JUJUTSU KAISEN: drabbles

— Зачем ты налил мне ещё бокал вина? — Почему нет? У тебя была долгая неделя. У меня была долгая неделя. И я не хочу допивать бутылку в одиночку, так что… — Хироми вложил стакан тебе в руку, намеренно небрежно поцеловав в щеку, на что ты рассмеялась, оттолкнув его. — Пей. Изображая недовольство, ты пробормотала что-то в вино, искоса поглядывая на Хигуруму. Он вприпрыжку, стройный и жилистый, подошел к окнам, задумчиво покручивая собственный бокал, засунув одну руку в карман и глядя на горизонт Токио. Ваши отношения были только на самых ранних стадиях физической близости, но ты поймала себя на том, что оглядываешь его с головы до ног поверх края своего стакана. Сначала тебя привлек его ум. Невероятно умный, Хироми, казалось, видел тебя насквозь и всё равно обожал. Его страсть, конечно, не ограничивалась лишь карьерой. Он был холодным и резким, но, наоборот, таким мягким в некоторых моментах. Хигурума заставлял тебя гадать, но никогда о том, что он чувствовал к тебе. Ты никогда не встречала партнера, столь необычайно волнующего, как он. Но ты не могла отрицать… В том, как он выглядел, было что-то такое, что заставляло бабочек кружиться глубоко в твоем животе, озадачивало и притягивало тебя к нему. Но ты не могла понять, что это было. Ты медленно приближалась к нему, вдыхая пьянящие пары своего напитка, оценивая мужчину; его глаза и то, как они превращались в чёрные как смоль озера, когда смотрели на тебя? Нет. Его руки, такие выразительные и умелые, что ты задавалась вопросом, в чём ещё они могут быть умелы? Нет, и не в этом тоже. Его тело, обманчиво гибкое и стройное, а на самом деле такое сильное? Ты вздохнула, не в силах разгадать это, уже допив половину третьего бокала вина, чувствуя себя раскованной и интимной. — Я не могу понять, что именно ты находишь во мне привлекательным. Ты подпрыгнула, расплескав остатки вина, когда он повернулся к тебе с искреннем любопытством в пытливых глазах. Ты на мгновение разинула рот, в твоем мозгу произошло короткое замыкание, и ты была готова поклясться, что он мог читать мысли. — Твой нос. Хироми фыркнул, прикрыв глаза рукой, и начал трястись от смеха. Его рука опустилась, касаясь большого крючковатого носа, и он снова рассмеялся. — Будь серьезна, — отчитал он. Твоя сдержанность покинула тебя, ободренная алкоголем. — Нет, я… я серьезно. В этом есть что-то… сексуальное. Мужчины с большими носами. — Оу? — Хироми медленно приближался к тебе, всё ещё держа руку в кармане, медленной, наклонной походкой. — Все мужчины с большими носами? Это фетиш? Ох, эти глаза. Тёмные и светящиеся, как маленькие угольки в темноте, и, когда они глядели на тебя вот так, ты почувствовала, как по телу пробежал жар от столь пристального взгляда. — Или… или, может быть... только твой, я думаю. Специфический для тебя фетиш. Интересно, что бы ты мог сделать с этим носом, кроме… кроме… — ты покраснела, допивая остатки вина. Теперь мужчина находился слишком близко, и по твоей коже будто пробежал электрический разряд. Не прерывая зрительного контакта, он медленно протянул руку, забрал твой пустой бокал, осушил свой и поставил их оба на стол. Притянув тебя к себе, положив одну руку на поясницу, а другой проведя вверх по щеке, Хигурума склонился над тобой. Всё ещё дразня тебя, прикрыв свои большие глаза, он провел кончиком носа по твоей шее, обводя контуры возле точки пульса. Ты прижала одну руку к его груди, а другую запустила в волосы, дрожа. — …кроме? — подсказал он, снова рассмеявшись, громко и дерзко. — Где бы ты хотела мой нос? — ты покраснела, смутилась и попыталась оттолкнуть его за то, что он дразнил тебя, но хватка была слишком крепкой. Он поцеловал тебя, откинув назад, надежно удерживая в своих объятиях. Теперь твоя голова кружилась не только от вина. Сплетя пальцы у него на шее, ты вдруг перестала стесняться сказать ему, чего хочешь. Ты отстранилась от его поцелуя, и он прижался своим лбом к твоему, нос к носу, глядя тебе в глаза. — Между… Может быть, у меня между ног, — ты пожалела о произнесенном в тот момент, когда сказала это, подняв руки, чтобы прикрыть глаза, обхватив ладонями свои раскрасневшиеся щеки, но Хироми отказывался отпускать тебя, губами оставляли мягкие, пьянящие поцелуи на твоем декольте. — Ты могла бы сесть мне на нос, если хочешь. Раздевшись, естественно, — прошептал он тебе, что только усилило твое сожаление. Ты почувствовала, как его бедра прижались к тебе, давая ощутить его наполовину твердый член. — О, да ладно, на самом деле это не нравится ни одному мужчине. Сидение на лице — это просто одна из тех глупостей, над которыми ты шутишь. Ни один мужчина не любит делать женщине оральный секс, — усмехнулась ты цинично и смущенно. Хироми приподнял брови, отпуская тебя, выглядя при этом слегка обиженным. — Ах милая. Ещё один скептик. Твои бывшие парни были настолько ужасными? Ты ударила его тряпкой. — Притворись, что я ничего не говорила! — крикнула ты из кухни. — Просто забудь об этом! Я иду в душ. В шкафу есть ещё вино, если хочешь. Ты честно подумывала о том, чтобы утопиться в душе. Ты едва справилась с обжигающими поцелуями, и только что сказала ему, что