Страх – наивысшая форма уважения

Ясный день, жгущее австралийское солнце, температура уже который день застыла на сорока градусах. Тэхена перевозят в специальном бронированном автомобиле, везут несколько часов от Сиднея прямиком в центральную часть штата Новый Южный Уэльс — Пик Хилл. Всего-то каких-то 400 километров по гористой дороге, неровностям, что таит в себе далёкая страна, и тебя встречает небольшой провинциальный поселок с населением в полторы тысячи человек, одной художественной галереей, одним кафе и туристическим офисом. Одним словом, давно забытое людьми место. И почему тюрьма построена именно здесь? По приезде машина останавливается около мрачного темного входа: черных ворот и высокого бетонного забора с колючей проволокой, что легко прорежет даже человеческую ногу. На воротах Тэхён успевает заметить электронный замок, открыть который можно только специальной карточкой, что сторож и делает вскоре. Если бы парень заранее знал, в какое убогое место его завезут, отказался бы на месте, или хотя бы перед самим полётом в Австралию, а ещё лучше уволился бы с работы. И тогда ничто бы не угрожало его жизни так сильно, как сейчас. Ким совершенно не помнит, как оказывается внутри. Скажем так, от увиденного складывается довольно яркое ощущение. С потолка плесень, грязь, стремные люди вокруг. Просто ужасные условия проживания даже для преступников. Тэхён в тот же момент разъясняет, что отныне нормальной картинки перед глазами не увидит. Трехсот летний коридор, по которому его ведут охранники, кажется очень длинным, бесконечным, до ужаса страшным и старым. Тэ, как будто в чёрно-белое кино попадает без права на привычное — цветное. Хотя эти два вооруженных мужчины с дубинками в руках и одним пистолетом в кармане так не считают. И если омега, идя под руку с ними, успевает замечать на облезлых стенах старую шпаклёвку, пыль, что столбом лежии на каждой подвесной лампе, а их насчитывается больше двадцати в помещении, дряхлый потолок, который и вовсе скоро обвалится, то альфы, привыкшие к ощущениям, виду, как такого, не подают. Тэхён, например, представлял, что находится в гадюшнике или сарае, где держат свиней да куриц. Запах был именно такой, но зато не так страшно. В коридоре располагается около пятидесяти камер снизу, на первом этаже, и примерно столько же сверху, на втором этаже. Тэхёна останавливают рядом с какой-то дверью, что по виду кардинально отличается от остальных. На ней не было ни решеток, ни прутьев, и цвет казался чуть светлее. В комнате его встречает мужчина-бета чуть старше остальных охранников в медицинском халате и белых хирургических перчатках. Большие венистые руки обрамляет латекс и сидит будто второй кожей. Врач стоит к детективу спиной и мило беседует с одним из охранников. Но услышав, что к нему пожаловали гости, шепчет что-то своему другу на ухо и поворачивается к пришедшим. Надзиратель замечает знакомое лицо и, лукаво улыбнувшись, скрывается за дверью вместе с теми двумя охранниками, что притащили омегу сюда. В помещении остаются двое. — Давно у нас не было новеньких, да ещё и таких молодых, — мужчина вздыхает тяжко, скорбно, словно думает о чем-то страшном. Но быстро выбрасывает ненужные мысли, возвращаясь к работе. — Как тебя зовут хоть? Меня Ли Вэй. Тэхён сначала не понимает, к кому конкретно обращается старик. Он, когда ехал сюда, совершенно не планировал заводить знакомств, да ещё и с работниками тюрьмы: не знать ни чужих имён, ни причины, почему те здесь работают — поставил он себе задача. Но бета выглядел вполне добрым и располагающим к себе, поэтому кто-то быстро сдается, назвав и имя, и фамилию. — Ким Тэхён, двадцать три года. — Что привело тебя сюда, Тэхён? Тэ не отвечает. Он вообще-то и отвечать был не обязан. Стоит, молчит, как солдат на выгоне. Мужчина, увидев, что парень не настроен на разговор, отворачивается, беря в руки какое-то зеркальце, довольно маленькое, и сменные перчатки. — Хорошо, можешь не отвечать, я тебя не заставляю. Работник, кажется, расстроился. Но виду не подал. — Сейчас я тебя осмотрю на наличие лишних предметов в организме. Тебе всего лишь нужно будет раздеться и ни о чём не думать. — Но меня уже проверяли на входе. Зачем опять? — Тэхён по натуре не глупый, но сейчас не понимает, что хочет сделать этот врач. Каких предметов? В его организме нет никаких предметов. — Тебя проверяли на наличие