Друг невесты

Гарри сидел за компьютером, бездумно пролистывая ленту новостей. Полученная информация не оставалась в голове, проходя как-то сквозь сознание. Все мысли Гарри были о завтрашней поездке в Сан-Франциско на свадьбу к Гермионе. Она отправилась к жениху почти месяц назад, и для Гарри начался обратный отсчет, который рано или поздно сведется к «ноль дней до потери любимого человека». Они почти не разговаривали с того дня, как она уехала. Понятно, что ей сейчас не до него. Наверное, даже не скучает. За последние несколько недель он столько успел прокрутить в голове. Все их приключения, разговоры, поездки. У них было столько шансов стать счастливыми, почему они их не использовали? Почему его жизнь была наполнена кучей женщин, которых он едва помнит, но ту единственную, что была для него важна, он упустил и отдал другому? Кому-то ловкому и умному, кто не стал мешкать и быстро понял, какое сокровище попало к нему в руки. Тому, кому никогда в голову не придет назвать симпатичную девчонку «сестрой» или «своим парнем». Тому, кто ее не отдаст. Огонь в камине полыхнул, и в гостиную из него вышел Кингсли. Увидев кислую физиономию Гарри, он быстро догадался, в чем дело. Министра так и подмывало сказать что-то вроде «а что я тебе говорил», но он считал себя выше этого, да и парню от подобной отповеди легче не станет. Сейчас ему нужна поддержка. — У тебя еще есть шанс, Гарри. Почти неделя до свадьбы. — А толку-то? Она счастлива! Я ее такой никогда не видел. Она его любит. — Счастлива потому, что она его любит, или потому, что любят ее? Есть разница Гарри, и тебе стоит ее выяснить. — Говорят, «если любишь — отпусти». — Кто так говорит? Слабаки? За свое счастье, Гарри, надо бороться! То время, когда ты мог его просто получить, прошло. Теперь придется доказывать, что ты — лучший. Гарри фыркнул. — Ты же его видел, Артура. Он идеальный! Он не торчит сутками в рейдах, умеет хорошо поддержать беседу, он очень понравился ее родителям. Так что муж и папочка из него выйдут такие же идеальные! — голос Гарри так и сочился ядом. Он подумал, что Гермиона сейчас довольно быстро забеременеет и позовет его в крестные, а он будет приезжать пару раз за год в Калифорнию и наблюдать за счастливым семейством. Из доброй и заботливой Гермионы точно получится прекрасная жена и мама. — Гарри, идеальных людей не бывает, — спокойно призвал Кингсли к здравому смыслу. — Они знакомы всего три месяца, вместе не живут. Они едва друг друга знают и пока что себя показывают с самых лучших сторон, как это бывает во время букетно-конфетного периода. А вы дружите больше пятнадцати лет, знаете друг о друге все и по-прежнему любите друг друга. Это действительно было правдой. Еще несколько лет, и можно будет отмечать двадцатилетие их дружбы. За эти годы они видели друг друга всякими, в самых сомнительных, тяжелых и нелепых ситуациях. Они давно приняли друг друга такими, какие они есть. И если у Гермионы и были какие-то недостатки, то Гарри их или не замечал, или таковыми не считал. Конечно, Гермиона может быть немного занудой. Но разве это недостаток? Она вообще становится очень милой в такие моменты. Она эмоциональна и может расплакаться. Обычно, это невероятно раздражает, но только в других женщинах. Слезы Гермионы вызывают желание утешить и оторвать голову тому, кто стал их причиной, а не сбежать подальше. — Так что езжай в Штаты и привези свою женщину обратно! Гарри усмехнулся и кивнул. Возможно, это именно те слова, которые были ему нужны. — И, кстати, передай Гермионе, что новое заживляющее средство от магических ожогов, которое она передала, в больнице св. Мунго приняли очень хорошо. Оно просто идеально. — Конечно. Это же разработка Артура.

