mean girls

Футбол был большой частью жизни Лисы с тех пор, как она была маленькой; одно из ее самых ранних воспоминаний связано с тем, как она была в подгузниках и нетвердо стояла на своих пухлых ножках, неуклюже пиная мяч, а ее отец кричал, что она была рождена для этого. И дело было не только в том, что ее отец был типичным родителем, который думал, что подгузник их малыша набит золотыми самородками, нет. Лиса дышит, потеет и истекает кровью от футбола. Это ее бегство от реальности. Когда она бежит по полю с футбольным мячом, с ветром в волосах и запахом свежескошенной травы в носу, она непобедима. Драма и трудности ее жизни отходят на задний план, как белый шум, когда она летит в облаке адреналина, и абсолютно ничто не может ее сбить с толку. Чье-то тело врезается в нее с такой силой, что она неуклюже падает на землю, как тряпичная кукла. На короткое мгновение она теряет ориентацию, жадно втягивая в себя воздух, который был выбит из нее. Затем она понимает, что ее драгоценный мяч украден, а преступник – Джису, блять, Ким. Лиса быстро вскакивает на ноги и бросается в погоню, но Джису уже слишком далеко впереди. Джису проносится по полю целеустремленно и свирепо, как долбаная ракета, ведя мяч с натренированной легкостью. У девушек из команды Лисы нет ни единого шанса остановить ее, несмотря на все их усилия. Вратарь выглядит испуганной, когда Джису бросается к ней, забрасывая мяч в сетку позади нее еще до того, как она осознает, что происходит. Лиса так близка к тому, чтобы закричать от чистого разочарования, потому что это не первый раз, когда Джису сегодня использует против нее грязные приемы – это уже третий гребаный раз, и, следовательно, это не совпадение. Ким Джису сегодня точит на нее зуб, и Лиса знает, что это из-за того, что Лиса на днях угнала столик клики. Лиса старалась не поддаваться и терпеть все, что девушка приготовила для нее сегодня, потому что, конечно же, Джису скоро станет скучно. Эта надежда трагически умирает, когда Джису объявляет, что пришло время для тренировки по забиванию голов, и смотрит прямо на Лису. — Новенькая! Начинай, вперед! Лиса моргает и открывает рот, чтобы возразить, потому что знает, что для нее это приятным не закончится. Однако, прежде чем она успевает произнести хоть слово, Джису рявкает на нее: — Давай! Мы не можем торчать здесь весь день! Лиса сильно прикусывает внутреннюю сторону щеки и заставляет себя улыбнуться, пока бежит трусцой к цели. Она сглатывает, когда понимает, что Джису планирует начать первой, и понимает, что она мертва, когда Джису одаривает ее слегка безумной ухмылкой. Лиса в ужасе наблюдает, как Ким агрессивно ведет мяч по полю, прежде чем ударить по нему с такой силой, что он издает звук, который эхом отражается от пустых трибун. Это похоже на замедленную съемку, когда Лиса наблюдает, как черно-белая ракета взмывает в воздух, и понимает, что Джису целилась не в сетку позади нее, а в нее саму. Осознав это, Лиса издает недостойный вопль и бросается на землю, едва увернувшись от мяча, который влетает в сетку позади нее. — Что, черт возьми, это было? — Джису кричит, когда Лиса садится на колени, чувствуя себя так, словно только что оказалась на волосок от смерти. На нее падает тень, и Лиса поднимает голову, чтобы посмотреть на Ким, которая смотрит на нее сверху вниз с безразличным выражением лица. — Сосредоточься, новенькая, — предупреждающе говорит Джису. — В последнее время ты расслабляешься. Лиса фыркает и поднимается на ноги, свирепо глядя на Джису. — Я в последнее время расслабляюсь? Ты только что пыталась убить меня. Джису хихикает. — Девочка, перестань быть такой чертовски драматичной. Это футбол. Футбол – это война. Если ты не выносишь огня, тогда убирайся с моей кухни. — Я думаю, ты имеешь в виду «Если ты не выносишь жару...». — Я чертовски хорошо знаю, что я имела в виду! — Джису перебивает, оскорбленная поправкой. — Ты могла бы поймать этот мяч, если бы уделяла приоритетное внимание своей футбольной тренировке, а не