Четвёртое. Тревога
11 января 2024 г., 18:27
Man kan undra om han helt var sig själv vid denna dystra affär vid Veprik, där man inte gärna kan påstå att han ter sig till sin fördel som fältherre. Det kunde ligga nära till hands att förmoda, ehuru ingenting därom finns nämnt, att det sista stora olycksöde, som nyligen drabbat honom i form av den stränga vintern, bragt honom till ett tillstånd av desperation…
Frans G Bengtsson «Karl XII: s levnad»
Можно задаться вопросом, был ли он полностью в себе в этом мрачном штурме в Веприке, где нельзя с уверенностью утверждать, что он действовал в своих интересах как полководец. Можно было бы предположить, хотя об этом ничего не упоминается, что последнее великое несчастье, постигшее его недавно в виде суровой зимы, доводило его до состояния отчаяния…
Франс Г Бенгтссон «Жизнь Карла XII».
Декабрь 1708 года. Украина Шведская армия была явно не в лучшем своем состоянии, даже Ольга это прекрасно понимала. На зимовку войска расположились в Гадяче и Ромнах, в последнем местечке остановился и сам Карл. И всё шло довольно неплохо, несмотря на нечеловеческие морозы, пока русские не атаковали Гадяч. Тогда король отдал приказ объединить армии, и войска, стоявшие в Ромнах, были вынуждены выдвинуться на выручку своим товарищам. Этот переход навсегда врезался в её память. Они шли день и ночь, многие замерзли насмерть вместе с лошадьми, ещё больше лишились конечностей. В итоге русские отступили, но места всем прибывшим в Гадяч не хватило, солдатам приходилось копать землянки или ночевать просто под открытым небом. Долго так продолжаться не могло, было принято решение идти дальше на восток. И несмотря на все лишения, шведская армия медленно продвигалась вперед. Январь 1709 года. Полтавская область Было холодно. Порой невыносимо холодно. Ольге доводилось видать морозные зимы и до этого, но у отца в кузне всегда было тепло. Теперь же, будучи в походных условиях, она старалась никогда не оставаться одна, даже если отношения с соседками не ладились. У короля в палатке тоже было холодно, несмотря на нагретые ядра. Впрочем, в тот вечер глаза его горели каким-то тревожным пламенем. Девушка не особо вникала в подробности боёв, она слышала, что была одержана очередная победа, и тем сложнее ей было понять, почему Карл так расстроен. За прошедшие недели он перестал прятать от неё лицо, и она разглядывала его в любой момент, когда ей представлялась возможность. Оно тут и там было покрыто шрамами разного размера и происхождения, но они вскоре стали её привлекать, потому что рассказывали хоть какие-то истории из его жизни. Вот здесь, понимала девушка, была оспина; а здесь — глубокая царапина, скорее всего полученная в одном из многочисленных боёв. Самый же заметный из шрамов расчерчивал его правую щёку, выделяясь белым, заставляя кончик рта короля приподниматься, будто тот постоянно ухмылялся. Оставалось только гадать, где и при каких обстоятельствах этот шрам был получен. В тот вечер Карл не произнёс ни слова. Лишь молча усадил Ольгу к себе на кровать и сам сел рядом. Взгляд его скользил по её лицу и телу, однако, король ничего не говорил, и совсем скоро девушка не выдержала и отвернулась, почувствовав волнение. Выдохнула так тихо, как только могла, но это, конечно, не укрылось от внимания мужчины. В следующее же мгновение рука его легла к ней на колено, собирая её юбки и проникая под них. Ольга вздрогнула, когда пальцы его коснулись голой кожи её бедра, там, где кончался чулок и начиналось нижнее бельё. Она прикусила губу и зажмурилась, сердясь на себя за свою реакцию на его прикосновения, тогда как сам король, казалось, оставался холоден. Впрочем, он отодвинул полоску ткани, особо не мешкая, ввёл палец внутрь. Она всё ещё пыталась сдержаться, однако, от происходящего у неё захватывало дух, пальцы её побелели, сжимая покрывало. Карл придвинулся ещё ближе, Ольга украдкой бросила на него взгляд, но сквозь туман собственного возбуждения увидела лишь слегка приоткрытый рот короля. Прикосновения его приводили её в состояние неги, смешанной со стыдом. Женщина и сама не заметила, как положила голову ему на плечо, почти касаясь губами его шеи. Услышала, каким частым и глубоким стало его дыхание. Потом перевела взгляд ниже и вдруг поняла, что он ласкает не только её, но и самого себя. Девушке стало жарко, она покраснела до корней волос, а между ног стало не просто влажно, а так мокро, что… мужчина приостановился и