Друг невесты

— Хорошего тебе полета. Позвони, как приземлишься, — тихо проговорил Гарри на ухо Гермионе, не размыкая объятий. — Конечно, — сказала Гермиона и, поцеловав Гарри в щеку, отступила на шаг. Она помахала рукой, улыбнулась и ушла. Проводив Гермиону на посадку, Гарри покинул аэропорт. Сегодня суббота. Если бы не командировка подруги, то можно было бы смотаться на пляж в Брайтон. Купаться еще прохладно, но можно было просто погреться на солнышке, наслаждаясь морским воздухом. Отправляться туда одному совсем не хотелось. Кого бы прихватить с собой? Может, Джорджа? Если он не занят очередными разработками. Впрочем, если и занят, то можно просто навестить магазин Умников Уизли. Давненько он там не был. В магазине атмосфера была прежней: куча людей, яркие товары, представляющие сами себя покупателям, музыка, доносящаяся из граммофона. На первый взгляд казалось, что этот стоящий в углу музыкальный монстр прибыл откуда-то из начала XX века, но нет. Куплен был совсем недавно в мастерской Косого переулка, занимающегося волшебными музыкальными инструментами. Магический мир был тяжел на подъем, когда дело касалось изменений и, тем более, внедрения маггловских технологий. Потому-то и паровоз Хогвартс-экспресс, и фотоаппараты, и граммофоны имели вид тот же, что и 100-150 лет назад. Зачем брать у магглов еще что-то, если то, что есть, и так выполняет свои функции? Те же функции, что и телефон в кармане Поттера. — Гарри! — воскликнул Джордж, вынырнув из-за прилавка. — Какими судьбами? И где Гермиона? Парни пожали руки, и Гарри рассказал про командировку подруги. — Не грусти. Скоро вернется. Никуда от тебя твоя Гермиона не денется. Гарри усмехнулся: ему понравилось, как это прозвучало. — Рассказывай, что у вас тут новенького? Полгода тут, наверное, не был. — Да, и это скверно. Ты, друг, должен заглядывать почаще. Пойдем покажу, есть у нас интересные новинки. Парни шли мимо стеллажей. Радом с некоторыми Джордж тормозил друга, обращая внимание на тот или иной предмет, расписывая его свойства и рассказывая, как он это изобрел. Неожиданно рядом показалась еще одна рыжая голова. Это Рон вышел из подсобки, нагруженный товаром. — Привет, Гарри, — подошел Рон. Он собрался поставить коробки на стол, чтобы пожать Гарри руку, но его внимание привлекла девушка лет восемнадцати, склонившаяся к нижней полке в весьма откровенном платье. Коробки посыпались, и Рон кинулся подбирать их руками. Джордж поднял глаза к потолку, призывая свое терпение, взмахнул палочкой и коробки оказались на столе. — Надеюсь, ты ничего в них не повредил, — недовольно сказал старший брат, принявшись распаковывать товар для проверки. — И ты еще должен был заскочить к Магнусу, притащить кору шафранового дерева. — Вот черт! — буркнул Рон, — Из головы вылетело. Гарри, пойдем со мной. Гарри пожал плечами. Почему бы и нет? Выйдя на улицу и направившись пешком в Лютный переулок, приятели разговорились о Гермионе. — Точно тебе говорю, она за мужиком поехала, — авторитетно сказал Рон. — Чего? Да ты бредишь! Ты не забыл, что мы говорим о Гермионе? Ей, кроме ее карьеры, ничего не надо. Она вообще не та девчонка, которая за мужиками гоняться будет. — Ага, все они «не такие». На словах. А как до дела доходит: «Рон, я хочу серьезных отношений!», — пискляво передразнил рыжий кого-то из своих подружек. — Другая вообще заявила, что готова родить мне ребенка! Ты представляешь? Она готова, а меня спросить не надо? Я вообще-то не готов. — Рон, мы все еще о Гермионе говорим? — И о ней тоже. Все они одинаковые! Каждая мечтает приручить дикого гиппогрифа и загнать его в свое стойло! Чтобы ездить потом на нем всю жизнь. Но я не дамся. Рональда Уизли они не получат. Я каждой из своих девок говорю, что я — вольный гиппогриф и на шею себе сесть не дам. — Понятно, — задумчиво протянул Гарри. — Сейчас у тебя кто-то есть? — Ага, Люсинда. Красотка. Сиськи во! — показал он руками объем бюста подруги. — Мы с ней уже почти месяц. Если мозг выедать не будет, то, может, и сложится что. — А остальные? — спросил Гарри. — А что остальные? Это ж так, девки на ночь. Как и у тебя. Гарри промолчал. Ни с одной из его подружек на ночь отношений у него не было. Все ограничивалось физическим контактом. Иногда еще ужином или завтраком. И это устраивало обе стороны. Он не понимал, зачем нужны какие-то «серьезные» отношения, если все равно готов трахать все, что шевелится. Это подло по отношению к постоянной девушке, да и самому тяжело все время врать и изворачиваться, рассказывая, где ты был. Попрощавшись с «вольным гиппогрифом», Гарри направился на площадь Гриммо пешком, думая о приятеле. Они давно не разговаривали нормально. Уже года три просто играли вместе в квиддич, обмениваясь ничего не значащими фразами и новостями. Как давно Рон так изменился? Когда девушки перестали быть для него прекрасными феями, дарящими счастье, и превратились в хищниц, покушающихся на его свободу и кошелек? Однако долго мысли Гарри на Роне не задержались. Проводить вечер в одиночестве он не собирался и позвонил Карине, девушке, с которой не так давно познакомился в кофейне. Они уже как-то встречались, и оба остались крайне довольны проведенной ночью и продолжением утром.

