Любовь на спор

— Джонни! Джонни! — налетел на парня Рома сразу после уроков, крепко обняв. Однако быстро отстранившись, Фильченков покраснел, опустив взгляд в пол, — п-пррос-ст-ти, — прошептал он. — И тебе привет, Рома, — улыбнулся в ответ Колбай, — что-то случилось? Ты выглядел очень радостным. — Д-да, мама разрешила пригласить тебя на ужин! — воскликнул в ответ Фильченков, вновь словно зажигаясь изнутри. — Сегодня? — удивленно приподнял бровь Джонни. — Да! То есть, прости… ты наверно занят и все такое, а я лезу, — снова поник парень, нервно заправляя челку за дужку очков. — Нет, я как раз свободен, — поднял голову Роме Колбай, мысленно выкинув в мусорку планы на поход в клуб. Как-бы в душе Джонни не был раздражен на то, что ему пришлось променять выпивку на непонятный ужин у хрен знает кого, но вид вновь радостной улыбки Лошки не мог не признать милым. — Замечательно! Тогда давай в восемь встретимся в парке Санта Мария? — едва ли не прыгал от радости Рома. Удивительно, как порой нам нужен хотя бы один друг, который заставляет чувствовать себя счастливо даже одним своим существованием. — Могу прямо сейчас, только домой книги отнесу, — пожал плечами Джонни, — можешь со мной съездить, если хочешь. — Да, хочу, — улыбнулся Рома, позволяя утянуть себя к машине. Школа удивительно утихла, за два дня ни один ученик не посмел сказать Фильченкову ничего обидного. Разве что были непонятные смешки время от времени. Спустя час оба парня уже стояли на пороге дома Фильченковых. Открыла мама Ромы, удивленная столь ранним приходом. — Джонни, знакомься, это моя мама — Алена Сергеевна, — улыбнулся другу Лололошка, — мама, это Джонни, про которого я тебе говорил. — Рад знакомству, — вежливо протянул руку на пожатие Колбай. — Взаимно, — пожала протянутую руку Фильченкова. — Мам, мы пока пойдем ко мне в комнату, — крикнул Рома, уже поднимаясь по лестнице. — У тебя комната на втором этаже? — удивился Джонни. — Да, это что-то вроде мансарды, — ответил Рома, — мне нравится тут больше. Обзор красивый, да и просто один на этаже. Джонни подошел к стеллажам с книгами. Разные учебники, папки, скорее всего с рисунками, обычные книги. Взяв случайную книжку, Колбай листал страницы, изредка натыкаясь на листочки со сделанными вручную иллюстрации. " — Больше всего мне нравится рисовать людей. Но тогда картины отчего-то выходят слишком пресными и безвкусными. Потому я и позвал тебя, — альфа подвел парня к кровати и усадил на неё, сняв тому балетки.» — Интересные ты книги читаешь, — рассмеялся Джонни. — А т-теб-бе чит-тать эт-то с-совс-сем н-не об-бязат-тельн-но! — заикаясь ответил Рома, выдернув книгу из рук ФлекДжикея и прижав её к груди. — Хей, ну не обижайся, — улыбнулся Джонатан, — хочешь почитай мне сам. К примеру, эту же книгу. Мне понравилась, просто не ожидал, что ты такое почитать любишь. Неуверенно открыв книгу на нужной странице, Рома невольно покраснев, вспомнив что именно там было после этой сцены, но все же начал читать. " — Вам что-нибудь нужно от меня? — чуть напряженно откликнулся омега, ощущая, как его погладили по обнаженному плечу, а юбка вновь приподнялась и теплая рука пролезла под неё, ласково проводя по бедру.» — Мм, какие страсти… — прошептал на ухо Фильченкову Джонни, обнимая его за талию и притягивая к себе. От опалившего ухо дыхания Рома замер, прекратив чтение. Его толстовка, что так и не снялась после школы, чуть задралась и чужие руки погладили по спине, где начиналась ткань джинс. — П-прек-крат-ти… — прошептал Фильченков, как никогда ощущая себе персонажем читаемой книги. — А что? Я ничего, — усмехнулся ФлекДжикей, убрав руки из-под толстовки, но из-за спины не отойдя и обнимать не перестав. Каждый выдох Джонни отдавался мурашками по коже. Теплое дыхание чуть шевелило волосы Роме, то и дело заставляя судорожно сглатывать. В голове мелькнула мысль, что благо он успел снять очки, ведь мама не раз говорила, что лучше без них, выглядит красивее. Почему-то перед этим парнем, что сейчас вызывал яркий румянец, всегда хотелось выглядеть красивее. Сердце громко стучало в груди, когда Лололошка все же продолжил чтение. " — Да, мне нужна твоя помощь, — промурлыкал герцог, завалив парня на кровать.» На