Извилистая тропа ведет к тихому месту

      Следующим утром Се Лянь сразу хотел поехать в университет, чтобы подкараулить Ши Цинсюаня, но едва он вышел из дома, ему пришло сообщение от Нин Лан: что-то произошло в управлении и принц там требуется срочно. Тяжело вздохнув, Се Лянь попрощался с Хуа Чэном глубоким поцелуем, который никак не хотелось прерывать, и отправился на работу.       Коридоры управления были наполнены шумящей жизнью, словно местные божества все как один решили события последних дней обсудить. Кто-то спешил куда-то с бумагами, кто-то замер у торгового автомата, а иные служащие просто стояли у дверей кабинетов, провожая взглядом идущих мимо. Се Лянь вдруг подумал, что без богатых одежд и ореола праведности над сложными прическами ничем небесные чиновники в самом деле не отличаются от государственных служащих — может потому за годы существования управления никто в его истории так и не усомнился.       Однако додумать эту мысль принц не смог, потому как вскоре его перехватила под руку взволнованная Нин Лан и увлекла за собой к рабочему месту. В кабинете Се Ляня побывало много странных личностей: и Боги Войны, и почитаемое молодое божество, и почти-Непревзойденный демон — теперь на ярко-желтом диване сидел, выпрямив спину и сложив на коленях руки, вызывающий трепет одним своим видом молодой мужчина. Его длинные волосы шелковой волной спускались по плечам, белоснежные рубашка и прямые штаны были безукоризненно выглажены, а спокойный холод глаз оттеняла повязанная на лбу лента. Повелитель судеб одновременно оставался собой, каким он был и на Верхних небесах, и удивительным образом вписывался в современный мир, напоминая богатого, потому несколько экстравагантного и отрешенного молодого господина. Се Лянь не мог этой приспособляемости не поразиться.       — Ваше Превосходительство, — поздоровался он первым. В кабинете уже стоял с хмурым видом Му Цин, а рядом с Повелителем судеб замер Пэй Су: до прибытия принца именно он общался с небожителем. Дворец Повелителя судеб был освобожден от обязанности служить в управлении, потому как он выполнял работу очень важную и требующую большого внимания, потому никто подобного гостя не ожидал. Пэй Су посмотрел на Се Ляня со странным выражением.       — Ваше Высочество, — ответил на приветствие Се Ляня Повелитель судеб своим ровным, глубоким голосом.       — Господин Се теперь здесь и вы можете обсудить с ним то, за чем прибыли, — сказал Пэй Су, но с места не сдвинулся, будто тоже хотел послушать. Се Лянь его понимал: с его прибытия в управление и начала работы многие неприятные вещи происходили в строгих кабинетах и за их пределами: принц знал, что вызывает недовольство небожителей и знал также, что ему они жаловаться не спешат, а выговаривают, в основном, Пэй Су. Се Лянь не мог его теперь винить за то, что он хочет послушать о деталях расследования.       Однако возразил внезапно Повелитель судеб:       — Это дело лишь между мной и Его Высочеством, — прямо сказал он, даже не подумав свою откровенность завернуть в изукрашенные фразы и вежливые выражения.       Пэй Су нашел в себе силы улыбнуться:       — Разве оно не связано с расследованием, которым занимается господин Се?       — Связанно, — подтвердил Повелитель судеб. Он больше ничего не сказал и смотрел на Пэй Су прямо, без всякого выражения — под этим пронзительным взглядом все, что хотел сказать небожитель, будто истлело и растаяло. Пэй Су медленно поднялся и посмотрел на Се Ляня:       — Господин Се, я надеюсь, вы воздержитесь от… — взгляд небожителя скользнул по Се Ляню от макушки до сбитых носов кроссовок, но найти верные слова он так и не смог и, вздохнув, молча удалился.       