Часть 6
7 сентября 2023 г., 00:01
Целительница Ковентри «зови меня Кови» Кук, была совсем не такой, как ожидал Гарри. В отличие от мадам Помфри, которая могла быть чьей-то суровой бабушкой, целительница Кови не выглядела достаточно взрослой, чтобы быть целителем. Она была молода, со светлыми торчащими волосами с кончиками, окрашенными в ярко-голубой цвет, который соответствовал цвету ее глаз. У нее было сверкающее кольцо в носу, она носила стильные одежды и мило улыбалась. Она говорила со странным акцентом — отчасти с шотландским, отчасти он понятия не имел, с каким именно, и с энтузиазмом выдувала и лопала пузыри ярко-розовой жевательной резинки.
Когда Гарри заговорил, она перестала лопать жвачку и наклонила голову так, что заставила бы Вас почувствовать, что все, что Вы говорите, было самой важной вещью в мире. Она ему сразу понравилась, и он подумал, что ее поведение облегчает детям общение с ней. Она немного напомнила ему Нимфадору Тонкс.
— Ага, парень, позволь мне взглянуть на тебя. Больно не будет, — Кови взмахнула палочкой над Гарри, создавая еще более подробный список травм, которые Гарри получил за всю свою жизнь.
Гарри наблюдал за целительницей, но независимо от того, насколько длинным становился список на пергаменте, ее поведение не менялось. Она была веселой и беззаботной, с позитивным настроем, который был заразителен. Он предполагал, что это помогает успокаивать ее молодых пациентов. Гарри находил это в равной степени обнадеживающим и обескураживающим. Однако он полагал, что это внушает доверие.
— Хм... — сказала Кови, изучая список. — У тебя был сильный перелом этой крошечной косточки, видишь? — сказал целитель Кук, поднимая правую руку Гарри и показывая ему мизинец, который он не мог выпрямить. — Ты помнишь, как ты его получил?
Гарри покачал головой.
— А как насчет этого шрама на твоем плече, ты помнишь это?
— Нет, не совсем, — ответил Гарри.
— Да, бьюсь об заклад, ты был совсем маленьким, когда это произошло, — провозгласила Кови, улыбаясь. — А здесь?
— Это из квиддича, — ответил Гарри. — На третьем курсе.
— Да, опасный вид спорта, — сказала Кови, — хотя я должна признать, что немного играла в него.
— Ты? — спросил Гарри.
— Ага, — сказала Кови, переводя взгляд с Гарри на пергамент.
— На какой позиции?
— Вратарь. До тех пор, пока мне чуть голову не снесли. Боюсь, после этого я потеряла интерес, — тихо рассмеявшись, Кови продолжила. — Последний вопрос, парень. Что с этой ногой здесь? Выглядит ужасно. Поперечный перелом и все такое.
Гарри покачал головой. Поперечный перелом звучал не очень хорошо, но он не помнил и об этом тоже.
— Не помню, — произнёс Гарри. — Это необычно? Что я не могу вспомнить?
Целительница Кови успокаивающе улыбнулась ему.
— Вовсе нет, парень. Это совершенно нормально. Так вот, веди себя хорошо, ага, и оставайся на месте. Мне просто нужно подняться и поговорить с директором.
***
Дамблдор и Северус Снейп обсуждали ситуацию с Долорес Амбридж, когда раздался стук в дверь директора. — Войдите, — позвал он, довольный, увидев молодую женщину, которая ждала его аудиенции. — А, целительница Кук, — сказал Дамблдор, шагая к двери, чтобы поприветствовать ее. — Позвольте представить Вам моего уважаемого коллегу Северуса Снейпа. Он наш Мастер зельеварения и профессор здесь, в Хогвартсе. — Приятно познакомиться, профессор, — сказала Кови, протягивая руку. — Целительница Кук, — сказал Снейп, пожимая ее руку. — Пожалуйста, зовите меня Кови. Директор школы очень высоко отзывается о Вас. — Директор, — нахмурившись, сказал Снейп, — слишком великодушен. Кови тихо рассмеялась, и Дамблдор, который внимательно наблюдал за ними, улыбнулся. — Значит, Вы познакомились с нашим мистером Поттером, да? — поинтересовался Дамблдор. — Да, конечно. Милый молодой парень. Поссорился с кем-то из маггловских родственников, ага? — Так и есть, — подтвердил Снейп. — Вы можете его исцелить? — Физически, да, — сказала целительница Кук, обращаясь к Снейпу, — но это еще не все. Дамблдор заметил, что обычно веселая целительница выглядела довольно серьезной. — Что Вы обнаружили? — Он не помнит своих травм, — она посмотрела на директора. — Это плохой знак, Альбус. Правда, он был слишком маленьким, чтобы помнить некоторые из них, но другие... Я думаю, что он подавил воспоминания. Из-за слишком сильной боли, понимаете? Дамблдор глубоко вздохнул. Лицо Снейпа потемнело. — Я считаю, что это еще не все. Поскольку он использовал стихийную магию, чтобы исцелить себя, воспоминания будут связаны с частичным исцелением. Я не могу вылечить то, что он сделал. Я должна сначала отменить это, а затем исцелить снова, понимаете? — взгляд целительницы