Портрет, на котором мы счастливы

Парни обернулись на шум со стороны ящиков и синхронно нахмурились. Джисон взял заряженный пистолет; Хенджин — то же самое, а Минхо — первую попавшуюся под руки железную трубу. Троица начала обходить ящики с разных сторон. — Может, птица? — спросил Хван. — Там страус тогда что ли должен быть? — Минхо фыркнул. — Кто бы ты ни был, выходи с поднятыми руками! Ответа не последовало. Хан и Хенджин полностью обошли ящики и, когда они увидели, что там произошло, Хван тут же товарищу его пистолет и подлетел к ящикам. Он сбросил с Феликса упавший на него ящик и потряс его за плечи. — Феликс! Феликс! — кричал он, прикладывая ухо к носу парня, параллельно смотря за движением грудной клетки. — Дышит, но без сознания. — Какого хрена он вообще здесь?! Сколько он тут уже? — Минхо отбросил железку и вернулся к Хвану с бутылкой холодной воды. Тут же открыл ее, смочил свои ладони и прыснул водой на Феликса несколько раз. — Я не знаю... Возможно, с того момента, как я сюда приехал. — Хенджин расстегнул верхние пуговицы рубашки Ли и стянул с него верхнюю одежду. Феликс мотнул головой, слыша знакомый голос и чувствуя касания знакомых рук. Он что-то несвязно промычал и распахнул глаза. В тот же миг испуганно уставился на троих юношей, которые выглядели так же взволнованно, как и он сам. Он покосился на Хенджина и, видя нескончаемую тревогу в его глазах, тут же сгорел от стыда из-за самого себя: зачем только он устроил эту дурацкую слежку?! — Ликси?.. — мягко шепнул Хван, убирая с лица Феликса синие пряди волос. — Ликси, ты в порядке? Где-то болит? От такого голоса Хенджина хотелось еще сильнее провалиться сквозь землю. Ли быстро покачал головой, потерянно поглядывая на Минхо и Джисона. — Так. Если он тут уже весь день, то скорее всего у него упал сахар от того, что ничего не ел. — заключил Минхо. — Ты же голодный, а, Феликс? Хо тут же получил неуверенный, но утвердительный кивок. Минхо быстро ушел к пакету с едой, а Хенджин и Хан тем временем усадили младшего на один из ящиков так, что тот облокачивался о грудь Хенджина спиной. Минхо притащил кучу сладкого, заваривающийся рамен и воду и сказал есть. Они с Ханом вскоре удалились, оставляя парочку наедине. Хенджин терпеливо ждал, пока Ликс поест. Донимать его вопросами сегодня не собирался. — Тебе лучше? — спросил он, увидев, как лицо Феликса наконец приобрело здоровый чуть розоватый оттенок. — Да... — Ликс виновато опустил голову вниз, крепче сжимая обхватывающую его за талию руку. — Прости меня за это. Я не должен был здесь находиться и не должен был устраивать за тобой слежку, Джинни. Я не считал, что ты мне изменяешь, я лишь пытался понять, куда ты уходишь каждый месяц, раз ты лично не говорил мне об этом... Я так и не понял до конца, зачем ты все это делаешь, но, видимо, тебе это необходимо. Я подожду, когда ты созреешь для разговора об этом. Расскажешь тогда, когда сможешь об этом говорить... Еще раз прости. Хенджин лишь вздохнул и уткнулся носом в его синие волосы, вдыхая знакомый аромат шоколада. Он прикрыл глаза, погладил большим пальцем чужой сытый живот и положил голову парню на плечо. — Это я должен перед тобой извиниться за все эти тайны. Давай я расскажу тебе всё завтра, а сейчас пойдем отдохнём? Болят ноги? — Гудят ужасно. — Понял. — и Хван, словно легкую пушинку, подхватил Феликса и поднял его на руки, как несут невесту. Феликс лишь басисто ойкнул и вцепился руками в чужую шею. Хенджин отнес его