно гром, помог выйти из оцепенения: — Лео! Портал, сейчас же!        Встрепенувшись, Леонардо нарисовал круг, куда толкнул Кейси, тогда же Рафаэль схватил с пола одну из частей прежде разбитых роботов, швырнул её туда, откуда вели обстрел, поймал за руку Микеланджело и Леонардо, кинул их в портал, сам прыгнул последним, ощутил, как несколько пуль ударилось о панцирь.        Прикрыв раненое плечо ладонью, Рафаэль оглядел братьев, Леонардо, который словно впал в ступор, Микеланджело, который помог Кейси подняться на ноги, даже недолгая битва и пробежка после неё обрели серьёзные последствия для израненного организма, раны открылись, на бинтах расползались пятна крови. Как старшему Рафаэлю не приходилось привыкать нести ответственность за каждого из своих братьев, любую опасность они встречали вместе, так или иначе братья справлялись с ней, но то, что происходило сейчас… Рафаэль тряхнул головой, поднялся с колена. — Майки, тебе нужно отдохнуть.        Тот намеревался возразить, но не сумел перечить этому взгляду и тону, робко кивнул, но прежде, чем уйти, обернулся на Леонардо, не в силах представить, как же помочь хотя бы ему. Кейси Рафаэль отнёс обратно в СМРК, положил в неё, которая принялась лечить новые и старые раны, сообщила о повышенном уровне адреналина и давления, растяжении запястья, нарушении сердечного ритма, кровопотере, однако серьёзных последствия для организма не видела. Через стекло капсулы Кейси видел, как Рафаэль перевязывал плечо, заметил несколько новых склонов на его панцире. А что с Леонардо? Неужели он тоже понял, что… неужели единственный выход — смерть мастера Донателло? Он стал живым щитом для крэнгов, они знали, что братья не причинят ему вреда, их цель — освободить сородича, пойманного людьми, этого нельзя допустить… Это имел в виду Донателло под ценой? Нужно… убить Донателло? Принимая поражения, Кейси закрыл глаза. У них нет других вариантов? Всё, что осталось, это принести Донателло в жертву ради сохранения мира? Нет, должен быть выход, хоть какой-нибудь, правда, пока что к Кейси не приходило идей, даже самых глупых, самых эфемерных, впрочем, всё его сознание постепенно рассеивалось в темноте, в ней не имелось места ни для чего.        Рафаэль думал примерно о том же. Сперва о Донателло, корил себя за то, что не учёл столь очевидный фактор, крэнги не позволял избавиться от себя, будут защищаться всеми возможными методами, но, что давило ещё сильнее, это Леонардо. В отличие от Донателло, он находился рядом, в собственном теле, в почти трезвом сознании, и по-прежнему не говорил о том, что происходило. Рафаэль с трудом поднялся на ноги, те словно металлом покрылись, в руке пульсировало из-за раны, однако она могла подождать.        Рафаэль точно знал, где искать Леонардо, но сразу подойти к нему не сумел, так странно оказалось видеть его таким, сжавшимся в клубок в углу своей комнаты и… плачущим. В это Рафаэль не мог поверить, но в то же время прекрасно понимал причину, сам из последних сил держал эмоции в кулаках, даже удивлялся, что Леонардо так преданно сохранял боль и страх всё это время. Силу воли Леонардо Рафаэль уважал, однако не мог оставить брата в таком состоянии, даже если сам находился на грани отчаяния. Рафаэль подошёл ближе, услышал, как Леонардо всхлипнул, заметил, как резко он провёл ладонью по щеке, кажется, сжался ещё сильнее. Не спрашивая разрешения Рафаэль сел позади Леонардо, притянул его к груди, положил подбородок на макушку, крепко-крепко обхватил руками и потёрся о брата, как об игрушку. Что именно сказать, Рафаэль не придумал, да и не знал, нужно ли говорить что-либо, однако молчание продлилось недолго. — Я не хотел бросать вас, — проронил Леонардо, невольно поймал Рафаэля за запястья, вцепился в них, передавая захватившее напряжение, страх и волнение, одолевающее последние несколько дней. — У м-меня не было выбора. Я хотел, чтобы вы были в безопасности. — Знаю, приятель.        