мелким ссорам с Дженни. — Она первая это начала! — раздраженно восклицает Лиса. — Да, это совсем не по-детски звучит, — говорит Джису и закатывает глаза так сильно, что Лиса не может представить, что это не больно. Она поднимает мяч, которым пыталась уничтожить Лису. — Послушай, мы не проиграли ни одной игры с тех пор, как я стала капитаном, и очень скоро у нас будет наша первая игра в этом сезоне, так что будь я проклята, если позволю тебе подвергнуть опасности эту команду, потому что ты слишком занята своей предвыборной драмой. Я буквально убью тебя. Как бы Лисе не хотелось признавать это, она не может отрицать, что Джису Ким чертовски пугающая, когда хочет быть таковой. У нее такой взгляд, который заставляет поверить, что в прошлой жизни она была боссом мафии. Лиса восхищается ее страстью к команде, но она восхищалась бы этим гораздо больше, если бы в данный момент не была объектом ее гнева. — Я ясно выразилась? — спрашивает Джису, и Лиса открывает рот, чтобы защититься, но Джису снова не дает ей заговорить. — Хорошо, — говорит она и пихает мяч в грудь Лисы. — Мы и так потеряли достаточно времени. Давайте продолжим. Излишне говорить, что к тому времени, когда тренировка заканчивается, Лиса с трудом находит место на своем теле, которое не кричит в агонии. Она с удовольствием принимает душ, позволяя теплой воде омывать ее измученное тело и успокаивать ноющие мышцы. К тому времени, как она переодевается в футбольную форму и сушит волосы феном, большинство девушек уже ушли, за исключением нескольких, которые все еще задерживаются, нанося блестящий блеск для губ и заплетая влажные волосы в косички – среди них Ким Джису. Лиса осторожно приближается к ней, пока девушка расчесывает свои каштановые волосы. — У тебя великолепные волосы, — искренне делает она комплимент. Джису на мгновение перестает расчесывать волосы, чтобы взглянуть на нее, и хихикает. — Не подлизывайся ко мне. Тебе это не идет. Лиса закатывает глаза. — Это был честный комплимент. Джису в последний раз проводит расческой по волосам, прежде чем перекинуть их через плечо, принять позу и полюбоваться своим отражением. — Я знаю. Лиса не уверена, связано ли это с тем, что она знает, что у нее великолепные волосы, или с тем, что она знает, что это был честный комплимент. В любом случае, одно Лиса знает наверняка: самооценка Ким Джису не страдает, и Лиса может признать, что это достойно восхищения. Джису роется в своей сумке в поисках чего-то, и Лиса мгновение наблюдает за ней. Она прочищает горло и выпрямляется. — Эй, — говорит она, и Джису прекращает то, что делала, чтобы посмотреть на нее, приподняв бровь. — Мне нужно, чтобы ты знала, что я на 100% предана этой команде. Футбол значит для меня весь мир, и я никогда не прощу себя, если подведу эту команду. Я также на 100% предана президентской кампании и знаю, что некоторые люди просто видят в этом ежедневный источник драм и сплетен, но для меня действительно важно донести до всех свое послание. Я могу заниматься как этой командой, так и своей кампанией, не пренебрегая ничем из этого. Джису наблюдает за ней с легкой улыбкой на губах, и это побуждает Лису продолжать. — И послушай, я знаю, что вы с Дженни лучшие друзья, но это не должно влиять на наши отношения на футбольном поле. Легкая улыбка Джису превращается в широкую, и девушка разражается тихим смехом. Она кивает и бросает на Лису восхищенный взгляд, — Милая маленькая речь, — говорит она, — но, девочка, умоляю, как будто я позволю твоей ссоре с Дженни помешать футболу. Я более профессиональна. Я даже сказала Дженни, что ей не разрешается связываться с тобой в дни, предшествующие дню игры. Лиса искренне удивлена. — Правда? — Да, правда, — говорит Джису. — Ты нужна мне в игре, потому что я знаю, что ты можешь многого добиться, когда вкладываешь в это всю душу. Ты отличное дополнение к команде и прямо-таки дикарка в обращении с мячом, детка. Лиса испытывает приятный прилив счастья, потому что, сколько бы она ни проповедовала о