Don't go home without me

Стив помнил, что чувствовал себя точно так же, как Эдди сейчас, когда впервые столкнулся с Изнанкой. В то время он был полным придурком. Ещё и избитым; с другой стороны, что из этого? Но он помнил всю неправильность происходящего. Стив никогда не верил в сверхъестественное, он вообще почти не задумывался о мире за пределами его личного пузыря и собственных мелких проблем. Но, увидев подобное дерьмо, он понял, чем это грозит. Если бы уже тогда он не стоял на пути к тому, чтобы стать лучше, возможно, это бы его подтолкнуло. Поэтому он понимал, почему Эдди так трясло, почему металлист был непреклонен в мысли, что они сочтут его сумасшедшим. Стив в первый раз тоже думал, что он сошёл с ума. Думал, что Джонатан сумасшедший. Что Нэнси сумасшедшая. Но это было не так. Однако зло с Изнанки… да, вот это дерьмо было безумием. Дастин довольно хорошо его успокаивал. Стив чувствовал себя несколько… бесполезным. Они с Эдди не были близки, вообще никак, они не обменялись даже парой слов с тех пор, как им было пятнадцать. Но… это была его родственная душа. Стив должен был быть в состоянии утешить его или что-то в этом роде. Но он без толку стоял в стороне, пока Дастин объяснял ситуацию, чтобы убедить парня, что он не псих — потому что они с этим уже сталкивались. Эдди проявил столько эмоций, вспоминая о том, что случилось с Крисси, что у Стива заболело в груди. Он выглядел таким испуганным, когда они с Дастином сделали вывод о Векне, что Стив испугался за него. И Стив не хотел уходить, когда Дастин поднялся и заверил Эдди, что они вернутся утром с едой и припасами, чтобы он мог отсидеться здесь. Поэтому он сказал: — Идите. Я догоню. Дастин раздражённо перебил его: — Ты же нас привёз, Стив. — Я знаю, что… — Эй, детки, — перебила Робин, положив руки на плечи Дастину и Макс. — Давайте-ка дадим вашим папам пару минут, хорошо? Стива это несколько возмутило. Он сам не понял — это из-за неожиданной необходимости делить своих детей с кем-то, кто знал их вдвое меньше, чем он, или потому что Робин подразумевала, что они с Эдди Мансоном вроде как родители. Но, в конце концов, она, кажется, поняла его почти отчаянный взгляд. Он благодарно улыбнулся ей, и она кивнула, уводя неуклюжего Дастина и апатичную Макс из сарая. Когда он повернулся к Эдди, тот смотрел в стену. И Стив не был уверен, с чего начать. — Так что… — Нет. Стив был поражён внезапным ответом Эдди. Его голос не был холодным или даже особенно резким, но в нём было что-то такое, что заставило Стива вздрогнуть. — Что? Эдди повернул голову, чтобы посмотреть на него: — Мы не будем говорить об этом. Не прямо сейчас. Стив понимал, о чём он говорит — и в глубине души ему было любопытно, когда Эдди это понял. Тем не менее, он напустил на себя растерянный вид и разыграл непонимание: — Говорить о чём? — О, даже не знаю, Харрингтон. Наверное, о моём почерке у тебя на запястье. Что ж, это было прямо по делу. — Почему нам не поговорить об этом? Это вроде как важно, чувак. На Эдди это не произвело впечатления: — Я прячусь в сарае, спасая свою жизнь, какой-то злодей из ДнД вылез на свободу и собирается убивать детей, а ты хочешь поговорить о том, как облажалась судьба, подсунув тебе меня в качестве родной души? Это действительно то, на чём ты хочешь сосредоточиться? И… да, в его словах был смысл. Сейчас были вещи поважнее, чем обсуждение того факта, что они были родственными душами и бо́льшую часть своих жизней носились по одному городу, не осознавая этого. Или, по крайней мере, Стив не осознавал этого до недавнего времени — Эдди мог давно всё знать и просто намеренно избегать его. Но… не это его зацепило. — Что плохого в том, что ты — моя родственная душа? — спросил он. Лицо Эдди смягчилось при его словах, и он, казалось, о чём-то задумался. А затем улыбнулся. Это была не настоящая улыбка, скорее гримаса, и Эдди провёл рукой по лицу, издав слабый и неверящий смешок: — Кажется, прошлое повторяется. — Эмм?.. — Стив моргнул. — Ты говорил что-то похожее, — сказал Эдди, снова отводя от него взгляд. — Когда мы оба учились в старших классах. Я сказал тебе, что ни один клуб не захочет меня принять, и ты искренне не понял, почему. Ты хорошенький, когда говоришь глупости, Харрингтон. — Э-э… спасибо? Эдди усмехнулся и пренебрежительно махнул рукой. Стив подумал, что это не такой уж и комплимент. Он смутно помнил тот разговор. В то время он думал о том, как снова вернуть расположение своего отца после того, как осмелился высказать ему свои собственные мысли и интересы. Не то, чтобы он так уж сильно любил отца — или маму, если на то пошло, — но ему не нравилась враждебность, с которой ему приходилось сталкиваться всякий раз, когда они решали почтить его своим присутствием. И поэтому он хотел вступить в какой-нибудь клуб. И Эдди тогда ему нравился. Нет, ему нравилось смотреть на него… они ведь никогда не общались. Тогда Стив не слишком об этом задумывался, но ему казалось, что эта странная тяга, которую он испытывал к Эдди, имела смысл. Он не помнил, чтобы говорил что-то такое, хотя он вообще мало что помнил из своего периода короля Стива — кроме того факта, что был большим придурком. По крайней мере, кажется, он сказал Эдди что-то приятное. — Это не ответ на мой вопрос, — сказал Стив, прерывая тишину. Эдди тяжело вздохнул, как будто Стив его уже достал: — Могу я смиренно попросить, чтобы ваше величество оставило меня, блядь, в покое? Сейчас не время и не место говорить о нас. Кем бы мы там ни были. Стиву хотелось заспорить, спросить, не у Эдди ли проблемы с ним, как со своей второй половинкой, а не наоборот. Но Эдди выглядел несчастным и уставшим. Он только что увидел жуткую смерть, и ему пришлось осознать реальность другого измерения, расположенного прямо под их городом. Возможно, сейчас было не время, и Стив сам был слишком ошеломлён происходящим, чтобы правильно расставлять приоритеты. — Прости, чувак. — Не извиняйся, Харрингтон, — пробормотал Эдди. — Просто — потом, хорошо? Всё это и так сводит меня с ума, и мне сейчас только этого дерьма с родственными душами не хватает. А Стив… Что ж, видимо, Стиву придётся с этим смириться. — Увидимся утром, Мансон. Эдди не ответил.