посмотрел на неё, казалось, он был удивлён. В следующее мгновение его щёки тоже запылали. Он подмял её под себя, уложив на спину, и взял тут же, резко, даже грубо. Ольга поняла, что этого он сразу и хотел, просто дал ей минуту, чтобы подготовиться. Она не возражала, ласки его доставляли ей удовольствие, а страсть его возбуждала в ней желание. Член легко скользил внутри неё, и каждое его движение сопровождалось её тихим стоном. Мужчина прижал её крепче к себе, и совсем скоро она почувствовала, как по телу его проходит волна дрожи. Он остановился, тяжело дыша, дал себе время успокоиться. Ольга молчала, зная, что он сейчас уйдёт, оставив её одну, как он делал каждый раз. Хотя пришлось признать, ей хотелось большего. Король поднялся, застёгивая штаны, она всё так же, не смея сказать ни слова, проводила его взглядом. Когда он исчез снаружи, женщина свернулась калачиком в его постели и попыталась уснуть. Однако, выходило плохо. События, только что произошедшие, прокручивались в её голове снова и снова, распаляя её ещё больше. Она запустила руку себе под юбку, коснулась половых губ, там было влажно от её соков, смешанных с его спермой. Палец её скользнул к клитору, ей понадобилось буквально несколько движений, чтобы её накрыло волной наслаждения. Девушка спрятала лицо в покрывале, чтобы заглушить свои стоны. По всему телу разлилось приятное тепло. Она заснула, не меняя позы, лишь одернув юбку, и в её снах её король снова держал её в своих крепких объятиях. *** Когда Ольга проснулась, вокруг было темно и тихо. И чертовски холодно. В палатке она была одна. Девушка усилием воли заставила себя покинуть нагретую постель, на ощупь нашла свою одежду и, укутавшись, выбралась на воздух. Обычно дежуривших снаружи драбантов видно не было, должно быть, они сопровождали короля, где бы он сейчас ни находился. Ольга спрятала нос в шарф и осмотрелась. В отдалении кое-где ещё горели костры и были слышны разговоры. Сориентировавшись, она направилась к той части лагеря, где расположились женщины. Она не хотела дожидаться момента, когда Карл вернётся и прикажет каролинерам увести её, каждый раз это казалось ей унизительным. Снег угрожающе скрипел под ногами при каждом шаге, и, в конце концов, вместо того чтобы красться, стараясь не привлекать излишнего внимания, женщина почти побежала, лишь бы скорее оказаться у своей палатки. Некоторые солдаты, стоявшие, видимо, на страже, прерывали свои разговоры, когда она проходила мимо, но не останавливали её. Наконец, когда пальцы ног уже стали подмерзать, Ольга достигла своей палатки, где жила вместе с другими женщинами и с удивлением обнаружила снаружи тёмную фигуру. Приблизившись, девушка увидела, что это была Катерина, одна из её соседок. Ольга уж было открыла рот для приветствия, но Катерина её опередила. — Что-то ты сегодня даже без сопровождения, — ехидно произнесла она, — принцесса. Ольга замерла, пытаясь понять, что происходит. — Что же ты не осталась греться со своим королём? Несмотря на мороз, Ольге вдруг стало жарко. В висках глухо застучало, она очень не хотела ввязываться в конфликт. — Пожалуйста, пропусти меня, — пробормотала она. — Ты ведь понимаешь, что ты такая же шлюха? Ольга вздохнула, догадываясь, что всё, что она ни скажет, будет неправильно. — Только у мужика твоего возможностей побольше, только и всего. Делиться надо, раз тебе так повезло, — Катерина ухмыльнулась. — У меня нет ничего. — Ну да, рассказывай. Тебе постоянно что-то передают. Что сегодня, покажи! Женщина подошла угрожающе близко, однако, Ольга вдруг улыбнулась. — То, что шлюхам дают, — с удовлетворением ответила она. Катерина немного опешила. В повисшей тишине послышался скрип снега, чьи-то торопливые шаги, сопровождающиеся дрожащим светом огня. — Больная, — бросила Катерина и исчезла в палатке. Ольга выдохнула, руки её дрожали. Только этого ей не хватало. Свет факела, как и шаги, приблизились. Ольга с удивлением разглядела знакомое лицо, это был Патрик. — Всё хорошо? — Спросил он. — Да, спасибо, — кивнула девушка, на самом деле опасаясь, что его появление сделает ей только хуже. — Тебе не стоило так убегать, — говорил он подчеркнуто медленно, — Это опасно. Ты понимаешь, что я говорю? Ольга кивнула. — Хочешь, я останусь снаружи? — Нет, нет, — она помотала головой, думая, что он определённо замёрзнет насмерть, если останется на улице в такую погоду. — Тогда доброй ночи, фрёкен. — Доброй ночи, — эхом повторила девушка.
