Betrayal will tear out my soul.

Прохлада зимнего утра чувствовалась сразу, стоило только открыть глаза. И понял Минхо почему так холодно в комнате только тогда, когда своими сонными глазами отыскал открытое окно, что они забыли закрыть ночью. Хан ещё спал, поэтому Минхо аккуратно и, стараясь не создавать лишнего шума, встал с кровати и подошел к другой части комнаты, дабы закрыть эту несчастную причину его пробуждения. Но перед тем как опустить ручку окна, мужчина застыл примерно на минуту, любуясь снегом, что срывался сейчас с серого неба. Минхо уловил взглядом, как одна снежинка залетела в их квартиру через щель и тихо улеглась на подоконник, медленно тая. Он улыбнулся, закрыл окно, а после лёг обратно на кровать, по привычке обнимая Джисона. Но стоило только ему вспомнить о вчерашних событиях, как он отдернул руки так быстро, будто обжёгся об только что закипевший чайник. — Чего руки убрал? — пробубнел тихо Хан, поворачиваясь лицом к Минхо. — Я тебя разбудил? Прости, я был слишком шумный. — шепчет тот и прикрывает глаза. В сон продолжало всё также клонить. Джисон игнорирует и просто прижимается к мужчине ближе, утыкаясь носом куда-то в бледную шею. — Хо, я тебя люблю. Минхо нервно сглатывает. — И я тебя.

***

Проснулся Джисон спустя часа три и сразу ощутил отсутствие рядом с собой Минхо. Протирая слипшиеся глаза, Хан тихо бурчал под нос что-то невнятное и хмурил брови, понимая, что его парень скорее всего снова ускакал на работу. Только вот мысль о том, что вообще-то у Минхо сегодня выходной всплывает в голове Джисона слишком быстро, поэтому немедленно схватив телефон руками, он набрал контакт «Любимый Хо». Прислоняя гаджет к уху, он слышит пару гудков, а потом громкое «Успокойтесь!». — Боже, а кричать зачем? — возмущается Хан. — Ладно, у меня к тебе другой вопрос. Тебя где черти носят, дорогой Ли Минхо? — спрашивает строго. — Кричу, потому что малышня бесится. А сам я на работе. Где я ещё могу быть? — А тебя не смущает, что сегодня у тебя выходной? Ты вообще-то обещал провести этот день со мной. — обижается Хан. — Мы планировали в кино сходить. Минхо молчит пару секунд, а потом всё-таки отвечает: — Прости, тренер младшей группы заболел. Мне пришлось его заменить. Давай сходим в кинотеатр на вечерний сеанс? Хан ругается еще минуты три, а потом всё равно бросает тихое «Люблю тебя» и сбрасывает, вставая с кровати и направляясь на кухню для того, чтобы приготовить себе что-нибудь покушать. Минхо тем временем звонко хлопает в ладоши, обращая внимание детей на себя, которые решили, что если их тренер отвлекся на звонок, то можно начать хулиганить. — Продолжаем тренировку, встаньте на свои места. — громко произнёс Ли, и дети услышали его с первого раза, что не могло не радовать. А у самого Минхо был выбор. Он мог отказаться от замены. У него был шанс, но успокоиться по поводу вчерашних событий всё никак не получалось. Его голову только и посещали мысли: «А что будет дальше?», «Нашим отношениям пришёл конец.», «Хан не терпила, он не простит подобного отношения.» И все эти мысли очень давили на его глупую голову. Он желает хоть как-то избавиться от них, но сделать этого никак не получается. Даже на работе, когда перед ним пляшет около пятнадцати маленький детей, он не мог даже на секунду позабыть о том, что сотворил вчерашним вечером. Моментами ему казалось, что эти мысли обглодают его до самых костей, настолько они были навязчивы. Пару раз мужчина выходил в уборную и умывался прохладной водой, но даже это не помогало прогнать из головы то, что засело там, кажется, на долго. Иногда Минхо чувствовал, как его руки тряслись, а колени подкашивались. Правда он сам не понимал почему, но в конечном итоге пришёл к выводу, что всё это страх перед неизвестностью: что же будет дальше? А что будет дальше было понятно и без особых раздумий: расставания, слёзы, чувство вины и мольбы простить его. Но Минхо знает, что насколько бы сильно Хан его не любил, прощать измену он не будет. Да и Ли сам бы не прощал подобное. Сейчас он правда до конца не может принять случившегося. Иногда мужчина ловил себя на мысли, что он всё ещё пытается найти себе оправдание. Но его не существует. Какое оправдание можно придумать на то, что он изменил своему молодому человеку в задрипанном клубе с каким-то левым идиотом? Да никакого! Больнее становилось всё больше с каждой секундой. Минхо грызла