Извилистая тропа ведет к тихому месту

      На следующее утро, едва Се Лянь вошел в управление, как заметил, что его уже ожидают в холле. Сразу за тонированными дверьми здания располагался широкий зал, в центре которого, словно драгоценный камень в украшении, замерла стойка ресепшна. Несколько последних дней Се Лянь видел за ней разных небожителей, но теперь пространство за стойкой пустовало, тогда как рядом с ней стояли Ли Фэн, Фэн Синь и Му Цин. Ли Фэн всегда приходил на работу довольно рано, потому не было удивительно, что он встретился с Фэн Синем и Му Цином и решил поддержать их, как «старший». С Фэн Синем они, кажется, вполне поладили и беспечно беседовали, тогда как Му Цин стоял за несколько шагов от них, просматривая какие-то бумаги и упорно делая вид, что никого тут не знает. В руках у Ли Фэна был пакет с ютяо, которым он взмахнул, едва увидев Се Ляня:       — Босс! — воскликнул юноша, но получилось у него несколько невнятно из-за теста во рту. Торопливо проглотив ютяо, Ли Фэн протянул в сторону принца пакет, предлагая ему немного. — Доброе утро, босс.       — Доброе утро, — согласился Се Лянь и без стеснения взял угощение. Фэн Синь рядом с ним тоже неспешно жевал, а вот Му Цин бросал на друзей неодобрительные взгляды. Ли Фэн продолжал:       — Босс, вы сегодня опять вне офиса? Господин Пэй говорит, что большая часть работы в управлении делается в здании, а если происходит по-другому — это повод задуматься об эффективности работника.       — Все зависит от ситуации, — беспечно отозвался Се Лянь. — В нашем деле еще слишком мало информации, чтобы анализировать ее в офисе, и к тому же тут вы, с Вэнь Чжаном и Нин Лан. Получается, у нас разделение обязанностей.       — Звучит логично, — со знающим видом, выдающим в нем человека, не уловившего связи, закивал Ли Фэн. Тут же он переключился на тему более для себя знакомую: — Думаю, у господина Пэя обсессивно-компульсивное расстройство: иначе откуда столько тяги к правилам? Вечно ему надо, чтобы все исполнялось по букве инструкций, а если ошибаешься — ходит с таким хмурым лицом, что, кажется, еще немного и достанет меч.       — Так дослужись до его поста, — не отрывая взгляда от бумаг неодобрительно сказал Му Цин. — Отправь его в отставку и установи те правила, которые тебе приглянутся.       Му Цин даже не пытался скрыть раздражения в своем тоне, но Ли Фэн будто и не услышал его, вместо того вспомнив о бумагах и кивнув Се Ляню на них:       — Босс, по вашей просьбе мы проверили странные случаи и нашли еще несколько людей, с измененной судьбой. У кого-то по мелочи: избежали перелома или сокращения, а кто-то выиграл лотерею или нашел дальнего одинокого богатого родственника. Лан-Лан собрала для вас отчет.       Его Высочество заинтересованно приблизился к Му Цину, чтобы взглянуть на бумаги, и за ним приблизились Фэн Синь и Ли Фэн. Некоторое время небожители без слов глядели на данные, а затем Се Лянь коротко вздохнул:       — Проверьте районы, в которых живут эти люди. Если схема та же, что и в деревне божка-пустослова, то рядом с этими смертными должны быть и другие с измененной судьбой. Проверьте их перемещения за последнюю неделю и выясните, где маршруты пересекались. Орудуют тут заклинатели, или демоны — мы должны их найти.       — Так точно, босс! — бодро отрапортовал Ли Фэн, даже приложив руку к голове, будто отдавая честь. В глазах его на миг мелькнула тень от обширного задания, но юноша ничего не сказал. Се Лянь улыбнулся:       — Вы, а особенно Нин Лан, молодцы: передай ей мою благодарность. Без вас в огромном городе мне бы пришлось повозиться.       — Что вы, это наша работа, — смущенно рассмеялся Ли Фэн, и, смотря на него, Му Цин холодно заметил:       — Вот именно.       Неизвестно, к каким выводам в своей голове пришел Ли Фэн, но на секунду он замер, а затем вдруг размахнулся и звонко хлопнул Му Цина по спине: жест должен был быть ободряющим, но небожитель, не ожидавший удара, вздрогнул всем телом.       — Не переживай, — с улыбкой сказал Ли Фэн. — Ты всего второй день в царстве смертных, успеешь еще тоже выслужиться!       — Сделаешь так еще раз, — без улыбки ответил Му Цин. — И я изрублю твою руку на мелкие кусочки.       После этого, пихнув Фэн Синю бумаги в грудь, Му Цин развернулся в направился к выходу. Смотря ему вслед, Ли Фэн склонился к Се Ляню и спросил:       — Чего это с ним?       — Ему трудно заводить новых друзей, — ответил принц.       — Потому что характер у него паршивый, — добавил Фэн Синь, который, облокотившись на стойку и жуя ютяо наблюдал за сценой последних минут с выражением удовольствия на лице. Се Лянь пристыдил:       — Не нужно говорить так.       — Тебе ли меня стыдить? — улыбнулся Фэн Синь и с едким выражением, которого наверняка нахватался у Му Цина, припомнил: — «Он может плюнуть неприятному человеку в чай, но никогда не подкинет яд» — разве не ты говорил?       — И не отказываюсь от своих слов, — опустив глаза, улыбнулся Его Высочество. Тут же от входа раздался раздраженный голос Му Цина:       — Вы так и будете весь день там стены подпирать, или мы все же займемся работой?       Фэн Синь выпрямился и тряхнул головой: пусть небожителям действительно не был нужен сон, ночь бодрствования сказалась на нем темными кругами под глазами и прядями волос, что на лицо выбились из тугого пучка на макушке. Уходя, Фэн Синь улыбнулся Ли Фэну:       — Ну, удачи, — размахнувшись, Фэн Синь по-дружески хлопнул по спине Ли Фэна так, что он подался вперед на несколько шагов. Небожитель только хитро улыбнулся: — «Старшой».       Ци Жун обосновался на окраине района ХХ, и именно туда, взяв служебную машину с водителем, отправились небожители. Улица, где остановилась машина, была тихой и пустой: вывески в ярком свете утреннего солнца казались запылившимися и тусклыми, а всюду порывы случайного ветра катали фантики и пустые пластиковые бутылки. Высокие здания соседних районов бросали на улицу длинные четкие тени и, остановившись у заведения в одной из них, Се Лянь постучал в запертую дверь.       — Он живет в заброшеных домах? — брезгливо оглядываясь вокруг, спросил Му Цин. Се Лянь проследил за его взглядом и ответил:       — Вовсе нет: просто сейчас утро. Эта улица оживает по вечерам.       Но несмотря на слова принца, дверь им открыли достаточно быстро. Вслед за отворившейся железной створкой на улицу вырывались приглушенные звуки музыки и голоса, что на утренней улице смотрелись до жуткого неуместно. Се Лянь, Фэн Синь и Му Цин вошли внутрь.       Пусть за толстыми дверьми стояло душное утро, которому еще лишь предстояло стать удушающим днем, внутри заведения было темно, холодно и грохотала музыка. Вышибалы в очках от солнца на входе лишь лениво осматривали пришедших: Се Лянь подозревал, что в полумраке помещения они ничего и не видят. Му Цин и Фэн Синь за спинной принца невольно подступили к нему ближе на шаг, боясь потеряться в толчее, что обступала пришедших сразу за длинным холлом. Светомузыка тут нещадно била по глазам, вырывая из мрака веселую группу людей, что даже днем готова была прыгать на танцполе. Громкость огромных колонок у пустой сцены была выкручена на максимум, потому музыки было не разобрать, лишь под ноги чувствовали, как вибрирует в такт битам испещренный щербинами плиточный пол.       — Что за демоническое логово? — в сети духовного общения спросил Му Цин, невольно повысив голос. От звонких ноток в его тоне Се Лянь чуть поморщился, но быстро вернул лицу спокойное выражение и не посчитал нужным отвечать: Му Цин не понимал пока, как прав.       