Seekrankheit (Морская болезнь)

Я был не прав, честно, без «но» Последний шанс — это просто письмо Чтобы сказать, а то поезд уйдет Без тебя край, ты просто улёт

      POV Йо.

      Никогда не понимал, как людям может быть комфортно молчать друг с другом. Вот и сейчас мы с тобой идём бок о бок, прорываясь сквозь плотный мрак тёплого весеннего вечера, идём, а рядом с нами неотступно следует молчание, и я в очередной раз утверждаюсь в том, что молчать гораздо сложнее, ведь для этого необходим особый уровень доверия. Я понимаю, что не имею права на обращаемые к тебе слова, ведь всё время нашего общения только и делал, что приближал к себе, чтобы потом оттолкнуть, но не спрашивай, почему я так поступал с тобой, — не смогу ответить даже себе. А мне просто нравилось видеть тебя настоящую и искреннюю, такую хрупкую и чувственную, — только в моменты смущения ты сбрасывала маску силы и независимости, подпускала к себе, становилась такой настоящей и живой… А ещё мне нравится, когда ты мягко краснеешь, опуская личико и опуская свои подрагивающие золотые ресницы. В такие моменты ты кажешься обманчиво невозмутимой, но заметно напрягаешься каждый раз, когда я слишком долго на тебя смотрю, словно физически ощущаешь мой взгляд, и я мог бы часами наблюдать за тобой, если только точно знал, что не наношу тебе этим вред, но я наношу, ведь каждый мой взгляд, выдох и полуулыбку, каждый полутон моего голоса ты цепко выхватываешь из полотна суетливой и, к сожалению, далеко не радужной, реальности и бережно складываешь в памяти. Спросишь, откуда я знаю?.. Думаю, это тот случай, когда имею право по себе судить другого. Я не заметил и не понял, как, когда и почему мне твои робкие взгляды стали так дороги и ценны. Может, в ту ночь сорвавшиеся с небесного купола звёзды всё-таки исполнили твоё желание? Нет, к сожалению, это не в их власти. Я не достоин тебя, Анна. Потому что я не смог защитить от призраков прошлого, которых ты бережно несёшь по жизни. Да что прошлое, — настоящее куда более жестоко, оно отчаянно не принимает тебя. Хотя, пожалуй, дело не в настоящем, а в людях настоящего. Да, разумеется, дело всегда в людях. Хоро воспользовался тобой, а я промолчал. Это сильно ранило тебя, ведь твои янтарные глаза цвета самого чистого и сладкого мёда жадно и напряжённо следят за тем, как я реагирую на происходящее. Прости меня, я не тот, кто может тебе помочь, Анна. Пусть в моей жизни и не происходило никаких плохих событий, я всё же не способен вылечить тебя. Я могу просто создать эфемерную видимость того, что влюблён в тебя сильно-сильно, но это будет не совсем правильно. Точнее, это будет совсем не правильно. Я никогда ни в кого не влюблялся, мне неведомо это чувство. Я видел любовь в фильмах, читал о ней в книгах, но в настоящей жизни с любовью между парнем и девушкой на себе не встречался. Даже в тринадцать, когда мои одноклассники и знакомые влюблялись, я мог только наблюдать за ними, точно аутсайдер. Ты мне нравишься, определённо нравишься, но что такое влюблённость я не знаю. И никто в этом не виноват, даже я сам. Меня часто посещают мысли о том, что я просто не создан для любви и семьи, и давно пора свыкнуться с тем, что я никогда ни в кого не влюблюсь по-настоящему, крепко и надолго, навечно. Знаю, ты бы меня назвала наивным дураком, и от этой мысли я улыбаюсь. Анна, я обещаю тебе, что никогда не выброшу Флаундера. Но и ты пообещай мне то же, если можешь. Да уж, никогда бы не подумал, что когда-нибудь мне доведётся сомневаться в твоей привязанности ко мне… Но я всё видел, Анна. Видел, как мило и ласково ты общалась с Дамуко где-то в зыбких сумерках прошедшего вечера, а когда я спросил, о чём вы говорили, ты резко ушла от ответа. Ты делаешь так, когда смущаешься, но ведь я не спросил ничего такого, и к чему тогда смущение? Впрочем, это последнее, что должно меня волновать в данный момент, когда молчание между нами разрывает голову изнутри, и я готов сойти с ума или первым нарушить тишину между нами. Я знаю, ты ждёшь этого. Я чувствую подтверждение моих мыслей, угадываю в твоём намеренно тихом дыхании. Тебе так же трудно молчать, как и мне, и мы просто два дурака. М… Когти ожерелья покалывают кожу, вызывают лёгкий зуд. Да я и так о тебе думаю, злючка…

Воспоминание Йо. Какое-то время назад.