металла, запрещенных веществ и оружия. Я проведу осмотр более глубокий. — Вы что, хотите залезть мне в трусы? Вы извращенец? Доктор смеётся, слыша о себе лестные слова из этих уст. — С трусами ты, конечно, погорячился, но да, я проверю твою прямую кишку. Тэхён готов шлепнуться в обморок прямо там. Никто не предупреждал его о том, что осмотр будет настолько глубокий. Да это же настоящие домогательства!? — Чего ты так расспереживался? Я же не буду тебя насиловать, просто осмотрю, — Ли Вэй, успевший уже переодеть перчатки на новые, садится в кресло и придвигает его поближе к пациенту. Тэхён, как стоял столбом, так и продолжает стоять. Штаны снимать свои даже не думает. Если же он и вправду разденется и разрешит врачу его потрогать, то беды не миновать. Омега это вам не альфа или бэта, строение другое. А вылететь отсюда в первый день как пробка из-под шампанского он не хочет. — Понимаю, для альф процедура довольно неприятная, но так надо, Тэхен. Понимаешь? Слова Ли совсем не успокаивают, тучи, в виде поднятых вверх бровей и слезливых глаз Тэхена, сгущаются на лице сильнее. Когда бэта уже сам был готов встать и раздеть стесняшку, время поджимало, за дверью послышался громкий стук. В помещение вентилем влетел солдат в военной форме и закрыл за собой дверь. — Простите, что врываюсь так внезапно, — начинает голосить тот. А в голове роем крутятся мысли: «успел же?». — Доктор Вэй, произошла ошибка. Господин Ким уже проходил данную процедуру и при обыске ничего обнаружено не было. Я его забираю. — Молодой человек, я вас в первый раз вижу. Вы кто? — кричит старший мужчина. Солдат на это только усмехается и достает из нагрудного кармана удостоверение и какую-то бумажку, протягивая их доктору. — Я привез сюда Ким Тэхёна. Теперь в соответствии с порядком должен забрать его отсюда, так как арестант уже прошел медосмотр, и лично проводить к камере. Одежду также выдам я. У вас есть вопросы? Голос до боли знаком. Повернувшись, Ким стоял спиной к двери, омега узнает в подставном военном своего коллегу Ю Сын-хо. На удивление времени для приветствие он не находит. — Если вы говорите правду, капитан Субин, — выделяя последнее слово, доктор подходит к столу и берет личную карточку осужденного с листком, что передал ему военный, — то Ким Тэхен может быть свободен. Я напишу, что он прошел полный медосмотр. Надеюсь, вы мне не соврали, капитан. — До свидания, доктор Ли. Солдат прощается с Вэем и тащит за собой ошарашенного Тэхёна. — Ким, блять, я еле успел, — ругается Ю, шагая дальше по коридору. — Операция как таковая не началась, а нас уже почти раскрыли. Тэхён также молча плетется за коллегой, только и успевая выслушивать от него маты и отрицательные характеристики о его детективной деятельности. Идея поблагодарить младшего альфу очень быстро улетучивается. — Вот твоя одежда. Блокаторы во внутреннем кармане куртки, смотри не потеряй, — альфа протягмвает Тэхену вещи, что были бледно оранжевого цвета с номером на плече, точно как солнце на небе, и удаляется прочь. — Стой, а камера у меня какая? — спохватывается Тэхён, но слова идут в пустоту. Теперь он стоит один прямо посреди коридора. Сын-хо и след простыл. — Вот идиот. Кругом тишина. Тэхён ходит кругами по длинному помещению, гадая в какую из миллиона камер должен попасть, и напевает любимую песенку. Знает все законы назубок, Бесконечно нравственно красив, Да и с нарушителями строг Опер, сыщик он же детектив Ким Тэхён. — Парень, ты потерялся? — Тэхён останавливается, замолкая. Поднимая глаза, он видит направляющегося к нему охранника, кивая на вопрос. — Имя. — Ким Тэхён. — Подожди, — мужчина набирает неизвестный номер и уже через минуту ведёт парня в нужную комнату. Перед Тэхеном оказывается железная дверь с маленькой решеткой посередине и такая же страшная, как и вся тюрьма, комната в светло-зелёных тонах. Два крошечных окошка и несколько железных кроватей, две из которых двухъярусные, почему-то не так сильно бросаются в глаза, как эти пять голов, устремлённые прямо на него. Тэхён никогда не жаловал излишнее внимание. А сейчас, тем более, когда у каждого нового сожителя взгляд словно молния, посмотришь — поджарит, Тэхён старается не смотреть, боясь быть наэлектролизованным. Парень неуклюже несётся к свободной кровати, с лёгкостью минуя подножку, любезно подставленную одним из заключённых, и падает лепёшкой на матрас. Одежда валяется