Принцу было его жаль, он в самом деле не хотел создавать никому проблем — это получалось вне зависимости от его воли! Вздохнув, Се Лянь подумал, что должен угостить Пэй Су чем-то вкусным и непременно в срок закончить все отчеты, чтобы не расстраивать его еще больше — но пока выбросил посторонние мысли из головы и обернулся к Повелителю судеб:       — Ваше Превосходительство, вы что-то выяснили?       — Да, — прямо сказал Повелитель судеб. Он не привык долго собираться с мыслями, потому тут же признал: — Души прошлого Повелителя вод тоже нет во дворце Повелителя судеб.       — Как это может быть? — возмущенно спросил Му Цин, который до этого тихо слушал происходящее. Повелитель судеб не смутился:       — Она пропала еще до моего вознесения. После того, как Его Высочество сообщил о прошлом Повелителе ветров, я перепроверил дворец. Душа Ши Уду тоже должна быть в мире смертных.       Се Лянь тяжело вздохнул — дело принимало все более дурной оборот. При жизни судьба и деяния Ши Уду были слишком запутаны, а после смерти оборванные концы историй могут ожить вновь, натворив немало бед. Его Высочество сказал:       — Спасибо, что сказали мне об этом первым. Я попробую разобраться… пока это еще можно скрыть.       — Это лишь ответная услуга, — опустив взгляд, ответил Повелитель судеб. Му Цину было интересно, когда небожитель уже успел задолжать Се Ляню, но судьба бывшего коллеги его волновала более, потому Му Цин спросил:       — От кого ты планируешь прятать Ши Уду? От Черновода?       — И от Небесного императора, — улыбнувшись, ответил Се Лянь. — Он, боюсь, тоже может решиться на глупости, если узнает. Прежде всего нам теперь нужно понять, как возродились братья Ши…       — Я могу помочь с этим, — сказал внезапно Повелитель судеб. — Если вы покажете мне их, я смогу сказать, были они оживлены, или возродились.       Это было хорошим шансом для расследования понять если не причины, то последствия оживления бывших небожителей, потому, не долго думая, Се Лянь согласился. Он приготовился вновь ехать в университет, на этот раз в компании Повелителя судеб, но прежде ему следовало закончить некоторые дела в офисе. Му Цин, что вел принца по ветвистым коридорам, с ноткой неудовольствия говорил:       — Многое тут пока не закончено: с плененными нами заклинателями ведутся беседы, да только толку от них нет. Все они лживые ублюдки и только, — Му Цин фыркнул и закатил глаза, всем своим видом выказывая неудовольствие. Он считал, что раз совершенствующиеся не желают говорить, кто научил их изменять судьбы — можно применить методы жестче: но предложить этого Пэй Су не решался. Все-таки одно дело молча поддерживать спорные методы допроса, и совсем другое — продвигать их. За проведенное в царстве смертных время Му Цин узнал, что смягчившиеся нравы нового поколения небожителей — следствие социальных тенденций, и портить собственную безупречную репутацию ради возвращения к «варварским» методам ему совсем не хотелось. С печалью Му Цин думал о том, что будь Фэн Синь рядом — он бы подговорил его предложить нечто подобное первым. К его сожалению, оставшийся здесь Се Лянь сам был слишком умен, чтобы не купиться на провокацию, а остальные небесные чиновники из его близкого круга не имели достаточного влияния, чтобы к ним прислушались. Му Цина это действительно раздражало.       Се Лянь горестям друга мог лишь посочувствовать. Вместе они в полной тишине пришли к лифту в дальней части здания и спустились на несколько уровней ниже, к камерам, в которых содержались пленные заклинатели. Ниже располагался уровень, где заточить можно было сильных демонов, а под ним — архив с пойманными за последние десятилетия мелкими духами и прочими тварями. Где-то там коротал положенное наказание Ци Жун.       