Шлюха Ёнбок

      Первым , что увидел Феликс, когда пересек порог дома, был Хан Джисон, облаченный в великоватую для его тела футболку Минхо, с растрепанными волосами и откровенно затраханным взглядом.       — Доброе утро.       Хан как раз был на кухне. Он стоял перед плитой, придерживая ладонью турку, в которой был сваренный свежий кофе. Омега даже не сразу понял, что кто-то ещё появился, а потому вздрогнул и едва не пролил кофе. Благо обошлось.       Феликс чуть насмешливо вздёрнул бровь. Удивительно, но Джисон казался ему очень милым и славным, несмотря на то, что они были едва знакомы, и буквально всё, что Ли о нем знал — этот омега друг Хвана и его адвокат. В принципе подобного рода информация уже не должна была его никак располагать к этому человеку, но за минувшие несколько дней многое изменилось: теперь Хван не вызывал в нём дикого желания размазать его рожу по асфальту, так ещё и Джисон каким-то немыслимым образом оказался в отношениях со своим недавним оппонентом. Это всё ещё не укладывалось в голове, да и не обсуждали они с Минхо пока эту тему, но Феликс все равно был рад. Он хорошо знал о том, что старший брат хотел бы построить крепкие отношения, вот только тяжело омеге найти для себя другого омегу.       — Вот черт!       Хан уставился на Феликса во все глаза, потом перевел взгляд на турку и выдохнул, осознав, что кофе спасен.       — Напугал?       Феликс улыбнулся. Ещё какой-то месяц назад он бы, скорее всего, начал бы ворчать, что какой-то посторонний разгуливает по кухне в его семейном доме, да еще и полуголый. Да, футболка была достаточно длинной, чтобы прикрывать зад, но красивые бёдра от лишнего внимания это никак не спасало. Прежний Феликс в принципе мог бы найти повод раздражаться в чем угодно, а порой и повода не было нужно. Но с некоторых пор многое поменялось.       Сам Феликс изменился, потому что с его тела, наконец-то, исчезло отвратительное клеймо, то, от чего он и не надеялся никогда избавиться. Метка сошла, навсегда, и это сильно повлияло на самого омегу. Он стал более спокойным и менее дёрганым, в нём всё чаще просыпались приступы нежности, он чаще улыбался и меньше огрызался, постоянно ластился к Крису и Чанбину, а еще стал более мягким. Стал куда больше похожим по характеру на своего близнеца.       Эти изменения сбивали с толку, вот только Крис в одном из разговоров крайне обстоятельно коснулся этой темы и открыл Феликсу на многое глаза. Причиной всему и правда была метка. В конце концов, это не просто какой-то шрам на теле. Когда альфа оставляет метку, он выпускает под кожу омеги свои феромоны, яд, в котором в том числе есть частицы его биоматериала. Именно поэтому метка и считается знаком принадлежности, ведь через нее альфа откладывает в омегу определённую часть самого себя. Что вообще хорошего мог бы вложить в омегу в такой альфа, как проклятый Кван Дживон? Определённо ничего хорошего. Так ещё и позывы этой метки заставляли инстинкты Феликса пойти на подчинение, а разум отказывался, что приводило его к страшной нестабильности.       Иначе говоря, Феликс не просто изменился — он стал настоящим собой, тем, кем и должен был быть всегда.       — Прости, пожалуйста, — Хан свободной рукой взялся за подол футболки и оттянул её ниже, стараясь скрыть обнаженные участки кожи. — Я не знал, что ты придёшь.       Ли кивнул.       — Я так и понял. Прости, что напугал. У меня привычка ходить очень тихо.       На сей раз Джисон усмехнулся.       — Так можно и до инсульта довести, — отшутился он. — А ты… — омега на пару секунд замер, словно что-то обдумывая. — Кофе будешь? Я вчера купил чизкейк, ещё целая половина осталась.       Должно быть, его успокоило то, что Феликс выглядел спокойным и умиротворённым, а не недовольным, как было прежде.       — Я не пью кофе, — отозвался Ли. — Заварю себе чай. Не завтракал еще с утра, а от чизкейка грех отказываться.       Джисон окончательно расслабился и даже футболку свою отпустил.       — Абсолютно согласен. Я вообще не представляю, как можно отказаться от чизкейка, это же пища богов!       Феликс лишь улыбнулся. Хан умел к себе располагать, даже несмотря на то, что оказался чересчур неуклюжим.       — А где хён?       — Он в комнате, кажется, у него какой-то очень важный разговор по видеосвязи, поэтому я решил ему не мешать.       Ли кивнул.       — Понятно.       