том, что одобрение приходит изнутри, одобрение, исходящее от Джису, которая сама чрезвычайно талантливая футболистка, чувствуется чертовски здорово. — Спасибо, — говорит она, улыбаясь от уха до уха. — Да, да, неважно. Помни, если я поймаю тебя на том, что ты расслабляешься, я тебя вышвырну, — угрожает Джису, но это сказано с улыбкой, и Лиса ухмыляется. — Что ты ищешь? — спрашивает она, когда Джису, нахмурив брови, возвращается к рытью в своей сумке. — Мой чертов бальзам для губ! Черт возьми! Его здесь нет, должно быть, я его уронила. Лиса лезет в свою сумочку и достает свой слегка красный бальзам для губ. — Ты можешь воспользоваться моим. — Кое на что ты годишься, — говорит Джису с игривой улыбкой и берет бальзам для губ, проводя им по своим губам. — Спасибо, — говорит она, возвращая его. Она закидывает сумку на плечо и надевает солнцезащитные очки, накидывая куртку-бомбер поверх укороченного топа и смотрит на свое отражение. — Боже, я рада, что нам сегодня не придется надевать эту уродливую униформу. — То же самое, — говорит Лиса и бросает оценивающий взгляд на свое отражение: на ней ее любимый струящийся укороченный топ и рваные широкие джинсы; она бесконечно благодарна Сеульской академии за традицию, согласно которой пятница – это день, когда студентам разрешается носить все, что они, черт возьми, захотят. Честно говоря, она сходит с ума в этих плиссированных юбках. Они выходят на свежий воздух вместе с несколькими последними девушками, которые еще не ушли. Одна из них, Чон Соми, крошечная полузащитница, сплетничает о потенциальном скандальном романе между новым, молодым и горячим учителем истории мистером Чой и какой-то второкурсницей по имени Чон Соён. — Она была единственной, кто получил пятерку с плюсом за эссе по истории, — сплетничает Соми. — Забудь о пятерке с плюсом, я была бы не прочь высосать его досуха ни за что взамен, — говорит Джису и заставляет девочек хихикать, смеяться и выкрикивать хором слова согласия. — Ты не согласна? — спрашивает Джису и с любопытством смотрит на Лису после того, как замечает, как Лиса закатывает глаза. Лиса пожимает плечами. — Я не заинтересована в хищнических, несбалансированных отношениях. Каким бы великолепным ни был мистер Чой, это не оправдывает его неподобающего поведения, если, конечно, это правда, поскольку большинство слухов, которые здесь циркулируют – это куча несущественного мусора. Джису ухмыляется ей. — Нет, просто согласно последним твитам, твои сексуальные интересы сосредоточены в другом месте. Лиса резко останавливается и смотрит на Джису. — Что ты хочешь этим сказать? Джису тоже останавливается и смотрит на нее, приподняв бровь и опуская очки просто для того, чтобы послать ей взгляд, который переводится как «Ты точно знаешь, что это значит». Лиса просто смотрит на нее в ответ, как будто не совсем понимает, на что намекает Джису. Джису закатывает глаза и кашляет в кулак. Фраза, которая заставляет девушек смеяться, но вызывает дрожь по спине Лисы. — Дженлиса. Сатанинская штука, возникшая из ниоткуда в Twitter. Лиса была в ужасе, когда увидела это в своей ленте, и для нее просто непостижимо, как люди могут видеть что-либо, кроме вражды между ней и Дженни. — Это полный бред, — усмехается Лиса и снова начинает идти. — Честно говоря, когда я узнаю, кто стоит за этими сплетнями в Twitter, я буквально «пролью чай» ему на голову. Это заставляет Джису громко рассмеяться. — Я бы заплатила, чтобы увидеть это. Прежде чем Лиса успевает ответить на это, их прерывает противный свист. Они все поворачиваются к источнику звука и обнаруживают, что это кто-то из мальчиков из футбольной команды. На них надета футбольная форма, а с плеч свисают спортивные сумки, предположительно, они направляются на тренировку. Джису бросает на них испепеляющий взгляд. — Эй! Как вы смеете, маленькие засранцы, свистеть нам, мы что, по-вашему, похожи на гребаных собак? Мальчики хихикают, подходя ближе, и среди них Лиса узнает бывшего парня Дженни, Кая. — Нет, отнюдь, — говорит