Маска

Будильник прозвенел ровно в шесть утра. Чонгук лег спать всего четыре часа назад, но бодро подскочил с кровати и побежал в душ. Улыбка сияла на его лице с пробуждения и пока он смывал с себя в душе остатки предыдущего дня, и когда он вышел из ванны, вытирая влажные волосы полотенцем, и подошел к большому окну, засматриваясь на просыпающийся город. «Сегодня знаменательный день!» — подумал он и, звонко хлопнув ладонями, побежал готовить себе завтрак. Его модельное агентство наконец добилось соглашения на съемки в Calvin Klein. Это станет самым крупным его контрактом. Это станет исполнением одной из его мечт. И вот он сидел в машине. Улицы проносились за окном одна за другой, а центр города становился все ближе. Вместе с этим ближе подползало и волнение. Телефон в руке завибрировал. На экране высветилось имя «Юнги грозный кот» — он был лучшим другом с самого детства. Стал крутым в какой-то там юридической сфере и теперь работал, в том числе, вместе с агентством Чонгука. — Юнги-хен? — Да-да. Чонгуки, наш любимый начальник сказал мне, что отправил сегодня утром тебе пару важных бумажек насчет твоего контракта, и ты должен был отправить их мне. Когда приедет курьер? Глаза Чонгука расширились. На лице появилась какая-то извиняющаяся улыбочка. Хорошо, что Юнги не видел ее сейчас. — Ах, докумеееенты… — начал Чонгук неловко. — Не тяни, вы у меня не одни. — Хен, я отправлю тебе их вечером, хорошо? И пиццу, — быстро протараторил он и зажмурил глаза. — Если твой любимый Кельвин Кляйн станет задавать тебе вопросы о копии договора с подписью второй стороны, ответь им, что ты придурок, — вслед за словами из динамика послышалось грозное постукивание ручкой по столу. — Без проблем! Главное — не злись. Я все разрулю. — Ага, давай. Позвонишь, как понадобится новая работа. — Ты всегда слишком недооцениваешь меня! Ой, а еще, а еще. Как ты справляешься с внезапным волнением там, где оно совершенно точно помешает? — Отсасываю сам себе. Все, бывай. Целую в лобик, напиши, как отстреляешься. В телефоне послышались гудки. Чонгук расстроенно откинул его на сиденье рядом и продолжил смотреть в окно. До прибытия оставалось не больше десяти минут. По радио снова играла какая-то песня о неразделенной любви. Нельзя что ли писать песни о том, что не стоит волноваться, все всегда получится и будет вообще супер-пупер хорошо?.. — Приехали. С кряхтением, Чонгук выбрался с заднего сидения, поблагодарив водителя и сразу после этого ударившись о дверь головой. Фотосессия с синяком на лбу — звучит интересно… Лифт на двадцать третий этаж и двадцать три этажа переживаний и нервного ковыряния коврика на полу носком ботинка. Двери открываются. Глубокий вдох. Шаг вперед. Перед ним пробежало в разные стороны сразу человек десять. Он быстро включил всю уверенность в себе и выловил из толпы бегущую куда-то девушку. — Извините, доброе утро. Куда мне можно пройти для пробных съемок? — невинно улыбнулся он ей. — Вам в гримерку, — девушка махнула рукой куда-то влево и убежала дальше. Искал он ее, по ощущениям, дня два. Как только вошел внутрь нужной комнаты, к нему сразу же подбежал какой-то парень с ангельским личиком и голубыми волосами, всунул ему в руки стопку одежды и стал дожидаться, пока тот переоденется. — Меня зовут Ли Феликс. Хотя это не так важно, часто модели не нравятся нашему фотографу и больше здесь не появляются. А вы поторопитесь — мне вас еще накрасить нужно, — пролепетал он и упорхал куда-то к зеркалу, отыскивая что-то в ящиках стола. Чонгуку хватило около пары минут, и вот он стоял и