Кук был твердым и пристальным. — Это означает, что, когда я выпущу его магию, все воспоминания и боль вернутся к нему. Это может быть слишком для него. Дамблдор тщательно обдумал это, прежде чем спросить всех присутствующих. — У Вас есть какие-нибудь рекомендации? Волшебные или маггловские? — Конечно, успокаивающее зелье не помешает. И обезболивающее тоже, — ответила целительница Кук. — Конечно, — сказал Снейп. — Но я не думаю, что этого будет достаточно. Воспоминания были подавлены по какой-то причине. Как только они вырвутся из удерживающих оков, я полагаю, что парень будет страдать и тому подобное. Посттравматическое стрессовое расстройство, маглы называют это так. Я бы порекомендовала найти ему консультанта. Ему нужно будет поговорить с кем-нибудь. Дамблдор взглянул на Снейпа, который покачал головой. — Я не консультант, Альбус. Я Мастер зельеварения. — И глава факультета Слизерин, где ты консультировал многих студентов. — Так пошлите его к МакГонагалл, — возразил Снейп. — Ах, но он не поделился своими воспоминаниями с Минервой. Тем не менее, — сказал Дамблдор, поднимая руку, чтобы заставить Снейпа замолчать, и снова обращая внимание на целительницу. — Что еще может понадобиться, чтобы помочь Гарри пройти через это? — Я обеспокоена тем, что мы выпустим слишком многое сразу, слишком много воспоминаний. Было бы гораздо лучше, если бы мы могли выпускать их медленно. Но никто не знает, что получится, когда мы отменим его магию. Он не помнит, что он использовал, поэтому он не знает, с чем это связано. В комнате воцарилась тишина, пока Снейп не посмотрел на Дамблдора и не произнес ни слова. «Окклюменция». Дамблдор подумал об этом. — Северус, как ты думаешь, ты сможешь защитить разум мальчика во время процесса исцеления? Действуя как фильтр для него, так сказать. Со временем отпуская воспоминания по кусочкам, чтобы он мог с ними справиться. Северус фыркнул. — Как будто он согласится на это. — Возможно, у него нет выбора, — ответил Дамблдор серьезным тоном. — Кови, Вы хорошо знакомы с окклюменцией? — Нет, Альбус, вовсе нет. Дамблдор потратил некоторое время на объяснение теории, а Снейп время от времени вмешивался, чтобы внести ясность. Наконец, Дамблдор сказал. — Как Вы думаете, это может сработать? — Что ж, — подумала целитель Кук, — я не думаю, что мы что-то потеряем, попытавшись это сделать.***
Гарри не удивился, увидев, как целительница Кови и Дамблдор вошли в лазарет. Однако он удивился, увидев, что Снейп был с ними. Он подумал, что не должен был этого делать, так как Снейп сказал, что потребуется не один сеанс, чтобы вылечить его от темной магии, которой Амбридж пытала его. Несмотря на это, Снейп выглядел явно неловко. — Привет, Гарри. Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Дамблдор. — Хорошо. — Хорошо, хорошо. Целительница Кук просто рассказывала нам, что понадобится, чтобы залечить твои старые раны. Как ты уже знаешь, ты использовал часть своей стихийной магии, чтобы стабилизировать их. К сожалению, для того, чтобы полностью восстановить твое здоровье, целительнице Кук нужно будет отменить эти исправления и заново исцелить их из первоначального поврежденного состояния. Кови улыбнулась и кивнула. — Не волнуйся, парень. Я делала это сотни раз. — К сожалению, — продолжил Дамблдор, — когда она разрушит твою магию, первоначальные травмы причинят тебе такую же боль, как и в первый раз. Однако у нас есть некоторые средства борьбы с наихудшими из них. Профессор Снейп, — Дамблдор жестом указал на мужчину, стоящего рядом с ним, — будет вводить обезболивающие зелья и успокаивающий напиток. Гарри изучал три фигуры вокруг себя. Целительница Кови выглядела приятно выжидающей, Снейп, как обычно, был не проницаем, но Дамблдор выглядел неуверенным. Гарри переместился в более вертикальное сидячее положение. — И? — поинтересовался Гарри. — И, — сказал Дамблдор, успокаивающе вздохнув, — есть некоторые опасения, что боль может быть слишком сильной, чтобы с ней справиться. — Альбус, — предупредил Снейп. Уступив, директор продолжил. — Не только физическая боль, хотя я не хочу ее преуменьшать. Но что нас больше беспокоит, так это эмоциональная боль, которая может возникнуть. — Эмоциональная боль? — спросил Гарри. — Целительница Кук сообщила мне, что ты не помнишь, как ты получил свои травмы. Мы думаем, что ты, возможно, подавил эти воспоминания. Совершенно естественная реакция, уверяю тебя. Ибо как ты мог продолжать жить с Дурслями с постоянным напоминанием о том, что они с тобой сделали. Гарри заметил, что лицо Дамблдора снова приобрело постаревшее выражение, как будто тяжесть всего мира легла на его плечи. — Быть засыпанным всеми