в небольшую комнату, где стояло некое подобие кровати с матрасом, одеялом и подушкой; небольшим письменным столиком; стулом и парой вешалок. Феликса он положил на кровать, заботливо снял с него ботинки и поставил их на пол. — Обычно я сплю здесь. Когда приезжаю сюда. — пояснил он. — Минхо и Джисон в похожей комнате, только у них там сооружена двухместная кровать. У меня тут полуторка. Не приходилось как-то с кем-то делить кровать, знаешь. — он усмехнулся, и Феликс приулыбнулся. Он порылся в своей сумке и дал ему свою спальную футболку. — Переодевайся. — А ты в чем спать?.. — Феликс сел. — А я так. Мне не холодно. За день ангар нагрелся, ночью жарковато будет. Сейчас приду. Хенджин вышел из комнаты. Феликс обречённо вздохнул, представив, сколько дискомфорта он сейчас создает своим присутствием. Ликс быстро, насколько мог, переоделся и закутался в одеяло. К этому времени уже вернулся Хван, уже чистый и не потный от прошедших тренировок. От него даже не разило потом сейчас: видимо, умудрился где-то принять душ. Он разделся почти до голач оставшись в одних только боксерах. В приглушенном свете он сейчас выглядел особенно красиво: растрепанные чуть взмокшие черные волосы, растекающиеся по сильной шее, рельефный пресс, могучая спина и упругие ягодицы. Раглядывание аполлонского тела было недолгим: Хван потушил свет и улегся на кровать к Феликсу. Хенджин по-хозяйски закинул его ногу себе на бедро, прижал поближе к себе и обнял руками. — Сегодня ты моё одеяло. — заключил он, невесомо поцеловав Ли в лоб. — Для тебя — кто угодно. — младший приулыбнулся и уткнулся в чужую грудь носом, вдыхая непривычный запах хвои и еловых шишек. — А Джисон и Минхо встречаются, я правильно понял? — Да, и уже давно. Дольше, чем мы с тобой. Давай спать, солнце. — ещё один невесомый поцелуй, и Хенджин закрывает глаза, почти что тут же засыпая. Феликс уснул лишь через полчаса, прокручивая до этого все моменты сегодняшнего дня. В конце концов сконцентрировался на мирном сопении своего хёна и наконец тоже уснул. Проснулся Феликс в кровати один, хотя на часах стояло 7:30 утра. Он спешно оделся и вышел из комнатки, огляделся. Никого рядом не было. По крайней мере, ему так казалось. — Хенджин и Минхо отправились на утреннюю пробежку. — донесся голос Хана откуда-то со стороны. Парень сидел на автобусном колесе и потягивал из чашки что-то горячее. — Доброе утро. — Доброе утро. — Феликс учтиво кивнул а-ля поклонился и неспешно подошел ближе к собеседнику. — Да уж, Хенджин правду говорил насчет твоего голоса. И впрямь аж до мурашек. — Хан улыбнулся и посмотрел на свои руки, которые и правда покрылись мурашками. — Иди сюда, не бойся. Хоть познакомимся нормально. Я Хан Джисон. Можно как Джисон, можно как Хан. Без разницы. — протянул руку для рукопожатия. — Ли Феликс. Просто Феликс. — он пожал чужую руку и улыбнулся. — О, у Минхо тоже фамилия Ли. Забавно вышло. Будешь чай? Вскипел недавно. — Не откажусь. Утренние хлопоты переросли в приятную почти дружескую беседу. Они говорили об учебе, о работе, о своих ухажерах, но не переходили на тему вчерашнего дня. — Легки на помине! — рассмеялся Хан, увидев, как эти самые ухажеры заходят в ангар. — Как пробежка? — Утренний дождик освежает. — Хенджин взял приготовленное заранее полотенце и просушил мокрые волосы. Он подошёл к двум пьющим чай, взял своего за подбородок и мягко поцеловал в губы. — Доброе утро. Как ноги? — Доброе. — ответил после недолгого ступора Феликс. — Ноги? Не