Каменные Земли

Ночь покрыла небеса чёрным платком. Ветер разошёлся не на шутку, выл и метался снежными вихрями по галереям и меж зубцов стен, пробирался ледяными язычками меж древних камней и гулял по мрачным анфиладам. Слабые огни в завешеных войлочными полотнами проёмах окон мелькали лишь тонкими полосками. Двор вымело метелью, крыши покрыло белой морозью. Дым из труб сносило куда-то к восходу. Он летел серыми клоками, прижимался к стенам тонкими струйками. Стража попряталась внутрь башен и таура, ибо ожидать нападения в этакую бурю, когда в двух шагах ни зги не видно, может лишь обуянный страхом безумец. Ридж и Тэм молча облачались в мундиры. Живот веркера был туго перетянут, но де Каро всё равно болезненно кривился. Рассечённая губа, синяк на глазу, ссадина на скуле. Красавец, нечего сказать. Левая рука Тэма еле действовала, а потому веркер помог своему подручному влезть в рукава и завязал шейный бант, выпустив поверх камзола два серых конца. — Что бы не случилось, Тэмми: я люблю тебя. — Ридж осторожно коснулся сухих губ пальцами. Нир прикусил эти ловкие пальцы и тут же отпустил. Он уже поведал Ри о зраке, что подвесил невероятный гость в их покоях. Им не желалось становиться вновь источником развлечения для инжениатора, а возможно и всего Ковена. Тэм допускал, что Маль лишь заговаривал ему зубы, пока прочие сквернавцы проникали в комнаты и готовили тёплую встречу для него. Потому они ограничились лишь прикосновениями, взглядами и жестами. Но не сказать вновь эти сладчайшие сердцу его слова Ри не смог. Тэм же в свою очередь положил руки на плечи возлюбленного, чуть сжал и глубоко кивнул. Внизу пробило двенадцать раз. Скрип двери возвестил о том, что Брудель невероятно пунктуален. — Готовы, ваши законоблюстительства? — осведомился Квин. Он сменил свой наряд на мантию серого цвета, как и положено ученику чародея, и набросил на голову глубокий капюшон. Бок украшал короткий жезл в чехле из рыбьей чешуи. Позади Квина стоял отряд из десяти буффонщиков, одетых во всё те же старинные наряды. Лица бесстрастные, руки на эфесах. Про себя Ридж отметил, что эти гвардейцы посерьёзнее той почётной стражи, что сопровождала их с Тэмом прошлый раз. В позах и взорах чуется опыт и готовность немедля пустить в ход оружие. Вот она, истинная армия Лэдстонфери. — Мэтр Брудель этикету дурно учён. — бросил Нир, оборачиваясь. — Всего лишь ученика послал, сам не изволил. — У мейстера есть занятие поважней, чем тягать пару бурдюков. — презрительно ответствовал Квин. — Ну так что, идёте или прикажете тащить вас? Тэм вздёрнул было голову, но Ридж решительно отодвинул его и вышел вперёд, стараясь не выказать истинных чувств своих. Ему было ужасно больно от каждого шага, что отдавался в несчастный живот, словно удар молота. Веркер сделал каменное лицо, продефилировал мимо Квина так, словно тот был всего лишь столбом или деревом, и зашагал вниз по лестнице, чуть касаясь перил. Внизу стояли ещё шесть гвардейцев. Они образовали две шеренги, что стиснули в середине двух молодых людей в синих мундирах с белым прикладом. Мерно стучали сапоги, лязгали пряжки и застёжки ножен. Позади серым нетопырём тащился ученик колдуна, бросая в спину Нира злобные колючие взгляды. Ему не по нраву пришлась демонстративная выправка и аккуратные наряды офицеров. Безоружные, подконвойные, загнанные в угол, недавно униженые и обманутые, они вели себя так, словно шли на аудиенцию за наградою, а