Пленник

Кири внимательно смотрела на своего отца, который напряжённо разглядывал землю, явно погружённый в свои мысли. Несмотря на то, что её глаза блестели от слёз, внутри бурлила настоящая ярость из-за их недавнего разговора. Отец не только причинил боль Пауку, но теперь вёл себя так, будто поступил правильно. Семья должна быть на первом месте. Эти слова эхом звучали в её голове, снова и снова проникая в её сознание. Ей потребовалось огромное усилие, чтобы не сорваться, когда отец произнёс их, как будто Паук был просто чужаком, которого можно легко выбросить из жизни. Когда её отец поднял голову, Кири с удивлением заметила, что его глаза тоже наполнились слезами. — Я... прости меня, Кири. Я не знал. – голос его был хриплым, полным сожаления и вины, которых раньше не было. Очевидно, что её слова пробили брешь в его защитах, что-то в нём изменилось. Но несмотря на это, Кири всё ещё чувствовала боль. — Как? Как ты мог не знать, что мы заботимся о Пауке? – настаивала она, имея в виду себя и своих братьев и сестру. Джейк поморщился, на мгновение опустив голову. — Нет... я... я знал, но... – он замолчал и сглотнув. — Я не знал, что вы воспринимаете его как члена семьи. Я не знал, что он нас воспринимал как семью. Джейк сделал сильный акцент на слове «нас». Повисла тишина, и Джейк, обдумывая сказанное, заговорил снова, но теперь тише, почти шёпотом. — Паук... он ведь… равнялся на меня, не так ли? Кири кивнула. Внутри неё, как крохотная искорка, загорелась надежда. Может быть, наконец, её отец начал понимать? — Ты был его героем. – тихо произнесла она. Эти слова снова заставили Джейка закрыть глаза и опустить голову. — Я так и думал. – ответил он, звуча так, словно давно смирился с этим фактом. Спустя мгновение, он снова тяжело вздохнул, прижав руки к лицу. — Я… я всё испортил, Кири. Прости меня. Кири вспомнила, что сказала в самом начале разговора. — Извиняться нужно не передо мной. – её голос звучал твёрдо, в словах чувствовалась непоколебимая решимость. Джейк кивнул, признавая её правоту. — Я всё исправлю, Кири. Все, что нужно будет сделать, я сделаю. Даю слово. Слова отца звучали искренне, но Кири с трудом могла ему поверить. Сколько раз он уже обещал помочь Пауку? И что теперь значило это слово — «обещание», когда оно исходило от него? — Ты уже обещал... – она не скрывала раздражения в своём голосе. — Знаю и не скрываю этого. – Джейк выглядел виноватым. — Да, обещал. И подвёл всех. Но на этот раз все будет по-другому. Клянусь, я заглажу свою вину перед тобо… перед Пауком. Кири на мгновение опустила взгляд. Его голос звучал искренне. Она хотела доверять ему, но уже обжигалась раньше. И всё же что-то в его словах, в тоне, заставило её задуматься. Возможно, её отец действительно начал видеть Паука. Она снова взглянула на отца. — Ты правда хочешь всё исправить? Джейк кивнул, его взгляд был серьёзен. Кири глубоко вдохнула, готовясь задать важный вопрос. — Ты извинишься перед Пауком? За всё? Лицо Джейка напряглось, но он всё же кивнул. — Я постараюсь. – тихо ответил он, словно понимая, что это может быть самым трудным испытанием, с которым ему предстоит столкнуться. Кири замерла на мгновение, обдумывая свои следующие слова. Ей было тяжело, но она не могла позволить себе рискнуть снова. Не после того, что случилось. — Ты поговоришь с мамой, чтобы она больше не причиняла ему боль? Ты остановишь её, если она снова попытается навредить Пауку? Джейк закрыл глаза, словно пытался сбежать от этого вопроса. — Кири… — Папа, я серьёзно. Ты будешь защищать Паука? Ты сможешь его уберечь? – её голос был строг, в нём слышалась не только просьба, но и требование. Наступила тишина. Кири начала сомневаться — а вдруг он откажется? — Я... я попробую. – наконец, тихо сказал Джейк. — Я поговорю с твоей мамой. Кири посмотрела на отца. Было больно признавать, но она не была уверена, сможет ли поверить во что-либо из этого после всего случившегося… Нужно надеяться. Нужно верить, что для её брата может наступить хоть какая-то справедливость и безопасность. — Где Паук? – спросил Джейк, глядя на дочь с явной тревогой. — Я не знаю. Я его не видела со... вчерашнего дня. – ответила она, и в её голосе прозвучала бессильная тоска. Она провела всю ночь в его поисках, но так и не смогла его найти. — Давай найдём его. Вместе. – предложил Джейк, его голос был мягче, но полон решимости. — И я сразу же поговорю с ним. Кири мгновение колебалась, прежде чем, наконец, кивнуть.