этом Рома резко захлопнул книгу, ощутив, что мочку ему лизнули, чуть прикусив. — Хватит! — прошипел он, ощущая вновь появившиеся на щеках слезы, — хватит! Если хочешь просто поиграться, то уходи! Уходи, не давая мне надежду, что все наладится, что у меня появился настоящий друг, который не бросит меня на насмешки! Лошка бросил короткий взгляд на ошарашенное лицо Колбая, поставил книгу на место и прижался к шкафу, крепко зажмурившись. Слезы все не хотели уходить, капая на деревянные полки. Теплая рука вытерла их, заставив Рому удивленно открыть глаза. — Я не хочу играться с тобой. И действительно считаю своим другом. Но если тебе в тягость мое присутствие, то могу уйти, — улыбнулся Джонни. Несколько секунд карие глаза словно соперничали с голубыми, вытесняя из них слезы. — Ты худший человек из всех, кого я знаю! — прорыдал наконец Рома, уткнувшись в футболку Колбаю. — Но ты же все равно меня любишь? — улыбнулся Фляжка, потрепав Фильченкова по волосам. — Может ещё и замуж за тебя выйти? — не мог не улыбнуться в ответ Лололошка, вытирая слезы с лица. — Только если замуж, — подмигнул Джонни, заставив парня покраснеть. — Мальчики, ужин гот… — появилась на пороге Алена Сергеевна. Заметив слезы на лице у Ромы, женщина хотела было уже показать Колбаю, что обижать её сына нельзя. Хотела, но взгляд зацепился за осторожно сцепленные руки и то доверие, с которым Лошка прижимался к «мучителю». Потому Фильченкова лишь улыбнулась и кивнула головой вниз, показывая им спускаться. Кем бы ни был этот Джонни и какие бы цели не преследовал, но отчего-то женщине казалось, что просто так он её сына не бросит. Ужин прошел в веселой обстановке. Алена Сергеевна рассказывала разные истории, как со времен Великой Отечественной, что услышала от своей бабушки, так и просто байки. Много было и историй из детства Ромы, на что последний смущался и один раз даже попытался спрятаться под столом. Джонни в основном травил шутки, заставляя собеседников отвлекаться от вопросов насчет его жизни. Потому за весь вечер Фильченковы узнали лишь возраст, откуда приехал и увлечения. От случайно оброненного слова про клубы Алена Сергеевна поджала губы, заставив Колбая резко придумывать историю, чтобы выкрутиться. На улице было уже поздно и Фильченковы категорически отказались отпускать Джонни домой. И если Рома просто чуть взгрустнул, когда Фляжка сказал, что ему пора уходить, то его мама прокляла Колбая всеми чертями за то, что он «Совсем старую женщину не жалеешь, волноваться за себя заставляешь! А если тебя там и убьют? Даже не узнаем об этом! Утром поедешь!» Постелили ему в комнате Ромы, где оказалась вторая кровать. Потому как ни краснел Лошка, но смирился, помогая постелить ложе ФлекДжикею. Между парнями то и дело возникала тишина. То напряженная, от которой зубы сводило, но сказать было нечем, то, наоборот, странно уютная, которую и прерывать не хотелось. Ближе к полуночи, Джонни выскочил из кровати и поднялся на крышу. Знакомый парень в клетчатой рубашке уже ждал его там. — Слушай, может хватит уже следить за мной? — раздраженно прошипел Колбай, — почему я должен убегать к тебе ночью, тайком, только потому, что кто-то решил из окна посигналить? Ты не мой парень и, надеюсь, в жизни им не станешь, так что изыди. Уговор выполняю и хватит. Достал мелькать на заднем плане. — Джонни нахмурился, сложив руки на груди. На его тираду Аид не отреагировал никак. — Ну мне интересны твои методы, — пожал он плечами, — но если прямо так раздражает, то, ладно, перестану. — Замечательно. Ты все сказал? Тогда я обратно в кровать. Ещё раз увижу в засаде и будешь в школу ходить с фингалом. Девчонки внимание перестанут уделять, — бросил ФлекДжикей. — Откуда гею знать, как привлечь девчонок? Ты разве не по мальчикам? — подколол парня Слава. — Я по всем. Специалист, — язвительно усмехнулся Джонни, скрываясь в окне. Присев возле спящего Ромы, парень ласково погладил его по щеке. В лунном свете кожа Фильченкова казалась бледной, словно у вампира. Попытавшийся заглянуть в окно Аид получил по лбу метко брошенной книгой и поспешил удалиться. — Он заигрался. Интересный экземпляр, — вздохнул Слава. Мотоцикл стремительно нес парня по ночным улицам города.