Зеркало

      — М…м…       Чувствую, на этот раз организм хуже перенёс инъекцию — мычу и мычу, толка нет. Скоро вряд ли удастся заговорить. Озноб во всём теле не осаживается, как раньше, а натягивает все мышцы сильнее. Холод сдавливает, крепко сжимает, душит. Почему? Что такое? Так же не должно быть…       Обращаюсь к помощнику беззвучно, зову по имени шевелением губ.       «Да», — она слышит и молниеносно реагирует.       «Что происходит?»       Не понимаю своё состояние, но, если задуматься, причина тут может быть только одна — сбой. А вот моего организма или в системе жизнеобеспечения капсулы, предстоит узнать.       «Луч прошёл в непосредственной близости», — ответил Голосовой помощник короткой фразой, что сразу объяснила всё.       В космосе много разного, как изученного, так и не очень. Луч — то, с чем человек, можно сказать, смог управиться. Почему только можно сказать? С явлением почти невозможно совладать на практике. Когда-то их вовсе не разделяли и не различали, просто потому что это далеко не лучи в простом понимании слова, а заряженные частицы. Высокоэнергетические протоны и атомные ядра, что путешествуют сквозь межзвёздное пространство, разгоняясь до самых что ни на есть сверхсветовых показателей. Радиация, магнитное излучение? Да-да, они легко изменят биты внутри интегральных схем и накопителей. Кратковременные ошибки в любой электронике? Соответственно. Разрушение молекулы ДНК? Запросто. Перемешать космический «суп»? Само собой — само собой. Им многое под силу.       «Неполадка устранена. Экранирование восстановлено», — Мика продолжает сообщать обстановку. — «Вторая фаза «сна» выполнена на 63%…»       Всего 63?.. Звучало плохо.       В подтверждение её словам доктор-яйцо недовольно урчал, шипел, как кот, и более яростно тыкал острыми иглами, пытаясь привести моё тело к приемлемым показателям. Задача не из лёгких, понимаю. Мне ничего не оставалось, как покориться и просто ждать улучшений, действий, что вернут меня к жизни. Попутно уточняю у Голосового помощника другое — сколько ускорительных потоков я проспал?       Искренне радуюсь, что из девяти один оказался максимальным. Ведь, чем дальше углубляюсь, тем выше вероятность найти то, что я ищу. Или же… Есть ещё одна причина, по которой стоит стремиться только вперёд. Вернее, старая как мир, не изжившая себя теория. Она сидит внутри каждого, кто хоть немного соприкасался со вселенной и её законами. Достигнув предела космического пространства, можно вернуться назад, то есть, к «началу». Но лично я не представляю его. Вывернуть время, по моим соображениям, это как вывернуть мягкую игрушку-вывернушку. Из жирафа получится крокодил, а из дельфина — морж. За искажением времени неизбежно деформирование пространства. Или хуже того, как вариант, последует полнейший мрак. Поёжился от этих мыслей и представления «начала начал».       Прошло немало времени, прежде чем я смог не сразу, но всё же подняться. Ноги тряслись, всё тело пробивала дрожь. Еле-еле переступая, направился к панели управления капсулой. Мика не прекращала болтовню, детально расписывая все вычисления на далёкое будущее, предполагаемый маршрут. Я лишь бесстрастно наблюдал за пульсирующим радаром, игнорируя готовые разметки, траектории, идеальное сведение цифр.       Кто сказал, что это правильно, кто сказал, что я этого хочу? Провести всю свою жизнь вот так? Кто? Отец? Мика? Я? Валяться в беспамятстве или же бестолково пялясь в тёмно-красную космическую плоть… Сойти с ума можно прежде. Да уже, прямо сейчас!       — Это что? — указал в монитор сканирования. — Объект lk749е732… — проговорил прикреплённое к нему случайное обозначение фиксирования.       — Неопознано.       — Сигнал не дотягивается? — я уточняю на всякий случай. — Или не определить состав?       Так-то основная часть объектов вокруг — что-то на первый взгляд непонятное, но, если рассмотреть, «покрутить», можно сопоставить составляющие и сделать смелый вывод. Что болтается в космосе? Много чего. В основе водород и гелий, да? Остальное — те элементы, что и дают подсказки.       Мика отобразила таблицу соответствия интересующего меня lk749е732 и все ранее собранные о нём данные. Действительно, непонятно, что оно такое. Тем и интересно. Загадки всегда заставляют подумать, а мой мозг точно истосковался по разминке. Пялюсь, не могу оторваться.       — Наблюдай за ним, — выдал я и тут же получил на один из экранов полную исходную кодировку.       