Не просто

      — Все в порядке?              Рука миссис МакАлистер была теплой и мягкой, а прикосновение к плечу — осторожным и ласковым. Но Кирк все же инстинктивно дернулся, ушел от контакта, замер как пойманный заяц, втянув голову в плечи, уставившись в пол.              — Кирк?.. — миссис МакАлистер была, похоже, удивлена его реакцией — замерла с рукой на весу, но сама не отстранилась, не отшатнулась, так и стояла рядом, почти касаясь бедром. Кирк чувствовал запах ее духов, выпечки, похоже, на стол подадут булочки с корицей, и чего-то еще неуловимого, непонятного, незнакомого. Дома?.. — Эй?..              Кирк закусил губу, засопел. Стыд и разочарование — вот что он чувствовал сейчас. Стыд за свою дурацкую реакцию. И горькое разочарование, что это касание продлилось так недолго и было оборвано им самим. Его давно — наверное, никогда, — никто так не касался.              — Малыш…              И уже давно никто не называл его малышом. Уже лет так… Снова никогда? Кирк сглотнул подступающее горькое что-то, повел плечами. Теплая ладонь прошлась по его волосам. И снова… Кирк инстинктивно поддался ее движению, склонился к женщине.              — Вы тут что? Секретничаете?              Подошедший человек почему-то сливался в единое голубо-рыжее пятно. Кирк моргнул, и еще раз, чтобы вернуть четкость картинке, что-то скользнуло по щеке. Прояснилось: перед ними стоял Мёрдок, пасынок миссис МакАлистер, старший брат Лиама. Голубой была его рубашка, а рыжими — волосы.              Мёрдок улыбался во всю ширь, в зеленых глазах его искрилось веселье. Но оно тут же сменилось чем-то иным, что Кирк не знал, как назвать, когда Мёрдок заглянул в его лицо, присев на корточки напротив. Прихватил Кирка за подбородок, его рука была не такой ласковой и мягкой, как у мачехи, но тоже очень приятной, заставил посмотреть на себя:       — Ты чего, мелкий? Все хорошо?              Миссис МакАлистер погладила его еще раз по волосам и отошла. Кирк кивнул: да, все было хорошо. Даже отлично. Просто…              Это был день рождения Лиама, его школьного… Другом бы Кирк его не назвал, он бы не сказал, что у него вообще были друзья, но хорошего приятеля — определенно. Кирк первый раз оказался в этом доме, и увиденное поразило его. Пришибло. И дело было даже не в богатстве, что не бросалось в глаза, как в фильмах по телеку, которые смотрела его старшая сестра порой, а ощущалось во всем окружающем, нет. Дело было в атмосфере, в том, как тут относились друг к другу и к гостям. И он…              Стоя в углу, он смотрел на то, как общаются между собой Лиам и его приятели из числа детей соседей, знакомых его родителей, и что-то царапало внутри, как бродячий кот, зацепляя когтем, в груди. Зависть? Наверное. А еще и страх. Страх даже попытаться влиться в компанию мальчишек и девчонок, боязнь, что его отвергнут, обсмеют его вид, одежду, то, что он по сравнению с ними — неотесанная деревенщина. Лиам, что мог бы, наверное, сам ввести его в свой круг, он просто… Он принял подарок Кирка — альбом по оригами, что Кирк буквально оторвал от сердца, это была его любимая книга, — и просто побежал играть, бросив приятеля на пороге.              А еще был Мёрдок… Он катал Лиама, Патрика — сына соседей и Луизу, кажется, она была дочкой двоюродной сестры миссис МакАлистер, на себе, как на коне, усадив их на спину. Играл с ними в кегли, рискуя перебить чудные вазочки миссис МакАлистер, расставленные по всей гостиной, бегал по комнате, заливаясь смехом оттого, что малышня щекотала его. Кирку до ужаса, отчаянно хотелось бы, чтобы у него был такой брат. Или чтобы Мёрдок хотя бы пять минут поиграл так с ним. Но…              — Идем-ка! — Мёрдок вырвал Кирка из его горьких мыслей, прихватил за ладошку огромной лапищей, потянул за собой в центр комнаты. — Так, ребята, я придумал новую игру: мы с Кирком — ковбой и его верный конь. А вы — дикари. И мы будем вас ловить. Окей?              Луиза завизжала, понеслась по комнате. Лиам глянул с удивлением на Кирка и на брата и поспешил за девчонкой. Мёрдок подобрал с дивана огромную ковбойскую шляпу, собственную, в которой только что щеголял, водрузил ее на Кирка. Тут же все пропало, потому что шляпа была чертовски велика, но Кирку было это уже неважно. Он взвизгнул, когда внезапно оказался в воздухе, уцепился за рубашку Мёрдока, стараясь не сильно тянуть за ткань.              — Ну, командуй! — Мёрдок обернулся, поглядел весело, Кирк робко приказал ему:       — Но!..       И Мёрдок понесся по гостиной, издавая какие-то совершенно дикие звуки.              — Туда! Загоняй ее! — через время Кирк уже расслабился и командовал своим «скакуном», за плечи которого крепко держался, почем зря. Больше ничего не царапало внутри, наоборот, по телу растекалось тепло. И счастье.              Потом был общий стол, и Кирк уже не чувствовал себя чужим на этом празднике. Он наслаждался стряпней миссис МакАлистер, улыбался шуткам отца Лиама и Мёрдока, отгадывал загадки Луизы. И то и дело смотрел на Мёрдока, что сидел чуть сбоку от него. Каждый раз, когда их взгляды встречались, Мёрдок корчил рожу и подмигивал. Тепла внутри становилось все больше. Хотелось смеяться без остановки и даже петь или кричать что-то глупое.              — Мелкий, — Мёрдок поймал Кирка почти на пороге, праздник кончился, и все засобирались домой. — Подожди. Я провожу тебя.              В этом не было особой необходимости: Кирк жил почти на соседней улице, но отказа Мёрдок, как и миссис МакАлистер, возникшая рядом с ним, чтобы вручить сверток с еще теплыми булочками для сестер Кирка, не принял. Кирку ничего не оставалось как согласиться. Он поблагодарил хозяев за праздник, порывисто, неуклюже обнял миссис МакАлистер, кивнул Лиаму.              — Идем? — Мёрдок протянул руку, и Кирк доверчиво вложил в нее свою ладошку.              Шагали молча, но молчание было уютным. А еще было очень приятно чувствовать ровное тепло, шедшее от Мёрдока. Кирк непроизвольно подался к нему еще ближе, притерся виском к боку, Мёрдок отпустил его руку, прихватил за плечи.              На пороге дома остановились, Мёрдок присел, чтобы оказаться на одном уровне с Кирком:       — Ну что, обнимемся? — спросил, улыбаясь. Кирк робко протянул к нему руки, обхватил за шею, Мёрдок притянул его к себе, потрепал по волосам. — Увидимся, дружище!              Разрывать объятий не хотелось, но все же пришлось. Кирк отпустил Мёрдока, кивнул: увидятся. Обязательно. А там, может, Мёрдок станет еще чуточку ближе.