      — И-и что это?.. Выглядит агрессивно… — немного пришибленно спросил молодой человек, задумчиво вертя в руках подарок подруги.       — Ожерелье из медвежьих когтей. Это символ нашей с тобой связи. Ты чем меня слушаешь? Или опять засыпаешь на ходу?! — мгновенно взвилась от смущения Анна, то ли рассерженно, то ли неловко краснея.       — Вау… Спасибо, наверное, только я не совсем понимаю, что мне с ним делать… Как украшение носить, чтобы отгонять от себя людей?.. Анна, ты же знаешь, что у меня и без того друзей почти нет… — невесело и неуклюже усмехнулся Асакура.       — За подарки воспитанные люди благодарят! — буркнула Анна.       — Хорошо, наверное, нужно примерить… Наденешь мне на шею, пожалуйста? Если не сложно, конечно, а то я такой растяпа, ехе-хе… боюсь ненароком порвать… — неловко посмеялся парень.       — Тц… Иди сюда, растяпа… Если порвёшь его, я не знаю, что с тобой сделаю, Асакура… — угрожающе прорычала Анна, требовательно протягивая руку к другу, приглашая к себе. Йо покорно подошёл к блондинке с опущенной головой.       — Наушники сними, бестолковый, — буркнула Кёяма.       — А, наушники… Не догадался даже… Е-хе-хе… Вот же дурак… Сними ты, пожалуйста, — попросил парень.       — У самого рук нет, или что? Нашёл рабыню Изауру! Ожерелье ему надень, наушники сними… Больше ничего, мой господин?! — язвительно взвизгнула смущённая донельзя девушка.       — Ещё не будь такой злючкой, если не сложно, но это необязательно. Ты очень милая, когда смущаешься, а потом злишься, Анна… — тихонько попросил молодой человек.       Анна, пусть и с деланным нежеланием и напускной сердитостью, но всё же сняла огромные рыжие наушники-локаторы, швырнув их на кровать комнаты парня.       — Осторожно, Анна, мне их отец подарил, и потому я их очень люблю и не хочу, чтобы они сломались… — робко попросил молодой человек.       — Извини, — процедила блондинка, надевая когтистое украшение на растрёпанную из-за отсутствия наушников голову друга.       — Ауч… Оно должно колоться? — поинтересовался молодой человек.       — Конечно, я же специально искала по всему Аомори такое! Мне же больше нечего было там делать! Если начнёт жжечь, то это знай, что эти когти смазаны ядом, — язвительно фыркнула девушка.       — Уж не твоим ли? — ухмыльнулся Йо.       — Неблагодарный засранец ты, Асакура! Чтобы я ещё раз решила что-то привезти из поездки домой! И хорошо, что колет, — так хотя бы будешь меня вспоминать… — прошипела девушка. Если начало фразы она проговорила громко и сердито, то окончание — едва слышно, но Йо всё же услышал. Услышал и запомнил. Мог ли он подумать о том, что будет вспоминать в будущем при таких странных обстоятельствах?..

Конец воспоминания Йо. Возвращаясь в реальность.

      Наконец-то мы приближаемся к кованой ограде твоего дома!.. Наконец-то моя безмолвная пытка подходит к концу… Наконец-то этот бесконечный путь от дома Юсуи к твоему подходит к концу, и я смогу вернуться домой, чтобы дома продолжить свои попытки сбежать от ответственности за наше молчание. За наше невыносимое молчание, но невыносимым его сделал я сам и моя совесть. Это я понимаю, но что толку?.. Понимать, судя по всему, надо было в тот момент, когда разговаривал с Хоро, хотя, даже до, — надо было понимать, когда у меня только возникла наивная идиотская мысль поговорить с Хоро.

      Воспоминание Йо. Несколько ранее этим же вечером. Дом семьи Юсуи.