***

— «Абонент не отвечает или временно недоступен», — Гарри раздраженно бросил телефон на столик. Он уже больше недели не мог толком связаться с Гермионой. То проблемы со связью, то она занята, то он в рейде. Да и разница во времени между Лондоном и Сан-Франциско не уменьшала проблему. Последние дни выдались… довольно тяжелыми. Ловля банды продавцов драконьих яиц на Британских землях стоила Гарри немало нервных клеток и одного сожжённого плаща, который он приобрел как-то по настоянию Гермионы во время одной из их поездок в Рим. Кто ж знал, что кроме яиц у них в продаже есть и взрослые особи?! А еще кучка темных магов повадилась приносить в жертву кур, похищая несчастных птиц с соседних ферм. Гарри уже не мог вспомнить, когда спокойно спал в последний раз. Раньше после таких сумасшедших гонок всегда можно было завалиться в кабинет Гермионы, или в квартиру Гермионы, или просто куда-то еще в компании Гермионы… Это делало жизнь лучше. Уверенность, что тебя ждут. Всегда выслушают и при необходимости помогут. Так же, как выслушивал ее он. А потом тащил поесть, потому что знал, что она наверняка забыла про обед. Сейчас же он сидел один в своей гостиной на огромном синем диване перед таким же огромным телевизором. С экрана красивая девушка с голливудской улыбкой настойчиво предлагала ему зубную пасту. Схватив пульт, Гарри выключил технику, не дав девушке договорить. Чем себя занять он решительно не знал. Можно было завалиться в клуб или позвонить одной из подружек, кто-то из них наверняка согласился бы скрасить его одиночество этим вечером. Но этого тоже не хотелось, вообще не хотелось никого постороннего рядом. Сейчас он не отказался бы и от компании Живоглота. Раньше, уезжая в короткие командировки, Гермиона оставляла кота ему, и они отлично ладили. Гарри кормил пушистого всякими вкусностями, а тот иногда позволял чесать себя за ушами. Но, уезжая на такой долгий срок, Гермиона взяла Живоглота с собой. — Собаку что ли завести, — вслух подумал Гарри. Не успел он поразмыслить, одобрит ли Гермиона его нового питомца, как вечер перестал быть томным. В гостиную ворвался серебристый зубр с сообщением от его начальника Робардса: — Поттер, если ты успел прийти домой, то зря. Двигай на работу, новое нападение на ферму. Что ж, психи-курятники все же лучше вечера в одиночестве.

