Извилистая тропа ведет к тихому месту

      На невероятной скорости мимо неслись дома, парки и другие машины — из буйства ярких пятен не удавалось выцепить четких образов. Машина, которую вела твердая рука Его Высочества, неслась вперед невероятно быстро, но удивительным образом не превышала скоростной режим и не нарушала правил: Се Ляню удавалось в своем безумном вождении сохранять баланс, при котором иные водители испуганно вздрагивали, когда он проносился мимо, но в качестве оскорблений могли выдавить из себя лишь робкое: «Смотри, куда прешь!..»       Однако и это не уберегло Его Высочество в какой-то момент от незапланированной остановки: принц деловито опустил стекло и улыбнулся сотруднику дорожной полиции, что на крепком мотоцикле остановился неподалеку. Мужчина обладал плоским подозрительным лицом и маленькими глазами, тут же внимательно обшарившими салон. Беззаботный улыбающийся водитель и бессильно пытающиеся отдышаться на заднем сиденье пассажиры наталкивали его на разного рода странные предположение. Взяв на проверку права Се Ляня, сотрудник полиции неспешно спросил:       — Едете на учебу? — все трое действительно выглядели очень молодо. Вероятно, виной тому была разного рода косметика, которой сейчас увлечена была молодежь любого пола, но водителю, которому по документам уже исполнилось двадцать три, сотрудник полиции не дал бы больше семнадцати.       — На работу, — с улыбкой поправил Се Лянь. — Мои друзья приехали сюда из другого места, потому я решил прокатить их, чтобы показать город.       — Я сейчас сблюю… — слабо раздалось с заднего сиденья голосом Фэн Синя. Его Высочество пожал плечами:       — Они непривычны к жизни в большом городе.       Сотрудник полиции тихо хмыкнул: то ли соглашаясь с принцем, то ли смеясь над его словами. Говоря, он проверял в тонком планшете номер прав Се Ляня и через мгновение вдруг нахмурился. Его Высочество терпеливо ждал, пока сотрудник полиции вновь обратится к нему:       — Позвольте ваше удостоверение личности, — сказал он чуть растерянным голосом. — Странно… я не вижу в полицейской базе ваших прав.       — Так и знал… — пробормотал с заднего сиденья Му Цин, но принц предпочел проигнорировать его. Немного повозившись, он отдал сотруднику свое удостоверение личности: тот тут же принялся пробивать и его номер. Некоторое время мужчина что-то сосредоточено нажимал в планшете, а затем перевел взгляд на Се Ляня.       — Этот номер я тоже не могу найти, как и вашего имени… Сведений о смене документов нет: первый раз вижу такое.       — В самом деле? — удивился принц. Документы для него делал Хуа Чэн и, конечно же, они должны были быть в полном порядке. Каждые несколько лет менялись номера и место в национальном реестре, но Се Лянь был уверен, что с его фальшивой личностью в царстве смертных все в порядке — до этого момента.       — Покиньте машину и последуйте за мной, — выпрямившись, нерешительно сказал сотрудник дорожной полиции. У него был регламент на разные ситуации, но никогда — на встречу с человеком, которого не существовало. За свою долгую практику он сталкивался с поддельными документами и мог узнать их по одному случайному взгляду, да и в базе они обычно отображались — но так, чтобы имя и фото не встречалось нигде…       Се Лянь, однако, остался на своем месте. В его душе зародилось смутное подозрение о происходящем и невольно меж тонкими бровями пролегла суровая складка. Его Высочество спешно перебрал в мыслях несколько вариантов и, взглянув на сотрудника полиции, легко улыбнулся ему:       — Все дело в том, что мне пора заменить документы, а я пока этим не занялся. Прошу прощения, уже скоро я все исправлю.        На миг на лице сотрудника полиции застыло глупое, потерянное выражение, но в мгновение окутавшие его духовные силы разгладили тревожные черты лица и вернули сонливость во взгляд глубоко посаженных глаз. Мужчина покачал головой:       — Это не преступление, но не забывайте о подобном: этим вы можете создать неудобства другим людям. Молодежь… Все нужно делать вовремя!       — Офицер прав, прошу прощения. Я разберусь с документами в ближайшее время, — заверил принц и, распрощавшись с сотрудником дорожной полиции, тронулся с места. С заднего сиденья Му Цин не преминул слабым голосом язвительно заметить:       — Собирателю Цветов под Кровавым Дождем стоит лучше следить за документами, которые он делает, а тебе не так на него полагаться! Если бы твою личность делали в управлении, этого бы не произошло.       — Мне кажется, дело не в этом, — нахмурившись, сказал Се Лянь. — Прежде за столько лет никогда такого не бывало…       — Это не значит, что никогда и не случится, — заметил Му Цин, но более он не разговаривал: принц, заплутав в своих мыслях, ударил по газу и машина протяжно взвыла, уносясь, словно подхваченный осенним ветром лист, с места внезапной остановки.       Управление кипело. Казалось, последние дни свежие новости, грозящие восторженным ударом хватить служащих средних небес, что скромно трудились, позволяя себе лишь в перерывах от работы обсудить последние дела Небесной столицы. Лазурного демона арестовали! Да не просто так, а по приказу Мусорного бога, живой легенды Небесных чертогов, что последние несколько сотен лет не показывался там. Совершенный Владыка Сяньлэ, помнится, яростнее прочих выступал против освобождения Ци Жуна, а теперь первым же своим расследованием объявил его виновным — был ли здесь скрытый смысл? Или Мусорный бог все сделал правильно, а именно небеса были слепы? Все же кто не знает Лазурного демона: при одном упоминании его у чиновников средних небес начинали ныть зубы. И все же дело это, крепкими побегами разросшееся по коридорам и кабинетам управления, даже после всех обсуждений и тихих споров оставалось загадочным и полным лишь его непосредственным участникам известных деталей.       К спешащему к приходу Его Высочества в его кабинет Ли Фэну пристроился небожитель из другого отдела: обычно молодого служащего не замечали или нагружали самой нудной, монотонной работой, но неожиданно теперь он оказался в числе тех редких счастливчиков, что понимали происходящее, потому вызывал своей скромной персоной, с охапкой документов спешащей куда-то, жгучий интерес.       Небожитель, имени которого Ли Фэн не знал, ловко забрал несколько листов с верхушки увесистой стопки бумаг и улыбнулся на ходу:       — Братец, я смотрю, ты весь в работе? Нужно уметь и пощадить себя! Когда ты последний раз отдыхал?       — На самом деле я… — машинально ответив на улыбку начал было Ли Фэн, но небожитель прервал его:       — Вот как? В самом деле? Славно, — скороговоркой пробормотал он и склонился к юноше, перейдя на заговорщический шепот: — Братец, а скажи-ка мне, как своему другу, правда ли, что Лазурного демона повязали по приказу Мусорного бога?       Ли Фэн кивнул:       — Да, ранним утром господин Се отдал приказ.       От этой новости небожитель пришел в крайнее возбуждение и заулыбался шире, грозя порвать свои губы. Он наклонился к Ли Фэну еще ближе:       — А что случилось? Лазурный фонарь что-то натворил? Убил кого-то? Рассказывают, что в прошлом он любил подвешивать трупы в лесах, создавая кровавый дождь…       Ли Фэн вздрогнул от вдруг всплывшей перед живым воображение картины.       — Нет, ничего такого! — поспешно ответил он. — Его арестовали… — на миг юноша задумался и покачал головой. — Прости, не могу сказать: господин Се сказал не рассказывать многого.       — Ну мне-то можно, братец, — забросив руку Ли Фэну на плечо, сказал небожитель. — Да и разве это важное дело? Все равно обвинения нужно будет сообщить всем на небесном суде.       Однако Ли Фэн, всюду известный своей непосредственностью и болтливым языком, вдруг оказался непреклонен:       — Прости, братец, не могу. Господин Се запретил, мне не хотелось бы его злить…       Небожитель на миг нахмурился, а затем живо зацепился за новую тему:       — Так в гневе он страшен? Гоняет вас по чем зря? Кичится происхождением? Заставляет относиться к себе, словно к королевской особе?       — Нет, откуда ты это… — ошарашено начал было Ли Фэн, но тут издали он заметил спешащего к своему кабинету Се Ляня и радостно окликнул его: — Господин Се!       Его Высочество замедлился и, найдя помощника взглядом, улыбнулся ему. Ли Фэн хотел познакомить его с новообретенным «братцем», показав тому, что легендарный Мусорный бог крайне приятный в общении человек и славный начальник, но, когда юноша обернулся, рядом с ним больше никого не было. Ли Фэна меж тем нетерпеливо окликнул Му Цин:       — Чего застыл? Давай скорее: демоны тебя дожидаться не будут!       Последний раз оглянувшись, Ли Фэн выбросил из головы эту случайную встречу и, не зная, что дал жизнь новой внезапной сплетне, поспешил за старшими небожителями.       