болят, все нормально. Голова тоже в порядке. Грудь побаливает, но это видимо из-за упавшего вчера ящика. Там синяк. — Дать мазь? — спросил Минхо, перебирающий в это время волосы Джисона. — Нет, спасибо, не настолько сильно болит. — Ликси, пойдем поговорим ненадолго. — Хван кивнул в сторону комнатки, где они спали. — Хо, ты завтракай, я потом быстро перекушу и будем заниматься. — Смотри из графика не выбейся, переговорщик. — Минхо усмехнулся, глядя вслед уходящей парочке. — Сядь. Я хочу всё рассказать. — Хван кивнул Феликсу на кровать, а сам поставил рядом стул спинкой вперед и уселся на него, руки положив на спинку. Когда Ликс сел, он заговорил: — В общем. Зачем все это? Все началось еще с того теракта. Ты прекрасно знаешь, сколько сил я вложил в это, сколько ночей не спал, работая над проектом. И все обрушилось буквально в один миг. Меня подкосило. Жестко подкосило. Настолько, что в больнице я просыпался от ужасных кошмаров, буквально сводящих с ума. Сразу после того, как меня выписали, я нашел хорошего психотерапевта и проходил у неё лечение около полутора месяцев. Она посоветовала мне мои вспышки гнева, которые у меня появились, направлять в спорт или творчество. С творчеством в этом плане не получилось, но со спортом да, как можешь заметить. Поначалу просто походы в зал, ты знаешь, потом... вот это. — он окинул взглядом ангар. — Я купил его. И землю около него тоже. Думал, будет дорого, но нет, оказалось дешевле, чем я думал. Ты спросишь, зачем мне именно бои и стрельба? У меня есть некоторые мысли на будущее, о которых я расскажу чуть поздней. Но первостепенная задача всего этого — борьба с гневом и моя реабилитация. И так я старался не навредить тебе. Минхо и Джисон мои давние друзья. Вернее, Хо — друг, а Хан идет с ним в комплекте. Плюс, он так удачно работает в оружейном магазине, что не может не радовать. А Минхо тренер по боксу и хапкидо. Феликс все это время внимательно слушал, не пропуская мимо ушей ни слова. Сама мысль о том, что Хван все это делал в том числе и для Феликса, трогала его до глубины души. И оттого ему снова становилось за себя гадко. — Я понял тебя, Джинни. Но... Почему ты раньше не говорил мне об этом? И не сказал сразу же? — Потому что не считал, что мы оба уже готовы. Сейчас готовность сама созрела. Ещё одну часть истории я расскажу тебе позже, но сейчас ты знаешь абсолютное большинство. — Хенджин вытянул руку к острому подбородку Феликса, провел по нему большим пальцем, потянул чуть на себя, и младший тут же примкнул к его губам своими. Они расплылись в медленном и чувственном поцелуе. До тех пор, пока Хенджин не прервал его и не отстранился: — Мне нужно бежать завтракать, и после на тренировку, солнце. — Мне можно будет тут остаться? — Если ты хочешь. Мне ты не мешаешь, парням, думаю, тоже. Если хочешь — оставайся. Тем более я вижу, как ты каждый раз залипаешь на мой голый торс. — Хенджин рассмеялся, глядя на покрасневшее лицо Феликса. Хван поднялся с места, поставил стул на место, ещё раз сладко поцеловал возлюбленного и удалился за дверями комнатки. Феликс остался сидеть на кровати, осмысляя всё, что Хван только что ему рассказал. Недоброе предчувствие всё же царапало ему область около сердца будто кошачьими когтями. Хван определенно замышлял что-то, что Ликсу не особо нравилось уже сейчас. — Эй, Феликс. — вырвал его из раздумий голос Джисона. — Поехали со мной в город, таки нужно кое-чего прикупить. Плюс Хенджин попросил тебя