Мысли, время, чувства

      Ах, бывают ли у вас такие дни, когда вы… не думаете ни о чём таком; и даже более того: вы вообще ни о чём не думаете? Вы просто живёте себе спокойно, не волнуетесь о будущем, даже почти что радуетесь своей жизни и божественному пению птиц, разбудивших вас, предположим, в пять чёртовых утра — какое счастье, какая радость!       В такие дни вы невероятно спокойны, несмотря на энергично подёргивающийся в такт птичьему пению глаз. Вероятно, даже сам Будда позавидовал бы вашему спокойствию. Но самое-самое главное — вы просто вне себя от радости, вы готовы в любой момент продолжить наслаждаться жизнью, выбежав на улицу… прямо через окно.       Но не будем говорить о подобных мелочах бытия. Стоит вернуться к тому, для чего это всё вообще затеяно: именно такой день был сегодня у Тошинори Яги, у Символа Мира. Если говорить точнее, то не день, а утро, очень и очень раннее утро, когда до подъёма оставалось по меньшей мере несколько часов.       И конечно же, Тошинори, морщась, точно он был черносливом, уже с того самого времени был на позитиве, был готовым пойти сворачивать любые горы, которые только попались бы на его пути. Увы, единственное, что удалось Яги свернуть, хотя это, пожалуй, утрировано, но всё-таки — собственную шею во время утренней зарядки.       Шейные позвонки вторили Тошинори восхитительнейшей трелью, которая наверняка задела бы струны души многих людей, проникая в их сердца, если бы кроме Яги хоть кто-нибудь жил бы в этой квартире, находившейся в достаточно тихом, мирном и спокойном районе, где практически никогда и ничего не случается.       Нападение злодеев? Мелкие кражи, грабежи квартир? Шумящие допоздна соседи? Убийства и многие другие преступления? Удивительный, но факт: хоть где-то неприятности обходили стороной Всесильного: его место жительства и впрямь поразительно спокойное и укромное место, где навряд ли может что-нибудь случиться, когда сюда, насколько Тошинори известно, даже злодеи толком не суются.       Именно поэтому хотя бы здесь Яги мог просто позволить себе спокойно пожить в относительной безмятежности… во всяком случае, эти несколько — до подъёма, часов. И в целом, Тошинори почти удалось убедиться в том, что у него действительно нет никаких проблем, никаких забот сегодняшним прекрасным утром.       Тишь, гладь, да полнейшее спокойствие: ну и что, что у Яги трещит по швам голова? Нужно стараться видеть во всём не только отрицательное, но и позитивное, если на то пошло. К тому же, утро по-настоящему прекрасное, просто волшебное!       И глубочайше плевать на духоту, уже который день подряд стоявшую на улицах — приближается лето, а вместе с ним — и невыносимо-омерзительная жара, практически круглосуточная духота, от которой даже дышать становиться невозможно… и, наконец, не менее омерзительные жуки, врезающиеся в ваши окна и оставляющие на стекле следы, которые, опять же, потом вам придётся отмывать.       Не поймите Тошинори неправильно: как Символа Мира, его такой мелочью вроде лапок дохлых жуков на стёклах не напугать. Если на то пошло, то Всесильный видел вещи и похуже. Однако, быть может, дело в приближающемся лете и в окончании самого последнего семестра… но Яги устал. Конкретно так устал.       За последнее время его жизнь и жизнь многих других людей превратилась в какую-то лотерею, где либо ты выигрываешь супер-приз, и тебе удаётся не влипнуть ни в какие неприятности, а в другом же варианте — Вселенная даёт вам послание в виде одного немилосердного пинка.       Хотя Тошинори, конечно же, не знал, какой стороной к нему сегодня повернётся судьба, в глубине собственной души у него были подозрения — своего рода червячки сомнения, что удача сегодня повернётся не лицом, далеко не этим местом, а совершенно другим. Потому что будем честны, это утро — самый настоящий отстой, как бы Яги ни пытался выглядеть оптимистичным, попивая уже порядком остывший кофе, который, ко всему прочему, ему нельзя пить.       Слишком много клише, и одним словом — закон Мёрфи, гласящий одну главнейшую и правдивую в жизни истину: «Если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так». И раз уж утро у Тошинори не заладилось с самого начала, стоит готовиться ко всему.       Нападение злодеев? Грабежи и кражи, которых сродни здесь не было? Громкие убийства? Внезапно расскандалившиеся соседи? Землетрясение? Извержение какого-нибудь там вулкана? Торнадо? Наводнение? Вся моря и океаны мира выйдут из своих берегов? Падение метеорита? Что ещё?       Ах да, когда в застеклённую дверь балкона Яги неожиданно влетает что-то достаточно тяжёлое или же крупное, чудом не разбивая ту самую несчастную дверь, ненароком Тошинори думает о нашествии жуков. Какая-то причуда? Или же игры природы?       Спеша добраться до балкона, перед этим едва не выкинув кружку с так и недопитым кофе на пол — от неожиданности; пару секунд Яги стоит перед дверью, жмурясь и мысленно считая до трёх. И нет, он ни капли не боится. Просто до последнего надеется, что на балконе нет огромного количества мерзких жуков, иначе… будет проще всего продать квартиру, чем вывести всех этих насекомых.       И Тошинори почти прав. Разве что на его полу вместо целой кучи летающих мошек, летающих жуков лежит один-единственный жук. Большой такой, зелёный и, видимо, не понявший, что он здесь вообще делает, как он сюда вообще попал; но, кажется, услышавший бормотание Яги.       — Я… не жук, я… паук! Хотя пауков нередко относят к насекомым, они всё равно не считаются насекомыми: их выделяют в отдельный класс, который называется паукообразными, которые, в свою очередь, относятся к членистоногим — как и насекомые, но всё-таки…       Несмотря на то, что Тошинори, прибежав на звук, напомнивший ему грохот; до самого конца надеялся на лучшее, но готовился к худшему, ожидая встретить кучу жуков, бегающих по полу; теперь же он встречает одного жу… паукообразного, летевшего на своей паутине и нечаянно врезавшегося в стекло.       Самое обыкновенное утро самого обыкновенного человека с самым обыкновенным в мире пауком. И Всесильный мог заранее предположить, что день пройдёт не менее обыкновенным образом, подкинув ещё целый ряд обыкновенности. С другой же стороны — один паук значительно лучше бесчисленного количества насекомых…