***

Дастин, Макс и Робин решили переночевать у Стива. Было уже раннее утро, и Дастин назначил дом Стива местом для их тусовки, после того, как позвонил матери. Стив мог бы поспорить с мальчишкой, что это не его дом и он не имеет права звать туда гостей, но он и сам не стал бы их выгонять или не пускать. Никогда в жизни. Поэтому он просто кивнул и спросил, кто где будет спать. Они все остались в гостиной — вместе вроде как было безопаснее. От Стива не ускользнуло облегчение на лице Макс, но он пока не стал ни о чём её спрашивать; она рассказала бы ему сама, если бы хотела. А с тех пор, как умер Билли, она стала невероятно скрытной. Дети быстро заснули, и Стив им позавидовал. Робин свернулась калачиком на противоположном конце дивана, глядя в потолок и периодически пиная его ногами в носках. — Хочешь поговорить об этом? — тихо спросила она, чтобы не потревожить Дастина и Макс. Стив немного повернулся, чтобы посмотреть на неё: — О чём? — О том, что бы там не произошло у вас с Эдди Мансоном, из-за чего ты смотрел на него щенячьими глазами. — Я не… — Ты смотрел, Стив, — перебила Робин, переводя взгляд на него, и ухмыльнулась. — Тем же взглядом, которым ты смотрел на Уиллер много лет назад. Тошнотворным, но милым. Бесило, что Робин могла быть совершенно невнимательной в своих личных делах, но при этом понимала Стива лучше, чем кто-либо другой. И… он полагал, что нет ничего ужасного в том, чтобы рассказать ей. Он доверял ей свою жизнь, и, несмотря на её болтливую натуру, Стив сомневался, что она кому-нибудь это расскажет. Он медленно сел, жестом поманив Робин. Она тоже села и подтянула ноги к себе, двигаясь ближе к нему. Стив бросил быстрый взгляд на детей, чтобы убедиться, что они всё ещё спят, а затем закатал рукав и протянул запястье Робин. Она много раз видела раньше, как он лениво водил пальцами по тексту, но никогда не читала самих слов. Она нежно взяла его за руку, разглядывая метку. — Сопляки… — произнесла Робин в явном замешательстве. Затем её глаза слегка расширились, и она посмотрела на Дастина и Макс. — Сопляки. Эти сопляки? — Возможно. Надеюсь, что нет. Потому что если это действительно эти сопляки… Векна в самом деле может оказаться настолько ужасным, как они все боялись. Она снова повернулась к нему: — Это Эдди? Твоя… Эдди Мансон — твоя родственная душа? Он никогда раньше не произносил этого вслух — по крайней мере, не всю фразу целиком. И никогда не слышал, хоть Эдди и подтвердил это самокритичным тоном. Почему он так к этому относится? Как он вообще мог не думать, что это важно; Стив искал свою вторую половинку всю свою жизнь. — Эдди Мансон — моя родственная душа, — повторил он в ответ, чувствуя, как сдавило горло. — Это… — Робин сжала его руку. — Вот чёрт. — Ага.