Больше он ничего уточнять не стал. Да, у самого старшего брата регулярно были какие-то важные переговоры, даже несмотря на его отпуск, к этому семья давно привыкла. Феликс молча включил чайник, а потом привычными действиями достал из шкафчика жестяную коробку с чаем и заварил его с учетом того, что Минхо скоро к ним присоединится. Уже через несколько минут они с Джисоном мирно сидели за столом и пили каждый свой напиток, поглощая вишневые чизкейк. Особой неловкости больше не было.       — А ты ночевал тут?       Хан невольно кашлянул. Хорошо, что он в этот момент не пил кофе, иначе бы мог подавиться.       — Ага, — отозвался он. — Но это было в первый раз!       — А обычно вы с хёном по мотелям мыкались?       Джисон хихикнул, явно скрываю таким образом нервозность.       — Вряд ли можно водить домой едва знакомого человека.       — Значит, теперь у вас новый уровень отношений?       Хан отвел взгляд.       — Да, теперь мы официально встречаемся.       Феликс совершенно не удивился данному известию. Все ведь к этому и шло, так что он был только рад за брата.       — Ты поедешь с ним в Сеул или хён решил остаться здесь?       Джисон закивал. Теперь его лицо преобразилось от искренней улыбки.       — Мы вместе поедем. Он даже сказал, что поможет мне устроиться в его контору, если я захочу, но я пока в раздумьях, потому что в столице такие возможности, а я всё ещё неплохо пишу музыку. Может, смогу реализоваться в продюсерской деятельности.       Феликс невольно присвистнул.       — О, это круто, удачи.       — Спасибо,— Джисон мило покраснел. — Слушай, а ты…       Он снова замер, даже забыв на некоторое время про чизкейк.       — Что?       Джисон помялся на месте, ясно давая понять, что разговор перетёк в не самую комфортную для него сферу.       — Ты так просто к этому относишься, меня это немного удивляет.       Феликс нахмурился.       — Ты про то, что я нормально отношусь к отношениям моего брата? — дождавшись ответного кивка, Ли продолжил: — Меня это абсолютно не удивляет, я всегда знал, что хён предпочитает исключительно омег, и для меня это никогда не было чем то необычным. Я долго жил в Австралии, а там даже нет строгих брачных законов, омеги могут легко пожениться и даже не запариваться о совместном потомстве. Ни меня, ни Ёнбока личная жизнь хёна никак не напрягает, так что не парься.       Улышав эти слова, Хан снова улыбнулся.       — Это здорово. Признаюсь честно, я боялся, что ты и мне можешь морду набить, как Хёнджину.       Ли прыснул.       — Тебе-то за что? Ты ничего плохого не делал, и вообще создаешь положительное впечатление.       Джисон аж подскочил на месте.       — Ты даже не представляешь, какое это облегчение.       Они продолжили поглощать чизкейк, а сам Феликс мимоходом задумался о том, что уж кому-кому, а точно не ему осуждать чью-то личную жизнь, он сам — бесплодный омега, который умудрился оказаться в отношениях с двумя альфами, его бы самого осудили. Разумеется, омеге абсолютно плевать на чужое осуждение, но положение вещей он прекрасно понимал. А с тех пор, как он впервые увидел фото своих новорожденных племянников, это понимание увеличилось стократно.       Феликс всегда любил детей и считал их самыми искренними и честными существами. Он помнил время, когда ему довелось немного понянчиться с ребенком двоюродного брата. Тот тоже жил в Австралии, и они довольно часто контактировали, поэтому омега регулярно заходил к ним домой, чтобы взять на себя заботу о малыше и позволить новоявленным родителям немного отдохнуть. Ему нравились эти заботы. Правда, продлилось всё не так уж и долго, потому что в какой-то момент Феликса начали терзать мысли о том, что у него подобного никогда не будет. Как бы сильно Феликс не убеждал себя, что ему для счастья хватит и племянников, он прекрасно понимал, что вся эта ситуация продолжит грызть его и дальше. Он будет обожать племянников, он будет любить их безусловной любовью и всегда будет на их стороне, однако он никогда не сможет ощутить сам радости родительства.       Минхо был немного сбит с толку, когда увидел их на кухне.       — Ликси? Ты чего в такую рань?       Омега как раз допивал чай.       — Хотел предложить поехать вместе к Бокки, а ты на сообщения не отвечал. Я не знал, что у тебя важный разговор.       — Точно, — Минхо кивнул. — Разговаривал с новым клиентом, не мог отвлечься. Ты прямо сейчас хочешь поехать?       Феликс кивнул.       — Подожду, пока ты позавтракаешь.       Минхо перевел взгляд с брата на притихшего Хана.       — Давно вы успели подружиться?       Джисон засмеялся.       — Подружились бы намного раньше, если бы мы с тобой не мыкались по мотелям.       — Согласен, — тут же поддакнул Феликс. — Он классный. Мог бы и раньше сказать, что ты с ним теперь встречаешься, хён.       Минхо покосился на брата задумчивым взглядом. Он впервые был в подобной ситуации: его новоявленный парень, абсолютно голый под великоватой для него футболкой, заваривал себе кофе в их семейном доме и мило о чем-то общался с Феликсом, слишком странно, чтобы быть правдой. Младший из братьев редко так легко шёл на контакт с кем-либо, а тут сидит и улыбается, словно они с Джисоном давние друзья. А потом к ним присоединяется сам Минхо, облаченный в домашние спортивные штаны и изрядно растянутую майку. Очень необычно для них, но вместе с тем так правильно. Так по-нормальному.       — Ну, считай что только что сейчас сказал.       — Будем так считать. Неизвестно, раскололся бы ты сам, если бы я не застал вас здесь после брачных игр.       Феликс улыбнулся. Минхо хотел было возмутиться, что младший позволяет себе говорить подобное, однако быстро замолк. Слов не прозвучало. Вот таким Феликс был действительно очень сильно похож на Ёнбока. И дело было вовсе не в том, что они близнецы. Эти братья всегда казались противоположностями: Ёнбок умел сиять и располагать к себе, он тянулся к людям, всегда умел находить общие темы и очень легко заводил друзей, в то время как Феликс был отстранённым, часто грубил и огрызался, не хотел идти на контакт и в целом был довольно замкнутым.       Минхо опустил взгляд. Не стоило быть гением, чтобы понять, в чём дело. Люди не меняются настолько радикально просто по щелчку пальцев. А Феликс не всегда был таким. Когда-то он был чудесным милым ребенком, в ту пору их с Ёнбоком было вообще не отличить, потому что они сияли абсолютно одинаково — два милых сияющих дружелюбием солнышка. А потом Феликса сломали.       Но что же происходит теперь? Он снова становится тем, кем был ещё в детстве. Это из-за того, что с его тела сошла метка? Или это такое влияние его альф? Минхо не знал наверняка, в чем тут причина, но изменения в брате его действительно радовали. Казалось, будто с самого Феликса упал какой-то тяжкий груз, не позволявший ему жить полноценной жизнью. Быть может, у него в самом деле все налаживается, быть может, сейчас он начнёт действительно счастливую полноценную жизнь.       Минхо кивнул собственным мыслям. Он отчётливо вспомнил день, когда Крис расспрашивал его об имени мучителя Феликса. Его собственная просьба и последовавшее за ней обещание Криса, которое он каким-то образом филигранно исполнил. Бан заслужил его доверие, именно поэтому Минхо решил, что может спокойно вернуться в Сеул и продолжить привычную для него жизнь, на сей раз уже не в одиночку. Ведь теперь у Феликса все будет хорошо, и он заодно позаботиться о Ёнбоке. По крайней мере, в это хотелось верить.       — Так, значит, ты вернешься в столицу?       Вопрос брата вывел Минхо из потока его собственных мыслей.       — Да, отпуск заканчивается.       Тот лишь буднично кивнул, словно ничего иного он и не ожидал.       — Вместе поедете?       Должно быть, младший решил дополнительно уточнить это непосредственно у своего брата.       — Да, мы решили жить вместе.       Феликс снова кивнул.       — Круто. Совместное проживание — важная часть отношений. Помогает притереться к друг другу.       Джисон, который как раз успел допить кофе, с интересом посмотрел на Феликса.       — А как проходит ваша притирка?       — Неплохо. Я уже научился заставлять этих оболтусов отрываться от работы, чтобы заставить их поесть. Альфы — это большие дети, настолько очевидные вещи сами не вытягивают.       Хан засмеялся.       — Это точно. Именно поэтому я всегда знал, что никогда не сойдусь с альфой. С омегой лучше, да и приятнее будет.       Он перевёл взгляд на Минхо и откровенно заигрывающе подмигнул ему, продолжая улыбаться, а тот, к своей огромной неожиданности, вдруг густо покраснел.       — Дучшие иди и переоденься.       Обстановка была легкой и непринужденной, словно Хан уже давно был членом их семьи. Минхо вспоминал свои прошлые отношения, которые всегда заканчивались разочарованием, и приходил к мысли о том, что он, наконец-то, спустя долгие годы нашёл своего человека. Того, с кем все легко и понятно. Того, кто своим присутствием заставляет испытывать приятное волнение и даже краснеть. А ведь доминантный омега не из тех, кто легко смущается.       