где-то рядом, как и средства гигиены. — А кто это у нас тут такой миленький? — хмыкает волосатый мужик, после того, как за охранником закрывается дверь. И минуты не проходит. У него волосы темнее ночи и длиннее бамбука растут в больших количествах даже на руках и пальцах, отчего Тэхён мысленно нарекает его мамонт. — Что же здесь делает такая принцесса? А? Он медленной походкой, словно цапля в тянущемся болоте приближается к новенькому, голодным взглядом разглядывая прелестную фигурку. «Только бы не это...» — думает Тэ, но на деле остается с такой же хмурой миной. В обиду он себя не даст, даже будучи омегой. А в обличии альфы сделать это будет гораздо проще. Да, вы не ослышались, чтобы сюда поехать Тэхёну пришлось выпить кучу блокаторов и взять такую же гору с собой. Сын-хо в помощь. Запах они перебьют отлично, а вот с худым телосложением возникнут большие проблемы. Спасибо, хоть ростом удался. — А тебе то что, чудище, давно на альф потянуло? — ровняется с ним Тэхён, к счастью оказываясь одного роста с мужчиной. Такая близость дает ему хорошенько разнюхать вонючий запах сырых яиц, природного альфьего, от которого тошнить охота тянет быстрее и быстрее. Ким кривится, но продолжает выводить на драку. — Если да, то я не прочь тебя оттрахать. Сокамерники продолжают колобками кататься от смеха, словно только что выскользнули из горячей печи, глумиться над собратом, что здесь уже несколько лет, а отпор новенькому и то, дать не в силах. Они глупыми мордашками смотрят на перепалку и понимают, что Тэхен — не слабый омежка, над ним не стоит издеваться. — Ну так что? Будем оплодотворяться или всё же ты отстанешь? — не перестает шутить омега, пока мамонт становится только злее, агрессивнее. Мужик, не ожидавший наглого поведения в свою сторону, особенно от новенького, с раздражением ещё раз смотрит на блондина и отходит к своей кровати. — Мы ещё не закончили, — бросает едкое в ответ, но к разговору не возвращается. — Тебя за что посадили то? — вдруг спрашивает татуированный и со множеством проколов преступник. Он оказывается гораздо крупнее предыдущего и где-то на двадцать сантиметров выше самого Тэхена, с его то ростом в сто семьдесят восемь. На его фоне даже шкаф покажется маленьким. — Меня? — Ким думает слишком долго, с трудом вспоминая, что ему там накалякали в личном деле. Безэмоционально отвечает: — Из-за недостатка денег в семье, а у меня она большая: двое братьев и сестра, не считая меня и родителей, я ограбил магазин и по ходу убил продавца с покупателем. Повязали прямо там, не отвертеться, не убежать не успел, — как ни в чём не бывало выпаливает Ким. История кажется ему совершенно неправдоподобной, о чем он не раз говорил начальнику, но кто-бы его послушал. Он долго думает, нужно ли спрашивать аналогичный вопрос, вскоре решая его задать. — А вас? В ответ слышит лишь тихое «сейчас» и скрип деревянной кровати. Тот спускается со второго этажа. Как этот бугай туда залез? Через короткие пять секунд перед Тэхеном предстает настоящий гигант, если не титан. Такими только детей и пугать. — Я убил... — первое, что говорит заключённый, подходя ближе к тэхеновой кровати, — трёх людей. Они совершили грех, и я им помог его искупить. Видя с каким трудом даётся рассказ его новому знакомому, омега и правда хочет его остановить. Но молчит. Скорее всего этот человек не тот, кем кажется, и историю послушать неимоверно хочется. — Эти твари изнасиловали мою пятнадцатилетнюю дочь, надругались над ней и оставили умирать на улице. Если бы не бета случайно проходивший мимо, я бы её больше не увидел, — чуть ли плача продолжает альфа. — Тот молодой человек вызвал скорую и остановил кровотечение. Те уроды оставили множество ран на животе моей бедной дочурки. Благо врачи успели её спасти, — переведя дыхание. — Узнав об этой ситуации, я словно слетел с катушек. Через два дня я нашёл тех подонков, поотрезал им члены и заставил съесть. Скорая не успела приехать, два из них скончались на месте, третий остался калекой. Я конечно же сбежал, но после сего происшествия меня грызла совесть. Чем я лучше них? Вскоре я самолично пошел в полицию и сдался. О содеянном не жалею ни капельки. Так им и надо, ублюдкам. — Бог ты мой, сколько можно? — в разговор как ни в чём не бывало влезает ещё один человек, которого, по-моему, эта история только смешит. По виду молоденький пацан, лет так может за