Камеры заклинателей более напоминали номера в небольшом отеле: пусть они не имели окон и запирались только снаружи, внутри у людей было все, чтобы обеспечить им комфортное существование в течении нескольких дней, в этом Се Лянь не обманул Сяо Цин: однако, увидев его, девушка все равно набросилась с возмущениями:       — Это нарушение моих прав! Будь вы хоть государственным подразделением, хоть императорским, да закрывай даже руками небо — вы не имеете право с нами так обращаться!       Прежде, чем Се Лянь успел открыть рот, из соседних камер донеслись раздраженные голоса:       — Да заткнись ты уже нахрен!       — Нарушение наших прав — твоя болтовня!       — Почитай писания, если заняться нечем!       Все заклинатели, что занимались изменением судеб, были довольно молоды, к тому же заключение напугало и расстроило их — потому в выражениях они не сдерживались. Сяо Цин, которая, должно быть, от братьев и сестер по несчастью хотела получить поддержку, а получила лишь проклятья, возмущенно втянула носом воздух, но не нашлась с ответом.       — Госпожа Сяо, — входя в ее камеру, поздоровался Се Лянь. Му Цин остался за дверью, но все сказанное ему было прекрасно слышно. — Я вижу, что вы уже… обжились тут. Однако мне так же передали, что сотрудничать вы не хотите.       — Я уже говорила твоим коллегам, — ответила девушка, сложив у груди руки. — Даже если бы я хотела сказать — ничего бы не могла! С меня взяли нерушимое обещание хранить верность, скрепленное кровью; со всех нас.       — При желании любую клятву можно обойти, — сказал Се Лянь и услышал, как тихо хмыкнул за дверью Му Цин. Принц быстро догадался, что тот подумал о его обетах, но сейчас не время было объяснять другу что-либо, и Се Лянь случившееся проигнорировал. — Вы можете назвать место, где познакомились с заказчиком, детали его образа или случайные приметы…       — А вдруг не сработает, и клятва уничтожит меня? — спросила Сяо Цин. — Не хочу рисковать ради вашего паршивого управления! Вы держите тут меня в плену.       — Мы держим вас здесь ради вашей безопасности, — возразил Се Лянь. — Первого заклинателя, о котором мы узнали, звали господин Чжао, и в собственной квартире его нашли мертвым. Мне не хотелось бы, чтобы и вас постигла его судьба.       Сяо Цин от этого откровения вздрогнула и даже отошла на шаг, словно желая отстраниться от вещей, что рассказывал Се Лянь. Она старалась не показывать своих истинных чувств, но по молодому лицу было видно, что девушка встревожена и испугана. Его Высочество вздохнул:       — Подумайте над этим. Чем быстрее мы поймаем того, кто снабдил вас Зеркалами, тем скорее вы окажетесь в безопасности.       Се Лянь обернулся, чтобы уйти, но внезапно в камере раздался звонкий девичий голос Сяо Цин, чуть подрагивающий от волнения и напряжения.       — Я правда не могу сказать. Но знаешь что?.. — девушка дождалась, пока Се Лянь обернется и продолжила: — Я смогла первый раз от вас сбежать только из-за того, что мне сообщили о вашем приходе. О том, что вы едете от острова, на каком транспорте и как будете выглядеть…       Его Высочество не мог не нахмуриться и за дверью его жест повторил Му Цин: тем утром, после ночевки в отеле Хуа Чэна, они лишь в управление сообщили о своих перемещениях. Означали ли осторожные слова Сяо Цин то, что где-то в серых стенах филиала Небесной столицы завелся кто-то, кто не прочь рассказать об их делах на сторону?       Мысли об этом Се Лянь не мог выбросить всю дорогу до университета. Пэй Су желал оказать Повелителю судеб соответствующий прием, потому дал ему и Се Ляню в пользование служебную машину с личными водителем. На проявления его расположения Повелитель судеб лишь безразлично бросил:       — Мгм.       