Джисон и правда отправился наверх, чтобы принять душ, переодеться и уложить волосы. Ему нужно было вернуться на съемную квартиру и заняться постепенным сбором вещей, процесс обещал быть весьма трудоемким. Минхо предлагал свою помощь, но Хан сказал, что справиться сам, так что старший получил возможность спокойно навестить Ёнбока вместе с Феликсом. Уже ближе к полудню они приехали в больницу.       В палате было крайне тихо. Хёнджин стоял перед пеленальным столиком и застёгивал подгузник на крошечном теле младенца. Он коротко поздоровался, не отвлекаясь от процесса, а Минхо устреми узор на вторую больничную люльку.       — А где…       Ёнбок приподнялся с кровати, на которой лежал.       — Привет. Мингю сейчас в реанимации. вчера вечером возникли проблемы с дыханием, но все обошлось. Его поддержат там какое-то время, в целях профилактики.       Голос звучал хрипло. Минхо широко распахнул глаза, снова перевёл взгляд на Хвана и обратно на брата.       — Что случилось?       Он приблизился к кровати и сел рядом, тут же взяв младшего брата за ладонь. Не менее потрясенный Феликс какое-то время постоял на месте. Его взгляд подольше задержался на альфе, но в конце концов он тоже поспешил к брату.       — Все то же самое, — глухо отозвался Ёнбок. — У малыша еще в утробе были эти проблемы с дыханием. Прямо как у меня, верно?       Омега постарался улыбнуться, но вышло слишком натянуто. Было видно, что эта ситуация крайне болезненна для него. Минхо сжал его маленькую ладонь.       — Проблемы с дыханием, — повторил он. — Похоже, это наследственное.       — Как он сейчас?       Настроение Феликса изменилась радикально, от былой легкости не осталось со следа. Минхо ощущал его нервозность на небольшом расстоянии и прекрасно понимал это состояние. Он понимал его намного лучше, чем можно было бы подумать. Столько лет прошло, а то ужасное мгновение, когда казалось, что один из малышей, рождённых его папой, просто умер, все так же четко всплывало в памяти.       — Сейчас хорошо, — отозвался Ёнбок. — Я уже трижды его навещал, сам лично ходил. Ему не нужна кислородная маска, он снова сам дышит, просто врачи за ним пристально наблюдают, чтобы ничего подобного не повторилось. Я ведь даже не заметил… — его голос дрогнул. — Я даже не заметил сам, что он дышит с трудом. Я просто… Я…       Из его глаз тут же полились слёзы. Минхо подался вперед, чтобы обнять его и хоть как-то поддержать, а Ёнбок уткнулся лбом в его плечо, честно стараясь окончательно не расклеится.       — Мне так жаль.       Но Ёнбок мотнул головой.       — Я оплошал, но сейчас всё хорошо. Хёнджин успел вовремя. Он заметил первым и сделал все как надо. Я не знаю, что бы со мной было, если бы он не успел,— омега выпрямился и вытер слезы. — Он успел, и это сейчас главное. Мингю жив, просто он пока не со мной. Но это временно, скоро его вернут в палату, и все будет хорошо.       — Да, конечно.       Минхо кивнул, потрясенно переваривая в голове эту информацию. Выходит, Хван спас жизнь одного из малышей? Кто бы мог подумать. И снова на ум пришел Минхек, благодаря действиям которого в своё время Ёнбок выжил. Неужели история повторяется?       — Дай его мне.       Феликс поднялся на ноги и подоспел к Хёнджину в тот миг, когда альфа, закутав ребенка в пелёнки, собирался идти к больничной люльке. Хван не стал спорить и просто осторожно передал в руки омеги малыша, а потом посмотрел на Ёнбока.       — Налить тебе чай?       Тот отрицательно мотнул головой.       — Нет, не нужно. Давай позже.       — Хорошо. Тогда я сбегаю в магазин, куплю тебе зефир, пока вы пообщаетесь. Ты ведь всё ещё хочешь зефир, да?       Ёнбок молча кивнул, так что Хёнджин, бросив последний взгляд на Минхо, словно безмолвно прося его поддержать брата, покинул палату, оставляя их наедине. Феликс любовался маленьким Бомгю, а Минхо снова обнял Ёнбока. В словах уже не было необходимости, очевидно, Хван сумел сказать то, что уже нужно было услышать омеге, который едва не потерял своего ребёнка.       Возможно, у этого вльфы и правда есть шанс хотя бы немного исправить весь тот ужас, который он натворил. Пусть старается дальше, у него хорошо получается. Если он не растерялся и спас жизнь Мингю, он может стать хорошим отцом. И уже не важно, что хорошим мужем он так и не стал. Сейчас у Ёнбока другие приоритеты.