хочешь, чтобы его нос оказался у тебя между ног. Хотелось умереть от стыда. Выйдя из душа в свою спальню, ты вскрикнула, обнаружив Хигуруму, лежавшего на спине на твоей кровати, верхняя часть рубашки которого расстегнута, и когда он увидел тебя, он слабо улыбнулся. — Что… Что ты делаешь? — Полирую твое сиденье, конечно. Ты прижалась к стене, сжимая полотенце в одной руке и прикрывая глаза другой. За спиной послышались медленные подкрадывающиеся шаги, и через несколько секунд руки с длинными пальцами прижали тебя к твердому торсу, а нос Хироми терся о твое ухо. — Думаю, тебе бы это понравилось, — настаивал мужчина низким и убедительным голосом. — И мне нравится, когда ты говоришь, чего хочешь. Это… Смело. Честно. Сексуально. Ты тихо застонала, когда его твердый член прижался к твоему телу, и Хигурума ослабил переднюю часть твоего полотенца, предоставляя себе возможность свободно скользнуть ловкими пальцами к твоей груди, сначала нежно поглаживая её, а затем обхватывая и благодарно сжимая. — Так что, пожалуйста, сядь мне на нос. И на остальную часть моего лица. Ты прикусила губу… и медленно кивнула. — Хорошая девочка. Развернув тебя, Хироми притянул твое лицо к своему для глубокого поцелуя, яркий вкус вина тяжело ощущался на обоих ваших языках, когда он скользнул своим по твоему, исследуя, любопытствуя. Твои руки скользнули вниз, нетерпеливо расстегивая пуговицы его рубашки, опускаясь по животу и дорожке темных жестких волос, отчего Хироми задрожал. Он упал обратно на кровать, подтянув твои ноги к себе на колени, тяжело дыша и целуя тебя в шею, пока ты проводила по напряженным мышцам мужских плеч в знак признательности. Он прижался плотнее, потерся носом о раковину твоего уха, непреднамеренно вжавшись членом в твою обнаженную промежность, когда твои пальцы задели его соски во время исследования торса. — Не могу дождаться… Хочу попробовать тебя на вкус, — настаивал он, затаив дыхание, удерживая тебя в вертикальном положении за бедра. Хигурума почувствовал твою нерешительность и, схватив тебя за колени, подтянул к себе так, что ты оказалась верхом на его груди. Раздвинув ноги, ты осязаешь его дыхание, овевающее твои складочки, уже такие влажные от возбуждения. Мужчина уставился на тебя, двумя пальцами лениво скользя между твоих ног длинным движением от входа к клитору и обратно. Он вздохнул, взволнованный твоей горячей рукой на своем животе, и начал водить плавными кругами по клитору. — Ты идеальна. Те парни тебя не заслуживали, — прошептал он, дразняще прижимаясь пальцами к твоему входу, по-научному оценивая то, как на них отразилось твое возбуждение. Поднеся фаланги ко рту с намерением вылизать их дочиста, Хироми остановился, размышляя. Вместо этого он положил свои мокрые пальцы поверх полотенца, обвязанного на твоей талии. — Нет, — озадачился Хигурума. — Я хочу попробовать тебя прямо из источника. Ты пискнула, когда он снова схватил твои колени и бедра, придвигая так, что теперь твоя промежность нависала прямо над его лицом. — Сядь. Ты колебалась пару мгновений, и Хироми, не теряя времени, прижался носом к тебе, зарываясь им между твоих складочек и остро прижимаясь к твоему клитору. Дрожа бедрами, ты опускала свой вес, пока не села прямо на нос, рот и подбородок Хигурумы. Он принялся за работу, как изголодавшийся мужчина, постанывая от желания. Его нос грубо потерся о твой клитор, в то время как язык погрузился так глубоко, как только мог, в твое влагалище, и ты вскрикнула, изрядно сжимая волосы мужчины одним кулаком. Когда твердый кончик носа в очередной раз потерся о твой клитор, заставляя тебя гореть от удовольствия, ты невольно сильнее прижалась промежностью к его лицу. Хироми начал двигать твоими бедрами над собой, поощряя тебя тереться о его рот и нос, пока его язык поочередно то погружался в тебя, то касался твоего клитора, втягивая себе в рот. Удовольствие нарастало, твои крики и рука, хватающая его за волосы, становились всё более настойчивыми, Хигурума сжал свой твердый член через брюки, решив не опозориться, кончив нетронутым, пока ты сидела на его лице. Но сперма всё же просочилась сквозь брюки, намочив бедро. Мужчина опьянел от твоего вкуса, сладкого и естественного, и почувствовал, как пульсирует его член, приближаясь к оргазму. Хигурума упорно прижимал твои бедра к своему лицу, нос создавал постоянное попеременное давление на клитор, и ты почувствовала, как напрягся твой живот в отчаянной потребности кончить. В последний раз решительно прижавшись носом к твоему клитору, Хироми застонал, ошеломленный подлинной интимностью момента, понимая, что струи спермы пропитывают его боксеры, когда он кончил совершенно нетронутым. Ты задрожала, волны давления пробежали по всей нижней части тела, достигая кульминации сразу же за ним. Собравшись с силами, ты опустилась на грудь Хигурумы, глядя на него сверху вниз, заметно покраснев. Ты никогда не видела, чтобы мужчина выглядел настолько довольным с таким количеством смазки на своем лице. Ты была сбита с толку и просто хотела выйти замуж за этого человека. — Любой мужчина, который действительно любит свою женщину, милая, — выдохнул Хироми. — С радостью умер бы вот так.