***

Гарри стоял перед уютным голубым домиком в викторианском стиле и недоумевал. Порт-ключ из Лондона перенес его в Нью-Йорк, а оттуда, до указанного адреса в Сан-Франциско, он добирался уже самостоятельно. Из того, что он знал об Артуре, он ожидал увидеть огромный особняк, а не рядовой дом. Да и жили Кинги, кажется, в волшебном городке, рядом с Сан-Франциско, а не на одной улице с магглами. Пожав плечами, Гарри решительно постучал в дверь. Через минуту дверь распахнулась и у него на шее повисла любимая подруга. Вдыхая родной запах, Гарри так крепко обнял ее в ответ, что даже оторвал от пола. Сердце радостно забилось. Черт возьми, как же он скучал! Не желая упускать ни момента близости, Гарри положил на шею Гермионы ладонь и нежно поцеловал в щеку. Ах, как велико было желание спуститься поцелуями по этой розовой щечки к губам. Но не в гостиной, где полной народа! — Проходи, Гарри, — предложила подруга и, взяв его за руку, втащила в дом. — Все в сборе, ждали только тебя. Как оказалось, в доме уже были все, кого Гермиона пригласила на свадьбу, хоть таких и было не много. Ее родители, подружки невесты и Билл с Невиллом, которые шли, как «+1». Должны были прибыть еще Рон с Джорджем, но из-за проблем с порошком тентакулы, используемым в некоторых из их товаров, им пришлось заниматься менее приятными вещами в центре мракоборцев. Гарри уже знал, что Уизли придется выплатить хорошие штрафы, чтобы продолжить бизнес. — Для чего ждали? — Чтобы отправиться в дом Артура. Видишь ли, по традиции жених и невеста могут жить в одном доме только когда начинается обряд свадьбы и проходят торжества. Так что мы с Артуром за это время почти не виделись. Гарри довольно закивал, соглашаясь с вековыми традициями американских колдунов. — Можно было бы трансгрессирвать, но я решила, что на машинах будет лучше. Вы сможете посмотреть город, а я тебе как раз все расскажу по дороге. Когда они вышли из дома, Гермиона указала Гарри на желтый фольксваген «жук» и села на водительское кресло. После того, как все расселись, их маленькая процессия из трех машин двинула в путь. Мимо проплывали красоты Сан-Франциско, но Гарри было не до них. Он любовался Гермионой и ее легкомысленным сиреневым платьицем, демонстрирующим бедра. А между тем Гермиона вводила его в курс дела. В машине они были одни, и она могла говорить свободно. — Как оказалось, у чистокровных волшебников полно различных традиций, связанных со свадьбой и огромное количество семейных ритуалов. — сидя за рулем говорила подруга, — Практически всем занимается семья мужа, а от невесты и ее семьи требуется прибыть на свадьбу и поучаствовать еще в каких-то ритуалах. — И со скрываемым неудовольствием добавила, — Ты представляешь, я даже не видела своего платья! — Так зачем же ты приехала так рано? — с обидой за потерянное время, спросил Гарри — Могла бы и в Лондоне дождаться свадьбы. — Ты прав. Мне следовало ответственнее подойти к знакомству с магическим браком. Мой опыт основывался на свадьбе Билла и Флер, но я не приняла во внимание, что это другой континент, и сейчас нет войны, которая многое меняла. Так что я сейчас в полной растерянности. Я смотрела в библиотеке, уточняла у многих знакомых, но почти все говорят, что в каждой семье свои традиции и ритуалы. Гарри покачал головой. Он вообще не одобрял магических браков, которые были практически не расторжимы, а сейчас к этому, Кинги добавят своих ритуалов с неизвестно какими последствиями. А с другой стороны — Гермиона умная девочка. Возможно она сама поймет, что все эти магические штуки в отношениях — вещь лишняя и пошлет своего Артура. Что бы подруга не сочла его равнодушным к ее проблемам, он взял ее руку и спокойно сказал: — Что бы там ни было, мы обязательно во всем разберемся. Как всегда. Она благодарно улыбнулась и вернула свое внимание дороге. — О, вот мы и подъезжаем, — оживилась Гермиона, минут через двадцать, после того, как они пересекли мост Золотые ворота и двинулись дальше на север. Все, что Гарри на данный момент видел, это огромный пустующий кусок земли у