       Йо увлечённо наблюдал за юркими пугливыми рыбками. Они резво прятались в пышной аквариумной зелени, ловко скрывались в домиках так, что Асакуре даже не сразу удавалось их заметить. Выдавали рыбёшек переливы приятной яркой красочной голубой в прозрачной аквариумной воде, чешуи. Пирика весело подтащила «братика» к Асакуре, осторожно обратившись к гостю:       — Йо-семпай, простите, что отвлекаю Вас от созерцания рыбок, но тут… В общем, мой братик хочет с Вами познакомиться… Да, Хоро? — нажимая на «Хоро», робко проговорила Пирика.       — Алоха! — намеренно весело и добродушно, без особенного труда перекрикивая окружающий шум, гаркнул Юсуи, поднимая ладонь в качестве приветствия и одаривая Йо лучезарной улыбкой.       — Привет, Хоро, рад с тобой познакомиться. Поздравляю с возращением из рейса! Наверное, тяжело несколько месяцев проводить вдали от дома и семьи?.. До сих пор содрогаюсь, представляя, что меня ждёт… И почему я не подумал об этом раньше?.. Хотя, наверное, мне ещё рано об этом думать, я ведь только на первом курсе, а их — три! — весело и добродушно проговорил Йо, не переставая восхищённо таращиться на синеволосого моряка с таким щенячьим восторгом, словно Хоро был каким-то полумифическим героем морей.       — А что тебя ждёт? — непонимающе выдохнул хозяин вечера.       — Я учусь в Морском колледже, но пока только на первом курсе, — скромно выдал Асакура, напоминая свой вопрос, — так как ты справляешься с тоской вдалеке от семьи и близких несколько месяцев?..       — О, коллега, получается! Во те на! Я и не знал, что сестра яшкается и с другими моряками! А по поводу тоски ты не беспокойся. Придёшь на судно работать, познакомишься с командой, подружишься и считай вторая семья так, что тоска вся улетучится, а ты парень свойский, нормальный, так что даже не забивай голову такой ерундой, Йо! — тепло и с искренней радостью улыбнулся Юсуи, пожимая руку Асакуре и добавляя, — да мне и не по кому тут особо скучать… — Хоро бросил унылый скучающий взгляд в сторону Дамуко, -…так что всё вообще джингл беллс, как говорит один мой шоколадный товарищ из команды…       — Крутота-то какая… А расскажешь про вашу команду? Ты со всеми там в хороших отношениях? — завороженно приоткрыв рот, слушал Асакура, продолжая таращиться восторженным взглядом на собеседника.       — Ну… Со всеми дружить — дружилка отсохнет, а потом и отвалится… Нет, конечно, не со всеми… Есть у нас на судне один чёрт, старшим механиком кличут, так наш ещё и сам педант жуткий, так ещё и англичанин до кучи, просто комбо, блин… Это всё, — тушите свет! Эх, братец Йо, никакими словами не передашь, как он нас имеет… И в хвост, и в гриву, как грится… Короче, с этим гоблином невозможно быть в хороших отношениях… — уныло выдохнул Хоро, меняя вдруг направление разговора, — ну да ладно, я не об этом хотел с тобой поговорить, Йо… В общем… Ну… Как это… Я тут познакомился с твоей девчонкой… И… ну как бы тебе сказать… Ты только не бесись, ок?..       — Познакомился с Анной?.. Вот же злючка! Не сказала мне, что дружит с сестрой моряка, так ещё и не сказала, что с тобой познакомилась?.. Могла бы и сказать! — возмущённо выдохнул Асакура.       — Хех… Не, Йо, не по делу пищишь… Дело в том, что… ну… Как это… Я случайно… Это самое… Ну… — замялся северянин.       — Что? Она тебе нагрубила?.. Прости, она у меня резвая на язык… Даже слишком порою… — потупив шоколадный взгляд, пролепетал Йо.       — Нет, просто… Я… я её случайно изнасиловал! — быстро выпалил Хоро, опуская пылающее лицо.       — Ты… Что? — только переспросил тупо Асакура, кидая недоумённый взгляд на Анну, будто спрашивая «это шутка, да?..» Но это была не шутка, и позже шатен сам услышал подтверждение словам Хорокея от своей девушки-подруги.       — Йо, братик, да я же не хотел, правда, клянусь ресницами! Просто, сам понимаешь, когда давно не было… А тут ещё и твоя чертовка… И саке… Ну короче… У меня крышу наглухо смело… Но я тысячу раз извиняюсь перед ней и перед тобой за то, что поимел твою девушку, передай ей, пожалуйста… Мне она, вероятнее всего, ещё раз вкусно зарядит по носопырке… Хорошо, друже?.. — проговорил Хоро, с надеждой и ожиданием смотря на Асакуру, готовый жадно внимать его вердикту.       — Ох, Хоро… Ну и натворил ты… — тяжело выдохнул Йо.       — Но, к сожалению, сделанного не воротишь… Хорошо… я передам ей твои извинения, — добавил погодя Асакура.       — Ебать, да… да ты волшебный какой-то! Так просто отнестись к тому, что… что я сделал! Я же девчонку твою… Ну… Ты понял… — размахивая руками, округлил голубые глаза Хорокей.       — Да просто… тут в общем такое дело… Мы с Анной только друзья, просто зачем-то надо было притвориться, так что не переживай обо мне… — выдохнул Асакура с улыбкой.       — Воу… Йо, братик, не представляешь, как ты мне сейчас сделал хорошо!.. Я уж думал пизда, допился, ты мне в нос пропишешь… Ну в общем передашь своей королевишне, да? — на всякий случай спросил Хоро, с лёгким опасением перехватывая едкий взгляд Анны, смотревшей на молодых людей из-за плеча Пирики.       — Да, не переживай, — отозвался шатен.       — Йо, братик, ебать ты лучший, правда! — Хоро радостно протянул гостю крепкую лапу, которую Асакура с удовольствием и искренней улыбкой пожал.

      Конец воспоминания Йо.