***

На следующее утро Эдди всё ещё был на взводе, и Стив невинно помахал ему рукой, пытаясь подбодрить. Эдди только вздохнул и забрал еду. Всё шло хорошо… Рассказ о плохих новостях и единственной пока хорошей новости, похоже, делу не помог, и Стив не был уверен, как ему относиться к тем взглядам, которыми обменялись Робин и Эдди, когда он произнёс фразу «лови урода». Она выглядела невероятно сочувствующей и немного грустной. Эдди же выглядел абсолютно подавленным. Стив ненавидел это. Объяснение ему ситуации, похоже, тоже пользы не принесло. Без Одиннадцать всё это вроде как висело в воздухе. И Эдди, похоже, не очень верил, что они смогут помочь доказать его невиновность; Стив и сам толком не понимал, как они это сделают. Но он должен был в это верить… он не мог позволить Эдди скрываться до конца его жизни. Полицейские сирены за окном заставили всех вздрогнуть, но, когда машины проехали мимо и, наверное, остановились на месте преступления, любопытство взяло верх. — Что, если это Векна? — пробормотала Макс, когда все они уставились в грязное окно эллинга. — Пойдём посмотрим, — решил Дастин, забирая куртку с сиденья и сдёрнул брезент с Эдди. — Ты здесь будешь в порядке? Эдди посмотрел на него из-за борта, изогнув бровь: — Куда я могу деться, чувак? — спросил он, вскидывая руки вверх в каком-то жесте: — Нет, я останусь в своём скромном жилище. Что ответил Дастин, Стив не услышал. Он вообще ничего не слышал в течение добрых трёх секунд. Его взгляд зацепился за запястье Эдди, показавшееся из рукава из-за взмаха рукой. Это был его почерк. Его будущие слова. Сам этого не поняв, он забормотал вслух, читая: — Не уходи, не… Всё произошло быстро. Эдди внезапно выпрыгнул из лодки и рванулся к нему, одной рукой схватив за куртку и дёрнув на себя, а другой зажимая ему рот, чтобы он замолчал. В его широко открытых глазах была та же паника, что и вчера. Стив уставился на него в ответ. — Ты совсем, блядь, рехнулся, Харрингтон? — яростно спросил Эдди. Похоже, он был в гневе. В бешенстве. Стиву ни в коем случае не следовало думать, что он сейчас просто фантастически выглядит. Вместо того чтобы сделать какую-то глупость, он просто убрал его руку: — Что я сделал? Эдди издал громкий раздражённый звук: — Ты собирался сказать мне свои последние слова? Здесь? Сейчас? Хочешь, чтобы я умер или ещё какое дерьмо? Или сам хочешь умереть? Ох. Да, об этом Стив не подумал. Он даже не думал, что это вообще работает именно так. Очевидно, Эдди не хотел проверять. — Могу я посмотреть? — тупо спросил он. — Что? Нет! Не сейчас! — На этот раз я промолчу, — обиженно пообещал Стив. — Я тебе не доверяю, — прошипел Эдди. — У тебя в башке пусто, чувак. — Не так уж и пусто. — Пусто! — Да ладно, чувак! — Ничего не «ладно», Харрингтон. Ты только что чуть меня не угробил. — Какой ты драматичный. — Э-э-э… простите? Стив даже не осознавал, насколько они с Эдди близко стояли, пока громкий голос Дастина их не прервал. Очевидно, их перепалка не смогла остаться незамеченной. Макс смотрела с пониманием, но всё равно выглядела довольно равнодушно. Робин ухмылялась. Дастин просто переводил взгляд с одного на другого, как будто ждал объяснений. Стив сделал большой шаг назад. Эдди прищурился и с ворчанием плюхнулся обратно в свою лодку, прихватив коробку хлопьев и бросая её на колени. Дастин всё ещё выжидательно на них смотрел. И Стив не мог сейчас отвечать на вопросы этого мелкого засранца. — Разве нам не нужно заняться расследованием или что-то в этом роде? — Но… — Отвали, сопляк, — беззлобно сказал Эдди и одарил Дастина широкой улыбкой. Стиву же особо весело не было. Сопляк. Слова на его запястье словно полыхнули огнём, и он попытался не обращать внимания на то, как у него скрутило живот.