Джису один из парней, сверкая дерзкой улыбкой. — Ты самая красивая женщина в этом мире, детка. Джису усмехается и перекидывает волосы через плечо. — Ладно, Хэин, во-первых, тебе не нужно рассказывать мне то, что я и так знаю, — это заставляет девочек хихикать, и Лиса подавляет довольный смешок. — Во-вторых, я не твоя «детка». Мальчики разражаются хохотом и хлопают Хэина по плечам в притворном утешении. Хэин, однако, не выглядит обескураженным, во всяком случае, он выглядит еще более очарованным Джису. Он протягивает руку, чтобы коснуться ее волос, но она отталкивает его руку. — Боже, детка, почему ты такая холодная? — спрашивает он. — Кто причинил тебе боль? Джису раздраженно вздыхает и закатывает глаза. — В конечном итоге я могу причинить боль тебе, Хэин. Хэин по-мальчишески улыбается. — Если это то, чего ты хочешь, детка, — он хватает ее за запястье. — Эй, дай мне просто поговорить с тобой, — он игнорирует ее протесты и оттаскивает ее на пару футов в сторону, создавая иллюзию уединения. Как бы Лиса ни была удивлена, ей нужно забрать своего младшего брата, поэтому, пока все подслушивают разговор Хэина и Джису, она поворачивается, чтобы уйти. — Эй, — голос позади нее заставляет ее остановиться и обернуться, оказавшись лицом к лицу ни с кем иным, как с Каем. — Э-э... привет, — отвечает она и бросает взгляд через его плечо туда, где все внимание сосредоточено на Джису и Хэине. — Я Кай, — говорит он с милой улыбкой, одной рукой сжимая ремешок своей спортивной сумки. — Я знаю, — говорит она, гадая, что с этим делать. — Лиса. — Я знаю, — поддразнивает Кай с ухмылкой. — Все знают. Ты приобрела здесь довольно дурную славу. Лиса тихо усмехается и пожимает плечами. — Я думаю, ты можешь назвать это и так. — Я думаю, ты храбрая, — говорит Кай. — То, что ты делаешь… для этого нужно много мужества. Лиса моргает, сбитая этим с толку. — Эм... спасибо? — неуверенно говорит она и бросает мимолетный взгляд на девочек и мальчиков, играющих в футбол, но, к счастью, они не обращают на них никакого внимания. Она знает, как сильно люди здесь любят неверно истолковывать ситуации и раздувать их до неузнаваемости. Кай просто вопросительно смотрит на нее своими щенячьими глазками и улыбается, а Лиса неловко откашливается. — Итак, — она делает несколько шагов назад и указывает в направлении парковки, — мне нужно бежать. Кай проводит пальцем по своим растрепанным волосам и кивает. — Еще увидимся, Лиса. * * * — Нет, она не поверхностна только потому, что уверена в том, как она выглядит – как, кстати, и должно быть, в этом нет ничего плохого! — говорит Розэ, когда Лиса присоединяется к ней, Юнги и Хосоку у шкафчика последнего. — Вы видели ее Instagram? Там буквально только ее фотографии, — отмечает Хосок. — Эм, да, для этого и существует Instagram, — Розэ, похоже, скорее защищает этого человека, поэтому Лиса с любопытством задает вопрос. — О ком мы говорим? — Рози братается с врагом, — говорит Юнги, не отрывая взгляда от своего телефона, не обращая внимания на шокированное выражение лица Розэ. Лиса приподнимает бровь, глядя на блондинку. — Что? Ты защищаешь Дженни? Розэ раздраженно вскидывает руки в воздух. — Дело не всегда в Дженни! Юнги кашляет что-то, что звучит подозрительно похоже на «Дженлиса», но когда Лиса смотрит на него, он бросает на нее отсутствующий взгляд, который заставляет Лису задуматься, не беспокоит ли ее это слово настолько сильно, что она начинает слышать его повсюду – она могла бы поклясться, что слышала, как пара первокурсниц хихикали над ним за ее спиной. — Речь идет о Пак Суён, — услужливо сообщает Хосок. — Послушай, я с ней не «братаюсь». Она ходит в мою церковь, поэтому, конечно, я должна быть дружелюбной с ней. И она, на самом деле, не так плоха, как все думают. Лиса удивленно поворачивает свое лицо к Розэ. — Она ходит в церковь? Розэ хмурится. — Это прозвучало ужасно осуждающе. Лиса качает головой. — Нет, нет, нет, я просто... удивлена, — у Лисы могут быть какие-то стереотипные