Пройдя зал, в котором сквозь звуки музыки прорезались исполненные неестественной радости крики, молодые люди вновь оказались в темном коридоре. Прямой, словно стрела, он оканчивался высокой стойкой, на которой не было ни подставки с визитками, ни вазочки с конфетами, какие привыкаешь видеть в заведениях, прикидывающихся серьезными. Се Лянь неспешно приблизился к стойке и заглянул за нее: там, откинувшись на спинку мягкого офисного кресла, сидела, забросив на рабочий стол ноги, молодая девушка. Ее туфли на острой шпильке лежали на клавиатуре компьютера, а под бесстыдно задравшейся облегающей болезненно худые ноги мини-юбкой можно было рассмотреть темное белье. Се Лянь поспешил отвести взгляд, но девушку, кажется, ничуть не смущало собственное положение. Длинными зелеными ногтями с причудливым дизайном она что-то сноровисто печатала на экране испещренного трещинами смартфона и на пришедших подняла взгляд лишь на миг.       — Мы хотим увидеть босса, — вежливо сказал Се Лянь.       Девушка, однако, не отреагировала. Она лениво осмотрела ту часть принца, что видна была ей из-за стойки, затем перевела взгляд мутных черных глаз на Фэн Синя и Му Цина и вновь опустила их в телефон, продолжая печатать.       — Здешние стенания тебе слух отбили? — тут же выступил вперед Му Цин. Фэн Синь, по виду, тоже много чего хотел сказать, но занят был тем, что тщательно отводил взгляд от небрежно задранных ног девушки.       — Му Цин, не нужно грубить, — мягко сказал Се Лянь. — Девушка закончит свои дела и сообщит о нас.       — Да посмотри на эту пигалицу, она и не чешется! — возмутился Му Цин в ответ, пораженный мягкостью принца. Тот всегда вел себя, по его мнению, излишне снисходительно, но сейчас и вовсе спускал с рук какой-то девчонке пренебрежение к себе. И это небожитель, которому больше двух тысяч лет!       — Полно тебе, — все так же спокойно отозвался Его Высочество. — Этот случай не стоит злости, да и не пристало небожителю так ругаться.       На этих словах девушка, что казалось, не обращала на гостей и толики внимания, резко вскинула глаза, в которых на миг блеснули вертикальные зрачки. Переведя на нее взгляд, Се Лянь, не меняя дружелюбного выражения лица, повторил:       — Нам очень нужно встретиться с вашим боссом.       Девушка тут же села прилично и принялась что-то быстро печатать на компьютере: даже на лице ее появилось подобие дружелюбной улыбки. Чуть хрипловатым голосом она пропела:       — Сейчас я сообщу Боссу, он у себя и сможет вас принять. Нечасто, однако, к нам захаживают чиновники Верхних Небес.       Се Лянь облокотился на стойку и поддержал вежливую болтовню демоницы:       — Мы не посмели бы отвлекать вас, если б не дела.       — Понимаю, понимаю, — закивала девушка. — Сейчас что на Верхних Небесах, что в демоническом мире нужды примерно одни и нет нам толку соперничать. Босс всегда так говорит.       Пусть миг назад на лице Его Высочества была нежная улыбка, в следующее мгновение черты его исказились, словно от мимолетной боли, но он заставил себя вновь улыбнуться и выдохнул:       — Верю.       Демоница еще несколько раз звонко клацнула по клавишам и указала на дверь в стороне от себя:       — Босс ждет, вы можете проходить.       — Спасибо, госпожа, — кивнул Се Лянь, восстановивший самообладание, и первым двинулся по указанному ею маршруту.       В очередном коридоре, что мало чем отличался от прошлых, разве что был светлее, Му Цин приблизился к Его Высочеству и шепнул:       — Не слишком ли самонадеянно лезть так в логово демонов? Теперь, когда нас пустили за барьер, я чувствую, что темная ци тут всюду.       — Боишься не справиться? — ухмыльнулся Фэн Синь, и Му Цин бросил на него гневный взгляд:       — Я лишь привык думать, прежде чем лезть в опасные места не подготовившись.       — Все в порядке, вам не нужно волноваться, — поспешил заверить Се Лянь, гася начавшуюся было ссору. — Мы же пришли лишь поговорить, к чему рассуждать о том, справимся ли с местными демонами?       Му Цин закатил глаза и раздраженно пробормотал:       — Будто с ним можно говорить по-человечески.       Очередной поворот привел небожителей к высокой двери, у которой замерли охраной несколько демонов. Они, конечно, были уже предупреждены о визите и, осмотрев сквозь темные очки посетителей, пропустили их внутрь.       