***

Прибыв на место, Гарри заметил людей в форменных мантиях мракоборцев, скопившихся вокруг клочка земли и что-то рассматривающих. Этим чем-то оказалось потухшее кострище и обугленные куриные кости, сложенные в непонятные символы. Рядом суетился фотограф из их отдела, старающийся запечатлеть на пленку все происходящее безобразие. — Ну, что у нас тут? — зевая, спросил Гарри в лучших традициях маггловских процедуралов. Образ дополнял стакан кофе в его руке. Правда, рваные джинсы и мятая футболка немного сбавляли градус пафоса. — Эти психи опять за свое, — вздохнул начальник. — Украли курицу с фермы в трех милях отсюда. Какие ритуалы они с ней проводят, я так и не понял. — А с чего ты взял, что мы вообще имеем к этому отношение? Нет, птичку жалко, но поднимать по тревоге корпус мракоборцев — это перебор. Может, это вообще магглы. — Не магглы. Каждый раз на месте преступления происходит несанкционированный мощный выброс магии. Для чего-то кур похищают и убивают. А подобное свойственно для ритуалов черной магии. Так что бери задницу в руки и ищи. — Понял. Гарри трансгрессировал к ферме, с которой была похищена курица. Кроме него там уже собралась толпа народа. Он догадывался, что словосочетание «черная магия» вкупе с какими-то ритуалами сразу напугает людей, отбросив их эмоционально на десять лет назад, но это определенно был перебор. — Вот уж не думала, что кража курицы так заинтересует полицию, — покачав головой, сказала Гарри хозяйка фермы. — Мы и не сообщали даже, сами приехали. — Да, мы фиксируем даже мелкие правонарушения, — солидно ответил ей Гарри. — Какие там нарушения? Мальчишки баловались! — Вы их видели? — Крутилась тут утром парочка. Лет по десять-двенадцать, не больше. Едва Гарри успел отойти от женщины, как к нему привязался репортер из «Пророка». Как и все репортеры этой гадкой газетенки, он был наглым и неприятным типом, а вопросы вылетали из его рта, как из пулемета: — Мистер Поттер, что вы думаете об этом деле? Связано ли это как-то с Пожирателями Смерти и Тем-Кого-Нельзя-Называть? Для каких темных ритуалов требуются такие жертвы? Правда ли, что пострадавшая видела детей? Преступники работали под оборотным зельем? Какие шаги предпринимает отдел мракоборцев? А почему… — Давай, ты сначала определишься с вопросом, а потом я на него отвечу. — с трудом прервав поток пустой болтовни, сказал Гарри и трансгрессировал. Он отправился на ближайшую железнодорожную станцию, находящуюся в нескольких милях отсюда. В злобных куроненавистников и чернокнижников он не верил, а вот теорию с детьми проверить стоило. Если это действительно были простые мальчишки, то больше тут идти им было просто некуда. Правда, оставался вопрос со всплеском магии, но это уже детали. На станции он прошелся по маленькому зданию и отправился туда, где стояли пустые вагоны. Применив поисковое заклинание, он довольно быстро нашел место, где прятались дети. Тихо, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, он зашел в вагон, найдя мальчиков спящими на лавках. Это были братья-близнецы, и им действительно было не больше двенадцати. Проверив на всякий случай детей на предмет оборотных зелий и каких-то маскировочных чар, Гарри успокоился. Это были обычные мальчики. Он аккуратно, стараясь не напугать, начал будить одного из близнецов. Проснулись оба и, конечно, испугались. — Спокойно, — Гарри поднял руки, демонстрирую свою безвредность. — Я не причиню вам зла. Я из полиции. Одной рукой он медленно полез в карман брюк, доставая оттуда документ, заколдованный таким образом, что показывал нужную информацию в нужный момент. Ребята не стали всматриваться, но немного успокоились. — Собирайтесь, разговор к вам есть важный, — сказал Гарри, но не успел он договорить, как его штанина вспыхнула. Невербальным заклинанием он потушил ее и уже с большим интересом посмотрел на подозреваемых. — Кто это сделал? Мальчишки переглянулись и замотали головами, отрицая свою причастность. Тогда Гарри вытащил палочку и поджег валяющуюся неподалеку деревяшку, показывая, что тоже может играть в эту игру. Они отправились в Лондон на поезде с этой же станции. Гарри не собирался тащить детей в Министерство и пугать карами небесными. Было ясно, что это юные магглорожденные волшебники, не имеющие о мире магии никаких знаний. Так что он привез их домой, отправил в душ и накормил, решив оставить вопросы до утра. Утром, пока мальчишки (Аарон и Стефан, как они представились) ели, Гарри вертел в руках телефон. Он оставил Гермионе кучу сообщений на автоответчике, а она в ответ лишь бросила ему смс-ку «У меня все хорошо. Перезвоню». Чем она там так занята? Ее как будто в рабство взяли. Может, все-таки стоит к ней съездить? — Вы простите за вчерашнее, — закончив с едой, начал один из братьев, отвлекая Гарри от мрачных мыслей. — Я вас поджигать не хотел. Испугался просто. — Вы кур зачем крали? — спросил Гарри о главном, чтобы раз и навсегда закрыть это нелепое дело. — Есть хотели, — ответил другой близнец, опустив глаза. — Мы сначала овощи и хлеб воровали, яйца иногда, но ими не наедаемся. — Понятно. Это Гарри действительно мог понять. Голод — та еще штука. Со скитаний в палатке прошло десять лет, а воспоминания все еще свежи. Он снова подумал о Гермионе. Если бы не она, они с Роном наверняка так же таскали бы куриц, но Гермиона никогда не позволила бы опуститься до такого. — Родители где? Мальчики переглянулись, но ничего не ответили. Отправившись на работу, Гарри рассказал все, что узнал, начальству. Начальство выдохнуло и в свою очередь рассказало Гарри все, что известно о братьях. Как оказалось, они в этом году уже в Хогвартс поедут, со дня на день им должны прийти письма с сотрудником из школы. Магия у них сильная, потому-то и выдавала себя как чужеродная, а не просто магия несовершеннолетних. Родители у них есть, но такие, какие про детей вспоминают только тогда, когда за бутылкой послать надо. — Куда их теперь? — спросил Гарри. — Домой, к родителям. Они их опекуны, какими бы они ни были. И нам спокойнее. — Они сбежали оттуда и сбегут снова. — Объясни им ситуацию. Им через пару месяцев ехать в школу магии, пусть потерпят. Гарри покачал головой, но согласился. Это был один из самых тяжелых моментов в его жизни. Оставив мальчиков с родителями, пообещав, что увидится с ними, когда те пойдут в Косой переулок за школьными принадлежностями, Гарри подумал, что жизнь порой забавная, как клоун Пеннивайз. Для того, чтобы водить машину, надо получить права, для того, чтобы колдовать, надо закончить Хогвартс. А для того, чтобы сделать ребенка, не надо ничего, кроме определенных органов. Он думал, что его родственники ужасны, но каково детям, чьи родители могут не замечать их отсутствия несколько недель? Когда-то Гарри мечтал о семье, о детях. Молодой был, наивный. Какие дети? От кого? От фанаток Гарри Поттера, вроде Джинни? От дамочек, мечтающих повысить свой упавший статус, вроде сестренок Гринграсс? От кого-то из его ночных гостий? Смешно. Единственной женщиной в его жизни, которая подходила под определение «семья», была Гермиона, но она — запретная территория. Тем более, что у нее карьера, планы по завоеванию мира… Да и вообще, подойди он к ней с какими-то предложениями, послала бы подальше… И как им потом быть? Нет уж, лучше пусть все остается так, как есть. Зазвонил телефон, и Гарри выдохнул, увидев родное имя. — Наконец-то! — начал он, сняв трубку и даже не поздоровавшись. — Ты представляешь, сколько раз я тебе пытался дозвонится? — Гарри, прости, — донесся из трубки ее ласковый голос. — Ты и сам знаешь: проблема со связью, проблема со временем… Но это не важно! У меня такие новости, ты с ума сойдешь! — Ну, рассказывай! — поторопил Гарри, сгорая от любопытства. Он достаточно знал подругу, чтобы не сомневаться, что там что-то грандиозное, а не просто хорошие новости по работе. — Не сейчас, Гарри. Некоторые вещи говорят только лично. — Ты издеваешься? Она засмеялась: — Я скоро приеду. Возвращаюсь 28 июля, так что на твой день рождения буду, как и обещала. Рассказывай, как у тебя дела, пока связь опять не подвела. Связь не подвела, и они проговорили больше часа, обсуждая все на свете. Гермиона смеялась с паникеров-мракоборцев, злилась на родителей мальчиков, рассказывала, как движется ее проект. Единственная тема, которой они не касались, была новость Гермионы. Но новость, как подозревал Гарри, очень хорошая. Ее голос буквально звенел от счастья, и Гарри это радовало.

