Белое колечко

Менеджер ходил по небольшой пустой комнате, которая располагалась где-то неподалеку от гримерной. — Наверно, в этом есть часть моей вины, — остановившись, сказал он, бросив взгляд в сторону двух парней, сидевших на диване, как школьники, которых отчитывал директор. — Я ничего не сказал после второго концерта в Сиднее, думал поговорить уже здесь, в Корее, чтобы не портить вам отдых, а теперь вы слишком расслабились… И все же я надеялся на вашу зрелость и профессионализм. Вы понимаете, что я имею в виду? — Да, — потупив взор, кивнул Хенджин. — Нет, — заявил вдруг Феликс. Видно было, как сжалась челюсть у их менеджера, а лицо приобрело красноватые оттенки. — Нет, я помню и понимаю, зачем нужны были все эти меры предосторожности, — поспешил добавить Ли, — но разве сейчас ситуация не лучше? Какое-то количество негатива будет в любом случае всегда… — Ситуация улучшилась потому, что компания четко координировала ваши действия! Думаете, напрасно столько людей работает бок о бок с вами? Вы делаете большую работу, но и эти люди делают не меньше, пытаясь защитить вашу репутацию! А вы своими действиями подводите и себя, и их. Хенджин весь сжался, ссутулился от этих слов, затеребил нервно руки и ощутил на себе долгий взгляд младшего. Только что он выглядел взволнованным, а в глазах читалась жалость, но вот он снова повернулся к стоящему напротив мужчине, и лицо его тут же утратило всякое выражение. — Защитить нашу репутацию и свои деньги, — буркнул он негромко, но все прекрасно расслышали его слова. Это было и правда нетипично для него, всегда вежливого и дружелюбного. Но Хенджин настолько загнал себя, так привык молчаливо кивать и делать, как скажут, даже в ущерб себе, что если его не защитить сейчас, хотя бы попытаться, он так и будет страдать в угоду окружающим. У менеджера, естественно, такой подход вызывал недоумение. — Речь и о ваших деньгах тоже, — отчеканил он. — Простите, но… по-моему, думать о моральном здоровье своих артистов не менее важно, чем о репутации и заработке компании. Если в один момент кто-то из нас просто не сможет выступать, все мы потеряем гораздо больше. Голос у Феликса неуверенно дрогнул, но он все равно пытался выдержать зрительный контакт. — Во-первых, — повысил голос мужчина, — не разговаривай так с теми, кто старше тебя, и проявляй уважение! Во-вторых, вы должны были знать, на что идете, когда соглашались на карьеру айдола. Здесь вы выбираете или собственный комфорт, или усердную работу. Думал, вы это понимаете. Хенджин наконец оторвал взор от пола и проговорил тихо: — Мы это понимаем. И мы делаем все, чтобы быть лучше и не делать ошибок. Простите. Просто мы с Енбоком хорошие друзья и… иногда нам сложно даже не говорить друг с другом. — Я понимаю ваши эмоции. Я понимаю, что вам сложно. Но индустрия развлечений — это вообще непросто! — мужчина снова заходил по комнате, меряя ее шагами, — знаете, я не буду сейчас говорить про те ваши объятия в Сиднее, которые видел весь зал и еще тысячи людей из интернета, посмотревшие видео, про сегодняшний концерт тоже ничего не скажу. Но то, что вы сделали дальше… Вы хоть понимаете, что творите?! — Но нас никто не видел, здесь нет фанатов… — попытался оправдаться Ли. — Фанатов нет, зато есть огромное множество работников, которым любой журнал неплохо заплатит за слив информации. — Мы просто зашли в туалет, — вставил и Хенджин. Менеджер опять остановился и буквально пригвоздил его взглядом к дивану. — Два человека зашли вдвоем в туалет, заперлись изнутри одни и не появлялись долгое время, пока их все искали? Еще и мужчины! Боже, да это просто скандал! — Что скандал? — вклинился вдруг серьезный голос, до этого явно не участвовавший в разговоре. На пороге комнаты стоял Чан, уже переодетый в свою одежду, но все еще с тонной макияжа на лице. Это смотрелось бы забавно в другой ситуации, но сейчас было не до смеха. Через секунду позади него замаячила еще и голова Минхо, который пытался рассмотреть, что происходит. — Что случилось? Мы вас потеряли. — Я же просил не ходить за мной! — покачал головой старший. — Ну прости, папочка! — Мы просто разговаривали, — сказал менеджер. — О чем? — отказался отступать Чан. — Не похоже, что это был дружелюбный разговор. — Я просил вновь не нарушать установленные компанией правила, — вздохнул тот. — И какие же правила они нарушили? — Мы сходили