этими воспоминаниями сразу, Гарри, может оказаться слишком сложным для любого человека, — добавил Дамблдор. Гарри сглотнул. Ему не нравилось, как это звучало. — Но сейчас я чувствую себя хорошо, профессор. Действительно ли меня нужно исцелять? Прежде чем кто-либо успел ответить, Снейп сказал. — Да, Поттер, Вам это нужно. — Да, Гарри, — повторил Дамблдор. — Ты, вероятно, привык к дискомфорту и даже не осознаешь, насколько он влияет на тебя. И даже если это не сильно влияет на тебя сейчас, это, безусловно, повлияет с возрастом. Гарри не мог себе представить, что не сможет справиться с воспоминаниями. Они остались в прошлом. Вероятно, он просто забыл о них, потому что они не были важны. — К счастью для тебя, парень, у твоего Мастера зельеварения есть хорошая идея, как помочь тебе справиться с этим. Гарри испуганно поднял глаза. Он не был уверен, что ему понравится что-нибудь, что придумает Снейп. Это, вероятно, только ухудшит ситуацию. Вместо того, чтобы смотреть на Снейпа, Гарри устремил взгляд на Дамблдора. — Ковентри хочет попробовать использовать окклюменцию, Гарри, — заявил Дамблдор. Гарри почувствовал, как его желудок сжался. Он ни в коем случае не собирался заниматься этим снова. Так все и началось. Он яростно покачал головой. — Нет? — спросил директор школы. — Я не могу этого сделать, сэр, — ответил Гарри. Отведя взгляд, он продолжил. — Я так и не научился. Гарри ждал, что Снейп выскажет какое-нибудь ехидное замечание о его недостатках или лени, но так и не дождался. — Тебе не нужно будет использовать окклюменцию, Гарри. На самом деле, я не уверен, что ты смог бы, даже если бы добился определенного успеха с помощью этого навыка. Однако, поскольку ты уже установил связь с профессором Снейпом, он может заслонить тебя, так сказать, защитить твой разум, если процесс исцеления станет для тебя слишком подавляющим. Гарри сглотнул. Если его воспоминания действительно были такими плохими, действительно ли он хотел, чтобы Снейп их увидел? Правда, он уже бросил часть из них мужчине, но это было сделано в порыве гнева. В то время он был не в здравом уме. Зная, что Дамблдор ожидает ответа, Гарри сказал. — Э-э, я действительно не думаю, что в этом будет необходимость, сэр. Я уверен, что справлюсь с этим. Дамблдор приподнял бровь. — Это может быть слишком тягостно, Гарри, и, если тебе понадобится помощь, это не будет признаком слабости. Количество и тяжесть твоих травм многочисленно. Уводя разговор от Снейпа, Гарри спросил. — Что будет со мной, если я не смогу справиться с ними, как Вы говорите? Они втроем переглянулись, и Гарри почувствовал себя неловко. Наконец Дамблдор заговорил. — Когда разум волшебника перегружен слишком сильной болью в течение слишком долгого времени, ущерб может быть непоправимым. — Как с родителями Невилла? — шепотом спросил Гарри. — Боюсь, что да, — серьезно сказал Дамблдор. — Чтобы этого избежать, Гарри, я бы предпочел, чтобы Северус присутствовал хотя бы на случай, если он понадобится. Если он не понадобится, ничего страшного. И если он понадобится, он будет рядом, чтобы помочь тебе. Гарри посмотрел на непостижимое выражение лица Снейпа и пожалел, что не знает, о чем думает этот человек. Опрометчиво он выпалил. — И Вы согласились на это? Вопрос был явно адресован Снейпу. Снейп коротко кивнул, плотно сжав губы. Гарри плюхнулся на подушки. Ему не нравилось чувствовать, что у него нет выбора. Сделав последнее усилие, умоляя Дамблдора. — А как насчет Вас? Можете ли Вы быть моим щитом? Выражение лица Дамблдора дало ему ответ еще до того, как волшебник заговорил. — Мне очень жаль, Гарри, но по многим причинам я не могу. Гарри недовольно отвернулся. Он хотел спросить, может ли это быть кто-то другой, кто-то еще, но он уже знал ответ директора на этот вопрос. Если бы был другой выбор, ему бы сказали. — Когда мы начнем? — вздохнув, спросил Гарри. Дамблдор откашлялся. — Мы думаем, что лучше всего сначала очистить шрам от Кровавого пера от остатков темной магии. Поскольку для этого нужен профессор Снейп, и поскольку это довольно утомительно для вас обоих, мы будем стремиться к расписанию через день. Как только все следы этого проклятия будут удалены, мы начнем оставшуюся часть твоего исцеления. Гарри кивнул. Тогда у него был еще один день передышки. — А пока, Гарри, ты можешь вернуться в класс, — сообщил ему Дамблдор. Гарри посмотрел на часы и практически громко застонал. Заклинания почти закончились, и следующим занятием было двойное зелье со слизеринцами до обеда. Он взглянул на Снейпа, который, казалось, знал, о чем он думает. — Не опаздывай, Поттер, — сказал Снейп и повернулся, чтобы покинуть больничное крыло.