заехать к этому... как его... Ретти, во! К вашему хорьку. — К его хорьку. Да... Поехали. — Феликс подорвался с места и вышел вместе с Джисоном из ангара. Хан нажал на кнопку ключа автомобиля, и темно-синий матовый Ford Mustang 2021 года выпуска взревел мотором и разблокировал свои двери. Феликс чуть присвистнул и уселся на пассажирское сиденье. Ему было не привыкать кататься на дорогих тачках, но спорткары определено были его слабостью. Джисон сел на место водителя и включил "дворники", чтобы убрать всю воду с лобового стекла, которая тут оказалась после утреннего дождя. Феликс только сейчас обратил внимание, что на нём снова был тот самый строгий серый костюм. — В каком ателье костюм заказывал? — спросил Ликс, отмечая очень качественный пошив и, даже не касаясь, ощущая приятную на ощупь ткань. — Haechang Tailor shop. — просто ответил Хан, уже сдавая назад и выруливая на дорожное полотно. — А что? — Заказываю там же. Как тесен мир... — Ликс усмехнулся. — Ты работаешь в оружейном магазине, сказал Хенджин. — Да. Работаю. — Хан утвердительно кивнул. — Предупреждая твой вопрос "почему?" отвечаю сразу: я закончил военную академию по наставлению отца. Воевать не хочу, но оружие полюбил и знаю о нём всё. — Ого... — Феликс еще раз оценил Хана с ног до головы и покачал головой. — А Минхо где учился? — Ну, сейчас он тренер по боевым искусствам... Собственно, этим всю жизнь и занимается. Он же мастер спорта по боксу и окончил Корейский национальный спортивный университет по направлению «Спортивный коучинг». Специально, чтобы стать тренером. Он требовательный в плане тренировок, но это хорошо. И меня в форме поддерживает. — А как вы с ним познакомились? Судя по всему, когда ты поступал, он уже заканчивал обучение... — О, это забавная история была. — Хан рассмеялся. — Мы оба фанаты одной группы, и пришли на фанмитинг к ним. Он стоял передо мной на фанмите, и я в порыве радости, когда айдол подошел в нашу сторону, зарядил Хо по голове лайтстиком. Он на меня обернулся, пошипел, айдол с нас поржал, а мы еще некоторое время тихонько препирались. Потом мы пересеклись, когда уже все закончилось. Я в качестве извинений пригласил его поесть рамен, но не в пошлом смысле, а реально поесть. Он расценил это как подкат и огорчился, когда мы реально пришли в кафешку. — Хан снова залился смехом. — Так и познакомились. Потом заобщались по-нормальному, ну а теперь... А теперь наконец-то "едим рамен", как он тогда и предполагал. Феликс смеялся вместе с ним с этой ситуации и даже не заметил, как они уже проезжались по центру Сеула и по навигатору приближались к дому Хвана и Ли. — Будешь подниматься со мной? — спросил Ликс, выходя из машины. — Если разрешаешь, то давай. Ни разу у Хвана дома не был. — Хан вышел из автомобиля и заблокировал его двери. Вместе с Феликсом прошел в высотное здание, зашел в лифт и отправился на нужный этаж. Феликс открыл дверь их квартиры ключом и, сняв обувь на входе, прошел внутрь, по пути включая, где надо, свет. Джисон сделал то же самое и пошел вслед за хозяином дома. Пройдя дальше коридора, он присвистнул: квартира в два яруса это, конечно, мощно. — Неплохо устроились вы, парни. — Хан посмотрел на высокие потолки и восторженно покачал головой. — Еще бы, два архитектора, черт возьми. — Ага. Два архитектора. Познакомься-ка. — на ладони у Феликса сидел белый пушистый зверёк. — Это Ретти. — Ого. Ну привет, кроха. — Хан осторожно завел палец за голову зверька и почесал за