в туалет вместе, — объявил нарочито громко Феликс. — Речь шла о другом, — чуть ли не закатил глаза менеджер, — мы просили ограничить контакты, и все здесь прекрасно об этом знают. На данный момент объятия, прикосновения на публике являются нежелательными. — Нежелательными или запрещенными? — высовываясь из-за спины лидера, уточнил Минхо чуть ехидно. — Простите, но поход в туалет — это не публичное действие, — одновременно с ним сказал Феликс, начиная проявлять редкие для себя эмоции. — Так, подождите, — прервал гомон Чан. — Прежде всего, поверить не могу, что мы и правда обсуждаем, кто с кем ходит в туалет. А кроме того, менеджер, вам не кажется, что вы перегибаете палку? Совсем немного. Я уважаю вашу работу и ваши усилия, но действительно ли стоит так жестко контролировать их действия? — Если мы это делаем, значит в этом есть смысл. — Почему нам с Ханни вы все позволяете? — выйдя вперед, начал Минхо с недоумением, — Вы прекрасно знаете, что мы встречаемся, не делайте вид, что вы не в курсе. Но вы закрываете на это глаза и даже, наоборот, используете это. — Вы вызываете более положительную реакцию у фанатов. Чан медленно выдохнул. Те, кто были знакомы с ним давно, знали, что так он пытается сдержать гнев. — Если кому-то не нравятся взаимодействия участников одной группы, что уже довольно странно, может, стоит вообще отправить Ликса и Хенджина в разные? Тогда точно не будет проблем. — Это совсем другое! — начинал по-настоящему закипать мужчина. — Не надо… — Я все сказал, — кинул старший в ответ и повернулся к сжавшимся на диванчике Феликсу и Хенджину, — пойдем. Напоследок он снова взглянул на менеджера: — Не перегибайте палку. Если в один день им надоест все это, и они решат просто уйти, что вы будете делать? И, схватив за запястья двух мнущихся рядом парней, повел прочь. Минхо шел следом, поглаживая обоих по плечам. — Чан, ты не можешь ставить условия компании, слышишь?! — донеслось вслед, но никто уже не ответил. Хенджин шел вперед на автомате, не в силах осознать, что только что произошло. Он весь отчего-то дрожал, словно от холода, и совершенно не понял, как они вчетвером оказались на пустом лестничном пролете. — А теперь рассказывайте все от начала и до конца, — сложив руки на груди, потребовал лидер, выглядя при этом довольно угрожающе. — Это все моя вина… — слабо пролепетал Хван и, схватившись руками за волосы, осел на пол на корточки и снова превратился в комочек, — это я виноват. Это все я… Феликс присел рядом и стал успокаивающе поглаживать его по плечу и тихо что-то нашептывать. — Да что, черт возьми, сейчас произошло?! — воскликнул Минхо. Хенджин, казалось, и не слышал слов Чана. Он поднял глаза на Минхо и продолжил сбивчиво: — Я просто хотел, чтобы все было, как у вас с Джисоном… почему просто не может быть так же? — Что? — нахмурился старший из них. — Что ты имеешь в виду под «как у Джисона с Минхо»? Вы же не… Или… О боже. Только не говорите мне, что… Нервный смешок вырвался из его груди, и он покачал головой. — Н-е-е-т, не может быть. Посмотрите мне в глаза и скажите, что вы… Прерванный тихим звуком, он так и не договорил. Три пары глаз обратились на источник этого звука — на Феликса, который шмыгнул носом и тут же опустил голову, стараясь быть незаметным и скрыть свои хрупкие чувства. Минхо опустился перед ним на корточки, что-то сказал и за руку помог подняться. — Давайте пока прервемся. Мы поговорим в общежитии. Хенджин слышал как будто издалека, что говорят его друзья, только понял, что Ликс уходит и тут же поднял на него беспокойный взгляд. И тот снова опустился, вдруг прижался к нему, так и сидящему в подобии клубочка, обнял крепко-крепко и, не думая в этот момент об окружающих, поцеловал в волосы. Терять уже особо было нечего. — Не переживай, хорошо? — снова шмыгнул носом он. — И посмей только опять винить себя! Хван взглянул на него с благодарностью, погладил обнимающую его руку. — Спасибо. Как бы Хенджину ни хотелось ответить большим, он не мог себе этого позволить. Особенно в данной ситуации. Поэтому несколько секунд они просто смотрели друг на друга, вымученно улыбаясь сквозь тучи в их сердцах и, кажется, забывая, что тут есть еще люди, которые их, вообще-то ждут. Наконец Феликс встал, но до последнего они не расцепляли руки, держась пальчиками. — Ну капец, — разнесся голос Чана по безлюдным лестничным пролетам.