Извилистая тропа ведет к тихому месту

      Перед Се Лянем угрожающе скалился темный лес, которого он никогда прежде не видел в своей жизни. В голове принца тут же возникло несколько предположений. Менее вероятное — это ловушка мелких демонических тварей: в нее легко можно было попасться, когда гуляешь в незнакомом месте. Длина шага правой и левой ногой немного отличаются и, если увеличить эту разницу, человеку будет казаться, что он идет прямо, тогда как на самом деле он будет ходить кругами. Другой похожий трюк — исказить воспоминания жертвы, чтобы она утратила чувство пространства и, выбирая на развилке правый путь, искренне считала, что выбрала левый. Но оба этих варианта были далеки от истины: все же, дорога сюда была легка, а внутри храма Се Лянь и Е Циу почти не ходили, чтобы попасть в ловушку демона. Еще один частый прием, чтобы смутить смертных — магический мираж. Он заставлял видеть то, что желает демон, но развеять его было довольно легко: достаточно было ущипнуть себя, или облиться холодной водой. Однако, впервые увидев изменение атмосферы вокруг, Е Циу изо всех сил вцепился в руку Се Ляня и легко развеял бы своей хваткой наваждение. Значит, происходящее было куда серьезнее мелкой шалости.       — Красиво, — между тем, все еще держась за принца, протянул Е Циу. Его Высочество невольно скосил на юношу взгляд: тот был поразительно легкомысленным. Только что он трясся от страха, но уже теперь разглядывает освещенный мягким алым светом лес и восторженно вздыхает. Ему повезло, на самом деле, что в своих исследованиях он не забирался в опасные места: Се Лянь вдруг подумал, что выбраться ему было бы сложно.       — Е-сюн, когда ты приходил сюда первый раз, что-то подобное случалось? — покачав головой, спросил принц. Е Циу тут же отбросил неуместное восхищение и ответил:       — Нет. Я быстро осмотрел святилище и так же быстро ушел, у меня были тогда другие дела… — юноша нервно усмехнулся. — И хорошо, видимо, что были.       — А как ты вообще нашел этот храм?       — Да, так вышло… — свободной рукой Е Циу поскреб щеку. — Я немного заплутал в окрестностях и, пока искал выход, как-то сам наткнулся, а потом и тропинку увидел.       А это в самом деле напоминало заманивание смертных в ловушку. Поселился ли на горе демон, который таким образом приманивает людей: может, Се Лянь попал в его логово случайно? Но нет, ни один демон не стал бы селиться в месте, где так много светлой ци, да и чужого присутствия принц не ощущал. Темная ци всюду была разбросана тут зыбким туманом, но ни одного существа Его Высочества сквозь изменчивую дымку увидеть не смог.       — Давай выбираться, — решительно сказал Се Лянь.       — Братец знает, как? — с надеждой спросил Е Циу.       — У меня есть некоторые способности, — с улыбкой ответил принц. — Постарайся держаться рядом, и все будет хорошо.       Е Циу сосредоточено нахмурился:       — Ни на шаг не отойду!       Но Се Лянь все равно не мог избавиться от беспокойства и время от времени поглядывал на своего спутника. В голове Его Высочество клубились предположения о произошедшем, но большую часть из них он решительно отмел, решив сначала выбраться, а затем делать выводы.       Двое осторожно сошли с порога храма и медленно пошли по освещенной алыми фонарями дорожке. Приблизившись, Се Лянь заметил, что на бумаге фонарей вырезаны летучие мыши и пожелания благополучия, и нахмурился еще более: точно такие украшения использовались в Призрачном городе на праздниках. Значит, внезапное попадание в этот незнакомый лес все же связано с поисками по делу господина Чжоу — пусть Се Ляня это совсем не радовало. Он не хотел впутывать в это дело непричастных к нему людей и усиленно размышлял о том, как поскорее отсюда выбраться.       Кроны над головами путников сошлись так плотно, что не было видно неба. Листья в них шумели сурово и угрожающе, будто ворча на незваных гостей, а сухие ветки словно кости хрустели под ногами. И Се Лянь, и Е Циу облачены были в легкую летнюю одежду, потому очень скоро почувствовали, как в тишине леса замерзли руки, но прямая, словно стрела, дорога, в одном конце которой виднелся удаляющийся храм, а в другом — провал темноты, и не думала кончаться.       