совесть, но сделать он ничего не мог. Мужчина понял, что он обыкновенный трус, который не может взять себя в руки и рассказать своему парню всё как есть. Осознание того, что он нагло врёт Джисону, обжигает лёгкие больней никотина. Дышать становится трудней, а пульс бил за девяносто. Делать нечего: в таком состоянии он выходит из танцевальной студии, смотря себе под ноги и стараясь не упасть. Хо, конечно, не упал, но стукнулся лбом о чужой, рефлекторно прикладывая руки к месту удара. — Блять! — рявкает он и только после этого поднимает глаза, замечая перед собой улыбающегося парня, что напоминал белочку. — Вот ты зараза, Ханни! — Ты почему не смотришь куда идёшь? — спрашивает Джисон. — Забудь, пошли в машину. — коротко отвечает Ли. Направляясь к автомобилю, Джисон рассказывал о том, как Дори чуть не повис на плазме в гостиной; как он убегал от Суни, что пытался схватить его за ноги своими лапками и как Дуни разлёгся на кухонном столе во время отсутствия хозяина дома, зная, что если бы это заметил Минхо, то его бы за подобное за ушком не почесали бы. Хан держал старшего за руку и чувствовал, как у Хо потели ладошки, а пальцы чуть подрагивали. Когда пара оказалась у автомобиля, Хан обеспокоенно спросил: — Может я поведу? Ты какой-то нервный. — замечает Джисон. — Небось тебя малышня на работе вывела. Давай я за руль сяду, хорошо? — Не беспокойся, — сразу же отвечает на это Минхо. — Всё в полном порядке. — говорит тот и залезает в машину на водительское сидение. Ли пристёгивается, напоминает Хану сделать тоже самое, а после заводит машину. Пока ребята ехали до кинотеатра, Джисон мог заметить как его парень нервно постукивает по рулю, что сразу выдаёт его с поличным: что-то точно произошло. — Всё точно в порядке? — ещё раз задаёт свой вопрос Хан и глядит на Минхо. Он глазеет на широкие плечи, каштановые волосы и опущенные уголки губ. Хан уделил внимание даже маленькой родинке на носике его прекраснейшего Ли Минхо. Джисон созерцает на проколотые ушки и красивейший вырез глаз. Как же он его любил. — Точно. — цедит тихо Ли и начинает гнать с такой скоростью, что Джисон аж в кресло вжимается. — Сердце колотится, Ханни? — спрашивает он и прислоняет свою правую руку к его груди. До кинотеатра добрались они без каких-либо проблем. Только лишь у Хана ещё ноги немного дрожали после этой своеобразной «гонки» по улицам Сеула. Но обижаться он долго не станет, так что как только они вышли из автомобиля, Джисон крепко взял Хо за руку и потянул к огромному зданию. Фильм они выбирали недолго. Хан сразу сказал, что хочет пойти именно на ужастик. Он знал, как Минхо их боится, поэтому именно этот жанр и выбрал. Ну нужно же было хоть какое-то наказание придумать ему за то, что тот убежал в свой выходной на работу. Фильм только начинается, а в зале уже стоит гробовая тишина. Минхо жмётся ближе к Джисону, ожидая пугающего момента, и цепляется руками за его плечо, пытаясь получить тем самым согревающую поддержку. Джисон кладет свою ладонь на его бедро и усмехается, замечая страх мужчины. — Боишься? — шепчет тот и усмехается. А Хо лишь жмётся ближе и бубнит что-то невнятное. Заканчивается просмотр фильма слезами Минхо и объятиями Хана, что утешал мужчину, что был старше его, между прочим, на целых три года. Но домой они сразу ехать не решились: заехали по дороге домой в парк. Зимняя прохлада заставляла Хо ёжиться. С неба снова срывался снег. Кажется, сегодня он совсем не прекращался. А может это и к лучшему? Сразу такая теплая атмосфера создавалась. Но теплая в другом смысле. Не в том, что мы привыкли слышать. Представьте сколько этой зимой воссоединится любящих душ? Ведь это та самая пора года, в которую любимые люди дарят друг другу тепло. Минхо тоже хочет подарить своё тепло. То, что он хранил на протяжении долгого времени у себя внутри. Он редко говорил нежности, редко тянулся первым за объятиями. Минхо показывал свою любовь не этой банальщиной. Один раз, например, он подогрел молоко Хану. Джисон тогда очень спешил, налил в стакан молока и убежал в спальню, так как забыл там свою сумку. Минхо, что приготавливал продукты для будущего ужина, заметил это. Поэтому даже не задумавшись, он подогрел парню напиток. Еще и мёду туда добавил. Для заболевшего в тот момент горлышка Джисона это было не лишним. Хан выдул содержимое стакана и убежал на занятия, ничего не заметив. А как только