В кабинете Се Ляня на одном из стульев сидел Ци Жун: руки его были оплетены вервием бессмертных на манер наручников, а лицо застыло в яростном выражении. Под дверями кабинета принца дожидалась Нин Лан: вообще, она должна была сторожить демона внутри, но за несколько минут нахождения рядом с ним в ушах девушки стало звенеть от грязных ругательств и она предпочла отойти. Се Лянь, встретившись с ней взглядом, понимающе кивнул и вошел в кабинет.       Тут же, словно удушающая вонь трущоб, его окутала затейливая ругань:       — Ба, мой царственный братец, паршивый прогнивший лотос появился! Этот лаоцзы видит, что ты и не торопился! Приставил к этому лаоцзы жалкое отребье, выращенное в куче собачьего дерьма, и доволен! Оболгал честного человека! Все вы такие, паршивые небесные чиновнички!       Се Лянь без слов приблизился к Ци Жуну: выражение лица принца было непроницаемым, но что-то в нем напомнило демону момент, когда принц впечатал его голову в камень в далеком прошлом — часть ругани, уже готовую сорваться с языка, Лазурный демон благоразумно проглотил, решив приберечь до момента, когда Се Лянь отойдет подальше. Однако принц внезапно не стал его бить: он лишь достал из нагрудного кармана яркого салатового пиджака Ци Жуна очки в тонкой золотой оправе и водрузил их тому на нос. Лишь после этого Се Лянь улыбнулся:       — Доброе утро, Ци Жун. Я рад, что ты смог прийти, чтобы ответить на несколько наших вопросов.       Лазурный демон яростно пыхтел — но больше не сыпал оскорблениями. За спиной Его Высочества, лицо которого он сверлил ненавидящим взглядом, Фэн Синь и Му Цин, пошатываясь, прошли к дивану и рухнули на него, словно подкошенные бурей деревья. Лица обоих были бледны, а глаза остекленели, словно в душе они снова и снова переживали некоторые ужасные воспоминания — при взгляде на их страдания Ци Жуну даже стало легче.       — Притащили меня сюда, даже не сказав, в чем дело, — несколько раз глубоко вздохнув и выдохнув, сказал он. — Моему венценосному братцу потребовалось выслужиться или что?       — Вчера мы были в твоем баре и нашли потайной ход к принадлежащему тебе же рынку, — спокойно сказал Се Лянь. — Что ты на это скажешь?       — Мое заведение, мой рынок — что тебе еще надо? — сплюнув, ответил Ци Жун. — Или мне обо всех грязных дырах отчитываться вашему паршивому управлению?       — Это проход находится в непосредственной близости от холодильника, в котором ранее мы обнаружили следы цзянши, — спокойно продолжал Се Лянь. — Конечно, иметь дверь с печатью тысячи ли не преступление, но никто из вас не обмолвился о ней, когда мы расспрашивали о следах, словно хотели ее наличие скрыть. Не для того ли, чтобы мы не узнали, как трупы из холодильника были вывезены?       Лазурный демон растянул в улыбке бледные губы:       — Говори что хочешь, но все это только бессмысленное брехание без доказательств.       — Хорошо, — кивнул принц и бросил на Нин Лан короткий взгляд. — Позови Гу Цзы.       Однако девушка осталась на своем месте и нерешительно замялась. Когда Се Лянь вновь посмотрел на нее, Нин Лан поспешно объяснила:       — Господин Гу привел господина Ци к управлению, но услышав, что вас на месте пока нет, спешно уехал куда-то…       Се Лянь нахмурился, пока с дивана раздался слабый голос Му Цина:       — Неужели в самом деле бросил своего тупого папашу нам на растерзание?       — Я все слышу! — возмутился Ци Жун. Его Высочество покачал головой:       — Он в самом деле не мог его просто оставить после объявления обвинений, если только…       — Что? — с усилием приподнявшись на локтях, спросил Фэн Синь. Се Лянь поднял на него взгляд и коротко бросил:       — Еще остались улики, которые он должен спешно спрятать, — прежде чем выбежать из кабинета. Му Цин и Фэн Синь были пока слишком слабы, чтобы поспеть за мыслью принца, но резво поднялись, поспешив за ним, а вслед из раздавался на все управление смех Лазурного демона:       — Бегите-бегите, только что будет быстрее: паршивые небесные чиновники, или огонь?!       Фэн Синь и Му Цин сами не заметили, как вновь оказались на заднем сиденье машины, за рулем которой был Се Лянь: они успели лишь поспешно неумело пристегнуться, прежде чем машина сорвалась с места. Оказалось, по дороге сюда Его Высочество еще сдерживался, потому как теперь даже с накинутыми на плечи ремнями небожителей кидало по салону, словно осенний лист кидает в серой дымке безжалостный ветер.       