***

      — Что думаешь?       Чонин размял плечи и посмотрел на Сынмина. Бета кивнул.       — Этот дом мне нравится намного больше. Однако очень смешно, что самым ближайшим соседом будет именно этот придурок.       Ян усмехнулся.       — Это и правда удивительное совпадение. Город не настолько маленький, чтобы мы стали соседями.       — И всё-таки мы ими станем, потому что этот дом идеален. Большая комната с панорамным окном будет детской, я уже отчётливо представляю, где нужно поставить кроватку и какие клеить обои. А крайняя комната будет нашей спальней. Стены можно будет покрасить в какой-нибудь нейтральный цвет, прибить несколько полок для книг и прикупить рабочий стол.       Взгляд Чонина был теплым, словно он наслаждался каждым словом, которое произносил его бета.       — Ты не был таким воодушевленным, когда мы смотрели другие варианты,а сейчас ты выглядишь так, будто мы уже у нас дома.       — Я именно так себя и чувствую,— согласился Сынмин. — Это наш дом, то, что нам нужно. И район хороший, все необходимые магазины в шаговой доступности, детский садик рядом, до школы не очень далеко. Джимину будет здесь комфортно.       — Точно. Он и по бюджету нам идеально подходит, сможем оплатить наличными.       Бета оторвался от любования домом, который они уже решили приобрести. Тот был идеален: не слишком громоздкий, внешне красивый, два этажа, три спальни, большая просторная кухня, идеальный санузел, уютное крыльцо и небольшой дворик. Настоящее семейное гнездышко.       — Ты уверен в своём решении? — спросил Сынмин. — Все-таки продаешь дом своих родителей, сделка еще не оформлена окончательно.       — Практически оформлена, и я этому рад. Ты сам прекрасно знаешь, что у меня не было никакого желания жить в этом доме. И неважно живы родители или нет. Нам нужен наш собственный дом, — он снова перевел взгляд на небольшой уютный дворик. — Вот этот.       Сынмин немного подумал, а потом согласно кивнул.       — Хорошо.       Бета не спорил и не предлагал своих вариантов, решение было только за Чонином, потому как это были деньги из его наследства. Он сам решил вернуться обратно в Хвасон, Сынмин решение полностью поддержал. В Пусане никому из них не нравилось. Чонин продал все, что было связано с его родителями, открыл отдельный накопительный счет на имя сына, еще какую-то сумму инвестировал в небольшое предприятие, а самой главной целью для него стала покупка дома.       Они уже успели официально оформить брак. Никаких церемоний не было, простая роспись. У любимого беты не было необходимости в проведении пышной свадьбы, а что Чонин отложил все церемонии на лучшее время. Они пока толком и не обсуждали это, потому что были иные заботы — бумажная волокита с оформлением усыновление. Это было куда важнее. Теперь Сынмин официально был родителем, Джимин стал его ребёнком. Это было удивительное чувство. Никогда прежде бета даже не предполагал, что у него будет семья — его муж и его ребёнок. Неважно, что у них с Джимином нет кровного родства. Он уже любил этого ребёнка и хотел сделать для него все, что только мог бы сделать настоящий родитель.       Сейчас Джимин находился в их съемной квартире с нянем, а Чонин и Сынмин выбирали их будущий дом. Они выбрали самый лучший район, уже хорошо им знакомый, и были довольны выбором. Оформив все необходимые документы и выкупив дом, они смогут переехать, денег на ремонтные работы у них хватит. У Джимина будет идеальная комната со всем необходимым.       — Может, проведем маленькую свадьбу прямо дома, когда все обустроим? — предложил Ян. — Позовем твоего брата с семьей и ребят из группы.       — И братьев Ли. Отличная идея.       Они были солидарны во всех решениях. Сначала обустройство дома, а потом можно устроить себе небольшой праздник. Сынмин чувствовал, что он заслуживал этот праздник, как и Чонин. Они теперь полноценная семья и могут спокойно об этом заявить, не опасаясь косых взглядов тех, кто считал бет людьми второго сорта.