Со вчерашнего дня Се Лянь понял свои ошибки и еще вчера попросил управление выдать ему несколько пропусков на территорию университета, потому принц и Повелитель судеб с легкостью преодолели ворота с хромированными турникетами. В душе Се Лянь отметил, что для небожителя, впервые спустившегося за долгое время в царство смертных, Повелитель судеб держится невероятно хорошо. Он не глазел по сторонам, не удивлялся повседневным предметам, и в его холодном взгляде будто присутствовала доля скуки, словно подобные пейзажи он видел в своей долгой жизни множество раз. Впрочем, через время стало понятно, что Повелитель судеб просто обладает очень сдержанным темпераментом и не показывает ярко неловкости или удивления. Это Се Лянь понял, когда на одной из дорожек небожитель вдруг замер, уставившись куда-то. Он выглядел спокойным и собранным, и, проследив за его взглядом, принц увидел нескольких студентов, едущих поодаль на гироскуторе, а после Повелитель судеб спокойно спросил:       — Что это? Они… скользят?       — О, это средство передвижения, вроде велосипеда, — с готовностью ответил Се Лянь, но через время подумал, что и о велосипедах Повелитель судеб может не знать, потому исправился: — Вроде маленьких телег?.. поставленных под ноги.       Сравнение получилось неказистым, и Повелитель судеб на Се Ляня бросил странный взгляд, но кивнул, соглашаясь с подобным объяснением, и невозмутимо двинулся дальше.       — Это место создано для учебы, но оно такое шумное, — заметил Повелитель судеб, но в его голосе совсем не было осуждения.       — В этот век к учению подходят по-другому, — ответил принц. — Теперь главное — чтобы студента не покидало душевное спокойствие, а области для изучения и время их он выбирает для себя сам. Пусть все еще остаются те, кто безвылазно учится днями напролет, большая часть молодых людей ориентируются в учебе лишь на собственные желания и возможности, уделяя время друзьям или хобби.       — Мой учитель не одобрил бы подобный подход, — с заминкой заметил Повелитель судеб. Се Лянь рассмеялся в ответ:       — Мой тоже. Но мне подобный ритм, когда в первую очередь смертный думает о наслаждении жизнью, а потом уже — об учебе, больше по душе: людской век и так слишком короток, чтобы его растрачивать на книги и чернила.       Повелитель судеб бросил на принца быстрый взгляд, но ничего не ответил, продолжая молчаливо следовать за ним. По выражению лица небожителя невозможно было понять, согласен он с размышлениями Его Высочества, или нет.       Благодаря Е Циу Се Ляню удалось выяснить расписание Ши Цинсюаня, потому теперь он в компании Повелителя судеб ждал юношу у второго корпуса, где сегодня у него вновь проходила лекция по высшей математике. Солнце нещадно нагревало дорожки и крыши университета, слепило глаза, но ярче игривых солнечных лучей щеки случайных прохожих грели две фигуры, застывшие под сенью деревьев недалеко от входа. Один из молодых людей был высок и строен, обладал длинными, ниспускающимися по прямой спине волосами и носил на голове белую повязку, напоминая бессмертного небожителя. Второй больше был похож на студента, но сердце на миг перехватывало от красоты его лица и мягкости взгляда. Образ одного был холоден и отстранен, второго — ласков и нежен, но когда они стояли рядом совершенно никто не мог отвести глаз, и несколько особенно неаккуратных студентов, засмотревшись, врезались в двери корпуса.       Ши Цинсюань на пороге появился через четверть часа. Пусть сейчас бывший Повелитель ветров не носил пышных одежд и не выделялся из толпы, словно белоснежное облако среди дождевых туч, Се Лянь сразу узнал его. Юноша в цветастой футболке и с ярким рюкзаком за спиной шел в компании соучеников, что-то громко обсуждая и смеясь — на миг принцу захотелось развернуться и уйти, чтобы не рушить царившую вокруг ауру беззаботной легкости. Под лучами солнца каштановые волосы Ши Цинсюаня, игривыми завитками собирающиеся у висков, казались расплавленной бронзой, а его глаза сияли запыленной яшмой, еще не знающей своей драгоценности.       