океана. Это было странно для Золотого штата, где каждый фут земли ценился очень высоко. Но иллюзия быстро развеялась, как только он почувствовал пересечение магической границы. Сейчас он видел перед собой живописный городок, чуть больше Хогсмида. Уютные домики располагались по обеим сторонам широкой улицы. Они же продолжили свой путь к дому на некотором отдалении от остальных. Приближаясь к нему, Гарри скоро мог разглядеть величественный трехэтажный особняк бледно-розового цвета, украшенного лепниной во всех местах и вызывавший стойкую ассоциацию с пирожным. Их уже ждали. На подъезде к дому выстроилась вся большая семья Кингов во главе с Артуром, а также прислуга. Несколько улыбчивых домашних эльфов в идеально чистых белых полотенцах. От Гарри не укрылся взгляд Гермионы на эльфов. Хоть с годами она и оставила мысль об отмене рабства эльфов, поняв, что ей такое не по зубам, но сам факт рабовладения принимала в штыки по-прежнему. — Любовь моя! — быстро подошел к машине Артур. Он помог Гермионе открыть дверь и выйти, после чего заключил ее в крепкие объятия и поцеловал. Гарри посоветовал себе успокоиться и отвел взгляд от этой парочки. Взгляд, как назло, уперся в зеркало заднего вида, фиксировавшее сие непотребство. Объятия становились все теснее и теснее, а Артур набрасывался на Гермиону своим ртом с таким напором, словно пытался съесть. Терпению Гарри конец пришел довольно быстро. Он вышел из машины и хлопнул дверью с такой силой, что эти двое бесстыдников отскочили друг от друга. — Привет, Артур, — вспомнил Гарри о хороших манерах и протянул руку. — Рад снова тебя видеть. Какое-то время ушло на то, чтобы все перезнакомились. Отец Артура оказался вежливым флегматичным мужчиной, которого кажется вообще ничего не интересовало. Зато это компенсировала миссис Кинг, гиперактивная леди, с удовольствием рассказывающая о достоинствах своего сына и между делом представляющая других членов семья: всяких тетушек и дядюшек, кузенов и кузин, разной степени дальности. После знакомства, гостей повели расселять по комнатам. Первыми свои апартаменты получили родители Гермионы, а потом подружки невесты. В конце остались только Гарри и Гермиона. Гарри так же предоставили комнату в гостевой части дома, а вот Гермиону уже повели в хозяйскую. Миссис Кинг хихикнула и сказала: — Конечно, милая, я все понимаю. Знаю, как тебе хочется ночевать с Артуром, но придется потерпеть. Традиция, ничего не поделаешь. Жених и невеста не должны иметь связи минимум месяц до свадьбы. Гермиона лишь кивнула. Кажется, это был не первый раз, когда ей говорили о каких-то традициях и ее это начинало утомлять. За то Гарри, теперь-то наверняка узнавший, что у его подруги давно ничего с этим типом не было, понимал, что спать сегодня будет лучше, чем вчера. Однако, расслабляться нельзя. Гарри уже осознал, что никакими ухаживаниями тут делу не поможешь, тот поезд ушел. Все, что он сейчас может сделать — это честно признаться ей в своих чувствах и надеяться, что это взаимно. Если же она скажет, что он для нее все-таки только друг или, прости Господи, брат, ему придется это принять, как бы больно не было. Но еще сильнее, Гарри боялся услышать в ответ — «поздно». Узнать, что когда-то он представлял для нее интерес, как мужчина, но время, поведение самого Гарри или Артур, вытеснили это чувство. Он вздохнул и принялся разбирать вещи. У него еще есть несколько дней. Надо оттащить Гермиону от ее свиты и поговорить начистоту. А пока что надо собираться на ужин. Как сказала миссис Кинг, сегодня гости увидят и услышат нечто прекрасное. Мантии Гарри никогда не любил, так что ограничился классическим темно-синим костюмом-тройкой и белой рубашкой. Спустившись в столовую, он нашел там почти всех. Взгляд сразу нашел в толпе Гермиону. Точнее, сначала он увидел ее обнаженную спину в шикарном вечернем платье. К сожалению, Гермиона была занята своим женихом. Они стояли у горящего камина очень близко друг к другу, а Артур легко проводил пальцами по этой потрясающей спине. Смотреть на это Гарри не собирался. Расправив