дверь хлопнула, Минхо улыбнулся, подмечая, что его парень очень невнимательный. И это только один из примеров. Но даже из этого можно сделать вывод, что вид проявления своей бесконечной любви Хо — забота. Но это не значит, что ему не хотелось объятий и всех прочих приторно-сладких нежностей. Хотелось, очень даже. Просто ему показывать подобные чувства довольно-таки трудно. Хан пытался ему помочь обойти эту «стеснительность» стороной, но так и не вышло. А Минхо, в свою очередь, копил все эти согревающие эмоции у себя внутри. И теперь хочет подарить их в последнюю совместную с Ханни зиму. Наверняка последнюю. Вряд-ли они продолжат строить свои отношения после того, как Джисон узнает об измене. Даже думать об этом смысла нет. Это невозможно. Но сейчас, когда он понимает, что, может, через неделю или даже уже завтра их история подойдёт к концу, ему от всего сердца хочется отдать своё накопленное за многие годы тепло в этот вечер. — Кофе будешь? — замечая неподалеку их любимую кофейню, спрашивает Минхо. — Буду. Джисон жмурится от снега, бьющего в глаза, но неожиданно схватившая его холодная рука, заставляет их широко распахнуться. Он чувствует, как чужие пальцы пытаются согреть его ладони. — Хо? Ли приподнимает уголки губ и крепче сжимает чужую ладошку в своей. А скоро он к ней даже прикоснуться не сможет. — Пошли, а то у тебя руки ледяные. Наверняка замёрз. Джисон искренне улыбнулся и быстро чмокнул Минхо в щёку. — Пошли. Они направились к небольшому зданию, что искрилось яркими вывесками Одна из таких — огромная красная надпись «coffee». Кофейня эта была непопулярная, но зато парнями любимая. Столько воспоминаний с этого места. Например, первый поцелуй. А может сегодня в ней будет и последний? Кто его знает. Но Минхо этого очень боится. Ли очень переживает, что сегодня будет их последняя совместная прогулка в принципе. Но даже если так и получится, то он искренне хочет показать всю свою любовь Хану, потому что после того, как тот узнает о тайне, которую скрывает Минхо, вряд-ли он поверит вообще каким-либо словам и его действиям. Теплом помещения веет сразу, стоит только открыть дверь. Запах кофе бьёт по носу и Минхо замечает, как Джисон забавно принюхивается своим аккуратненьким носом. Хан занимает места за небольшим деревянным столиком, пока Минхо проходит к баристе, делая заказ. За пару лет их отношений Хо выучил, что любит пить его парень, поэтому мужчине, что стоял в темно-коричневом фартучке, он как всегда говорит: «Карамельный латте и американо». Напитки такие горячие. Они уж точно согревают людей в холодную зиму. Получается ли у Минхо греть Хана? Он не знает. А может ли быть такое, что после измены в нём совсем не осталось каких-либо теплых эмоций? Но ведь он все ещё любил Хана. Он хотел его целовать глубокой ночью, заботиться о нём во время болезни, делать конспекты в его университет и тому подобное. Хо все ещё хотел заботиться о нём. Но разве человек, который все ещё любит свою вторую половинку, решится изменить ей? Или уже в таком случае он изменяет своим же эмоциям и чувствам? Минхо не знает. И даже сейчас, когда он вроде как сидит напротив своего парня, который всё ещё его любит, он понимает, что их отношениям пришел конец. Может быть, Хан его ещё и любит, но продлится это до того момента, пока не вскроется вся правда. Минхо не знает получится ли избежать ненависти, громких ссор и тому подобное. Но где-то в глубине душе он надеется, что после расставания, у него будет возможность хотя бы пересекаться с парнем где-нибудь, смотреть в его красивейшие карие глаза и наблюдать за его милейшей улыбкой. Ему хотелось, чтобы даже не смотря на всё произошедшее, у них не получилось ситуации, при которой Джисон избегал бы даже малейших встреч. — Хо? — ласково тянет гласную Хан. — Ты чего задумался? — М? Ничего, не обращай внимания. — Ли задумывается не пару секунд. — Мне немного тревожно почему-то. В последнее время присутствует чувство того, что в скором времени произойдет что-то плохое. Тревога что ли такая? Не знаю. Джисон встаёт из-за столика, быстро проходит к Минхо и обнимает его со спины, целуя в макушку. — Всё в порядке. Я рядом. А пока я рядом — всё будет хорошо. В принципе, пока мы есть друг у друга, никакие невзгоды нам не страшны, хорошо? — с теплой улыбкой шепчет Джисон эти слова и верит, что они смогут пройти с Минхо через все проблемы вместе.