Ещё раз потеревшись о голову Леонардо, Рафаэль притянул его ближе, улавливал, как часто и резко билось его сердце, мелкую дрожь по всему телу. Не сразу Рафаэль заметил, что в одной руке Леонардо держал переклеенного изолентой маленького робота, стискивал его, кажется, едва не доламывая. Рафаэль легонько ткнулся носом в затылок Леонардо, обхватил руками, накрывая собой целиком. — Лео, иногда мы совершаем поступки, последствия которых невозможно предугадать, тогда ты поступил так, как должен был, — Рафаэль тихонько вздохнул, а Леонардо не двигался, лишь водил пальцем по панцирю робота. — Но мы справимся. Мы всегда справлялись.        Так, как не добился никакой реакции от Леонардо, тот продолжал сидеть неподвижно и порой резко вдыхать, Рафаэль насилу развернул его к себе, заметил, что Леонардо спрятал лицо, так что Рафаэль обнял брата, крепко, как в последний прижал к себе, защищая громадным всеобъемлющим теплом и любовью, какой хватало на всех братьев и не только. Не сразу, но Леонардо обхватил шею Рафаэля, прильнул к нему, повышая уровень сантиментов до новой отметки. Предательская слеза всё же скатилась по щеке Рафаэля, с нежной улыбкой тот похлопал Леонардо по панцирю. — Сейчас мы нужны своему брату. — Да, но, — едва начал Леонардо, но на горло словно надавило. — Ему, а не его телу… У нас ещё есть надежда, — Рафаэль изо всех сил притянул Леонардо к груди, прижался к его голове своей, едва не урча, — ей только нужно отдохнуть.        Намекнул Рафаэль или сказал совершенно случайно, он и сам не понимал, но Микеланджело не сомневался, он правильно разгадал смысл просьбы «отдохнуть», а потому сидел на кровати в медитативной позе, контролировал дыхание, пытался сосредоточиться и воззвать к тем удивительным силам, которыми ещё не овладел. Несмотря на хаос, творящийся вокруг, Микеланджело не позволял ему нарушить состояние покоя и концентрации, сосредоточил все мысли на Донателло, только на нём, его переживаниях, его чувствах, его страхе. Постепенно каждую клеточку в мозгу заметило имя Донателло, целиком и полностью Микеланджело сфокусировался на нём, покидал собственное тело, чтобы среди бесконечной энергии всего мира найти брата, этот крохотный клочок тоскливой фиолетовой энергии, которая могла бы уместиться в ладони. Среди разноцветных образов, нитей и волн, клубков и пламени Микеланджело неустанно искал единственный, не похожий на остальные, энергию Донателло, которую он сам не до конца принял. Магические силы Донателло до сих пор не понял её полностью, использовал, когда это требовалось, не отказывался от них, но не пытался постигнуть их глубины, настоящие возможности и силу. Его, Донателло энергия сияла не так ярко, напоминала не до конца раскрывшийся цветок, который Микеланджело тщательно выискал среди миллиона бутонов… Вот она.        Снова Микеланджело оказался в этом месте, таком тёмном, пустом и холодном, где заперт Донателло; на самом деле Микеланджело представлял его сознание более детальным, более механизированным, а не пустой комнатой с мерзкими наростами крэнгов и единственным источником света в виде громадного монитора. Здесь Микеланджело чувствовал себя неуютно, но понимал, что любые личные ощущения сейчас чужды, он решительно, но осторожно двинулся вдоль стены, выискивая в этой пустоте Донателло. В прошлый раз удалось оказаться прямо рядом с ним. Что сейчас пошло не так? Что-то будто мешало, отгоняло от Донателло, в этот раз Микеланджело словно шёл сквозь густую воду, с каждым шагом теряя какую-то частичку себя. Среди щупалец, которые поросли, как мох, везде, где можно, Микеланджело заметил сквозь живые решётки Донателло, тот лежал на полу, кажется, раненый, не мог подняться, но неистово пытался сделать это. Едва понял это, Микеланджело бросился к клетке, но почти сразу что-то обхватило щиколотку, швырнуло в сторону.        Нападение заставило Микеланджело упасть с кровати, удариться затылком, но лежал в растерянности Микеланджело совсем недолго, подскочил. Что сейчас произошло? Объяснить это себе Микеланджело не мог, но понял, это оно, именно то, что нужно, чтобы спасти Донателло.