тридцать. Привлекательной наружности, но с огромным шрамом на щеке. — Ты не смотри на меня так, — обращается он к новенькому, — просто господин Квон растрендел об этом всей тюрьме. Предполагаю, что даже на пальцах левой руки можно сосчитать тех, кто не знает о его героическом поступке. Их у меня четыре. Понимаешь, к чему виду? Меня, кстати, Юнги зовут, но для тебя можно просто Бублик. А это... — показывает пальцем на бугая, — Бон. Паренёк одаривает своей обворожительной улыбкой с немного кривыми зубами омегу и одновременно с этим делает щелбан Бону, смеясь и незаметно отходя от последнего. — А ну иди сюда, прокаженный! — орет разъяренный альфа, убегая вслед за Бубликом. Тэхён слегка улыбается, про себя подмечая хорошие отношения этих двоих, может даже приятелей. Может будет лучше с ними подружиться? Друзей же найти здесь будет достаточно проблематично, а хороших сокамерников — нет. На том и решает. — Ой, точно, — тяжело дыша, проговаривает Бон и резко останавливается возле кровати Кима.       — Как тебя зовут? — Для вас можно просто Тэхён. — Приятно познакомиться, Тэтэ, — отвечает тот, протягивая татуированную руку. — Прости за нескромный вопрос, но ты точно альфа? Твоя фигура, как бы сказать, не совсем... — Походит на альфью? — без стыда помогает ему Ким. — Я знаю, мне это говорили. Но что поделать, каким уродился. Тэхен очень просит боженьку, чтобы больше никто не задавал вопросов, на которые отвечать ему не хочется, и решает немного вздремнуть. Утро сегодня слишком насыщенное. Просыпается омега спустя недолгих три часа сна, точнее нет, его будят. И делают это самым принаглым образом. — Вставай, Тэшка, обед! — орёт ему на ухо Бон, пока Бублик дёргает за ногу, пытаясь стащить с кровати. — Кому говорю? Тэхён насилу разлепляет глаза и заспанно смотрит на новых товарищей. — Я встал, встал, можете уже отпустить? Те, словно болванчики кивают, отходя на несколько метров. Подсматривает за тем, как блондинчик потягивается после сна, переодевается в тюремную форму, зачем только? И следуют прямиком за ним в столовую. Не стоит даже говорить, что Тэхен никогда и не мечтал обедать в столовой, переполненной преступниками, слушать лестные комплименты на свой счёт и остерегаться похотливых рук. Но вот, его пора настала, он видит всё наяву. — Оуу, какая цыпа, — прилетает Киму вслед, когда он пытается протиснуться между столами. Какой-то заключённый успевает даже лапнуть за задницу. Не будь здесь стольких людей Тэхен давно бы открутил ему руки. — Эй, мудила, — адресовывает Тэхён извращенцу, — ещё раз так сделаешь, и я тебе эти пальцы в жопу засуну. Мужик с минуту переваривает слова своей ненаглядной цыпы, а после того, как их смысл наконец к нему доходит, подрывается с места. Кричит гневно. — Чё сказал? Повтори! — Чё слышал! Или может у тебя проблемы со слухом, так сходи к врачу. Желваки альфы с силой сжимаются, и только Тэхён хочет повернуться, чтобы продолжить свой путь к столику, как этот ненормальный набрасывается на него с кулаками. Весь поднос с едой оказывается на полу, а некоторые её остатки попадают на близ сидящего арестанта. Тот с интересом, молча, смотрит на развернувшееся представление и почти что хлопает в ладоши. Тэ с лёгкостью уворачивается от первого удара, занося руку для своего. И.. Бинго. Сразу же разбивает нос сопернику. Кровавыми костяшками трусит в воздухе, разнося капли крови по сторонам. Это его первая маленькая победа здесь — нужно радоваться. Через секунду в помещение врывается охапка вооруженных надзирателей. Перед глазами открывается кровавое месиво — они без задней мысли подбегают к участникам драки и вырубают каждого по очереди. Сначала Тэхёна одним ударом по голове, так как он всё ещё находится в стоячем положении, а затем и его соперника. Сын-хо с ними не было. — Посмотрели? А теперь есть! — восклицает один из них, обращаясь к особо пытливым осужденным. И под любопытные носы они вынесят зачинщиков побоища из буфета, таща тех, будто кукол, в карцер. После несколько минут тишины в столовой странная сцена полностью забывается, словно ее и не было никогда. В это место возвращается прежняя рутина. Её отголосками становятся капли крови на чужой одежде, полу и разлитый поднос с едой на лице и в волосах Чон Чонгука — сына главы подпольной организации. — Я запомнил тебя, цыпа. И если бы Тэхён только знал, как близко подобрался к человеку, которого искал...