***

Ещё одно тело. Ещё одна жертва Векны. Стив не знал этого парня, но Нэнси знала. Она присоединилась к ним, когда они все направлялись обратно в трейлерный парк; она с самого начала тоже была частью всего этого, и все они чувствовали, что нужно ввести её в курс дела. Нэнси, конечно, и сама уже догадывалась, что за всем этим стоит нечто сверхъестественное. Сражаться с неизвестным врагом, способным совершать нечто немыслимое, само по себе было непросто, но Нэнси всегда справлялась с подобным лучше, чем многие. Стив мельком задался вопросом, мог бы он снова влюбиться в неё. Возможно, когда-то между ними действительно было нечто особенное, с меткой души или без неё. Но их время прошло, и сейчас он просто был благодарен за то, что она снова рядом с ним в очередном дерьмовом кошмаре. В конце концов, они разделились. Робин вызвалась пойти с Нэнси, и Стив не упустил из виду, что его лучшая подруга наблюдала за её рассуждениями с явной признательностью. Стив вскинул бровь, глядя на неё, а Робин, впервые за время их знакомства, покраснела и пробормотала бессвязное оправдание, почему ей просто «пришлось присоединиться к Уиллер и её походу в библиотеку». Стив просто похлопал её по плечу и рассмеялся. Робин действительно становилась бесполезной в своей влюблённости, благослови её Бог. В итоге он отвёз Макс к школьному психологу, чтобы добыть информацию. И, когда Мэйфилд ушла, он понял, что остался наедине с очень заинтересованным Дастином Хендерсоном. Стив упорно смотрел в окно. — Итак… — протянул Дастин, и Стив почувствовал его взгляд у себя на затылке. — Мы собираемся поговорить об… этом? Блядь. Стив повернул голову и сделал непонимающий вид: — Эм, извини. Поговорить о чём? Дастин смотрел на него с недоверием. Стив не мог его в этом винить. Он мог отдать ему должное за проницательность, но он понимал, как это, наверное, выглядело. — О твоём небольшом помешательстве сегодня утром, когда вы с Эдди, по сути, ссорились и флиртовали? — произнёс Дастин так, как будто Стив был невыносимым тупицей. Стив усмехнулся, отводя взгляд: — Ладно, во-первых, это не то, чем кажется, ясно? — Почти уверен, что именно то. Это произошло у всех на глазах. Стив моргнул, глядя на него. — Есть много свидетелей, — добавил Дастин. Дерьмо. — Намекаешь, что у меня есть что-то к Эдди? — спросил Стив, пытаясь добавить в свой голос хоть немного сарказма. Потому что это правда. У него определённо было что-то к Эдди. Он ещё не знал, что именно это за что-то, но знал, что оно есть. А ещё он не знал точной позиции Дастина по всему этому поводу. И, хотя он и был уверен в абсолютной непредубеждённости своего псевдо-младшего брата, это в любом случае был трудный разговор. Стив намного больше восхищался Робин с тех пор, как сам влип в это. — Нет, — мягко сказал Дастин. — Я не намекаю. Я констатирую это. И, учитывая твоё отчаянное желание взглянуть на его запястье, предполагаю, что у твоего интереса к нему есть веская причина. — Хендерсон… — Ты весь красный. — Хендерсон, серьёзно… — Эдди — твоя вторая половинка? Это было бы здорово, чувак. Стив перестал паниковать от слов Дастина и бросил на него взгляд. Он ожидал обычной ухмылки или дерзкой усмешки, которыми обычно награждал его Хендерсон. Но этот взгляд был другим. Он смотрел мягко, понимающе. И совершенно искренне. Его глаза, казалось, прояснились, когда он заметил удивлённое выражение лица Стива. Он рассмеялся: — Серьёзно, Стив. Ты думал, меня беспокоит, что твоя вторая половинка — парень? — Я… — Стив помедлил, прежде чем ответить, и опустил взгляд на колени: — Нет. Но… никогда нельзя знать наверняка. — Я люблю тебя независимо от того, с кем ты начнёшь лизаться в будущем, — радостно заявил Дастин, проигнорировав возглас Стива по поводу этой формулировки. — И если это Эдди, то всё в порядке. Просто, знаешь, вспомни о моих маленьких невинных глазках, прежде чем делать что-то, соответствующее возрасту. — Дастин, что за мерзость. — Он твоя родственная душа, чувак. — Это может быть и платонически, понимаешь? — Не-а. Вы смотрите друг на друга так… напряжённо. Прежде чем Стив успел возразить, что они абсолютно не… что бы он там не имел в виду… на заднее сидение машины плюхнулась Макс и потребовала немедленно уезжать. Стив послушался и нажал на газ.