Подставляю недостающие связующие и элементы, пользуюсь грубым подбором «на глаз», продумываю истинную форму. На что похоже? Не пойму. Пересматриваю потухшие отметины, оставленные потоками, сравниваю скорость. Что-то не так…       — Пересчитай, — вовлекаю Мику в процесс.       — Длительность обработки составляет…       — Давай быстрее, — подгоняю её.       Скорость объекта отличалась от остальных в заданной точке. Невозможно! Обычно её создаёт поток, тела движутся на выходе одинаково. А тут… собственная скорость что ли?       На радаре потухли значения, зажглись новые, уже откорректированные по выделенной области.       — Выведи данные за всё время.       Рассматриваю. Ничего необычного на первый взгляд нет. Слишком мало информации, объект не так давно в поле действия сканирующего устройства. Мика листает электронные записи.       — Стоп. Вернись. Он что, останавливался? — не верю, хлопаю глазами и для верности стучу кулаком в грудь. Я точно не сплю?       — Остановка возможна, — напоминает Мика.       Это верно, можно потерять движение до полной остановки, удачно приметив магнитное поле туманности. Но шутка в том, что скорость возобновилась и сравнялась с предыдущими показателями. Как? Вот как?       Два одинаковых минимальных потока? Один выплюнул, другой подхватил?       — Нет, не похоже, — дал вывод вслух. — Молния не бьёт в одно место дважды, — именно эта ассоциация пришла в мою голову.       — Миф, — не согласился голосовой помощник. — Электростатическому разряду абсолютно всё равно, был ли он там раньше или нет, как и космическому лучу соответственно.       Я только хмыкнул. Глупо сравнивать земное природное явление и космический луч, хоть кое-что общее всё же имеется.       Пока копался в расчётах и разбирался по полной, сопоставлял, доктор-яйцо разволновался не на шутку, пищал и зазывал.       — Пора провести диагностику, — Мика тоже не могла промолчать. — Пробуждение раньше срока имеет серьёзные последствия.       Сперва я вовсе не обращал на них внимание, будто не слышал. Увлечён. И только после второго или третьего напоминания и просьбы к осмотру отреагировал согласием. Но прежде дал чёткие инструкции:       — Не выпускать из прослеживаемой зоны. Максимально приблизиться.       Если загадочный объект не попадёт под новую ускоряющую волну волшебным образом, как он, по-видимому, умеет — догнать его можно. Подстроиться под траекторию и детально изучить. Он странный. Или мне так только кажется? Могу ошибаться, да? Ошибаться, как все, как любой человек, как мой отец… От одной мысли о нём почувствовал слабость сильнее, а голова закружилась. Он…       Он так желал вернуть жену к жизни, что стал грезить тем, о чём простому смертному подумать дурно. А именно — внеземными цивилизациями. Почему ими? Объяснимо. Он — астроном, вся его жизнь прошла в проектировании и научных исследованиях небесной механики. Ничего другого он попросту не мог представить. На пути к нервному срыву психика всего-то нашла утоптанную тропку и поскакала по ней без препятствий. Каждый может согласиться с ним, что в действительности мы не одиноки. Где-то есть цивилизация или даже не одна, более развитая, успешная в своих начинаниях или, наоборот, примитивная и непримечательная. Хорошо, предположить можно, но как доказать? Отец отправил меня в прямом смысле в никуда, за тем — не знаю чем. При самом удачном раскладе мать мне не вернуть, она мертва, давно мертва. А что, если отец отослал меня не просто так, за каким-то лекарством, а… направил к самому Господу Богу?       Потёр переносицу, проморгался, я… Много копошусь и всё не о том. Буквально заставил себя и улёгся в «яйцо» для диагностики. Почему «доктор» имеет такую форму? «Курица или яйцо?» Вот тоже интересно. Отчего такими вопросами я не задавался раньше, глядя на него? Почему только сейчас замечаю странности? Почему всё, на что бы я ни посмотрел, вызывает навязчивость? А. От скуки? Точно! Мозговая активность, как космический луч, набирает скорость по шкале. Организм пытается компенсировать упущенное, и, если меня не запереть в «яйце», не накачать успокоительным, я мог бы начать не только заново придумывать велосипед. Заняться священнописанием, слагая стихотворные строки на древнем, давно забытом языке.       На тёмном экране управления загорелись несколько отметин, они отражались в остеклении моей «постельки» и раздражали глаза. Мика выполняла указания, вводила коррективы, меняла курс капсулы. Я только внимал щелчкам и скрежету машинной части, доносившимся из другого отсека.       — В квадрате F58#⅔ вероятность потока возросла на 9%, — объявила она.       Не вижу монитора под таким углом, лишь танцующие блики разноцветных индикаторов. Я предчувствовал? Был прав? По памяти быстренько восстановил разметку, те самые обозначения.       — Дай газу! — воскликнул так, словно она меня может не услышать. — И пересчитывай давай.       — Выполняю, — в доказательство тому появились новые световые точки и тряска. Капсула набирала скорость, продавливая себе путь в пространстве.       — 15% вероятности, тела начали движение, скорость объекта lk749е732 возросла.       Сжал кулаки, сосредоточился. Я нервничал? Абсолютно нет. Быстрее всего радуюсь своей внимательности и просто жду результатов. Доктор-яйцо просигналил с новой силой и моргнул противными светодиодами.       — Инъекция готова к использованию, — Мика расшифровала свист прибора.       — Не сейчас, — я хотел дождаться новых данных. Не упустить.       Если lk749е732 подстроится, в чём я почти уверен, соответственно, заложит простейшую кривую для входа в луч, мне ничего не остаётся, как выпустить стыкующие элементы и в последний момент изменить направление, развернуть корпус капсулы кувырком.       Я быстро поделился с Микой своими соображениями и навигационными установками, она их подхватила:       — Шлюзы открываются. Вероятность столкновения 84%…       Казалось, всё идеально, но в последний момент может что-то да измениться. С одной стороны, полная дурость попытаться «ухватиться» за мчащийся мимо тебя огромный «булыжник», когда ты толком и не понимаешь, что оно такое, может, и не булыжник вовсе. С другой, ничего не теряю. Я уже чувствую себя не очень бодро всего за два укола. Дальше — хуже, уверен. Допустим, третья доза не вытянет все мои силы, и я проснусь. А дальше что? Вернее, «кто». Я точно не выдержу три бодрых земных года в консервной банке, я ж не тунец!       Мика молчала, но я и так понимал, что все идёт как надо. Опоясывающие меня ремни защёлкиваются, стекло «яйца» медленно запотевает — температура меняется. Капсула собирается бросить «якорь», проверяет состояние крепления, заодно готовится ко всем остальным тяготам, что принесёт с собой ускорение и радиация, выпирает элементы экранирования.       Мое тошнотворное состояние усиливается, накатывает сильнее, и я наверняка был бы готов блевануть завтраком из глазуньи с беконом, если бы у меня была такая возможность. Но я не ел уже много…       Укол. Неприятно и больно.       — Вероятность…       Я уже не слышал Голосового помощника. Всё, что успел — подумать о том, как вышло, что моя жизнь превратилась в сплошную вероятность и её процентное соотношение.       Доктор отключил меня, ввёл в «сон». Я не знаю, насколько всё пройдет удачно. Выйдет ли вообще. Результат узнаю, как только проснусь. Позже. С обнадёживающей вероятностью в 86%.

***

      В ушах звон или непрекращающийся стук, не разберу, как будто и то, и другое сразу. И если в прошлые разы я мог хотя бы мычать или коротко стонать, на этот раз вовсе не способен издать звук. Слепые глаза широко открыты, но я не паникую, ведь уже знаю, надо время, пока зрение вернётся. Ждать, надо просто мирно ждать, расслабиться и…       И тут без того окоченевшее тело покрылось новой волной холода, ведь я почувствовал необъяснимое… Да, это ощущение внезапное, колкое, пугающее — когда на тебя кто-то пристально смотрит. Я бы обязательно повернул голову, а возможно, и весь корпус к источнику, если бы только мог пошевелиться. Или извивался бы и пытался спрятаться, но опять же, не в силах. Что за чёрт? Какое-то дурацкое опасение не просто пронеслось мимо, вцепилось. Шум в ушах усилился, вернее, стал отбивать учащённый ритм.       Теперь я точно понял, что за звук закладывает уши, как только он стал разборчивее, превратился в пульсацию. Сердце разгоняет кровоток, сжимается раз за разом, глушит. Сознание включилось раньше, чем нужно, и оно не особо ясное. А как ещё растолковать чужое присутствие и непонятное волнение.       Свет! Залитые чернотой глаза реагируют остро, инстинктивно сужая зрачки, хочется закрыть веки, зажмуриться. Я прихожу в себя. Доктор-яйцо завизжал громким неприятным писком, он открывается, ура. Это означает, что второй отсек капсулы стал «обитаем». На самом деле, не так просто создать комфортные, человеческие условия далеко за пределами Земли. И тут не только кислород, приемлемая температура, имитация гравитации…       — Ну наконец-то, — прозвучало где-то совсем близко.       