***

Паук неподвижно наблюдал за тем, как волны яростно разбивались о берег. Он не делал ничего иного почти весь день, лишь сидел и смотрел на воду. После того как он ушёл от отца, вернулся сюда — на то же место, где пытался уснуть прошлой ночью. Но теперь всё было по-другому. События вчерашнего дня показали ему одну горькую истину: здесь его больше ничего не сдерживало. Он никогда не сможет наладить отношения с семьёй Салли. Глупо было даже надеяться на это. Всё, что у него теперь осталось — это его отец. Единственное, чего он хотел — быть рядом с ним. Паук перевёл взгляд вдоль побережья, туда, где, вдали, едва виднелась хижина, в которой держали Куоритча. Сегодня этот вид вызывал у него странное чувство тревоги. Мысль о том, что он собирался сделать, наполняла его ужасом. Ещё несколько часов... Когда Паук в очередной раз оглядел пляж, он заметил две фигуры. Его сердце болезненно сжалось, когда он понял, кто это: Джейк и Кири шли по берегу, явно что-то или кого-то ища. Они искали его. Первым порывом Паука было бежать и спрятаться. Стыд и страх, особенно перед тем, что он собирался совершить, захлестнули его с головой. Но что-то внутри остановило его. Если всё пойдёт по плану, это мог быть его последний шанс увидеть людей, среди которых он вырос. И если это была его последняя встреча с ними, он должен был поговорить с Кири. Хоть один, последний раз. Вместо того чтобы убежать, Паук остался на месте, ожидая, когда они его заметят. — Паук! Он услышал, как Кири окликнула его и бросилась к нему. Тихо выдохнув, он собрался с мыслями. Кири остановилась в нескольких шагах от него, осторожно, словно боялась подойти ближе, будто он был диким животным, которое может в любой момент убежать. — Паук? – её голос был наполнен тревогой и нежностью. — Привет, Кири. – тихо ответил он. — Я всю ночь искала тебя! Ты... в порядке? Забота в глазах Кири заставила сердце Паука сжаться ещё сильнее. Несмотря на всё, что произошло, она не могла перестать пытаться ему помочь. — Со мной всё в порядке, Кири. – ответил он тихо, его голос был спокоен, хотя внутри всё кричало от напряжения. Однако, когда Джейк подошёл ближе, его сердце забилось быстрее. — Привет, малыш. – Джейк опустился на колени рядом с ним, пытаясь выдавить улыбку. Паук отвёл взгляд, не в силах встретиться с ним взглядом. Одна его половина хотела просто встать и убежать, сбежать от всепоглощающего чувства вины, которое давило на него, когда он сидел рядом с ними. Кири взглянула на отца, полна понимания, и Джейк сдвинулся, чтобы сесть прямо перед Пауком. Мальчик снова опустил голову, не желая смотреть на того, кто теперь казался ему чужим. — Паук... – начал Джейк, но замолк и тяжело вздохнул. Он сжал губы, очевидно, не зная, какие слова сказать. — Я... прости за то, что произошло вчера. Это было неправильно. Эти извинения только усилили чувство вины, которое уже разъедало Паука изнутри. — Нет, всё нормально, мистер Салли. Я понимаю. – пробормотал он, пытаясь ослабить напряжение, но его голос звучал слабо, как будто он сам не верил своим словам. Но Джейк снова вздохнул. Боль в его глазах была такой же острой, как и в глазах Кири. — Нет, малыш. В этом как раз таки есть моя вина. Я... – Джейк снова замолчал, словно ему было трудно произнести это. Он протянул руку и положил её на плечо Паука, отчего тот вздрогнул от неожиданного прикосновения. — Я не должен был позволять Нейтири обращаться с тобой так. Никогда. Эти слова были как удар в живот. Сколько ещё боли он должен был принести семье Салли из-за своих ошибок? — Вам… не нужно это говорить. – выдавил Паук, его голос становился всё тише и слабее. — Как