Широкую комнату освещал лишь огромный аквариум во всю стену и яркая лампа на рабочем столе. В центре просторного помещения, в котором на полную мощность работали несколько кондиционеров, стояли огромные диваны из черной кожи, а меж ними лежала на полу совершенно неуместная шкура медведя. Зеленоватые отблески от стоялой воды в аквариуме, где не видно было сквозь слой ила и случайного шевеления, придавали глазам животного дикого, но несчастного блеска, и взгляд их будто стал печальнее, когда раздался голос:       — Ну кого там, блять, принесло, мать вашу? Этот лаоцзы по яйца в делах, хули вам надо? — сидящий за столом демон поднял взгляд от внушительной кипы бумаг и усмехнулся: то ли едко, то ли устало. — Неужели это мой ненаглядный братец и его приспешники?       — Здравствуй, Ци Жун, — сухо сказал Его Высочество. — Давно не виделись.       — Давненько, блять, с тех самых ебанных пор, когда твой паршивый пес отжал у меня квартал в Ляньчжоу! Надеюсь, вы оба подхватили там сифилис и хламидиоз!       — Все это заведение принадлежит Лазурному Фонарю? — выдохнул за спиной Се Ляня Фэн Синь. Ци Жун, к сожалению, его услышал.       — А что, не можешь разуть глаза и, блять, посмотреть? Это не вы, паршивые небесные дармоеды, которые питаются подачками: нам, демонам, надо трудиться, чтобы заработать себе на хлеб!       — Ты мертв, зачем тебе хлеб? — едко заметил Му Цин. Ци Жун от этого, однако, взъелся лишь сильнее:       — А тебе нахуй воздух, если ты, блять, все равно сколько столетий сдохнуть не можешь? Дела в мире людей теперь только так делаются, и кому-то приходится жопу рвать, чтобы удержаться на плаву! — яростный взгляд Ци Жуна, изящно подчеркнутый темными кругами под горящими праведным гневом глазами, вновь обратился к Се Ляню. — А некоторые блохастые собаки еще и бизнес ведут нечестно!       Его Высочество едва удержался от того, чтобы не размять точку меж бровей.       — Если ты не доволен, то тот случай можешь обсудить с Сань Ланом: ты знаешь, где его найти, — устало сказал он, силясь скрыть раздражение в голосе. — Давай обойдемся без крайностей. Мы пришли поговорить сюда о делах, так что будь добр…       Ци Жун глубоко вздохнул удивительно на Се Ляня похожим образом и вдруг, потянувшись, из-за кипы бумаг достал очки в простой оправе. Привычным движением он легко водрузил их на нос и под шокированными взглядами Му Цина и Фэн Синя осанка демона выпрямилась, а голос лишился раздражающих высоких нот. Ци Жун глубоко вздохнул и удивительно спокойно сказал:       — Чего вам надо? — в этот миг, однако, вдруг раздался писк настольного коммутатора и, резко сорвав очки и с треском ударив кнопку, Ци Жун заорал в динамик: — Какого хуя надо?!       На той стороне, однако, подобной реакции не удивились и бодрый молодой голос быстро проговорил:       — Приветик! Прости, что отвлекаю, но я сейчас в «Белой Росе» с однокурсниками и мы хотим позавтракать в том новом ресторане…       — Ну и какого хера я тебе должен? — в том же тоне продолжил ругаться Ци Жун. — Сколько раз просить не отвлекать папку от работы? Звони этой шлюхе-секретарше, пусть переведет сколько надо!       В голосе из коммутатора послышались лукавые нотки:       — Но в прошлый раз она сказала, что я не должен много тратить…       — Мать ее пиздой не должна была трясти почем зря, а ты трать, сколько хочешь! Будет рот открывать, когда ее в глотку драть станут, прошмандовка! Все, не мешай папке работать!       — Спасибочки! — весело раздалось из динамика. Прежде, чем ударить по кнопке завершения звонка, Ци Жун крикнул в динамик:       — И курицы мне оттуда притащи!       Закончив вызов, демон вновь водрузил очки на переносицу и стал похожим на приличного человека. Глядя на его осанку и спокойное выражение лица трудно было поверить, что именно он только что так сквернословил. Не зная, как реагировать теперь, Фэн Синь и Му Цин невольно замерли за спиной Его Высочества, а тот вздохнул: это будет долгий разговор.