Внезапно что-то капнуло Се Ляню на нос. Он успел лишь подумать, что деревья должны защищать их от дождя, когда капли застучали по его голове и шее. В полутьме, разгоняемой лишь алыми фонарями, не понять было цвет жидкости и прежде, чем принц успел остановить его, Е Циу с задумчивым видом лизнул упавшую ему на палец каплю. Юноша кивнул сам себе:       — Соленое.       Глядя на свою белую футболку, которая бурела на глазах, Се Лянь вздохнул: конечно, кровавый дождь. Это явно не было творение Хуа Чэна, потому как после его магии дождь обрушивался сразу стеной, а не начинал сначала робко покапывать, но от этого бесталанного подражания складка меж бровей принца стала глубже.       Со вздохом Его Высочество мягко сказал:       — Не нужно пробовать это, оно может быть опасно.       — Знаешь, я думаю, это сон, — с торжественным видом объявил Е Циу. — Невозможно, чтобы местность изменилась так быстро и тихо, потому наверняка я просто снова упал от жары и мне все это чудится.       — Интересные у тебя фантазии, — улыбнулся Се Лянь. Е Циу же печально пожал плечами:       — Это не моя вина, а моего сознания. Я боюсь всяких ужасов, потому тут все такое жуткое, но понимая, что это сон, можно быть раскованнее. Вот например, разве эта жидкость может быть так уж опасна?       — Это кровь, — сказал принц. Даже в полутьме леса лицо Е Циу заметно побледнело и он взглянул на свою одежду, постепенно пропитывающуюся кровавыми каплями. На губах его, однако, появилась нервная усмешка:       — Вот, уже и ты ужасы всякие говоришь — это точно сон.       Се Лянь не стал пытаться его разубедить. Пусть даже кровавый дождь неприятно стягивал лицо теплыми каплями, принц не хотел останавливаться и замирать на месте — этого явно добивался создатель этого причудливого места. Его Высочество сделал несколько упорных шагов вперед, но неожиданно все фонари, окружавшие молодых людей, моргнули один раз и погасли. Е Циу сжал руки на предплечье Се Ляня крепче и воскликнул:       — Пресвятые небожители!       Лес погрузился в кромешную тьму. Слышно было лишь, как кровавый дождь ударяется по листьям деревьев и загнанно дышит рядом испуганный Е Циу. Се Лянь постарался успокоить его:       — Все в порядке, я рядом.       — А-а-ага, только не отходи, — дрожащим голосом ответил юноша.       На самом деле, в темноте не было ничего страшного. Его Высочество обладал прекрасными слухом и чувствами, чтобы заметить опасность заранее. Более того, теперь он ожидал ее, потому когда среди шума кровавого дождя, шепчущего кронам деревьев грязные ругательства, вдруг послышались иные звуки, Се Лянь не был удивлен. Звуки были странными: будто кто-то прыгает в сторону принца и Е Циу. Под тяжелыми прыжками резко ломались сухие ветки, укрывающие землю, но не слышно было загнанного дыхания.       — Лучше зажмурься сейчас, — посоветовал Се Лянь Е Циу и зажег пламя на своей ладони. Теплого света, который нервно мерцал от попадающих в него кровавых капель, хватило, чтобы осветить небольшое пространство рядом с молодыми людьми. В миг, когда стволы деревьев, обступившие юношей, окрасились рыжим цветом, в круг света выступили существа, что издавали странные звуки: из темноты выпрыгнуло сразу двое цзянши. Их пустые глаза смотрели в разные стороны, а талисманы на лбах, промоченные кровавым дождем, создавали поистине жуткую картину. Цзянши при виде света на миг замерли, но затем запрыгали к живым людям активнее.       После смерти тело человека коченело, потому эти существа не могли сгибать руки и ноги: преследуя жертву, им приходилось неуклюже прыгать вперед. Это, однако, не делало для смертных их легкими соперниками, потому как все тело этих тварей было пропитано трупным ядом и даже простая царапина могла для простого человека обратиться серьезной болезнью. Се Лянь рукой, за которую все еще боязливо держался Е Циу, задвинул его глубже за свою спину.       — Б-братец, это?.. — пораженно выдохнул юноша, рассматривая из-за плеча Се Ляня мертвецов перед собой. Пусть молодые люди были примерно одного роста, для этого ему пришлось встать на цыпочки: вид, впрочем, того стоил. Цзянши кроме яркого талисмана во лбу обладали серой кожей, в иных местах сгнившей так, что видны были кости и сухожилия, угрожающе распахнутыми ртами с рядами гнилых зубов и острыми когтями на костлявых руках. Двигались они забавно, но внушали больше страха, чем смеха. Е Циу, однако, все равно нашел причину для тихого возмущения: — А почему они в такой одежде? Разве цзянши не ходят в традиционных одеяниях?       — Не обязательно, — хмыкнув, ответил Се Лянь. Он не задумывался об одеждах тварей перед собой, больше думая о том, как защититься от них. Один бы он справился без каких-либо проблем, но теперь приходилось думать и о легкомысленном и неловком смертном за своей спиной.       Между тем первый страх цзянши перед огнем, что шипел на ладони принца, прошел, и они решительно двинулись вперед. Открытые пасти и гортанный рык, который издавали монстры, не давали усомниться в их намерениях. Приблизившись к Се Ляню, первый цзянши попытался достать его когтистой рукой, но Его Высочество легко уклонился и пнул его в живот: монстр тут же отлетел в густую тьму за пределами светлого круга, однако на смену ему пришло еще трое.       Принц заметил странное: даже для оживших мертвецов цзянши двигались очень медленно и неказисто, будто вовсе не хотели задеть принца, а лишь делали вид, что нападают на него. Се Лянь задумался о том, что все в этом странном месте действительно пытается лишь напугать их: однако в этот момент одна из тварей, оказавшись сбоку от принца, нацелилась на Е Циу. Его Высочество позволил себе понаблюдать мгновение: но вместо того, чтобы напасть так же неспешно, цзянши вдруг, будто в один миг наполнившись неуемной яростью, бросился к юноше. Движения его стали быстрыми и резкими, а отравленные когти нацелились к горлу Е Циу.       Се Лянь отреагировал достаточно быстро, чтобы одним мощным движением откинуть монстра, но тут же с другой стороны произошло тоже самое: обходя принца, цзянши пытались напасть на Е Циу, более того, они неистово и яростно пытались его убить.       — А? — успел лишь выдохнуть юноша, пока Се Лянь молниеносно отбрасывал от него врагов. Вряд ли он видел разницу между нападениями на принца и на себя, потому мог лишь наблюдать за неистовыми атаками цзянши и в испуге крепче держаться за руку Его Высочества.       Цзянши не было видно конца. Се Лянь все еще держал пламя на ладони и сражался лишь ногами, но в пятно света с каждым его ударом приходило все больше и больше монстров. Его Высочество понимал, что бой может продолжаться вечно: если они в самом деле попали в пространство, которое управляется чужими желаниями, врагу не составит труда бесконечно создавать для них новых противников. В таком случае пытаться найти выход слишком долго и опасно для Е Циу, который не обладает духовными силами и отчего-то стал целью. Намного легче будет воспользоваться силами Се Ляня для того, чтобы попросту разрушить это место изнутри. Конечно, в таком случае магию принца могут заметить другие смертные даже на этом отдаленном склоне горы, но это приемлемая цена за спасенную жизнь.       Задумавшись на этим, Его Высочество на миг отвлекся: один из цзянши, до этого поваленный им на землю, извернулся змеей, пытаясь схватить Е Циу за ногу. Заметив это, Се Лянь безжалостно наступил на голову твари, тут же проламывая ее, но острый коготь все же успел полоснуть по коже юноши, оставив за собой тонкий кровавый след. Е Циу в пылу битвы этого, кажется, даже не заметил.       Принц, однако, нахмурился, и вдруг резко повернулся к своему спутнику, кладя руки ему на плечи. Тот вздрогнул: выглядел он бледным и испуганным, пусть в черных глазах и плескалось каплями любопытство. Пламя, которое до этого он держал на ладони, Се Лянь подбросил в воздух и там оно медленно затухало.       — Сейчас зажмурься, пожалуйста, — серьезно попросил принц и Е Циу послушно сомкнул веки. В тот же миг окружающая молодых людей темнота была безжалостно рассеяна могучим божественным сиянием.       Е Циу пришел в себя через время: вдруг вздрогнул всем телом и резко распахнул глаза. Над ним тут же появилось спокойное и мягко улыбающееся лицо Се Ляня:       — Е-сюн проснулся?       — Д-да?.. — нерешительно ответил юноша, оглядываясь. Он лежал на каменной лавке, какие были расположены на площадках мраморной лестницы, ведущей к вершине горы. Вокруг шумел кленовый лес и плакали от удушающей жары жуки — ни следа тьмы, холода и алых фонарей. Так же юноша опустил взгляд на свою одежду: она была совершенно чистой, без следа кровавых подтеков. Е Циу выдохнул: — Мне снился такой чудной сон!       — В самом деле? — спросил Се Лянь. Голова Е Циу лежала на его коленях и юноша, кажется, подобным положением был полностью доволен, не думая даже вставать. Он принялся рассказывать в том же положении:       — В том святилище вдруг что-то произошло, вокруг стало темно, как ночью, и лес изменился! Сначала было просто тревожно, а потом пошел кровавый дождь и фонари погасли и откуда-то появились настоящие цзянши, и!.. Братец, ты там был таким крутым, я прямо не мог оторвать взгляд! Ох, постой, а что случилось?       — Е-сюн вдруг упал без сознания, — без заминки соврал Се Лянь. — Я в начале испугался, потому из святилища принес тебя сюда, но после решил, что тебе станет лучше, если ты немного поспишь и решил подождать.       — Спасибо, со мной такое случается, — ответил юноша и наконец поднялся, держась за голову. Виски немного саднило, но в остальном он не чувствовал тошноты или слабости, как обычно после обмороков. Вокруг, однако, оказалось неожиданно свежо: вероятно, пока Е Циу спал, прошел небольшой дождь: лестница и близлежащие деревья были мокрыми, и сухой удивительным образом оставалась лишь лавка, на которой сидели молодые люди. — Временами я забываю есть или спать и падаю… Спасибо, что не бросил меня там, — беспечно рассмеялся Е Циу.       — Тебе стоит внимательнее относиться к своему здоровью, — не удержался Се Лянь от замечания.       — Точно, я так и поступлю, — закивал юноша в ответ, но в тоне его не слышалось и доли искренности. Поправив волосы и одежду, Е Циу склонился, чтобы почесать лодыжку, на которой красовался яркий пластырь с обезьянами. Глаза юноши скользили по окружающему пейзажу, потому его он даже не заметил. В мыслях Е Циу возвращался к своему сну, который невероятно ярко стоял перед глазами. Темнота и холод незнакомого леса невольно заставили его вздрогнуть и очень быстро он принял решение.       Поднявшись, юноша с долей неловкости сказал:       — Ну, спасибо за помощь. Жаль, что я не смог помочь найти тебе талисман, но что уж поделать. Мне пора… Ну, в общем, я пойду.       — Пожалуйста, — оставшись сидеть, ответил Се Лянь. — Мне очень повезло сегодня познакомиться с Е-сюном, надеюсь, мы увидимся еще.       — Точно, давай обменяемся номерами! — радостно предложил Е Циу, доставая смартфон. — Если я найду еще таких талисманов, то обязательно напишу тебе!       — Хорошо, — согласился принц, тоже взявшись за телефон. — Тогда Е-сюн не будет против, если когда-нибудь я попрошу тебя еще рассказать о твоих исследованиях?       — Конечно нет! — рассмеялся юноша. — Пиши хоть прямо сейчас, я буду только рад!       — Лучше уж мне будет дождаться, пока ты вернешься из того святилища, — в том же легком тоне ответил Се Лянь.       — О, да это не займет больше часа… — начался было отвечать Е Циу, но тут же замер, поняв, что его подловили. Подняв глаза, он неловко рассмеялся. — А братец хитрый.       — Ты мне льстишь, — ответил Се Лянь. Он добавил новый контакт к своим друзьям в вейбо и поднял взгляд. — Е-сюн, зачем ты хочешь туда вернуться? Это может быть опасно. Сейчас тебе лучше отправиться домой и отдохнуть.       — Это так, я просто… — уклончиво ответил юноша. — Я, в общем… — он очень пытался придумать причину, но, вероятно, не был силен во лжи. Наконец Е Циу неловко поскреб щеку и воскликнул: — Только не нужно считать меня плохим человеком!       — Хорошо, не буду. Что случилось?       — В общем, в общем… Этот сон был очень реалистичным и очень страшным. И я думаю знаю, почему он вдруг возник…       — В самом деле? — склонил голову принц.       — Не думай, что я верю во всякие недоказанные научно концепции и вообще поддерживаю мистическое мышление, но в том святилище, на самом деле, я кое-что нашел, пока ты отвлекся на телефон…       Его Высочество не ответил, просто спокойно смотрел на собеседника. Он, кажется, ошибся, когда сказал, что тот не умеет врать: видимо, в исключительных случаях у Е Циу это замечательно получалось. Конечно, после изменения пейзажа вокруг у Се Ляня не было времени приглядываться к нему, но даже так принц ничего не заметил.       Е Циу, кажется, по-своему воспринял молчание принца и, сложив руки у груди, поклонился:       — Прости-прости, я просто забылся в моменте! Это все мой дурной характер: я просто увидел эту вещь и сунул ее в карман раньше, чем подумал! Не думай, что я какой-то расхититель гробниц, я вовсе не такой! Я просто… просто…       — Я так не думал, — со вздохом ответил Се Лянь. — Что ты нашел?       С виноватым видом Е Циу вытащил из кармана некое устройство: это было мутное бронзовое зеркало, по краю украшенное узором из облаков и лоз. Зеркало помещалось в ладонь и выглядело изящно и дорого, пусть и явно принадлежало очень далекой эпохе. Однако, увидев его, Се Лянь нахмурился: по ауре, окружающей зеркало, становилось абсолютно очевидно, что это не просто безделушка — а божественный артефакт. Принц не смог сдержать вопроса:       — Оно просто лежало там?       — В тайнике в стене, — честно ответил Е Циу. — Я немного ковырнул лепнину, чтобы узнать материал и кусок вдруг отвалился, а там — оно. Даже профессора в моем университете, я уверен, никогда не видели такого узора, он может принадлежать очень далеким цивилизациям… и я не удержался. Но то, что мне снилось… Я, конечно, не верю в это все про злых духов, но ощущение такое, будто кто-то разозлился на то, что я тронул его, поэтому, кажется, лучше вернуть его на место…       На мгновение задумавшись, Се Лянь кивнул:       — Тут ты прав. Но разве не страшно возвращаться туда?       — Страшно, — честно признался Е Циу. — Но раз уж я ошибся — мне и исправлять. Надо же просто сходить в святилище и оставить зеркало там? Я с-справлюсь.       Но пусть Е Циу говорил так, в его голосе не было уверенности. Наоборот, глядя на тропинку к святилищу, которая располагалась недалеко от лавки, что заняли молодые люди, его плечи боязно сжимались. Се Лянь вздохнул и улыбнулся:       — Е-сюн, а что скажешь, если я его верну?       — Ты? — удивился юноша.       — Ага. Я не понимаю, чего ты так боишься, самое обычное святилище. Я верну зеркало на место, а заодно еще немного поищу талисман.       — В самом деле?! — радостно воскликнул юноша. — Братец, это будет славно, я буду очень тебе благодарен!       С этими словами Е Циу торопливо отдал зеркало Се Ляню, будто только и мечтал избавиться от него. Принц же почувствовал себя несколько неловко: Е Циу был слишком доверчивым и непосредственным, даже если он никогда не занимался настоящими раскопками во всяких небезопасных местах, Се Лянь начинал волноваться за его повседневную жизнь. Его Высочество даже почувствовал укол вины: конечно, он не собирался возвращать в разрушенное святилище такую важную находку. В этом еще предстояло убедиться, но Се Лянь не сомневался, что она связана с почившим господином Чжоу и его неожиданными способностям к изменению чужих судеб.       Принц тепло попрощался с Е Циу, пообещав написать ему позже, и планировал спуститься с горы, чтобы вернуться в управление, когда получил сообщение от Пэй Су. Удивительным образом он не просил отчеты, а серьезно сообщал, что Его Высочество ожидают на Верхних Небесах.