я уже сказал, я всё понимаю. Джейк болезненно поморщился от его слов. — Паук... Я... Прости… Паук не ответил, и Джейк продолжил, голос его был полон раскаяния. — Мне следовало поговорить с тобой раньше. Я знаю, что не совсем... помогал тебе. Молчание Паука затянулось. Он боялся говорить, боялся того, что может вырваться наружу, если он позволит своим эмоциям овладеть собой. Он пытался держать себя в руках... Но сдерживать чувства становилось всё труднее. Он не знал, что именно должен чувствовать — вину, стыд, раскаяние или, может, надежду? Все эти эмоции, как буря, бушевали в нём, разрывая его изнутри. Он продолжал смотреть в землю, не решаясь поднять глаза, а слёзы, которые он так долго сдерживал, наконец, потекли по его щекам. — Паук... Он не сопротивлялся, когда Джейк обнял его. Он просто безвольно повис в его руках, неожиданно для себя всхлипывая. Почему это должно было произойти именно сейчас? Почему Эйва привела его именно сейчас, когда он уже принял решение? Джейк отстранился и посмотрел на него, встретившись впервые с его взглядом за, казалось, целую вечность. — Оставить тебя с Куоритчем в джунглях — это была самая большая ошибка в моей жизни. Ты был частью нашей семьи, а я бросил тебя. Эти слова заставили Паука снова опустить глаза, боясь, что Джейк сможет прочесть правду по его лицу. — Я… не пытался спасти тебя на корабле. – продолжил Джейк, его голос звучал низко и печально. — И после тоже не помог. Я был слеп к твоей боли. Но знай, что больше таких ошибок я не совершу. Обещаю. Джейк мягко приподнял голову Паука, заставляя его снова встретиться с ним взглядом. — Ты для меня — семья, Паук. Ты — брат моим детям. И... Джейк на мгновение замялся. — Ты мне как сын. Я был слишком глуп и слеп, чтобы понять это и... ты всегда был моей семьей. Паук снова всхлипнул и отвернулся. Когда-то эти слова были его мечтой, он жаждал их, как глотка свежего воздуха. Но теперь они лишь усиливали его чувство вины, разрывая душу. Джейк не был его отцом. И никогда не станет. Он осознал эту горькую истину. Его настоящий отец — Куоритч — томился в плену, ожидая своей участи. Джейк почувствовал внутреннюю борьбу в Пауке, хотя не мог даже представить истинную причину. — Я понимаю, что мои слова не могут компенсировать того, что я сделал. Но с этого момента всё будет по-другому. Между нами. Между тобой и остальными членами моей семьи. – в голосе Джейка было столько искренности, но эти слова были словно стрелы, разящие Паука в самое сердце. — Я хочу, чтобы ты знал: я здесь для тебя. Что бы ни произошло, что бы тебе ни было нужно — я всегда буду рядом. Паук не знал, что ответить. Слова застряли в его горле. Он задумался, стоит ли ему рассказать Джейку правду прямо сейчас. Он даже представил себе это. Ты не мой отец, а Куоритч. Куоритч спас меня после того, как ты бросил меня в джунглях. Куоритч спас меня от Нейтири на "Морском Драконе", пока ты просто стоял и наблюдал. Куоритч показал мне, каково это — иметь заботливого родителя. Но теперь он не мог помочь. Всё уже изменилось. Да и Джейк скоро сам догадается. — Я… спасибо. – глухо произнёс Паук, но Джейк почувствовал, что за этими словами скрывалось что-то большее. — Паук, если тебе нужно о чем-то поговорить… Я рядом. Ты долгое время был пленником Куоритча. Я не знаю, что он с тобой... К счастью решила вмешаться Кири. — Я не думаю, что нам стоит говорить об этом сейчас, папа. – почти шепотом сказала она. Джейк кивнул, а Паук с облегчением выдохнул, мысленно поблагодарив Кири. Они сидели молча, каждый был погружён в собственные мысли. Это было странное, тяжёлое молчание, в котором смешивались