широкие плечи, он направился к ним с улыбкой и приветствиями. — Артур, я слышал от твоей мамы, что сегодня вечером нас ждет что-то невероятное, — начал Гарри. Ему было все равно что там приготовила миссис Кинг, он просто хотел переключить внимание на себя. — Не расскажешь, что именно? Артур скромно улыбнулся своей голливудской улыбкой и ответил как-то немного застенчиво: — Мама как всегда. Не будет там ничего невероятного, — и, повернувшись к Гермионе, добавил: — Я просто хочу спеть песню о любви для моей будущей жены. Я хочу, чтобы все знали, как сильно я тебя люблю. — Ох, Артур, это вовсе не обязательно! — воскликнула Гермиона. На что Артур улыбнулся и галантно поцеловал ей руку. Гарри не знал, как на это реагировать. В очередной раз злиться на Артура за то, что он еще и серенады поет? И наверняка, хорошо поет! Или радоваться тому, что соперник все же допустил ошибку? Уж кто-кто, а Гарри прекрасно знал, что Гермиона не большая любительница публичных проявления чувств, и уж тем более, таких пафосных. Любовь — это дело двух человек. И Гермиона куда выше оценила бы песню о любви, спой Артур ее не на показ, а только ей. Ужин прошел спокойно. Все приглашенные были взрослыми интеллигентными людьми. Никто не напивался, не конфликтовал. Разве что Полумна, сидевшая рядом с Гарри, выпила уже полбутылки красного сухого и кажется для нее это было перебором. Но и она просто сделалась еще милее, чем обычно. Джинни, смотрела на подругу с легкой завистью и вожделенно поглядывала на бокал с вином. Когда ужин начал подходить к своему логическому завершению и гостям подали десерт, слово взял Артур. Выйдя из-за стола на середину столовой, он взмахнул палочкой и инструменты за его спиной сам собой начали играть нежную мелодию. Гарри закатил глаза. Правильно, надо еще и свои магические навыки показать, куда же без этого? — Леди и джентльмены, я прошу вас уделить мне несколько минут своего времени. Пользуясь тем, что сейчас здесь собрались самые дорогие для нас с Гермионой люди, я хочу рассказать всем вам, как сильно я люблю эту женщину, — он протянул руку в направлении своей невесты. — Прошу тебя. Неловко улыбнувшись, Гермиона встала и вышла на импровизированную сцену к жениху. Гарри в упор уставился на подругу, пытаясь по ее взгляду считать реакцию на столь откровенное признание. Она слегка покраснела и смутилась, опустив глаза. А что она скажет ему, Гарри? Он не успел додумать реакцию Гермионы на его признание в любви, потому что Артур запел. Запел, и это было… Ужасно! Голос Артура, обычный голос мужчины в разговоре, превратился в жуткий фальцет, окончательно срываясь в некоторых местах. Да и в ноты он почти не попадал. Худшего исполнения Гарри не слышал даже в отеле в Египте, где они с Гермионой как-то отдыхали. Там, на вечере караоке, пьяные немецкие туристы несколько часов подряд показывали все, что могли выдать их голосовые связки. Больше Гарри и Гермиона в Египет не ездили. А Артур все пел. Песня и впрямь была о любви, верности, семье. И, вероятно, в другом исполнении она была бы прекрасна, но сейчас на Артура просто хотелось наложить заклятие силенцио, что бы он наконец заткнулся. Гарри перевел взгляд на Гермиону. На ее лице застыла приклеенная улыбка, на лицах ее родителей тоже. Кажется, со стороны невесты только пьяненькая Полумна получала удовольствие от концерта. Но вот песня завершилась бурными овациями. Гарри тоже хлопал. От радости, что эта пытка наконец-то закончилась. Как только аплодисменты стихли, Артур посмотрел на свою будущую жену, явно ожидая похвалы. — Это было… было… Артур, я от тебя такого не ожидала! — наконец-то подобрала слова Гермиона. — Да, милая, — сказала миссис Кинг, — не просто же так я вас предупреждала днем. Знаешь, Гермиона, Артур начал петь в очень раннем детстве и всегда это очень любил. — Правда? Он мне не рассказывал. — Он у меня такой скромняга! Но, на самом деле, Артур поет дома почти каждый день. Моя дорогая, я чувствую, что мы станем прекрасной семьей. Каждый вечер мы будем собираться у камина и слушать, как поет мой сын.