представления о девушках, посещающих церковь, к которым Пак Суён не подходит, но опять же, она на самом деле ее не знает. Все, что она знает – это то, что она одна из лучших подруг Дженни, и одного этого достаточно, чтобы заставить Лису усомниться в ее нравственности. Раздается звонок, означающий, что пришло время для следующего занятия, и их маленькая группа расходится, быстро сказав «Увидимся позже». Лиса заворачивает за угол по пути на урок литературы и замедляет шаг, когда замечает девушку, склонившуюся над шнурками на туфлях. Взгляд Лисы задерживается на заднице девушки, потому что, черт возьми, это самая идеальная задница, которую Лиса когда-либо видела, обтянутая джинсами. Лиса довольна, но удовольствие исчезает ровно через три секунды, когда девушка выпрямляется и оборачивается, представляясь Дженни. Лиса издает странный вопль, когда она буквально отшатывается назад, уставившись на Дженни с широко раскрытыми глазами и открытым ртом. — Т-ты! — рявкает она, осуждающе указывая пальцем на Дженни. Дженни смотрит на нее как на сумасшедшую. — В чем твоя проблема, Манобан? Лиса открывает и закрывает рот, не находя слов. Она осознает, что ведет себя как гребаная идиотка, и Дженни выглядит так, словно наслаждается каждой секундой этого. — Я ненавижу тебя, — выпаливает она, не придумав ничего лучшего. Дженни приподнимает бровь, не впечатленная. — Это чувство взаимно. У Лисы нет остроумного ответа на это, поэтому она фыркает, опускает лицо и топает в конец класса, садясь на стул. Она вздыхает с облегчением, когда мистер Квон входит в класс, и пытается сосредоточиться на новом стихотворении, которое они собираются анализировать сегодня. Каждый раз, когда ее мысли пытаются вернуться к предыдущему неловкому инциденту, она упрямо возвращает их в нужное русло. Она не будет думать об этом, не говоря уже о том, чтобы признаться в этом самой себе. *** Ближе к концу дня Лиса провожает Розэ в туалет, когда ее телефон разрывается от сообщений от ее предвыборной команды. Все это сообщения, в которых ей предлагается как можно скорее проверить Twitter и что ей это не понравится. Розэ и Лиса смотрят друг на друга с одинаковым ужасным выражением лица, прежде чем схватить свои телефоны и открыть Twitter. Лиса не ожидает того, что ее ждет. Это фотографии, ее фотографии годичной или около того давности, и они не совсем лестные. Это фотографии ее вечеринок, на которых кажется, что завтрашнего дня не будет: на одной она танцует на столе в откровенной одежде, опрокидывает в себя большой кувшин пива; на другой она зажата парой парней на танцполе, их руки по всему ее телу, пока она танцует. Многозначительный взгляд в камеру. Но, конечно, тот, который действительно собирает все ретвиты – это тот, где она сосет кальян. — Елки-палки… Лиса... — говорит Розэ, прикрывая рот рукой. Она отрывает взгляд от своего телефона и смотрит на Лису, которая безучастно смотрит на экран телефона. — Ты в порядке? Лиса опускает телефон, закрывает глаза, делает глубокий вдох и кричит. Она пугает девушку, которая как раз в этот момент входит в уборную, и та принимается за дело, уносясь оттуда. Как только Лиса заканчивает, Розэ со страхом смотрит на нее. — Эм... все не так уж плохо? — нервно говорит Розэ. — Посмотри на это с другой стороны… — Какой, Рози? — Лиса яростно огрызается, ее щеки краснеют, костяшки пальцев, сжимающие телефон, побелели. — Кто-то откопал мои фотографии. О боже мой! Эта гребаная сука! Я собираюсь убить ее! Хватит, она собирается найти Дженни, повалить ее на пол и выбить из нее все до последнего жалкого вздоха. Прежде чем она успевает выйти, Розэ блокирует дверь, широко раскрыв глаза и поднимая руки в знак защиты, когда Лиса злобно смотрит на нее. — Розэ, — говорит она сдержанным тоном, — уйди с моей гребаной дороги. — Нет, — Розэ твердо качает головой. — Только не тогда, когда дьявол шепчет тебе на ухо. Просто сделай глубокий вдох. Ну же. Ты же не хочешь наделать глупостей. — Мне все равно! Я хочу убить ее, поэтому я