рассматривал себя в зеркале. Черные джинсы и джинсовая куртка, галстук, белый кроп-топ… Выглядело интересно. Чонгук подумал, что ходить так в обычной жизни бы немного стеснялся. А потом подумал о том, что такой топ выглядит даже слегка сексуальнее, чем просто голый торс… Из мыслей его вытащил Феликс, утянувший за руку на кресло с бурчанием о том, что Чонгук совсем его не слушает, и стал колдовать над его лицом, иногда обидчиво дуя губы. — Я не буду красить вас сильно. Нам нужно только посмотреть, как ваша кожа будет смотреться в кадре, — сказал он и резко пшикнул чем-то вонючим на волосы, получая в ответ звонкое покашливание. — Могли… кха… предупредить хотя-бы… — Вы все равно меня не слушаете. Радуйтесь, что не в глаза. А теперь давайте, дуйте отсюда, красавчик, — он похлопал Чонгука по плечу и невинно улыбнулся, быстро убегая куда-то за дверь. Через пару минут к Чонгуку пришел какой-то менеджер и повел за собой в большое свободное помещение с белыми полотнами, кучей оборудования и панорамными окнами. Пара моделей и фотографов уже снимались в стороне. В такой атмосфере стало по-рабочему спокойнее. Дальше все проходило до невыносимого привычно. Его подозвал к себе фотограф, парень с черными волосами до плеч и слишком доброй улыбкой для того, кто часто отказывался от моделей. Пригласил его на точку и, быстро настроив освещение и камеру, стал делать пробные снимки. Чонгук успел только войти в ритм, когда тот опустил камеру и стал рассматривать, что получалось. — Вы выглядите в кадре очень достойно. Мы не можем не сотрудничать с вами, — вынес вердикт он, кивая головой. — Но, если бы все зависело только от моего мнения, я бы вас не взял. Чонгук опешил и стал терпеливо дожидаться того, что скажет фотограф дальше. Прежнее волнение снова проснулось где-то под желудком. Фотограф перевел взгляд на него, пробежавшись им по всему телу. — Не подумайте, нашей компании вы подходите прекрасно. Супер тело, лицо и все такое… Но выглядите слишком… ммм… ожидаемо. Понимаете, о чем я? Нет? Ну вот, когда люди представляют модель Кельвин Кляйн, вы, ни больше ни меньше, идеальный экспонат. Но в массе остальных потеряетесь легко. Подумайте над тем, как добавить сюда личного отношения и какой-то слегка уловимой, но все же уловимой! , эмоции. — Эмоции — это например…? — Не могу советовать. Тогда это будет идти не от вас, — он снова мило улыбнулся и отложил в сторону камеру. — На этом все. Познакомимся в следующий раз, когда будет время. Вам скоро позвонят или напишут, чтобы обозначить время съемок, — Он закончил свою мысль и быстренько куда-то убежал. У них здесь у всех такая привычка…? Чонгук неторопливо пошел в гримерную, где оставил свои вещи. Там, слава богам, никого не было. Он переоделся и уже смывал макияж, когда к нему постучались с просьбой войти. Менеджер, который провожал его до этого, проскользнул в комнату и с порога спросил: — Вы играете в покер? Чонгук удивленно посмотрел на него и неуверенно ответил: — Да…? Не то чтобы часто… — Сегодня в полночь проходит закрытая анонимная игра, и вас туда пригласили. При себе нужно иметь что-то, чем вы сможете закрыть лицо. — Что-то вроде… карнавальной маски…? — Вы удивитесь, но практически у всех там будут именно они. Так что, мне передать, чтобы вас занесли в список? — Там все законно? — Вполне. Место зарегистрировано. — Занесите меня в список. И адрес…? — Водитель приедет за вами, — ответил менеджер, записывая что-то в телефон, а затем скрылся за дверью. — Вот и поговорили… — устало прошептал Чонгук, собирая вещи и отправляясь на выход.