***

Стив не знал, почему он вообще когда-либо сомневался в своей привязанности к этим детям. Особенно учитывая, что парящая в воздухе под проклятием Векны Макс была, пожалуй, одним из самых страшных моментов за всю его жизнь. А его уже похищали и пытали. В его жизни никогда не было ничего, что вызвало бы у него такой же ужас, как мысль о том, что он потеряет её, причём таким жестоким образом. И он ничего не мог сделать, он был полностью и абсолютно бессилен. И он был более чем благодарен Робин и Нэнси за то, что они узнали, как её вытащить до того, как стало слишком поздно. От одной мысли, что она могла погибнуть… у него внутри всё сжималось. После этого они все вернулись в подвал Уиллеров, организовав «Наблюдение за Макс», чтобы убедиться, что это не повторится во сне. Стив всё равно не мог уснуть. Этот её образ снова и снова возникал в его голове. Робин поглядывала на него, явно обеспокоенная, но вскоре она тоже заснула. Макс тоже не спала, как и он — что-то рисовала и слушала свою музыку. Стив не знал, как долго он бодрствовал, наблюдая за Макс. Он вернулся в реальность, когда услышал голос из рации. — Эй, Дастин. Это Эдди Изгнанник. Ты здесь? Он не смог удержаться от тихого смешка. Эдди был нелепым, но, кажется, в более хорошем настроении, чем за последние пару дней. Стив поднялся со своего места, стараясь не потревожить Нэнси и Лукаса, которые спали у него в ногах, и направился к приёмнику. Эдди продолжал: — Дастин, ты меня слышишь? Дастин, Земля вызывает Дастина. Стив взял рацию в руки: — Привет, Мансон. Короткое молчание, а затем: — Харрингтон. Привет. — Привет. — Эмм. Мне тут скоро понадобится доставка еды, если только вы не хотите, чтобы я вышел в мир. В его голосе звучало раздражение. Стив снова рассмеялся. — Нет, не надо. Я сейчас приеду. — …А ты не мог бы привезти пива? Ну, знаешь, в качестве одолжения твоей родственной душе? Твоей потерянной половинке? Зенице твоего ока и вся эта хрень? — Забавно, — сказал Стив. Он посмотрел на Макс, которая наблюдала за ним с лёгкой улыбкой, сняв один наушник. Она сделала жест, словно закрывает рот на замок, когда он понял, что она слышала слова Эдди, и Стив благодарно кивнул. — Хорошо. Я скоро буду. Он услышал, как Эдди вздохнул «Я твой должник» и отключился. Стив тоже отключил рацию и подошёл к Макс, которая сняла второй наушник. — Я рада за тебя, — тихо сказала она. — Даже если время совсем неподходящее. Стив нежно взъерошил ей волосы. Её взгляд был не таким уверенным, как она, вероятно, надеялась. — С тобой всё будет в порядке? — Да. Я буду здесь, с ними. Если нам понадобится связаться с тобой, мы свяжемся с Эдди. Стив кивнул. Какая-то его часть не очень хотела оставлять её — не после всего, через что она прошла. Но у неё были Дастин и Лукас. У неё были Робин и Нэнси. Если он ей понадобится, она вызовет его по рации, и он сразу же вернётся. Но прямо сейчас он был нужен Эдди. И он был бы очень дерьмовой родственной душой, если бы даже не пошёл купить ему еды. Хотя уходить от этого было ничуть не легче. Макс сжала его руку: — Иди. Со мной всё будет хорошо. И Стив ушёл.