собираюсь убить ее! Розэ осторожно подходит к ней и смело кладет руки на плечи Лисы, сжимая ее напряженные мышцы. — Если ты выйдешь туда, крича как банши и нападая на Дженни, то тебя исключат, и она победит. Это то, чего она хочет. Не давай ей этого. Лиса знает, что Розэ говорит правду, поэтому она следует ее инструкциям, и они вместе делают несколько синхронных вдохов. Лиса поворачивается к раковине и плещет немного холодной воды на свое пылающее лицо. — Она такая сука, — шипит она, впиваясь взглядом в свое отражение. — Я даже не знаю, где она нашла эти фотографии, гребаная сталкерша. Розэ подходит к ней сзади и опускает пальцы на твердые, как скалы, плечи Лисы, массируя все напряженные места, и говорит успокаивающим голосом: — Вся школа, вероятно, будет шутить над тобой всю следующую неделю, так что тебе придется высоко держать голову. Лиса вздыхает, расслабляясь в умелых руках Розэ. Она закрывает глаза и делает еще один глубокий вдох. — Я собираюсь ударить ее в ответ. Сильно. Розэ выглядит обеспокоенной. — Может быть, лучше было бы пойти по другой дороге? Таким образом, она выглядела бы как воплощение зла, которое не может смириться с тем, что кто-то выступает против нее. Если бы ты сохраняла хладнокровие и достоинство, то в конце концов все бы тебе посочувствовали. Лиса едва слышит, что говорит Розэ, потому что она смотрит на последний твит Дженни. @jennierubyjane [15:11] президент студенческого совета – это тот, кто является примерным образцом для подражания, а @lalalalisa_m совсем на него не похожа #кальянобан — О, да пошла ты, сука! — Лиса огрызается и немедленно выдает ответ, игнорируя протесты Розэ. @lalalalisa_m [15:15] @jennierubyjane президент не должна быть манипулирующей и хитрой сукой, но я думаю, что все мы не идеальны #чтостобойнетак Розэ прижимает ладони к лицу и бормочет себе под нос что-то похожее на «Боже, помоги мне». Лиса игнорирует ее и агрессивно ждет ответа от Дженни. @jennierubyjane [15:17] беспочвенные обвинения и детские оскорбления только еще больше доказывают, насколько ты непригодна для поста президента :) #кальянобан Того факта, что Дженни не только разыгрывает невинность, но и настаивает на том, чтобы помечать свои твиты этим нелепым хэштегом, достаточно, чтобы кровь Лисы закипела. Она собирается ответить гневной тирадой, в которой больше оскорблений, чем чего-либо еще, когда Розэ выхватывает телефон у нее из рук, прежде чем она успевает опубликовать твит. — Розэ! — восклицает Лиса и пытается выхватить телефон обратно, но Розэ легко уклонилась от ее нападения. — Лиса, пожалуйста, успокойся, ты слишком зла, и ей, очевидно, нравится, что она заставила тебя вот так потерять самообладание. Не доставляй ей такого удовольствия. Лиса поворачивается и в отчаянии так сильно пинает стену, что в конце концов причиняет себе боль и в агонии прыгает на одной ноге. Розэ хихикает, но быстро маскирует это кашлем, когда Лиса предательски смотрит на нее. Они остаются в туалете еще как минимум на десять минут, пока Лиса пытается успокоиться под руководством Розэ, и только после того, как Розэ делает ей тщательный божественный массаж, она достаточно доверяет себе, чтобы выйти на улицу, не выслеживая Дженни. Все хихикают у нее за спиной, и она слышит не одну шутку про «кальянобан». Она считает, что заслуживает гребаной награды за то, что не стала серийной убийцей в этой дурацкой академии. Удивительно, что она справляется с последним уроком этого дня, никому не причинив вреда. Единственное, что пострадало – это бумага, на которой Лиса нарисовала лицо Дженни. Она пропустила весь урок, проделывая крошечные дырочки в лице Ким, чтобы безопасно высвободить свою агрессию. На самом деле это работает настолько хорошо, что она несколько уравновешена, когда звонок оповещает об окончании учебного дня. Или, возможно, не настолько хорошо, как ей хотелось бы, потому что первое, что она делает, вернувшись домой – это планирует сладкую месть. Ходят слухи, что Дженни все равно устраивает вечеринку.