не на кровавый ритуал, противный их желанию. Отряд прошёл верхними покоями, спустился через башню и выбрался в широкий мрачный ход. По холоду и завыванию ветра за стеной, по изморози на камнях и блестящему от сырости полу, по фонарям, освещавшим их путь лишь через каждые пятьдесят шагов, Тэм сделал заключение, что они находятся сейчас в закатной части замка, со стороны конюшен, ибо именно отсюда налетела буря. Отдалённое ржание и порыв ветра, отбросивший тряпку с узкой бойницы впереди них, подтвердили его предположение. В глубокой нише распахнута двойная двустворчатая дверь, откуда несёт затхлым холодом. По обе стороны замерли часовые — стражники герцога в зимунах, с перевязями поверх оных. Красноватые лицами, они бросили быстрый взгляд на процессию и вновь застыли истуканами. — Тюрьма Исса. — прошептал де Каро через плечо. Нир облизнул пересохшие губы. Они спустились по нескольким винтовым лестницам, прошли по уходящему вниз относительно пологому ходу, оставили за спиною ряд зарешёченных ниш-камер, вдоль коих прохаживались трое стражников. Ещё один молча отпер перед отрядом решётку, с лязгом и скрежетом оттолкнул створку и вновь загремел ключами за спиной Квина. Поворот, пологий спуск, поворот, спуск, поворот, короткий ход и они вышли на широченные деревянные ступени, сходящие в не такую уж и огромную пещеру. Неправильной формы, вроде обгрызенного блина, свод красного с белыми вкраплениями ноздреватого камня, оглаженые то ли водой, то ли инструментом стены. Ближе к правому краю прямо из пола торчат наклонённые наружу от центра призматические островерхие камни. Всего их было девять. Оные, при изрядном воображении, как бы образовали три трёхлучевых креста. А на взгляд Риджа — просто неровный круг, в центре коего под бронзовой трубой покоилась наполовину утонувшая в яме Сфера. Шар красного металла, похожего на тот, что попадался Риджу в амноэльских катакомбах, имел то ли припаяные к бугристой поверхности гребни, то ли отлитые прямо вместе с ним. Сфера висела в яме на оси, укреплённой в железных ржавых проушинах. Чуть в стороне торчал низкий колодец с воротком на столбах. Рукоять воротка помещена в прикреплённый к стене массивный короб с непонятными знаками по оларитовым бокам. «Нижний ставец» — догадался Нир. — «А вон и верхний, совсем крохотный, в трубе, что вывесилась хоботком над лопатками шара. Пффф, по сути — водная мельница! И на что было придавать простому колесу такую нелепую форму?» В пещере царила суета. Вдоль стен с клинками наголо выстроились не менее сотни стратегиков безо всяких там буффонов — кожаные доспехи, шлемы, поножи. Ближе к середине ползают по полу маги — Брудель, Шэллер, незнакомый пожилой дядька — вся морда в царапинах — чертят на шершавом камне нечто вроде девятиконечной звезды. Тут же присел на корточки Халломаль, держа в правой руке свою белую книжку. Левой рукою маг указывает на концы звезды, называя руны норского алфавита, каковые перемазаная вихрастая девица вписывает розовым мелом в белые линии. У ступеней курит неизменную трубочку мэтресса Эстер, тихо беседуя с высокой статной женщиной в наряде лекарки — зелёном плаще. «Силлена.» — понял Нир — «Жена Маля.» Силлена издала невнятный смешок на какое-то замечание сомечницы и обернулась. Неприятный, почти до ушей, тонкогубый рот расплылся в улыбке, кою можно было бы именовать улыбкой ящерицы. Мелкие острые зубы, чёрные десны меж ярко накрашеных красных линий, странная, как