А?.. Добравшийся до моего слуха голос поднял очередную леденящую волну по всей коже, и я дрогнул. Почему? Да потому что никогда прежде не слышал его.       «Кто здесь?» — на полном серьёзе задаюсь вопросом.       Это не мой помощник, что точно, голос мужской. И не отец, если вдруг подсознание сыграло со мной злую шутку. Его короткое сообщение я удалил давным-давно, оно не может воспроизвестись случайным образом. К тому же, это не он!       — Просыпайся.       Что-то дотронулось до щеки практически невесомо, и, хоть все мои рецепторы только приходят в норму, я чётко ощутил касание. Завопил ошарашенно — «Мика-а-а!», но сразу понял, что я ещё полностью одеревенелое создание, кричу беззвучно, ни один мускул на лице не дрогнул. Она не услышит меня.       Кто это, что это, как возможно?       Уверен, челюсть клацнула от ужаса, сцепила зубы. Сотни самых бредовых фантазий, все, что когда-либо слышал или видел, мигом вскружили голову. Пытаюсь быстро рассортировать их, распределить по категориям. Первая — я тронулся. Галлюцинации как следствие длительного перелёта. Шутки шутками, а вероятность существует, немало факторов давит на психику, научно доказано. Вторая — инъекция. Очень может быть. И хоть раньше я неоднократно тестировал её на себе, но, само собой, не в таких количествах и дозах. Новости и сдвиги вполне могут приключиться. Третья — капсула была перехвачена неизвестной мне формой жизни. С одной стороны, это финиш, можно радоваться, по сути, я тут именно ради этого. Но…       Не просто «но», а чёткий алгоритм действий. Сколько видов инопланетных созданий существует? Много? Нет, на самом деле, всего один — опасный. Не так важно, кто это или что: любой способен убить. Человек, хоть и сидит во главе пищевой цепочки Земли, и Земли — главное слово, а тут я на чужой территории.       Сделал вдох, задержал, не без труда сомкнул веки. Не стал раньше времени делать вывод, склоняться в какую-либо из сторон. Нужны факты, и я обязательно их получу, как только смогу окликнуть Мику. Немного терпения, совсем чуть-чуть.       Один, два или три? Всё перебираю варианты произошедшего. Три — самый шаткий. Несмотря ни на что, доктор не откроет защитное остекление добровольно, если бы мне хоть что-то угрожало, правильно? Абсолютно.       Шаги? Почему я не слышу отчётливо шагов? Странно. Это «что-то» отдалилось, а посторонних звуков нет. В том и дело! Не понимаю. Где тяжесть поступи, скрежет или… да что угодно, какое-то характерное звуковое сопровождение незваного гостя должно точно быть. Неприятный металлический грохот или скрежет волочащегося длинного шипастого хвоста, пенящаяся слюна, что, стекая, шлёпает на пол и, возможно, дымится…       «Мика…» — смог беззвучно прошептать.       «С пробуждением», — она отреагировала абсолютно безмятежно.       Мне бы её полное спокойствие и невозмутимость!       «Что происх…» — не успел, оборвал свой немой вопрос, тихий, еле уловимый брязг приближался. Брязг? И я задохнулся в мысли… Что же это?       Увидел. Глаза распахнулись от страха и неопределённости, уточняя нависший надо мной силуэт, нехотя фокусируясь. Охнул сразу. Чего я ждал? Невозможное! Самые бредовые воплощения и формы. А по факту это был всего лишь… робот. Типичный робот?! Робот? Что?! В мою душу сразу закралось великое сомнение в своём здравомыслии и в чёткости зрения. Ослабшей рукой со всех собранных воедино ничтожных сил потянулся к нему, дрожа и скуля, уцепился в абсолютно белый каркас. Робот!       Простейшие человекоподобные механизмы — не новинка. Их много, и, хоть они имеют разное назначение и функции на планете, в космосе бесполезны. Да-да, одним махом можно развеять прекрасные и зрелищные фантазии на тему космических войн и армии непобедимых андроидов. Почему? Это далеко не их среда обитания. Если коротко, им нужны специальные условия, как и нам, живым. Не все сплавы чувствуют себя хорошо в безвоздушном пространстве, а те, что пригодны — хрупки и ненадёжны. Укрепить, покрыть спецсоставами, увешать многочисленными отражателями… Возможно, конечно. Но на выходе получим далеко не робота, а громоздкий и неуклюжий «ящик». Погодите-ка…       Мика как будто слышит мои бурлящие мысли и, собрав максимум зафиксированной информации, оглашает мне неутешительное:       «Внешнее оборудование полностью выведено из строя, капсула не откликается. Синхронизация приостановлена…»