Юноша издали заметил Се Ляня и Повелителя судеб. На миг на его лице отразилось спокойное выражение, но затем он, видимо, вспомнил принца, и опустил глаза. Его Высочеству казалось, что Ши Цинсюань станет избегать встречи после первого их неудачного знакомства, но неожиданно юноша коротко попрощался с друзьями и, словно шлейфом сопровождаемый их непонимающими взглядами, направился к Се Ляню.       Остановившись за несколько шагов от принца, Ши Цинсюань нерешительно начал:       — Добрый день, господин… — юноша поднял глаза и спросил: — Как ваши глаза?..       Его Высочество опешил на миг и лишь после этого вспомнил: в первую встречу Ши Цинсюань залил его лицо из перцового баллончика. В тот день Се Лянь был слишком поражен встречей с бывшим Повелителем ветров, потому подобной мелочи внимания не придал. Пусть весь тот вечер мрачно ворчавший над покрасневшими глазами принца Хуа Чэн с ним в расставлении приоритетов согласен не был, Се Лянь и не думал держать обиды.       — Спасибо, все в полном порядке, — ответил он, улыбнувшись. Выглядел принц в самом деле вполне здоровым и довольным жизнью, потому Ши Цинсюань, сердце которого вина неумолимо, словно волны прибоя, точила, наконец смог расслабиться. В первую встречу он действительно был напуган напором незнакомцев и несколько переборщил с самозащитой: на территории университета юноша чувствовал себя куда спокойнее, потому расслабленно ответил на улыбку Се Ляня:       — Я рад. Простите, в прошлый раз я… — юноша смущенно качнул головой и тут же поднял взгляд. — Я и не знал, что мы учимся в одном университете. Братцу стоило сказать об этом сразу.       — О, мы не студенты, — ответил Его Высочество. — Мы здесь, чтобы навестить друга и просто дожидаемся его.       — Вот как… — протянул Ши Цинсюань. Он явно был заинтересован в молодых людях перед собой, все еще чувствовал себя виноватым, но и опасался их — противоречивые чувства солнечными бликами отражались на молодом лице, доступные для любого, кто имел глаза. Видя, как он мечется между вежливостью и опаской, Се Лянь сказал:       — Рад был увидеть вас снова и рад, что мы прояснили то недоразумение. Надеюсь, мы свидимся еще раз.       — Конечно! — отозвался Ши Цинсюань. Он быстро попрощался с Се Лянем, кивнул молчавшему Повелителю судеб и пошел прочь. Небожители дождались, пока он отойдет на достаточное расстояние и двинулись следом.       — Он не прошел врата реинкарнации, — прямо сказал Повелитель судеб. — Кто-то против воли небес оживил его.       Се Лянь думал о том же — и эти мысли приводили его в смятение. Разве не было все в истории Повелителя ветров решено уже тогда, много лет назад? Разве он должен был снова становиться чьей-то разменной монетой? Следуя за Ши Цинсюанем в отделение, принц думал о том, как его возрождение повлияет на управление, что решат относительно его судьбы другие небожители, и что произойдет, узнай об этом Черновод.       Однако все мысли пропали из головы Его Высочества, когда вместе с Повелителем судеб они подошли к воротам университета. Идущий вперед Ши Цинсюань уже вышел на парковку и, широко улыбаясь, садился в одну из машин: сквозь стекло Се Лянь поймал на себе взгляд холодных, суровых глаз. Фигура Ши Цинюсаня отстранилась всего на мгновение, прежде чем снова скрыть водителя, но принцу и этого хватило, чтобы в прямых аристократичных чертах и высокомерном взгляде узнать бывшего Повелителя Вод.       «Невероятно», — не зная, смеяться ему, или плакать, подумал Се Лянь.