будто кольчатая шея неестественно-бледного цвета. Глаза у женщины были приятны взору — узкие, миндалевидные, но приблизившись Тэм заметил вертикальный зрачок и обратил внимание на отсутствие радужки. «Сие что угодно, но не человек.» — решил про себя аредер. Конвой развернулся дугой на ступенях, оставив их один на один с колдунами. Под стать матери была и падчерица Маля — узкоглазая, узкогубая, странно двигающаяся, словно в её теле не было крупных костей. Когда юная особа потянулась над рисунком ближе к центру звезды, дабы вписать ещё какие-то литеры поменьше крайних, Тэм с ужасом обратил внимание на отдувшуюся меж ног юбку. «Хвост!» Он взглянул на Риджа — тот безотрывно смотрел на небывалое действо, болезненно морщась. — Силлена — в зелёном плаще. — шепнул аредер на ухо веркеру. — Девка вон там — её дочь. Ты заметил странности? — Они похожи на змей. — прошептал Ри, почти не шевеля губами. — Верно. Я начинаю подозревать, Ри, что Маль неверно именовал их народ. Они не люди, а те самые ящероны или как их там. — Неужто он мог полюбить подобное создание? Нир лишь слабо усмехнулся и толкнул Риджа локтем, намекая на его собственное пристрастие, невероятное и неприемлемое в глазах большинства людей. Ридж подался чуть назад и плечи их соприкоснулись. Тэм понимал, что другу сейчас страшно. Маги не обращали на них ни малейшего внимания, занятые приготовлениями. Стучали по гладким плитам огромные линейки, скрипел мел, шаркали колени и мерно отчитывал руны Маль. Перетаптывались, позвякивали подковками и частями доспехов гвардейцы, шушукались за спиной магиссы. Пахло пылью, чем-то остро-железным, сыростью, тиной, потом. Брудель осторожно, дабы не задеть начертаные линии, встал и, отдуваясь, отошёл назад, оценивая свою работу подобно художнику, любующемуся на свежеписаный им пейзаж или натюрморт. — Довольно подрисовывать, Нидн, уйдите. — раздражённо бросил верховный маг. Исцарапаный тут же встал, тяжело упираясь в колено. Был он уже немолод, сер лицом и одутловат щеками. Плешь давно охватила всю голову. На правой кисти не хватало трёх пальцев — большого, указательного и мизинца, что изрядно поведало Риджу о прошлом сей особы. Верно и клеймо на грудях горит, да под коричневым балахоном не видать. Шэллер убрался из звезды, ловко перемещаясь на кулаках и коленях, приподняв носки сапог. Уже за пределами чертежа чародей встал в полный рост и сильными хлопками выбил из своей сине-голубой мантии меловую пыль. — Недурно вышло, клянусь Кратом! — воскликнул он, оборачиваясь. — Аааапчхиииии!!! — Вы сызнова чихаете! — заныл Нидн. — Ну, что поделать. Простуда-с, мел этот демонов. Аааапчхииии! — и маг сморкнул в сторону. Брудель поморщился: — Мэтр, вы ведёте себя, словно в таверне. — Ой, мэтр, можно помыслить — вы на перине серебряной родились. — прогундосил Шэллер. — Так, наши милые дружочки прибыли. Можно и начинать. — Я ещё не закончил, Прокс. — сухо сообщил Маль. — Подождите набора координатуры, пожалуйста. — Коо — чего? — переспросил простуженый. — Не забивайте голову, мейстер. — процедил Брудель. — Сие иномирное заклинание, означающее указание путей. Депп, Квин, подготовьте родники. Указаные с мерзкой ухмылочкой подхватили Риджа под руку и отвели к колодцу, возле коего на небольшом столе были приготовлены ланцет и высокие оларитовые стаканы. — Сбросьте-ка ваш камзольчик с левой ручки, ваша светлость. — Депп улыбался. — Не ладонь же резать, потом сабельку