ухом. — Реально на Хвана похож. У нас с Хо три кота и собака. Но у меня аллергия на котов, поэтому пью таблетки регулярно. — Зверинец. А кто сейчас за ними смотрит? — Мама. Так, ты все сделал? Нам еще в магазин. — Да, сейчас. Если хочешь, можешь пройти на кухню съесть или выпить чего. — Не, спасибо. Я пойду, буду ждать внизу. — Окей. — заключил Феликс по-английски и побрёл в одну из комнат, где оставил Ретти. Он быстро положил в несколько контейнеров вчерашней еды, которую приготовил перед тем, как Хван уехал, и тоже спустился вниз на улицу. — Я взял еды из дома. Если мы в продуктовый магазин, то придется тратиться меньше. — Домашняя еда? Ты сам готовишь? — Хан завел автомобиль и захлопнул за собой дверцу. — Да, сам. И Джинни тоже готовит. — Ликс пристегнул ремень безопасности и положил еду на заднее сиденье. — А вы с Минхо готовите? — Хо любит это дело. Я больше люблю есть. — Хан усмехнулся, выкрутил руль и стремительно помчался ближе к окраинам, где сетевых магазинов с более низкими ценами было меньше. — Ты пьёшь? — Алкоголь? Да. Хенджин тоже пьёт. — Феликс усмехнулся, вспоминая, чем обернулся однажды массаж на пьяную голову. — Благодаря красному вину мы с ним начали встречаться. Теперь всегда берем только его. — Вот как. Аристократы... — Хан хохотнул. — Мы с Минхо больше по пиву. Хван обычно с нами тоже пиво пил, не говорил, что он любитель винишка. Обычно во второй день наших втроем посиделок вечером мы разводим костер и бухаем. Ну, точнее, выпиваем до состояния весёлости. — Вот как. Неплохая всё же у него реабилитация. — Он тебе всё рассказал? — Хан вскинул брови вверх и внимательно посмотрел на Феликса. — Сказал, что то, что он рассказал — это часть, и что вторую часть расскажет чуть позже. Но не сказал, когда. Сказал, что бои и стрельба ему нужны для чего-то, но не прояснил для чего, и что первоначально это всё — борьба с гневом и реабилитация. И чтобы не вредить мне. — Он на самом деле очень тебя любит, Феликс. — серьезно проговорил Джисон, будто он проживает уже не одну жизнь и видел всякое. — Я понимаю, что ты и так это знаешь, но как человек, смотрящий на ваши отношения со стороны... Я, честно, в восторге от такого отношения к партнеру и между партнерами. Не каждый пойдет на такое ради любви. Некоторые бы просто забили и срывались бы на ком-то, но Хван выбрал спорт. Пусть и в таком его проявлении. И то, что ты его поддерживаешь, дорогого стоит. Я Хенджина знаю вот уже полтора года, потому что они с Хо друзья с детства, и я точно знаю, что для него поддержка близких очень важна. Ты же знаешь про его отца? — Про то, что он заставлял Джинни идти в армию и служить? Знаю. И меня он не любит, кстати. — Гомофобы, что ж... А мама Хенджина? — Нуу... 50 на 50. Она иногда милая со мной, но иногда говорит, что я, педик, испоганил ему всю жизнь своим присутствием и что "до меня он был нормальным парнем". Они любят Хенджина, но ненавидят меня. — А твои родители как? — Мои сначала препирались. Точнее, отец. Мы же с Джинни работаем вместе у моего отца, и его он знал еще до того, как мы стали встречаться. Но потом все стало нормально. Мама моя, иногда мне кажется, любит Джинни больше, чем меня. — Ликс рассмеялся, и Хан подхватил его смех. — Ну хоть так. Хотя бы с одной стороны семейства все более-менее в порядке. — Хан переключился на дорогу, и до пути назначения они дальше ехали почти что молча, слушая музыку и изредка перекидываясь парой фраз по поводу того или иного трека.