***

Дни тянулись за днями. Гарри вспомнил свои школьные летние каникулы, когда он зачеркивал числа на календаре и ждал осени. Сейчас он так же ждал 28 числа и встречи с лучшей подругой. Он ужасно скучал по ней, злился на ее начальство, отправившее именно ее в эту чертову командировку, злился даже на Америку, куда Гермиона упорхнула. Заметив как-то на улице парня в футболке с американским флагом, Гарри захотел ее поджечь. А что? Нечего ходить в Британии с чужими флагами! Все чаще его посещала мысль о том, что, возможно, все-таки стоит попробовать рискнуть. В конце концов, он взрослый человек и пора перестать бояться серьезных отношений. Тем более, что это Гермиона, а с ней ничего не страшно. — Я начну за ней ухаживать, как обычно это делают с понравившимися девчонками, — сказал как-то Гарри Джорджу. — И как часто ты ухаживал за девчонками? — насмешливо спросил тот. — Никогда, — честно ответил Гарри и задумался. День «Х» приближался. Вечером 27 в телефоне Гарри обнаружил сообщение на автоответчике: «Привет. Увидимся завтра в 19:00 в нашем любимом ресторане! Моя новость будет со мной!» Гарри собирался встретить ее в аэропорту, но так, наверное, даже лучше. Хорошая еда и вино, музыка, возможность потанцевать… Определенно лучше. Получив от доставщика шикарный букет, Гарри со стыдом признал, что понятия не имеет, какие цветы любит Гермиона. Да и не дарил он их ей никогда. Надо исправлять. В ресторане он появился ровно в назначенное время, в шикарном костюме от Армани и с букетом под мышкой. Сердце пело! Вот она, такая красивая в этом темно-синем платье, сидит за их любимым столиком у окна… с кем-то! Гарри не успел рассмотреть типа за столом, Гермиона заметила лучшего друга раньше. — Гарри! — вскочив, она кинулась обнимать друга. — Гарри, у меня такие новости! Я выхожу замуж!