не удержите. — А ты меня раздень. — Ридж змеино ухмыльнулся в лицо нахалу. — Чёрная кость. Деппа затрясло: — Я маркиз Депп де Сальеро, да будет вам ведомо. — Магия отбрасывает титул, экс-маркиз. — Отпарировал де Каро. Квин встал перед веркером, мило улыбнулся и стал один за одним отстёгивать крючки: — Вы мне очень нравитесь. — пропел юноша, проведя кончиком языка по губам. — В иных обстоятельствах я непрочь раздеть вашу светлость не только лишь сверху. Но увы! — Он возвёл глазки к своду. — Нам не суждено познать друг друга. — Квин. — укоризненно заметил болтающийся поблизости Шэллер. — На вас смотрят. — К демонам, мой мэтр. — Квин принял руку в жемчужном рукаве и резким движением задрал оный до локтя. — Кто вспомнит такую мелочь, коли ему суждено стать наглядцем в сотворении великих хроник? Мягкая ладонь огладила кожу, щекотнула по бугорку под большим пальцем. Квин был порочен, как весенний кот. Он держал запястье графа, глядя ему в глаза и улыбаясь. Не стесняясь ни краснеющего наставника, ни брезгливо отвернувшегося Деппа, он наклонился к Риджу, втянул носом воздух и весьма недвусмысленно подмигнул. Сосредоточеный на этой игре де Каро и не заметил, как дородный огнянник подхватил ланцет и воткнул его остриё чуть ниже внутренней стороны локтя. Резкая боль заставила его дёрнуться, однако хрупкий на вид Квин и не думал отпускать добычу. — Ты такой горячий, рвущий узы и преграды. — шептал он. — Любопытно, каков же ты в перинах? Но ты и силён, дружок. Тебе должно быть ужасно больно, но ты держишься молодцом. Гордость, да? Право, не стоит. Нам умирать не сегодня. По руке побежала тёмная струйка, Депп подставил один из стаканов, дождался пока руда наполнит его и обратился к магиссе: — Мэйстри Силлена! Странная женщина приблизилась, извлекла из поясной сумочки полоску ткани с мокроватой матерчатой подушечкой и ловко привязала оную к ране, перехлестнув концы повязки в тугой бант. — Вы-ы-ы де-елаать пло-о-охо. — сказала она Деппу, растягивая слова. — Не-е-е на-а-адо ре-е-езать. На-а-адо-о коло-о-оть. — Да какая разница?! — раздражённо бросил бывший маркиз. — Кви, отведи своего сладкого на ступени, пусть хоть полюбуется на то, куда употребят кровь его. Квин повиновался. Он вёл Риджа к выходу, то и дело заглядывая в глаза. Веркер приписал сие лёгкое безумие духоте и невероятности задуманого опыта. Фонари, что освещали подземелье, выедали воздух, коий тёплой волной переливался через порог, возмещая утраченное. Но был сей поток не свеж, а кисловат и пылён. Да ещё густым духом крепкого вина отдавал. Напился, короче, Квин, не пия. Вот и повылезало сокровенное на свет. Внимающий отвёл Риджа за верхнее оцепление и усадил прямо на широкий порог. Но не ушёл вниз, а присел рядом и обнял Ри за шею, привалившись головою к плечу. Странно, но последний чувствовал не гнев, не возмущение, не желание оттолкнуть наглеца, а лишь боль, безразличие, усталость и тепло гибкого худого тела. Зато Тэм, присоединившийся к ним через пару минут, считал иначе. Он примерился, уселся по другую сторону от Риджа и повторил манёвр Кви, легко сбросив его руку. — Это мой котёнок. — промурлыкал блондин, оскалив зубы. — Сядь пониже, парнишечка. Возможно… я позволю тебе кое-что, но не в моё отсутствие. Ридж прикрыл единственный глаз и положил голову на мягкую шевелюру блондина. Боль и усталость тянули в сон. Сном и бредом лихорадочного казалось и всё происходящее в душной полутёмной пещере.