эмоции, которые никто не решался выразить. — Хочешь… поужинать со мной? – предложила Кири. — Только ты и я, если хочешь. Паук натянуто улыбнулся, стараясь не показать, насколько он подавлен. — Нет, спасибо. Сегодня я не голоден. Снова воцарилась тишина, ещё более давящая, чем до этого. — Где ты будешь спать? – внезапно спросил Джейк, пытаясь как-то нарушить напряжение. — Я… – Паук замялся, чувствуя, как слова застряли у него в горле. Он не планировал спать этой ночью. Его мысли были сосредоточены на кое чём другом. Что им ответить? — Пойду в своё укрытие, в корнях. Там, где я обычно ночую. – наконец выдавил он. Джейк слегка поморщился, услышав это. Слова Паука вызывали в нём чувство вины. — Паук… – начал он осторожно. — Может, ты… хочешь поспать с нами? В Маруи? Паук едва не задержал дыхание. Предложение Джейка было столь заманчиво, что его едва не соблазнило. Он действительно хотел бы принять его и ощутить себя частью семьи, но... Он уже сделал свой выбор. — Может... как-нибудь в другой раз. – с трудом произнёс он, чувствуя, как сердце сжалось от боли и сожаления. Джейк кивнул и, собираясь уйти, ещё раз бросил взгляд на Паука. — Эй, слушай... а ты завтра случаем не занят? — Да нет, не занят. – Паук солгал, даже не дрогнув. — Хочешь присоединиться ко мне утром? Я покажу тебе, как охотятся Меткайинцы. — Да, звучит здорово. – снова натянуто улыбнулся Паук. Джейк с улыбкой кивнул. — Спокойной ночи, Паук. Кири, ты идёшь? — Я ещё немного побуду с Пауком. – ответила она. Джейк кивнул и, больше ничего не сказав, отправился на ужин. Когда шаги Джейка затихли вдали, Кири снова повернулась к Пауку. Он сделал глубокий вдох, готовясь к тому, что должно было произойти. — Ты уверен, что не хочешь поесть с нами? — мягко спросила она. — Всё в порядке, Кири. – Паук постарался говорить так же тихо и уверенно, как она. — Мне просто нужно немного побыть одному. Кири кивнула, в её глазах скользнуло сожаление, но она понимала, что не сможет заставить его открыть душу, если он сам не захочет. — Если вдруг захочешь поесть или тебе понадобится компания, когда будешь засыпать, просто найди меня. Я всегда буду рядом, хорошо? – она улыбнулась ему, как всегда с той заботой, которая согревала сердце. — Хорошо. Кири поднялась, собираясь уйти, но Паук внезапно окликнул её. — Кири? Она обернулась, её глаза снова встретились с его. В этот момент Паук всерьёз задумался, стоит ли рассказать ей правду о своём плане. Он знал, что это разобьёт ей сердце, но он не смог заставить себя сделать это. Последний разговор с ней должен был завершиться на позитивной ноте. — Спасибо тебе большое, Кири. За… всё. – сказал он тихо, стараясь не показать, насколько тяжёлые мысли бродили в его голове. Кири снова присела перед ним на корточки, протянула руку и нежно дотронулась до его плеча. — Не переживай, Обезьянка. Ты Ты мой брат, ради которого я готова все горы свернуть. Паук улыбнулся, но эта улыбка была печальной и кратковременной. Кири, улыбнувшись в ответ, встала и на этот раз действительно ушла. Паук не стал её останавливать, и прошептал лишь вслед: — Прощай. Когда она скрылась из виду, он поднялся и медленно вернулся к своему старому убежищу. Там, среди прочих вещей, он нашёл нож, который использовал для своих повседневных дел накануне. Он долго разглядывал лезвие, словно пытаясь найти в нём ответы на мучившие его вопросы, пока последние лучи Альфа Центавра не исчезли за горизонтом. Это был небольшой нож, предназначенный для работы, а не для сражений, но он был идеален для резки плотных растений, которые Меткайинцы собирали на рифе. Или прочных узлов, которые были сделаны из них…