К счастью, поездка вышла недолгой, потому как очень скоро Се Лянь затормозил у переулка, из которого можно было добраться до рынка Лазурного демона. Выйдя из машины, Его Высочество поднял голову и принюхался, вдруг почувствовав легкий запах дыма. Принц поспешно вошел на рынок, встретивший его бойкой торговлей и приглушенными, зеленоватыми цветами, словно тут царил извечный сумрак: носа Его Высочества явственно коснулся едкий запах дыма и чего-то горького. Се Лянь оглянулся вокруг и, безошибочно выбрав направление, поспешил туда. На бегу он бросил Фэн Синю и Му Цину:       — Что-то горит, чувствуете? Надо спешить!       Дурное предчувствие жило в душе Его Высочества, потому он спешил вперед. Вскоре запах дыма стал еще резче, но демоны вокруг, казалось, не обращают на него и доли своего внимания, будто ежедневно на протяжении своих долгих жизней сталкивались с чем-то подобным. Глухие стены извилистых переулков стали обрастать, словно листьями весенние деревья, крепкими железными дверьми складов: Се Лянь двигался меж них решительно и наконец достиг в конце ряда распахнутых створок, из которых валил густой серый дым.       От запаха хотелось зажать нос: теперь стало очевидно, что пахнет не только дымом, и та кислота, что почувствовал принц в начале — запах горения костей и волос. Эта вонь плотным дымным шлейфом окутывала весь переулок и демоны вокруг невольно поднимали головы, чтобы внюхаться и довольно улыбнуться. Между каменными сводами кажущихся бесконечными стен, если задрать взгляд, можно было разглядеть проблески по-летнему ясного неба, но из-за дымных клубов всюду и оно казалось грязно-серым. Се Лянь, Фэн Синь и Му Цин переглянулись, прежде чем войти вовнутрь.       В центре абсолютно пустого помещения, слепящего голыми бетонными стенами, была свалена куча тел, очертания которых сейчас можно было угадать лишь по трепещущим в пламени расплывчатым силуэтам. Огонь был ярко-зеленым, ослепляющим, оттенка, который мог появиться лишь на миг в блике пристыженного солнцем драгоценного камня. Когда языки пламени взлетали к потолку, сплетаясь друг с другом и обращаясь под скатами простой плоской крыши тяжелыми дымными лентами, казалось нереальным происходящее.       Спиной ко входу, любуясь пламенем, стояла фигура и в первое мгновение Се Лянь принял ее за Ци Жуна: однако этот молодой человек был ниже ростом, обладал более крепким, привычным к обращению с мечом телосложением, и держался с неприсущим Лазурному демону достоинством. Пусть облачен он был в другие цвета, отблески пламени окрасили в цвет цин его одежды, а в случайный момент оторвавшийся от языка пламени огонек взвился в последнем танце над головой молодого человека, делая Гу Цзы точь в точь похожим на мелких демонов, что когда-то прислуживали в логове его отца. Обернувшись к Се Ляню, юный небожитель мягко, с долей вины улыбнулся.       — Ваше Высочество, вы пришли слишком рано.       Оцепенение принца длилось лишь мгновение, прежде чем он вскинул руку и поток духовных сил в одно мгновение потушил пламя — будто кто-то бесшумно проглотил его. Светлая ци не задела небожителей, но за пределами склада послышалась складная брань демонов, что, привлеченные пожаром, хотели полюбопыствовать, а получили увесистую оплеуху. Никто не обратил на них внимания.       Му Цин досадливо цыкнул и сложил на груди руки, раздраженно взглянув на Гу Цзы.       — Ты позоришь всех небесных чиновников, — прямо сказал он, он юноша лишь в удивлении вздернул брови:       — Чем это?       — В самом деле начнешься отпираться? — сделав шаг вперед, грозно спросил Фэн Синь. — Мы с ног сбились, ища цзянши, а за твоей спиной горит как минимум несколько тысяч цзинь трупов! Кто это: напавшие на Его Высочество монстры, или пропавшие подростки?       — Давайте все немного успокоимся, — чуть повысив голос, прервал Се Лянь разрастающуюся ссору. Достав телефон, он быстро напечатал что-то, а затем поднял взгляд. В пустом помещение не было мест, чтобы сесть, да и пахло отвратительно горелой плотью, но беседовать пришлось именно в подобном нелицеприятном антураже. Его Высочество серьезно сказал: — Гу Цзы, ты должен объяснить происходящее.       Лицо юного небожителя было все еще доброжелательно, но он неприязненно фыркнул и, когда начал говорить, голос его сочился ядом:       — Говори-не говори с небесными чиновниками — суть одна. Какая разница: вы поймали меня на месте преступления. Можете ловить, предъявлять те обвинения, что сами хотите, и заключать в Небесной столице. Так ведь дела делаются, Ваше Высочество?