***

После работы он на пару часов заскочил в спортзал в своем жилом комплексе и пришел домой под вечер с приятной усталостью в теле и радостью за новый контракт на душе. Пришедшее вдруг осознание того, ГДЕ он теперь работает, слегка будоражило и воодушевляло. В рабочем процессе ничего особо поменяться не должно, но в отношении Чонгука что-то изменилось. Телефон нарушил тишину звуком пришедшего сообщения о том, что машина заедет за ним в 23:00. Оставалось еще около пяти часов. Чонгук решил откопать те самые документы для Юнги, чтобы отправить их ему сегодня, и нашел их в холодильнике. Вопросом, почему они там, он решил не задаваться. Потом написал своему стилисту и поинтересовался, не завалялось ли у того карнавальной маски. Тот ответил, что есть пара и сможет завезти через пару часов, и больше вопросов не задавал. Всем бы так. Около часа Чонгук выбирал в чем пойти, размышляя, в чем будут все остальные. Сделал вывод, что классика всегда приветствуется, и остановился на брючном костюме кремового цвета. Правда, под него надел кружевную полупрозрачную белую рубашку, манжеты которой элегантно выглядывали из рукавов пиджака. Стилист приехал быстрее, чем обещал и передал Чонгуку белую маску с золотистыми вставками и золотыми листьями, выходившими вверх за контур лица. Чонгук сразу же откопал в шкафу белые ботинки с квадратными носами на среднем каблуке и надел пару золотых браслетов, колец и жемчужное колье на шею. До выхода оставалось полчаса. Полчаса Чонгук перед зеркалом позировал невидимому фотографу (тренировка никогда не помешает). И где ему взять эти эмоции от себя…? Ему поплакать? Подраться с кем-то может? И что этот фотограф от него хотел… Вскоре пришло сообщение о том, что водитель приехал. Чонгук устроился на заднем сиденье и уперся лбом в окно, рассматривая мелькающие мимо него огни города. Ехали они, кажется, не в центр. Это могло слегка напрячь, но Чонгук подумал, что сегодня выглядит слишком хорошо, чтобы умирать. Дорога заняла около двадцати минут. Они въехали в небольшой район из частных домов на краю города. Ровно постриженные кусты, фасады с гирляндами, дорогие машины… Машина остановилась у большого трехэтажного дома светло-бежевого цвета. На въезде их встретили выстриженные кусты розы и вейгелы. Больше рассмотреть Чонгук не успел. Водитель остановился, и дверь ему сразу же открыл мужчина в черной маске (и правда карнавальной), приглашая пройти за ним. Они подошли к большим дверям, когда оттуда стал слышен смех и какая-то легкая джазовая музыка. Черная маска открыл дверь и пропустил Чонгука внутрь. Его встретила большая гостиная со светлыми кожаными диванами, приглушенным теплым светом и странными предметами декора: торшеры в виде каменных статуй каких-то греческих богов, кофейный столик в виде огромного черного листа дерева, ковер под ногами с изображением множества разных смеющихся лиц. Чонгук слегка растерялся, пока мужчина в маске, расписанной изображениями различных игральных карт, из центра комнаты не прервал тишину. — Вот мы все и собрались! Сегодня к нашей компании прибавился новенький. Будем надеяться, ему здесь понравится настолько, что он еще не раз почтит нас своим присутствием, — послышались положительные возгласы и легкий смех. — А теперь пройдем в игровую. Мужчина открыл дверь, через которую вышел на лестницу, ведущую на нижний этаж. Там оказалась просторная комната с большим стеклянным столом в центре и десятью стульями вокруг. Напротив каждого стула бумажка с написанной на ней буквой. — Буква — это то, как мы будем обращаться к вам, так как игра анонимная. У всех уже есть свои, так что вам остается лишь занять свободное место. Чонгук подошел к свободному стулу возле края стола. Красная бумажка с буквой J. «Не слишком ли прямо брать первую букву моего имени…?» — подумал он, а затем решил, что это совпадение, раз буква в алфавите десятая по счету, как и он в новой компании. Теория сразу же обрушилась, когда он увидел у соседа слева бумажку с буквой V. Маска у него была темно-зеленой и пряталась резинкой в рыжих волосах. Чонгук подумал, что у многих здесь могут быть парики. Подумал, что это умно, но стоило задуматься об этом раньше. — Начнем, господа, — сказал Черная маска, вставая во главе стола.

***

Атмосфера была приятной. Много шуток и смеха, но сама игра шла не очень. Точнее для всех, наверное, хорошо, но не для Чонгука, проигравшего третий раз подряд. Парень V же уже второй раз подряд побеждал, каждый раз неловко пожимая плечами на свой выигрыш. Следующая игра снова прошла неудачно. Чонгук подумал, что стоило хотя бы поиграть перед этим с друзьями. Он поднялся из-за стола и, откланявшись, сообщил о том, что ему уже пора идти. В то же мгновение с места слева поднялся Зеленая маска со словами: «Я вас провожу», и направился к выходу. Чонгук успел слегка рассмотреть его. Вполне обычный коричневый костюм в легкую клетку со штанами клеш, пиджаком и жилеткой на голое тело. На шее длинный платок, тоже темно-зеленый. И черные ботинки с острыми носами. Кажется, ими можно было проткнуть человека, если постараться. Они поднимались молча. Чонгук вообще не особо слышал, чтобы человек под маской много говорил с кем-то. V вдруг остановился в гостиной и, развернувшись к Чонгуку передом, сократил расстояние между ними до полуметра. — Не хотите поучаствовать в одной игре? — неожиданно раздавшийся томный голос навивал легкое волнение и будоражил что-то внутри. Чонгук неуверенно замер, немного отшагнув назад. — Чон Чонгук? — услышав свое имя, он вздрогнул. — Вы ошиблись. Не стоит так подходить к людям здесь. Знать имена друг друга запрещено. — То есть вам неинтересно, откуда я знаю его? — Слегка волнует. — Вы попали сюда, потому что я так захотел. Так не хотите выслушать мое предложение? — Я не заинте… — Хорошо, послушайте, а потом уже будете думать. Эта игра в покер включает в себя чуть больше, чем вы могли заметить. Понимаете, некоторые здесь — это преемники других. Я заметил, вы проиграли много денег сегодня. Этого можно избежать, если станете преемником для меня. В случае проигрыша, вы можете заплатить деньги, как это делается всегда, а можете исполнить желание, которое я вам загадаю. Ничего аморального.Только вот нельзя отказываться от более чем трех желаний подряд, если вы уже его выбрали. Чонгук снова молчал. Предложение звучало как то, от которого точно стоит отказаться. — Я в любой момент смогу уйти? — Конечно. Как и каждый здесь. — И много кто уходит? — Пока не слышал ни о чем таком. Но никто вас за это не убьет. Наверное… — из-под маски послышался смешок. Теперь Чонгуку казалось, что отказаться нужно совершенно точно и без раздумий. — Так вы согласны? К черту. — Давайте попробуем.